Бесконечное лето и Потерянная брошь. Книга вторая – Магические артефакты

Я ещё раз посмотрел на освещённую сцену, на лежащие на ней крошки от пирожков, на гитару, которую она заботливо повесила на плечо – и пошёл следом.

Ночь была тёплой. Воздух – чуть влажным. И шаги Алисы впереди казались чем-то родным.

Мы шли молча, вдоль цветочных клумб и знакомых зданий, под аккомпанемент сверчков, которые будто продолжали наигрывать ту самую вечернюю мелодию. Пыльная дорожка, лампочки на столбах, редкие огоньки окон… Всё словно замерло, чтобы не спугнуть последние искры этого момента.

Когда добрались до площади и остановились у статуи, Алиса наконец нарушила тишину:

– Всё, Семён. Топай домой. Я к себе пойду, – сказала она, придерживая гитару на плече.

– Может, всё-таки провожу? – предложил я.

– Нет-нет, ещё кто-нибудь увидит – не то подумает, – фыркнула она. – Скажут, что у нас свидание было.

– А что, не было? – прищурился я.

– Не-а, – ответила она быстро, почти с вызовом.

– Значит, я не такой уж и красивый, да? – развёл руками я, с притворной обидой.

– Дундук ты, вот и всё, – фыркнула она, но без злости. – Всё, спокойной ночи тебе.

– И тебе спокойной, – кивнул я.

– Тогда… до обеда? – спросила она, на этот раз чуть мягче, с лёгким намёком на улыбку.

– До обеда, – улыбнулся я в ответ.

– Вот и славно. Хоть выспимся, – сказала Алиса и развернулась, уходя в сторону своего корпуса.

Я ещё немного постоял, глядя ей вслед. Гитара висела на плече, походка – уверенная, быстрая, но в ней было что-то… притягательное. Может, усталость дня, может, музыка, может, она сама. А может, всё вместе.

Когда она скрылась в темноте, я глубоко вздохнул, потянулся и побрёл в сторону своего домика. Меня там, скорее всего, уже ждала моя соседка, готовая засыпать вопросами, на которые я уже должен придумывать по пути ответы.

Я подошёл к своему домику и увидел, в окне ещё горел свет. Значит, моя вожатая всё ещё не спит. Ну, конечно… кто бы сомневался.

Я тихонько открыл дверь и вошёл. Ольга Дмитриевна сидела на кровати, устало смотрела куда-то в сторону – кажется, на ту самую картину с Фантомасом, которую наверное кто-то притащил ради шутки и с тех пор забыли снять.

– Пионер, пионер… поздновато ты сегодня, – протянула она, не оборачиваясь.

– Так мы… брошь искали, – пожал я плечами. – Сказали ведь, важно для лагеря. Вот и старались с Алисой и Мику, чтобы завтра подольше поспать, сегодня побольше поискать.

– В темноте, значит, – прищурилась вожатая. – Прямо герои у меня.

– А что такого? Ночь – не помеха, если речь о спасении всего Совёнка, – подмигнул я.

– Ну-ну. Нашли хоть что-нибудь?

– Пока нет, – развёл руками я. – Но есть предположение, что брошь могли украсть. Кстати, у вас в домике сейфов нету?

– Сейфов? – она удивлённо подняла бровь. – С чего бы? Я что, директор банка?

– Ну, мало ли. Вдруг кто прячет, как в фильмах, – пошутил я. – А ключи мелкие не теряли? Такие, знаете, как от ящика или от чемоданчика?

– Не теряла, – покачала головой. – И вообще, если кто и прячет тут что-то, так это Виола. У неё там куча шкафов, замков, таблеток и «не трогай руками пионер».. Вы, значит, нашли ключ? Может, это ее?

– Не совсем. Нашли – и тут же потеряли. Мику успела его уронить в траву и не смогла найти обратно.

– Ох, уж эта наша Маша-растеряша, – вздохнула вожатая. – Всё теряет. Ладно, пионер. Спать ложись. Смотрю, старался сегодня. Завтра продолжай поиски. А если что – подходи, помогу, чем смогу.

– Спасибо, – кивнул я. – Спокойной ночи, Ольга Дмитриевна.

– И тебе спокойной. Только в следующий раз – без ночных приключений, ладно?

– Постараюсь, – хмыкнул я, заходя в свою половину комнаты.