Оставь позади

С того момента прошло больше четырех лет. Все разъехались по колледжам, а когда вернулись, то ошибки прошлого уже не так ярко всплывали в памяти. Бруно и Тесса потихоньку наладили общение, пока были в разных городах, но так и не обсудили всё до конца. Теперь они все дружны и совсем не думают о том, чтобы построить отношения.

Лав ощущала, как подкатывает ком к горлу, когда в воспоминаниях всплывал Рич. Ей безумно хотелось отмотать время назад, чтобы сделать всё иначе. Как минимум, не позволить Ричи поехать путешествовать, либо поехать с ним, ведь она писатель на дому, который может находиться в любой точке мира и присылать свои наработки по почте.

Точнее, была писателем. «А может еще не всё потеряно?», – думала она, и перед глазами мир размывался от подкатывающих слёз. Что, если она придет домой сейчас и начнет писать? У неё столько случилось всего в жизни, что можно на основе опыта составить парочку хороших рассказов. Таких рассказов, которые затронут душу читателей. А нужно ли ей затрагивать чьи-то души? Она же не нанималась учителем жизни, ей бы со своими страхами разобраться. Да, именно страхами.

Вдруг Лав опешила. Ей показалось, что Ричи шел ей навстречу с осторожностью, медленно перебирая ногами. Кажется, он не узнал её. Вокруг мир стал темнее, и улицы Ингл исчезли. Она набралась духу и крикнула.

– Ричи! – её отклик привлек внимание парня, который резко остановился. Он словно прищуривался и вглядывался в темноту, смотря сквозь неё.

– Лав? – с сомнением негромко спросил Ричард, оглядываясь по сторонам.

– Ричи! – снова крикнула девушка. Она сама не заметила, как рванула с места прямиком к своему самому близкому человеку. Лав бежала со всех ног, не ощущая ничего, кроме фонтана слёз, который покрывал её щёки. Сейчас, в этот момент, здесь были только она и он.

Девушка с разбега крепко обняла парня, зарываясь в его шею. Руками она дотрагивалась до его плеч, шеи, волос на голове.

– Лав, – испуганно выпалил Ричи, обнимая девушку в ответ. Его запоздавшая реакция насторожила Лав. Будто бы Ричард не понимал. Не понимал, что она здесь.

Словно услышав её мысли, он заговорил.

– Что ты здесь делаешь? – прошептал шокированно парень, немного отодвигая от себя подругу. Его глаза выглядели особенно встревоженно.

– Я… я так рада тебя видеть, – всё, что смогла сказать в ответ Лав. Она накрыла его щеки ладонями и широко улыбнулась.

– Больше не уезжай без меня.

Резко девушка очнулась на середине дороги. Она тряхнула головой и пошла дальше.

«Ты пытаешься отвлечься от своих мыслей на незначительные вещи, но при этом всё равно находишься в раздумьях, летая в облаках. Как долго еще я буду жить в этой тьме?», – Лав почти начала плакать навзрыд, когда забегала за калитку своего участка и истерично открывала входную дверь в дом. Девушка поймала себя на мысли, что у неё скоро начнется раздвоение личности.

Захлопнув за собой дверь, она быстро сняла пальто и кинула его на пол. Сумка полетела в сторону, мокрые волосы собрала в небрежный пучок. «Писательство может стать моим исцелением», – твердила себе Лав, садясь на диван в гостиной и открывая крышку ноутбука.

Но что бы она ни делала, ни один рассказ не шёл на ура. Её мысли метались от одной идеи к другой: про девочку-сироту, про чудовище на монорельсе, про забытую любовь. Каждый рассказ был наполнен грустью, печалью и чем-то ужасным. «Безрадостный сборник – отличное название для него; видимо, его будут читать только в сумасшедшем доме», – думала Лав и злилась на себя и своё бессилие. Она писала пару строк, а затем через пару минут стирала. Дело даже было не в том, что её переполняли грустные темы, а в том, что идея приходила, а её развитие будто стеной отделялось в голове Лав. Идея – это хорошо, но без правильного изложения она превращается в песок, – так считала девушка. С каждой такой попыткой она всё громче нажимала на кнопки ноутбука, быстрее шевелила мышкой. В конце концов, Лав зарычала и закрыла ноутбук со злости. Она принялась ходить по комнате из угла в угол, чтобы хотя бы немного себя успокоить. «Это просто такой плохой день, дальше будет легче», – внутренние уговоры только больше вводили её в состояние перед рыданием. Она села на диван и решила дать волю своим слезам. Лав долго и горько плакала, сжимая свои колени, пока на улице окончательно не стемнело.

