Джейн Элиот. В вихре порочной страсти

Джейн разозлилась так, что даже передумала плакать, хотя глаза жгло от невыплаканных слез. Ей внезапно стало страшно и одиноко, лес вокруг стал враждебным и угрожающим, а за каждым деревом чудились пугающие тени, готовые наброситься на нее и закончить начатое.

Она торопливо умылась ледяной водой ручья и только сейчас обнаружила, что пропали шляпка и книга. Шляпку не жалко, но книга был подписана на форзаце как собственность библиотеки поместья Фидлторн. И если этот наглец найдет книгу и примчится в поместье, разыскивая строптивую девицу, и увидит ее… Джейн поежилась, представив эту неприглядную картину и тут же нервно рассмеялась.

С другой стороны, с какой стати аристократ будет разыскивать служанку, которая всего лишь отказалась развлекаться с ним на лесной тропинке? Отряхнется, заползет на коня, и думать забудет о маленьком неприятном инциденте, отправляясь по своим более важным дворянским делам.

Хотелось бы в это верить. Кое-как замотав волосы в плотный пучок (а шпильки тоже остались валяться на земле у того дерева) и приведя в порядок платье, Джейн решительно отправилась домой. Она ни в чем не виновата, и забудет этот эпизод как страшный сон, предварительно вынеся из него несколько уроков: в лесу не гулять, с незнакомцами не заговаривать, гулять только в парке и брать с собой на всякий случай что-то тяжелое, или острое.

Ага, девушка усмехнулась про себя, чтобы ее зарезали тут же в кустах, предварительно надругавшись. Нет. Стрелять и защищаться она не умеет, значит надо просто осторожнее себя вести, вот и все. Приняв это решение, она успокоилась и твердым торопливым шагом направилась в поместье, где скоро должны были подавать чай.

Джейн предстояли занятия с девочками, но мыслями она была  не с юными непоседами, а там – в полумраке леса. Она настолько отвлеклась, что пришла в себя только когда Эмма сыграла сразу три менуэта и теперь послушно сидела, ожидая замечаний учительницы.

– Дорогая моя, ты играешь с каждый днем все лучше и лучше. – рассеянно улыбнулась она девочке. – А теперь, когда нам осталось полчаса до чая…

Она не сумела договорить – ее перебила младшая сестра Мэри, которая подбежала к окну и заглянула за штору:

– К нам во двор прискакал какой-то всадник! О! – в голосе девочки чувствовалось восхищение, – А с ним огромная черная собака. Она, наверное, с меня ростом! Эмма, побежим, посмотрим!

–Нет! – громче, чем следовало, возразила Джейн и обе ученицы с недоумением посмотрели на нее. – Не торопитесь, мои хорошие. Если этот человека приехал к вашей матушке по делу, вы можете помешать. А если в гости – за чаем вы сможете встретиться и с ним, и с его собакой.

Она встала, собрала ноты с фортепиано и тоном, мягким, но твердым попросила  учениц прочесть еще пару глав учебника по истории Брейтана. Несмотря не внешнюю невозмутимость, сердце ее дрожало и билось. Кто был этот неожиданный гость – знакомый миссис Уотерхейт или давешний незнакомец в лесу? И если это он – что он может наговорить про нее и про себя? Да и будет ли незнакомый человек так стремиться в чужой дом, ради поисков предполагаемой служанки?

Она не стала подходить к окну, боясь, что сбудутся все ее худшие опасения. То, что приехал особо важный гость, стало понятно по непрерывно хлопавшим дверям и постоянному топоту шагов. Джейн не стала спускаться пить чай, боясь за свое душевное равновесие. Даже если за столом окажется безобидный болтливый сосед – она была слишком взвинчена и напряжена, чтобы поддерживать светскую беседу.

Девушка даже не стала заходить на кухню, чтобы полакомиться свежеиспеченными рогаликами, а сразу прошла в свою комнату и прилегла отдохнуть, не сумев справиться со своим волнением. Голова кружилась, она вновь и вновь прокручивала в мыслях произошедшие события, и раз за разом не находила своей вины в случившемся. Почему ж тогда она так волнуется? Не являются ли причиной темные глаза незнакомца и его пристальный взгляд?

Каково же было ее изумление, когда через полчаса прибежала служанка и сбившимся голосом оповестила, что хозяйка ждет Джейн в парадной гостиной, остававшейся долгое время запертой. Девушка отказалась наотрез, сославшись на головную боль, но чутье ей подсказывало, что этим так просто дело не закончится.

