Бархатный сезон

– А Игорь – он кто?

– Ну ты, девка, даёшь! Сын известной артистки. В Москве там что-то делает. Говорят, что в кино снимается. Только я его не видел в кино ни разу. К матери приезжает иногда. Сейчас уже второй раз за год. Болеет Анна. Хорошая артистка была. Хара́ктерная. Жена ходила на все спектакли с ней. Сейчас артистка из дома не выходит. Болеет… н-да-а-а, старость никого не щадит.

– Понятно. А я вот журналистка. Хочу о ней в журнал написать.

Уверовав в сказанное, Вика становилась увереннее и смелее.

– Молодец. Напиши. Денег с тебя не возьму. Потому что гостья, как я понял. И по великому делу приехала. О таких писать надо. Незабвенные люди в народных сердцах. Звания давать надо при жизни. Знаешь, как она на сцене душу рвала? Нет? Вот и я не знаю. Жена рыдала. Приеду из театра её забрать, а она вся в соплях. Значит, Анна в роли была! Приехали! Удачи тебе.

Пожилой шофёр протянул Вике руку, она положила свою в его широкую ладонь. Он нежно поцеловал её пальчики.

– Девочка, пусть твоя журналистская рука наполнится благородством и любовью к людям, которые этого заслужили.

Вика снова захотела плакать. Она не узнавала себя. Второй день носит чужую дорогущую вещь, врёт о том, чего никогда не делала, ушла от мужа и ни разу не вспомнила о нём, не звонит родителям, без вещей, без денег, без обеда и хочет сильно в туалет…

Вика поднялась на третий этаж. Дверь долго не открывали.

– Валюша, ты? Ключи забыла, да?

Вика слышала, как за дверью пытаются открыть замок, но он не поддаётся, прокручивается, щёлкает и… замолкает. Неожиданно дверь отворилась. На пороге появилась маленькая женщина.

– А где Валюша? Вы кто? Что с Валей?

– Не волнуйтесь, с Валей всё нормально. Я к вам. Вы мама Игоря?

– Что с Игорем? Я знала, что это добром не кончится. Предупреждала его. Говорила, чтобы не связывался с ним. Его друг стал плохим человеком. Что с моим сыном?

– Ничего, всё нормально. Я журналистка. Хочу поговорить с вами, Анна Максимовна.

– Какая журналистка?! Мне сын второй день не звонит! Телефон его отключён! Я с ума схожу! Уйдите вон, вон!

Вдруг актриса стала опускаться на пол. Она хватала ртом воздух, как рыба. Вика пыталась её подхватить, но не удержала, упала вместе с ней. Подскочила, побежала в квартиру, принесла подушку, подложила артистке под голову. Вызвала скорую. Скорая приехала быстро. Врач назвала адрес больницы.

Вика хотела поехать тоже, но ключей от квартиры не нашла.

Пришлось остаться, чтобы охранять квартиру. Ведь Анна Максимовна упомянула Валюшу с ключами. Значит, она придёт.

Вика, осмелившись, сходила в туалет, выпила воды из графина, взяла яблоко из вазы на кухне, достала бумажник, положила его в спальне на тумбочку. Потом передумала, убрала в ящик. Передумала. Вытащила, снова вернула на тумбочку.

«Конечно, судя по всем атрибутам, это спальня актрисы. Значит, мамы Игоря. Скорее бы пришла Валя, чтобы уйти и навсегда забыть этот кошмар. Уехать, в конце концов, домой. Только с какими глазами я предстану перед строгими родителями? Снова выслушивать нравоучения и упрёки!»

Вика, незваная гостья, вышла из квартиры и решила позвонить соседям, чтобы покараулили соседское жильё. Только протянула руку к звонку, как с верхних этажей помчалась ватага подростков, пинающих футбольный мяч. Мяч ударил в дверь квартиры актрисы, распахнул её и закатился внутрь. Подросток, оттолкнув Вику, забежал в прихожую, схватил мяч и умчался вниз по лестнице.

«Проходной двор какой-то… Нет, так нельзя. Оставить несколько миллионов без присмотра?! На тумбочке, в спальне? Откуда я знаю, кто такая Валюша и когда она придёт?» Вика снова вошла в квартиру, забрала толстый увесистый бумажник с деньгами, засунула его во внутренний карман ветровки, вышла на лестничную площадку, села на подоконник и стала ждать незнакомую Валюшу.