Затем она встала с дивана и пошла в ванную. Вид себя в зеркале настолько уже въелся ей и надоел. Каждая морщина доставляла ей отвращение, уставший взгляд был затуманен, а тело исхудалое и будто бы готовое упасть без дополнительной поддержки. Она устала от себя, от неудач, которые сыпались будто с неба. Будто кто-то её проклял или отчаянно не хотел слушать ни одно её желание. Гнев переполнил все струны души, хотелось кричать и кидать все вещи, которые попадаются на глаза. Адреналин ударил в голову, и резкий прилив энергии застилал взгляд черной пеленой.

Через минуту Лав очнулась от своей ярости и увидела разбитое зеркало перед собой. Правая рука кровоточила и часть осколков торчала с тыльной стороны ладони.

«Если я сейчас не уеду отсюда, я сойду с ума», – подумала Лав и достала бинт из маленькой корзинки на полке рядом с зеркалом.

ГЛАВА 3

В это время года, особенно ночью, в аэропорту очень мало людей. Свет ярко бьет в глаза не выспавшимся пассажирам, заставляя ощущать легкое головокружение, и одновременно пробуждает чувство предвкушения к новой поездке.

На часах совсем глубокая ночь, и Лав сидела, сложив руки на чемодане перед собой, пытаясь не уснуть в ожидании посадки. Рядом с ней сидели Бруно и Тесса, которые увлеченно играли в игру на планшете, чтобы хотя бы как-то занять своё время перед вылетом. Бенни, как обычно, просматривал какие-то финансовые отчеты в ноутбуке и с полным серьезности лицом что-то тщательно отписывал в электронных письмах.

Лав зевнула. Её начало раздражать, что ей пришлось подняться так рано с постели и, при этом, ей совершенно нечем заняться. Что может быть хуже, когда ты не знаешь, куда себя деть от безделья?

– Ты тоже хочешь спать? – спросила Лав от безысходности у Бенни, чтобы как-то начать разговор и очнуться ото сна.

– Нет, – бросил Бенни, даже не повернув головы. Он усиленно продолжал печатать на своем ноутбуке новое электронное письмо.

Сбоку хихикали Бруно и Тесса. «Интересно, как они могут так спокойно общаться после всего, что между ними было?», – подумала Лав в раздражении. У самой Лав никогда не было как таковых отношений с молодыми людьми, – все такие начинания заканчивались месячным сроком, и обычно после этого она не общалась с парнем. Причины для отсутствия общения были разными: то ей разонравился сам парень и пропал интерес к разговору, то они поругались и извинений не последовало. Оставаться друзьями она предлагала, но так не получалось. Возможно, у попадавшихся парней играла гордость, а может им тоже переставало нравиться общаться. «А вот Рич был другим…».

Глаза Лав слегка заслезились, и желание поспать резко пропало. Да, Ричи делал многое для того, чтобы она чувствовала себя самой лучшей. Они годами выстраивали фундамент взаимоотношений как друзья, но ни разу не успели поговорить о том, что им вместе хорошо. И, возможно, это «хорошо» было не просто так. Лав замечала изредка знаки внимания Ричи. Он был ласков с ней, оставался на ночевки, ходил с ней по делам, за продуктами, по магазинам одежды, попить кофе. Они проводили много времени в объятиях друг друга, но никогда эти объятия не переходили уровень дружбы. Лав поймала себя на мысли, что немного жалеет об этом.

Девушка представляла, как совсем скоро будет делиться с ним обо всём.

Они шли вдоль бетонной дороги, прогуливаясь под руки. Лав не могла перестать рассказывать Ричи все последние события, которые с ней происходили. Как Темми дала ей отворот, как родители ей написали и позвали приехать погостить в Ирландию, как Бруно снова поругался со своим отцом, как Тесса жаловалась на своего босса-извращенца, а Бенни совсем перестал выходить по выходным на связь из-за загрузки на работе. Каждая новая история будто наполняла парня жизнью и делала его глаза ярче. Он почти сиял от радости общения с Лав. Она с ухмылкой подтрунивала над ним и шутила, что он пропустил всё самое весёлое.

Ночь окутывала лес мягким покрывалом тишины, лишь изредка нарушаемым шёпотом ветра и далекими никому неизвестными завывающими звуками. Лав и Ричи шли по узкой тропинке, освещённой только светом луны, пробивающимся сквозь густую листву.