И на самом деле, уже через пару минут к ней пришла сама миссис Уотерхейт, против обыкновения, оживленная и румяная.

– Что вы придумали, душа моя, – пропела она почти фальцетом. – у нас такие важные гости, а вы не хотите почтить их свои присутствием. А девочки мои все уши прожужжали о ваших достоинствах, и любопытство гостя разыгралось безмерно. Будьте добры, моя дорогая, соберитесь. А завтра я вам дам выходной. Тем более, вы его давно заслужили.

Хозяйка обошла девушку, с легким недовольством рассматривая ее платье, уже порядком помятое и запылившееся после пробежки в лесу.

– Я вам помогу переодеться и причесаться, если вы не против.

Конечно, Джейн не могла быть против. Вежливых и весомых причин для отказа не было и она покорно достала свежее платье, белое для разнообразия, и позволила сделать себе незамысловатую прическу – пучок волос и несколько локонов, выпущенных по вискам.

– Все-таки вы очень красивая девушка! – в восхищении воскликнула миссис Уотерхейт, – я очень рада, что мои девочки могут смотреть на вас и учиться грациозности и хорошим манерам.

Джейн хотела смотреть на себя в зеркало и с тоской в сердце ждала момента встречи с таинственным незнакомцем, уже не веря, что это может оказаться кто-то другой.

Они спустились на первый этаж и вошли в гостиную. Гость сидел спиной к ним, но сердце Джейн сделало крутой вираж – это был он. Та же густая копна черных волос и шейный платок. Она сжала губы, вздернула подбородок и гордо прошла на место, которое ей указала хозяйка, оказавшееся прямо напротив визитера.

– Знакомьтесь. – голос миссис Уотерхейт был полон торжества и гордости, – мисс Джейн – перед вами молодой наследник Глейд Джонатан Уорд герцог Голладжер Каменный.

Длинное, вычурное и напыщенное имя ни в коей мере не отражало истинное лицо его носителя. При свете дня, без тени ветвей деревьев, черты его лица показались Джейн еще более резкими и пугающими. Она нарочно задержала взгляд подольше на его фигуре – сильной, поджарой и гибкой. Несмотря на модный охотничий костюм, ей казалось, что внутри человеческой оболочки сидит хищный зверь, готовый наброситься и растерзать ее.

Молчание затягивалось, становилось неловким, и она робко осмелилась поднять глаза на молодого герцога. Тот смотрел на нее с превосходством хозяина жизни, уверенного в себе и в том, что ему никогда не откажут ни в чем. Черные пронзительные глаза спокойно разглядывали девушку, не пропуская ни единой мелочи, вроде дешевой материи платья, или отсутствия украшений. Лишь лицо Джейн было краше всех драгоценностей мира. Она подняла подбородок выше, крепко сжала кулаки и отвела взгляд.

Миссис Уотрехейт недоуменно посмотрела на молчавшую Джейн и поторопилась представить и ее:

– А это гувернантка моих девочек – мисс Джейн Элиот. Ей дали отличные рекомендации монастырь святой Бригитты и…

Ее тираду прервал громкий смех герцога.

– Вы монашка?

Джейн вздрогнула и поняла, что вопрос предназначался ей.

– Нет. Я воспитывалась в пансионе мадам Коринды, а в монастыре пела на мессах.

– Вы поете? – последовал молниеносный вопрос, и Джейн прикусила губу, жалея, что сказала больше о себе, чем следовало.

– Очень плохо. – девушка отвечала кратко и сухо, надеясь, что ему надоест забрасывать ее вопросами. Внутри нее кипело возмущение от этой двусмысленной ситуации – этот тип был готов изнасиловать ее прямо на лесной тропинке, а потом, как ни в чем ни бывало, явился сюда. Для чего? Чтобы завершить начатое?

От этой мысли у нее все похолодело внутри, и она непроизвольно опять посмотрела в глаза герцогу. Тот ответил ей взглядом насмешливым и цепким, говорящим: «ты знаешь, и я знаю, что наша встреча на лесной тропинке не закончилась». В темных глазах Джейн прочитала и продолжение этой истории, и оно ей не понравилось. Очень не понравилось.