В окно было видно, как подъехал чёрный внедорожник. Из него вышли трое. В чёрном. У Вики заныло в боку. «Что-то будет. Это предчувствие. Со мной такое уже было. Но почему снова тянет в туалет? От страха? А кого мне бояться? Я тут никто, и зовут меня никак».

Поднялась на этаж выше. В дверь актрисы долго звонил один из гостей. Второй стоял этажом ниже. Третий у окна, на котором она только что сидела. Дверь открыть некому, конечно. Первому надоело звонить. Он пнул дверь ногой. Дверь открылась настежь. Вика смотрела в проём лестницы, она видела, как первый вошёл в квартиру. К нему подтянулся второй. Третий стоял на месте.

«Хорошо, что я пришла первой и Анну Максимовну увезли в больницу. Они бы её убили. Только за что? Кто они?» Из квартиры уважаемой народом артистки доносились мат и грохот.

Мимо квартиры прошёл сосед. Зашёл в свою квартиру, даже не повернув голову в сторону шума. Быстро закрыл за собой дверь, щёлкнув мощным замком. Минут через двадцать из квартиры Анны Максимовны гости вышли, хлопнув дверью. Громко матерясь, спустились с лестницы. Вика видела в окно, как они сели в машину и уехали.

Она спустилась вниз. По лестнице поднималась полная уставшая женщина с продуктовой сумкой.

– Вы Валюша?

– Да. А вы кто?

– Я дальняя родственница Анны Максимовны. Приехала её проведать, а тут вот такое… Её увезли с сердечным приступом на скорой. Я осталась, чтобы дождаться вас. Приходили трое. Что-то искали. Хорошо, что вас не было дома.

– Не знаю я такой родственницы… Иди отседова.

– Хорошо. Я невеста Игоря. Он просил меня проведать маму. А тут вот такое…

– Ладно, проходи.

Они зашли в квартиру. Там был погром. Валюша отнесла продукты на кухню.

– Приберём, – спокойно сказала она.

– Хорошо, тогда я поеду в больницу.

Беда вперёд радости летит

Две недели Вика не отходила от Анны Максимовны. Наконец-то женщина стала приходить в себя, всё понимать, реагировать на происходящее.

– Игорь, где Игорь? Где мой сын? – слабым голосом спросила Вику больная артистка в один из дней.

Но ответить ей было нечего. Игорь так и не звонил, телефон по сей день был недоступен. Второй раз в жизни Вика лгала. И ложь эта была во благо.

– Конечно, конечно, он звонил. Переживает. Но знает, что вы не одна. Передавал вам привет. Он сейчас занят работой. Много работы. Его отправили за границу. Звонить сложно стало. Как сможет освободиться, сразу же приедет.

Вика с Валюшей забрали Анну Максимовну из больницы домой через двадцать дней. Актриса не отпускала Вику от себя ни на шаг. Она привыкла к ней. Пришлось остаться. Да и Вале было легче с больной, ведь у Вики был опыт сиделки. Она здорово справлялась с неуправляемой капризной пациенткой.

Вика переживала за содержимое бумажника. Ей приходилось постоянно носить его при себе – рисковала, боялась потерять. После странного визита бандитов оставлять его в доме стало страшно. И с собой постоянно носить – ещё страшнее. Вика находилась в странном положении и не видела выхода. Как быть, что предпринять? Было понятно, что Игорь попал в беду. Надо как-то выручать его. И с чужими деньгами за пазухой сильно не побегаешь. Что делать? Вика приняла решение: снять в банке ячейку и хранить денежные купюры там, пока не объявится хозяин. Но ей всё же приходилось тратить рубли из бумажника на непредвиденные расходы, которые вырастали как грибы после дождя.

Каждую израсходованную копейку Вика оправдывала, фиксировала расходы на листочек и переживала о растущем долге. Надо искать работу, чтобы восполнить содержимое чужого бумажника.

Наводящими вопросами Вика пыталась выспросить у Анны Максимовны всё про друга, который провожал Игоря на вокзал. Делала она это очень осторожно, чтобы не дать повода для волнения.