Лав была в восторге от ночного леса. Она всегда чувствовала особую магию в темноте, и сейчас, когда вокруг всё казалось загадочным и таинственным, её сердце наполнялось радостью. Ричи, напротив, был немного насторожен.

– Ты не боишься темноты? – спросил он, стараясь скрыть своё волнение.

– Нет! Я же рядом с тобой, бояться явно нечего, – ответила Лав с улыбкой, уверенно шагая вперёд.

Они углублялись в лес, и вскоре наткнулись на небольшую поляну, где стояло древнее дерево с широкими ветвями и в лунном свете слегка подсвечивались растения. Лав остановилась и посмотрела на него с восхищением.

– Боже, здесь красиво, – с наслаждением произнесла девушка. Она глубоко вдохнула и выдохнула.

Однако вскоре им предстояло узнать, что этот мир не такой безмятежный, как казался на первый взгляд.

Для Лав их ночная прогулка казалась захватывающим приключением, полным опасностей и открытий. Она обожала всё таинственное и неизведанное, а особенное удовольствие ей добавляло присутствие рядом близкого друга. Или не друга?

Девушка потрясла головой, чтобы выкинуть эти мысли из головы.

– … ты только и можешь, что недоговаривать! У тебя самая настоящая мода на «держать всё в себе»! – мысли Лав прервались громкими возмущениями Тессы. Она обернулась и увидела подругу, которая размахивала руками и показывала воздушные кавычки. Лав потерянно огляделась. Вокруг по-прежнему был зал ожидания аэропорта.

– Ты сама себя слышишь? Почему я должен был тебе доложить о своих новых отношениях? Это моё личное дело, – Бруно сидел на железной скамье с огромными округлившимися глазами. Он раскрыл руки в разные стороны и положил планшет рядом с собой.

– Твоё личное дело? А как же осведомленность твоих друзей? Всегда только ты, ты, ты! А все остальные люди для тебя просто фоновый шум!

– Это не правда, и ты это знаешь, – сквозь зубы защищался Бруно.

Лав уже видела не один раз ссоры ребят между собой и предпочитала не вмешиваться, чтобы не навлечь на себя гнев друзей. Она молча слушала, но старалась не смотреть на них, чтобы не смущать. Хотя кого смутит лишний взгляд, если вы и так кричите на весь аэропорт, где мало людей?

– Вы можете так громко не орать? – не выдержал Бенни и вмешался, поднимая голову. Бруно и Тесса медленно перевели на него взгляд. – Вы о чем вообще болтаете? Почему сейчас надо выяснять отношения прямо здесь?

– Бруно завел себе новую игрушку и теперь съезжается с ней, чтобы обеспечить себе комфорт, – сказала язвительно Тесса, скрестив руки на груди.

– Да ты больная! Какой к черту комфорт? – в шоке отвечал Бруно. Вены на его шее постепенно начали всё больше проявляться.

– Вот видишь, именно об этом я и говорю. Ты даже не вслушиваешься в то, что тебе говорят!

– Если бы ты говорила, я бы слушал, но ты кричишь как ненормальная! – Бруно резко подскочил со скамьи и стал приближаться к Тессе.

– Потому что ты по-другому не воспринимаешь! Тебе всё нужно доносить криками. Как у тебя вообще ума хватило упомянуть такую новость в нашем разговоре про тарелки? Да ещё и настолько вскользь, – «слушай, кстати, Меган выбирала недавно тарелки, потому что ей не нравятся те, которые у меня дома». С ума сойти!

– Ты завелась на пустом месте…

– Прекратите так громко говорить. Вы всех людей распугаете, – Бенни отложил ноутбук и встал между Бруно и Тессой, которые размахивали руками и упорно продолжали друг другу твердить претензии.

– Но ты посмотри на него! Он же не умеет строить взаимоотношения с людьми…

– Хватит. У меня новые отношения, в которых я счастлив, и я хочу пожить с ней, чтобы принять для себя решения. Тебя не должно это заботить. Я вообще считал, что тебе давно всё равно на это, – Бруно указал пальцем на Тессу.

– Какие решения? – темп криков Тессы резко сбавил обороты, и теперь она говорила тихо.