Именно этого она и опасалась. Первый встречный мужик, пусть даже и красивый, знатный и, наверное, сказочно богатый решил переспать с ней и даже не счел нужным это скрывать. Она так разозлилась, что выпалила первое, что пришло ей в голову:

– Что привело вас в столь отдаленное место вашего огромного поместья?

– Джейн! – воскликнула испуганная хозяйка, но гость жестом прервал ее.

– Я весело проводил время на охоте, но один случайный инцидент испортил мне удовольствие – маленький пугливый зверек испугал мою лошадь и убежал, а я остался лежать с вывихнутой лодыжкой.

– А вы не могли предположить, что это вы испугали маленького зверька, и он убежал от вас сломя голову, чтобы спасти свою жизнь? – звенящим тоном возразила Джейн, чувствуя, как злость и отчаяние переполняют ее.

– В этих лесах я – хозяин всего живого! – отчеканил герцог, властно откидывая голову. – И это знает каждый живущий здесь. От меня не убежать и не скрыться, и если неразумные звери не понимают этого, то люди все знают и повинуются мне.

Миссис Уотерхейт, с возрастающим недоумением прислушиваясь к не понятному для нее диалогу, уловила смысл последней фразы и поспешила подтвердить:

– Разумеется, мы все подданные Каменных герцогов, служим им верой и правдой и готовы выполнить любое пожелание наших сюзеренов.

– Вы поняли, мисс Элиот? Любое желание сюзерена должно выполняться беспрекословно и незамедлительно.

Молодой хищник приподнял бровь и цедил слова лениво и небрежно, словно играя с ней. Джейн буквально всей кожей ощутила, как холодная и неумолимая воля Камня стискивает ее жизнь и свободу. Но она не собиралась сдаваться.

– Я знаю свои обязанности, которым меня обучили в пансионе, и собираюсь следовать им неукоснительно. – четко ответила она, подразумевая, что была призвана учить девочек, а не выполнять мужские прихоти.

Ее ответ не понравился герцогу, и он даже не постарался этого скрыть.

– Вы останетесь на ужин, ваша светлость? – постаралась сгладить ее резкий ответ хозяйка.

Джейн мгновенно покрылась холодным потом, представив, что этот лощеный аристократ останется еще и на ужин, и, не дай бог, на ночь в этом доме.

– Нет, я уже послал нарочного за экипажем и вскоре он должен прибыть сюда. – герцог сделал паузу, оглядел с ног до головы гувернантку, которой так  не предложил присесть и лениво процедил:

– Я  надеюсь, что вы будете благоразумны в следующую нашу встречу.

Этого Джейн стерпеть не смогла.

– Я не думаю, что мы с вами когда-либо еще увидимся, милорд, – вежливо но твердо возразила она, делая книксен и намереваясь уйти, но не успев совершить этот маневр.

– Напротив! Мне так понравился ваш любезный прием, что я в свою очередь приглашаю вас посетить мой замок. – предложение прозвучало как подачка, но миссис Уотерхейт засияла как начищенный пятак.

– Это такая честь для нас! Вы так добры и великодушны, ваша светлость!

– И не забудьте вашу красавицу-гувернантку захватить с собой. Она станет воистину великолепным украшением нашего изысканного вечера. – несмотря на витиеватый комплимент, Джейн явственно расслышала в голосе герцога угрозу и предупреждение. «Не смей отказываться» – вот о чем он говорил прямым текстом.

– Разумеется, ваша светлость. Непременно прибудем вдвоем с мисс Джейн Элиот, – леди Уотерхейт готова была сделать что угодно, лишь бы еще раз попасть в заветный замок, а сделать это в качестве персональных гостей было более чем заманчиво.

– Тогда до пятницы следующей недели.

На улице прогрохотали колеса экипажа, и герцог с неожиданной прытью, которую трудно было ожидать от якобы подвернувшего ногу человека, поднялся с кресла и тихонько свистнул. На его свист тут же рядом возник огромный черный дог, которого Джейн не замечала все это время.

– Всего хорошего, дамы.

И Глейд Джонатан Уорд герцог Голладжер Каменный, коротко кивнув на прощания, вышел, более не удостоив  Джейн даже взглядом.

Они остались вдвоем, и Джейн приготовилась к упрекам миссис Уотерхейт, вполне заслуженным, если вдуматься. Она совсем позабыла о правилах хорошего тона и отвечала герцогу как простому проходимцу. Хотя проходимцем он был не простым, очень не простым.

Хозяйка повернулась к Джейн.