Нарисовалась картина: друг детства, вместе учились в школе, занялся бизнесом, открыл оружейный магазин. Анна Максимовна произнесла эту подробность со страхом, шёпотом, как будто боялась, что её кто-то услышит.

– Я видела, как Игорь брал у него деньги. Много денег. Сын с трудом их вкладывал в бумажник и обещал кому-то передать в целости и сохранности. Почему я не запретила ребёнку брать чужие деньги? Почему промолчала? Он такой хороший мальчик, такой внимательный! Воспитанный. А тут деньги! Да ещё чужие!

Вика постепенно выведывала подробности о семье, о привычках Игоря. Узнала, что Игорь не пошёл по стопам матери. Его детство прошло в театре. Он легко поступил бы в театральное училище в Москве, работал бы в театре. Но он решил иначе – стал дипломированным экономистом и с большим трудом устроился в один из московских банков. Молодой специалист, но заработка хватает на самостоятельную жизнь в Москве. Снимает квартиру. Вика перебрала все записи в записных книжках Анны Максимовны, выписала все московские адреса, телефоны.

С Валюшей Вика планами и тайнами не делилась. Ни к чему это. Да и расстраивать её не хотелось. Бедная женщина скрывала слёзы от хозяйки, так переживала, что Игорь пропал. Все свободные от забот минуты раскладывала карты: жив ли мальчик? Но карты ничего плохого не рассказывали, это тревожило гадалку: где же он? Вика её успокаивала.

– Если бы произошло несчастье, давно бы сообщили. Беда вперёд радости летит. Будем ждать.

Она понимала, что Игорь где-то прячется, потеря такой суммы точно привела его к данному поведению. Видимо, ищет деньги, чтобы отдать долг, а деньги здесь, у неё, целые и невредимые.

И вот наконец-то Виктория решилась. Ничего не сказав Валюше, рано утром вышла из дома. Она уже примерно знала, где находится магазин друга Игоря, и решила посетить его. Надо было узнать, что он знает об исчезнувшем московском друге. Магазин открывался в десять. Она села на лавочку и стала ждать.

Подъехал джип. Тот самый. На нём приезжали трое, учинившие погром в квартире артистки. Из него вышел молодой человек. Он разговаривал по телефону, размахивая правой рукой так, как будто рубил полено.

Вика решительно встала с лавки и направилась к парню.

– Здравствуйте. Я невеста Игоря. Он пропал, я его ищу. Мне сказали, что вы его видели последним.

Володя, так звали парня, напрягся, отключил телефон, подошёл близко к Вике и тихо спросил:

– Кто сказал? Говори, кто тебе сказал?

– В полиции сказали. Они вас видели с ним на вокзале.

– Неправда. Не было там никакой полиции. Твой жених кинул меня на бабки. Он исчез вместе с ними. Мы его ищем. Найдём – кары ему не миновать!

– Он ваших денег не брал.

– Он тебе отчитался? Он не передал сумму человеку, который его встречал в Москве. Он меня подставил.

– Он денег ваших не брал! Игорь потерял их!

– Что? Что ты городишь, девушка? Ну-ка, садись в машину! Там поговорим. Где деньги? Говори, где деньги? Иначе будешь в заложницах, пока жених твой не объявится.

– Вы не смеете меня трогать. Сейчас нас снимают на камеру. Можете не оглядываться, этого человека не видно. Если со мной что-то случится, нас видели вместе.

– Ты, коза! Где деньги? Или не видать тебе твоего женишка!

– Деньги у меня. И я их отдам только Игорю, когда он вернётся. А вы мне поможете его вернуть.

– Мы его ищем! Он не прибыл в Москву. Вышел из поезда раньше. Больше нигде не появился. На работу не ходит. Дома тоже его нет. Там ребята пасут его жилище. Как сквозь землю провалился.

– Да, я заметила, что возле дома отираются одни и те же личности. Можете снять наблюдение. Я думаю, что Игорь ищет деньги, чтобы отдать долг. Он не знает, что они в целости и сохранности. Будем его искать.