– Разные решения. Которые касаются только меня и её. Ты, как мой друг, можешь только поддержать меня, а не вываливать то, что ты у себя в голове напридумывала, – жестко ответил Бруно. Тесса немного откинулась назад телом, будто её что-то ранило. Она раскрыла рот, чтобы что-то сказать, но затем прикрыла его и села на скамью напротив Бруно. Минуту была полная тишина.

– Ты хочешь и дальше развивать отношения с ней? – все-таки тихо спросила Тесса, переводя взгляд на Бруно. Она смотрела на него выжидающе.

– Хочу. А почему тебя это так сильно заботит? – язвительно ответил Бруно, скрестив руки на груди. Лицо Тессы немного изменилось: она выглядела так, будто ей только что дали пощечину.

Собственно, ответ на вопрос Лав, как они могут спокойно общаться после закончившихся отношений, пришел сам – никак.

#

Венеция встретила ребят радостными красками: яркие красно-оранжевые цвета с примесью зеленого в природных зонах, почти синяя не заканчивающаяся водная гладь и разноцветные причудливые, но при этом старинные и необыкновенно завораживающие постройки. Лав мысленно представила, что приехала на фестиваль цветов, только основными чарующими экспозициями выступали милые невысокие палаццо3, которые контрастировали с голубыми дорожками каналов. Приятно удивляла и погода: солнце находилось почти в астрономическом горизонте и тепло грело щеки девушки. Она развязала пояс пальто и шла рядом с Бенни позади Тессы и Бруно, которые препирались насчет местоположения отеля.

Они выбрали район Каннареджо4 для остановки, чтобы ощутить настоящую атмосферу жизни около Гранд Канала5. Поскольку в Венеции самыми удобными видами передвижения считаются водный транспорт или пешком, в такую хорошую погоду и небольшим багажом Бруно предложил пройтись вдоль улочек. Бруно вёз за собой чемодан Тессы, а Бенни вёз чемодан Лав. Как это всегда и бывает, в поездки девушки берут гораздо больше вещей, чем парни. Сами парни взяли дорожные сумки с вещами.

Вокруг все особняки одновременно выглядели и разными, и одинаковыми. Где-то местные разводили мини-сад с прикрепленными горшками с цветами на окна, на половине улочек лежали потрескавшиеся частички черепицы, повсюду слышался плеск воды.

Тесса утверждала, что им нужно было свернуть гораздо раньше, чтобы выйти к Гранд Каналу и идти вдоль него.

Бенни шел, фотографируя почти каждое здание, и тихо хихикал. Он еще на площади Рима упомянул, что Гранд Канал находится слева и им необходимо пройти по мосту на другую сторону, чтобы вдоль канала дойти до отеля. Но с момента выяснения отношений Тесса и Бруно особенно яростно обращали внимание только друг на друга, поэтому слова Бенни были проигнорированы. Лав грустно поглядывала на палаццо и думала, что Ричи бы здесь понравилось.

– … мы уже прошли по одному мосту! Навигатор показывает, что нам надо идти мимо рыбного рынка, чтобы дальше пройти еще один мост и завернуть налево, – Бруно уже почти вопил, усиленно указывая рукой на телефон.

– А еще говорят, что у женщин топографический кретинизм, – закатывая глаза, устало подмечала Тесса. За наигранным презрением, казалось, стоит что-то ещё. Будто бы игривое.

– Ну, тогда доставай свой смартфон и сама веди нас, куда посчитаешь нужным!

– Это надо было говорить 20 минут назад, до того, как мы начали плутать.

Лав резко стало смешно от того, как Тесса действует на нервы Бруно. Кажется, что ему даже льстит столько внимания, раз он до сих пор продолжает вступать с ней в полемику.

– Смотри, как Бруно упомянул, чуть далее будет рыбный рынок. Можно будет там присмотреть креветок и вечером поужинать на террасе у нашего отеля, – тихо предложил Бенни, показывая Лав места на навигаторе.

– Да, и правда можно. А тут еще рядом есть церковь Сан-Джакомо-ди-Риальто6. Сфотографируешь меня? – спросила Лав, показывая на места рядом с рыбным рынком.

– Конечно, но только в обмен на мою фотографию, – хихикнул Бенни и слегка толкнул плечом Лав.

Воздух был влажным и повсюду пахло чем-то вроде тины. Сначала это было особенно заметно, когда ребята выбрались из такси на площади Рима, но сейчас нос Лав будто постепенно привыкал к такому аромату. Она и не ожидала другой атмосферы, когда соглашалась поехать в город, где повсюду простирается водная гладь. Впечатления важнее.