– Как я вас понимаю, милочка! – лукаво заявила она, поблескивая глазами.

Девушка удивилась и, наконец, присела, чувствуя, как от усталости и запоздавшего волнения дрожат ноги.

– Я сама, будучи первый раз представленной старому герцогу, понесла какую-то околесицу про погоду, совсем как вы давеча. Что такое вы говорили молодому герцогу, что он остался таким недовольным? Что-то про животных? – но тут же, не слушая ответа, мечтательно протянула, – Я первый раз побывала в замке тринадцать лет назад, как раз после венчания с покойным своим мужем, царствие ему небесное. Это великолепное, незабываемое зрелище!

И изумленная Джейн увидела, как миссис Уотерхейт, обычно всегда сдержанная и флегматичная, радостно закружилась по комнате. А та продолжала:

– Замок огромен – это длинная бесконечная крепостная стена с грозными башнями. Несколько больших зданий, каждое находится в своей части крепости – для каждого взрослого члена семьи Каменных герцогов. У каждого свой штат прислуги, круг друзей. Можно годами жить там и ни с кем не встречаться, если не хочешь. Когда мы навещали старого герцога – я только мельком увидела его наследника, он тогда был непоседливым, но очень привлекательным подростком.

Слушая щебетания хозяйки, Джейн налила чай в фарфор изумительной красоты и отпила сразу полчашки, так у нее от волнения пересохло горло. Она не могла не вспомнить, что оычное чаепитие проходило в малой гостиной, и чайный сервис всегда был простым, фаянсовым.

– Это подарок свекрови на нашу свадьбу. – обронила миссис Уотерхейт сухо, и тут же ее глаза снова подернулось мечтательной поволокой. – Времени у нас мало, но это ничего страшного, мы все можем успеть. Первым делом…

Но тут уже Джейн не выдержала и со всей твердостью, на какую только была способна, решительно отказалась от поездки. Ей было неприятно отказывать хозяйке, но еще страшнее было ехать в неведомый, пугающий, замок, где ее ждал настоящий хищник, невообразимый в своей властности и себялюбии.

Она поспешила удалиться, чтобы не выслушивать стенания и слезы хозяйки. От всего произошедшего с ней сегодня, разболелась голова, и противная дрожь охватывала все тело. Ей хотелось поскорее очутиться в своей комнате и еще раз обдумать все случившееся. Может ей привиделся хищный блеск этих темных глаз и она преувеличивает опасность, исходящую от молодого герцога в отношении себя?

В спальне она внимательно посмотрела на себя в зеркало. С детства она привыкла воспринимать свою внешность как данность, а эпитеты о своей красоте выслушивала от знакомых и незнакомых людей ежедневно и привыкла к ним, как к легкому ветерку, который бывает всегда, и оттого незаметен привычному глазу. Но что стоит ее красота, когда при виде ее у мужчин возникает желание не боготворить ее и взять замуж, а затащить в постель?

И молодой Каменный герцог ничем не отличается от всех остальных. Разве что он самый красивый и знатный среди мужских особей. А душа такая же черная и гнилая, как у всех. Правильно она сделала, что отказалась ехать в Каменный замок. Ничего хорошего ее там не ждет. А при зрелом размышлении может ждать и нечто ужасное, губящее и душу и тело. Джейн уснула, бесконечно размышляя о своей незавидной судьбе, и сны видела такие же сумбурные и обрывистые, как вся ее жизнь в последнее время.

Наутро все, что случилось вчера, показалось дурным сном, и она решила выкинуть досадный инцидент из головы, справедливо надеясь, что после отказа ей больше ничего не угрожает.

В своих прогулках она стала ограничиваться парком, решила заново обновить свои знания иностранных языков, которые, как известно, без ежедневной практики гаснут и растворяются во тьме сознания. А девочкам стала преподавать основы лексики и произношения, мудро рассудив, что хорошая база всегда поможет им выучить язык под руководством настоящего специалиста. Навыки игры на рояле также слегка подзабылись, поэтому Джейн взяла себе за правило упражняться на инструменте каждый день не менее часа.

Таким образом, изгнав праздность ума и вольность мыслей, она полностью заглушила нотки беспокойства, которые прорывались сквозь общее благодушие ее существования. Оставалось надеяться, что тот человек, с которым она встретилась на лесной тропинке, и думать забыл про нее.