Через пару поворотов ворчание Бруно и Тессы затихло. Они оказались около рыбного рынка, который представлял собой двухэтажное здание каменной кладки, на первом этаже которого находился павильон с множеством арок, где расположились торговые ряды. На прилавках лежало большое количество разнообразной морской живности. Лав подумала, что резкий запах тины сменился на рыбный, и хмыкнула от своей придирчивости. Она взглянула на Бенни, который, как ребенок, сиял от вида свежей рыбы и бегал от ряда к ряду, выбирая еду на ужин, и улыбнулась. Её позабавило, как легко он отпустил мысли о работе, когда их самолет приземлился в аэропорту Венеции. Именно такой настрой должен быть в отпуске.

– … вон наш отель, – презрительно подметила Тесса, указывая головой на противоположную сторону Гранд Канала.

– Если ты еще раз скажешь, что мы слоняемся тут как дураки, я … – начал закипать Бруно от дерзости.

– Что? Что ты сделаешь? – перебила его Тесса. Она явно была рада вспышкам гнева бывшего возлюбленного. Её лёгкая улыбка выдавала намерения.

– А может вы просто перестанете страдать непонятно чем? Мы в отпуск вроде приехали, а вы не даете насладиться новой атмосферой, – сказал Бенни, возникнув между Бруно и Тессой, и приобнял их двумя руками. – Давайте просто перестанем спорить и выберем на ужин диковинные вкусности, а потом доберемся наконец до отеля, разберем вещи и пойдем посмотреть на вечерний город.

– Я только за! – эмоционально ответил Бруно.

– Тесс? – Бенни повернул голову в сторону Тессы, которая неловко переминалась с ноги на ногу, скрестив руки на груди.

– Да, ладно, чего уж там… – протянула она, и Бенни прижал их к себе, а затем резко переключил внимание на огромную рыбу у торговца сзади.

– Ничего себе… – Бенни пошел в сторону рыбы, как завороженный.

Тесса отошла от Бруно, который пошел вслед за Бенни, и начала оглядывать окрестности. Лав подошла к ней сзади и приобняла за плечи.

– Зачем ты пытаешься разглядеть в его реакциях чувства к тебе? – тихо и мягко спросила Лав, рассматривая особняки вдоль Гранд Канала. В некоторых прослоях между водой и зданиями проглядывались деревянные сваи. «Какая старинная атмосфера», подумала Лав, наслаждаясь.

– Потому что он слишком быстро переключился, – ответила Тесс усталым голосом. – Я думала, что мы пока морально не готовы обговорить наше расставание, поэтому была не против поддерживать дружеское общение…

– … а оказалось, что он просто жил дальше, – договорила Лав за подругой, посмотрев на неё исподлобья с легкой улыбкой. Тесса кивнула и тяжело вздохнула.

– Ну, значит тоже нужно так сделать, – с более широкой улыбкой сказала Лав. – Самое страшное, как тебе казалось, уже случилось. Но у тебя есть преимущество при любом исходе: ты не теряешь его как человека. Он останется с тобой, только уже в образе друга. Нам же всем вместе весело, правда?

– А как же любовь? – быстро вытерев слезу, спросила Тесса. Она посмотрела на Лав так, что от её взгляда побежали мурашки.

– Любовь – это ещё не всё, – подытожила Лав.

Очередные мысли накатили на неё, отвлекая от суматохи рыбного рынка Венеции.

Ричи и Лав тогда увидели поваленное дерево и решили на него присесть, чтобы перевести дух. Долгая прогулка их вымотала, но им не хотелось переставать разговаривать друг с другом.

– Мне кажется, Бруно и Тесса, в конце концов, сойдутся, – сказал Рич, присаживаясь на воображаемую скамейку. Лав удивилась его уверенности.

– Сейчас они очень далеко от этой точки… тем более, мне понравилась Меган, она действительно очень милая девушка, – ответила Лав.

– Ты что, не знаешь Бруно? Ему нужны приключения, а не тихий дом с белым заборчиком, – немного подумав, бросил Рич, заглядываясь на луну. Лав подняла глаза и посмотрела на неё тоже. Сегодня небо было особенно темным, не видно ни одной звезды.

– Не нам судить. Они сами разберутся, – тихо произнесла Лав и положила голову на плечо Ричи. Он глубоко вздохнул.

– Кажется, будто мы только недавно сидели на берегу океана в Хэмптонсе7, – улыбнулся Ричард и накрыл ладонь Лав своей. Она посмеялась.