Однако Джейн недооценила опасность, исходившую от встречи в лесу и последующего визита в поместье. Дня через три, когда она уже совершенно было успокоилась, миссис Уотерхейт позвала ее в гостиную. Выглядела она почти такой же воодушевленный, как в день приезда высокого гостя.

– Дорогая Джейн. Я отписала в замок, что вы не можете ответить на приглашение, по причине того, что вашей первейшей обязанностью является образование моих дочерей, если я правильно поняла причину вашего отказа.

Джейн подумала, что причина отказа была совсем другой, но для официальной версии подойдет и эта.

– И мне в ответ прислали письмо, которое я хочу вам прочесть. Письма из замка мне присылают раз в год, где излагаются в основном хозяйственные вопросы, поэтому я бы попросила уделить ему повышенное внимание. После такого предисловия девушка почувствовала смутное беспокойство, которое по мере прочтения письма переросло в настоящую тревогу.

Писал даже не сам Глейд, а его управляющий. На нескольких страницах он излагал многочисленные решения проблем миссис Уотерхейт, начиная от починки крыши, заканчивая обучением девочек в пансионе за счет Каменных герцогов. Все это хозяйка зачитывала дрожащим от волнения голосом, не в силах справиться с волнением и поверить своему счастью.

А в конце последней страницы была маленькая и лаконичная приписка: «…что касается приглашения Джейн Элиот, то ее присутствие господин его светлость Глейд Джонатан Уорд герцог Голладжер Каменный считает крайне необходимым и присылает (с оплатой) в Фидлторн на все время ее пребывания в замке двух учительниц пансиона Брисхолл.

– Вы понимаете, Джейн! Брисхолл! Там преподают только самые искусные преподавательницы в округе и они позанимаются с моими дочками совершенно бесплатно. И пансион для моих девочек после их домашнего обучения! Их светлость никогда не был так щедр ко мне!

Выслушав эти восклицания, Джейн ощутила, что ее ловко загоняют в угол, шантажируя благодеяниями для миссис Уотерхейт и ее дочек. Но оставаться пассивной жертвой она не желала.

– Как вы думаете, миссис Уотерхейт… – начала она, но хозяйка ее перебила:

–Можете называть меня леди Агата.

– Хорошо, леди Агата. Вам не кажется очень подозрительным то, что меня, обычную гувернантку, так настойчиво приглашают в замок, используя для этого все возможные средства?

– Что вы хотите этим сказать? – хозяйка от удивления широко открыла глаза.

– Я подозреваю, что ваш каменный герцог, во время пребывания его здесь, составил обо мне определенное мнение, не очень лестное для меня и моей репутации.

Несколько минут леди Агата обдумывала услышанное, и широкая улыбка осветила ее лицо.

– Ну что вы, дорогая моя! Вы конечно, очень красивая девушка, спору нет. Но вам показалось, уверяю вас. – поколебавшись немного, она присела рядом с Джейн и заговорщицки понизила голос. – То, что я вам сейчас скажу, обычно не говорят в присутствие молоденьких незамужних девушек. Но вы, как я успела заметить, на редкость здравомыслящая особа, поэтому вы поймете меня правильно.

Леди Агата в смущении расправила несуществующие складки на платье и начала:

– Во-первых, молодой герцог Глейд женат.

Вот, мерзавец, подумала Джейн, но вслух, разумеется, этого не произнесла.

– Женился он давно, сразу после своего совершеннолетия. Эта женитьба была задумана давно, как упрочение союза между Каменными и Золотыми герцогами, но принесла только горести Каменному семейству. Через три года бедная жена сошла с ума.

Джейн не поверила своим ушам. Первая жена герцога сумасшедшая?!? Этого не может быть?

–Она жива? Их развели?

–Она жива и по-прежнему живет в Каменном замке, под усиленной охраной, конечно. И, как вы знаете, пяти герцогским семействам по законам нашего королевства позволено то, что нельзя другим – например, развестись в случае, если один из супругов сошел с ума, или в браке нет потомства мужского пола.

Леди Агата понизила голос до драматического шепота, хотя в комнате, разумеется, никого не было.

– Но молодой герцог наотрез отказался разводиться с бедняжкой.

– Он ее так любит?

– Ну что вы, о любви и речи не было в этом случае. Наоборот, его светлость лорд Глейд всеми силами пытался избежать такого раннего брака, и даже сбежал на западный континент. Его практически заставили это сделать, и сейчас он мстит своему отцу, Золотым герцогам и королю заодно, не разводясь с сумасшедшей. Он не может жениться снова и родить наследника. Старый герцог в опале, Золотое семейство в немилости, что скрыли обстоятельства рождения племянницы самого герцога-мага. Его брат женился в свое время на особе вспыльчивой и истеричной, но она умерла при родах, а ее дочка выросла очень красивой. Ее выдали замуж за наследника каменных и в результате получился большой скандал.

– А молодой герцог сейчас наслаждается свободой и способностью влиять на стольких высокопоставленных персон. – сделала выводы Джейн.

– Совершенно верно, моя дорогая. Что не мешает ему менять любовниц, актрис и куртизанок как перчатки. Если бы видели, Джейн, какие знатные красавицы побывали в его постели, вы бы оставили всякие опасения насчет себя.

Тут леди Агата нагнулась и прошептала ей на ухо:

– Включая некоторых коронованных особ!

– Действительно, в таком перечне дам высшего света нет места обычной гувернантке. И я думаю, речи не идет о насилии или угрозах сего стороны, – добавила девушка задумчиво.

– Конечно, нет! О его мужских способностях ходят легенды, он же ко всему прочему, маг! Только этого я вам не говорила, – зарумянилась миссис Уотерхейт. – Так что оставьте все ваши опасения и смело готовьтесь к поездке. Тем более, визит будет кратковременным, не более суток, и за это время нам надо успеть посмотреть все самое интересное. А времени на подготовку осталось только три дня.

Гардероб Джейн Элиот леди Уотерхейт нашла крайне бедным и неподходящим для визитов ко двору. И правда – Джейн для повседневной жизни хватало трех платьев, а праздников в ее жизни не водилось. Но ни одно из платьев не годилось для столь торжественного случая. И вот беда – ни у Джейн, ни у леди Агаты не было лишних средств для шитья нового туалета. Подумав хорошенько, миссис Уотрехейт предложила Джейн примерить ее девичьи наряды, добавив смущенно, что до замужества она обладала не менее тонкой талией, чем была у девушки сейчас.

Велев горничной и кучеру принести сундуки с чердака, леди Агата и Джейн стали перебирать наряды тринадцатилетней давности. Все платье были в пору девушке, и смотрелись очень мило и удивительно ей шли, но безнадежно устарели на целое десятилетие. Леди Агату этот факт весьма огорчил, а Джейн обрадовал. Она решила, что явившись в Каменный замок в старомодных нарядах, она таким образом насмешит тамошнюю публику, ее найдут жалкой и провинциальной, и это отпугнет милорда. И порыв страсти, который охватил его тогда в лесу, остынет под градом косых взглядов и пересудов.

Она верила словам хозяйки о высокопоставленных любовницах его светлости, но не считала, что это может помешать ему задирать юбки служанок, оказавшихся у него на пути. Одно другому не мешает, как говорится.

ГЛАВА 2.

В назначенный день за ними приехала нарядная карета с вензелем, запряженная тройкой холеных лошадей. И дворянка и гувернантка ощутили себя одинаково оробевшими перед показной роскошью экипажа, и всю дорогу до замка молчали.

Когда карета подъезжала к обширному парку, окружавшему замок, Джейн не выдержала и прильнула к окну. Когда ей еще удастся полюбоваться Каменным замком? Если удастся ее затея – она больше никогда не встретится ни с герцогом, ни с его владениями.

Вид замка произвел на нее ошеломительное впечатление – огромная крепостная стена, увенчанная сетью грозных башен и остроконечные шпили многочисленных домов – все внушало трепет, и даже страх перед могуществом и властью рода Каменных герцогов. Многовековое господство позволяло им распоряжаться не только землями, но и душами людей, населяющих их.

Встретила и проводила их в гостевые комнаты экономка. К обеду попросила не опаздывать и обещала прислать служанку, чтобы та помогла им освежиться с дороги и проводила через запутанные лабиринты коридоров в гостиную.

К этому времени Джейн настолько устала шарахаться от каждого услышанного шага, ожидая явления милорда, что вступила в гостиную почти спокойно. И не увидев там молодого герцога, обрадовалась. Общество, которому их представили, оказалось пестрым и разнообразным. Дворяне окрестных поместий, званием, как подозревала Джейн, не ниже баронета и их разнаряженные жены и дочери выслушали представление леди Агаты равнодушно и почти тут же продолжили разговоры.