– Да, мы были такими пьяными. Я удивлена, что никто не додумался схватить горящие ветки из костра и танцевать с ними. Мы же только и делали, что прыгали через него, – на эмоциях начала вспоминать девушка.

– И танцевали. Очень много танцевали. Я на следующее утро думал, у меня ноги отвалятся, – посмеялся в ответ Ричи. Его смех отдавался эхом вокруг.

Затем перед глазами у Лав уже был не лес и Ричард, а всё тот же рыбный рынок.

Она обернулась и увидела, как теперь Бруно тычет пальцем в смартфон и что-то усиленно доказывает продавцу. В это время Бенни держал в руках маленький пакет и выглядел так, будто готов удрать с ним куда подальше прямо сейчас.

– Пойдем, иначе мы останемся без ужина с этими детьми, – смеясь, сказала Лав.

Тесса обернулась и хмыкнула. Она не была удивлена такой картине, Бруно постоянно на рынках пытался торговаться. Конечно, не всегда успешно, но он никогда не стеснялся испытать этот азарт.

Тени от невысоких палаццо вырастали всё больше, оранжевые цвета постепенно становились более блеклыми, а в небе уже проглядывались маленькие звёзды. Гранд Канал начинал медленно погружаться в освещение фонарей. На небольших гондолах загорались маленькие светильники.

Пройдя от рыбного рынка с покупками, ребята остановились у церкви. Бенни фотографировал всех по очереди, а затем попросил у прохожего сделать общее фото. Обстановка немного сгладилась, Бруно и Тесса больше не ругались, но и особо не контактировали. Лав сфотографировала Бенни с закрытыми глазами и высунутым языком у подножия моста.

Дальше последовали фотографии с моста Риальто рядом с церковью. Это был красивый арочный небольшой каменный мост, с расположенными справа галереями, откуда открывался вид на часть Гранд Канала, рыбный рынок и был виден отель ребят. Солнце почти зашло, и красное зарево заняло половину неба. На этом красивом фоне ребята сделали «селфи», поразглядывали лавки с сувенирами на мосту и пошли к отелю.

Снаружи вечерний отель был красив и похож на уютный небольшой замок: придворная территория выглядела как маленький сад с каменными заборами и пристройками. Сад был стилизован и ухожен. Прямо около него находилась маленькая пристань, откуда отправлялись вечерние гондолы. Рядом были пришвартованы по крайней мере шесть таких же гондол. Только сейчас, оглянувшись, Лав заметила, что по всему берегу Гранд Канала причалено несчетное количество гондол для прогулок и трагетто8, маленьких катеров-такси, моторных лодок, а неподалеку медленно двигался городской маршрутный теплоход Вапоретто9. Палаццо и особняки у канала становились всё темнее, и свет исходил только от вечерних фонарей с улиц и морского транспорта или из вытянутых арочных окон зданий вдоль воды.

Компания прошла сквозь красивые с узорами ворота готического стиля. Они повернули направо и вошли через широкие с деревянной отделкой двери, открывающиеся как ставни. Холл отеля выглядел просторно и роскошно, хотя и с невысокими потолками. Переднюю часть зала украшали большие красные с узорами ковры. На свету маленьких люстр красиво заиграл мраморный потолок и пол песочного цвета. Около зоны регистрации стояли резные шелковые диваны, а по бокам располагались кресла с кофейными стеклянными столиками для отдыха гостей. Стены с деревянными вставками создавали теплую и уютную атмосферу; прямо к ним примыкали трельяжи с множеством старинных артефактов. Стойка регистрации находилась чуть дальше и была выполнена в более современном стиле: темный мрамор с деревом смотрелся по-деловому. Сверху стойки находился звонок вызова персонала и небольшой светильник со старинным абажуром.

Администратор отеля встретил ребят доброжелательной улыбкой и поздоровался. Оформление заняло немного времени, и вот каждому из них вручили карточки от номеров. Чемоданы забрали, положили на тележку для багажа и покатили в сторону лифта. Компания последовала за сопровождающим. Они вышли на втором этаже отеля и проследовали вглубь по коридору. Номер Лав и Тессы располагался прямо напротив номера Бруно и Бенни. Чемоданы спустили на ножки, и сопровождающий вежливо попрощался и удалился.

– Увидимся через полчаса? Успеете разобрать вещи? – спросил Бруно перед заходом в свой номер.