– Наивная вы, девушка. Он гордый, как и его отец, который погиб за правду. Все так говорили. И он вырос без отца. Я не верил, что он сбежал с деньгами. Я его хорошо знал, поэтому доверил такую сумму только ему. Сам не смог поехать, потому что дочка попала в больницу, в реанимацию. Если говоришь правду, не тронем его. Позвоню в Москву, скажу, что бабки на месте, если ты не врёшь. Я тут сам под колпаком из-за этой суммы. Вовремя не расплатился с поставщиком.

– Нет, я не вру. Я в тот день сбежала от мужа и хорошо помню дату, когда нашла эти деньги.

– И ты с ними не рванула в лучшую жизнь? Ищешь того, кто их потерял? Ну и дура! Впервые вижу такую. Ты ж говоришь, что он твой жених! Врала?

– Да. Я его никогда не видела. Сейчас ищу.

– Дура ещё раз. Но уважаю. Ищи. Если что, обращайся, помогу чем могу. Всё-таки он мой друг.

– Если друг, почему же он не позвонил, не сказал, что потерял их?

– Он знает, что не поверю. Я его предупредил, если что – ему конец. Отвечает за взятое в руки головой.

– Плохой вы друг, если не доверяете товарищу. На что человека толкнули! Он же выручал вас, а сам попал в беду!

– Женщина! Иди работай! Неделю тебе на поиски. Я тебя везде найду, девка, поняла? Нравоучитель! Давай-давай, не тяни время. И знай, отныне ты с хвостом.

– Как с хвостом? Это что такое?

– Не знаешь – значит, не положено. Всё. Не вздумай с деньгами исчезнуть, честная ты наша! Вперёд! Время тикает!

Анна Максимовна стала поправляться, и Вика со спокойной душой собиралась в Москву. С Валюшей решили проехать на рынок, чтобы купить куртку и ботиночки. Вика стала ей доверять и решила поделиться планами. Но не сразу, иначе можно оказаться непонятой.

Торговля на рынке была унылой. Народу мало. Выбор небольшой, цены высокие.

– Вика, пойдём к китайцам, там то же самое, но дешевле.

– Точно, надо было сразу туда. Я ни разу не была на китайском рынке. Ого, здесь не протолкнуться.

Они шли между рядами. Китайские торговцы хватали за руки, предлагали товар «подешевле», тянули к себе.

– Вика, не поддавайся, – смеялась Валюша, – а то накупишь ерунды. Лучше иди и молчи, просто смотри.

Нашли прилавок с куртками. Вика стала рассматривать товар. Позади себя услышала голос мужа, он пронзил её насквозь. Вика вздрогнула и повернулась в его сторону. Смотрела на него, и ни одна клеточка её организма не заныла, не заплакала, не обрадовалась. Муж выбирал женщине, намного старше себя, куртку. Она вертелась перед ним, смеялась, обнимала его, целовала в губы. Вике стало противно. Она подошла к мужу, достала из паспорта давно подготовленное заявление о разводе.

– Подпиши!

Муж, как всегда с похмелья, открыл рот, выдохнул вчерашним перегаром:

– О, жёнушка моя дорогая! Объявилась!

– Подпиши, говорю!

– Нет! И не надейся! Давай домой, хватит уже скрываться.

Его женщина замерла, скинула куртку, в которой только что пританцовывала перед прапорщиком, положила руку на его плечо и с иронией произнесла:

– Мадам, дайте ему развод, что вы мучаете мужчину.

Прапорщик скинул её руку и ещё раз сказал:

– Нет! Никогда.

– Хорошо. Разведёмся через суд.

Валюша топталась рядом, переживала, поддерживала Вику. Она уже знала о проблеме и всем сердцем была за несчастную. Вика ей стала близкой за время, пока выхаживали артистку.

Вика повернулась к бывшему мужу спиной, взяла Валю под руку, и они пошли дальше, весело смеясь, обсуждая растерянный вид супруга.

– Стой! Стоять! Кому я приказываю!

Вика ещё громче рассмеялась, её поддержала Валюша. Китайские продавцы весело аплодировали Вике. Молодой китаец догнал женщин, всучил куртку, нахваливая себя, сделал скидку.

– Я холосый, это сувенира! – И вручил Вике шарфик. Вика тут же, не раздумывая, подарила его Валюше.

Неверный друг – что дырявая шуба

В Москве было холодно, шёл дождь. Вика все действия продумала заранее, расписала маршруты, чтобы сэкономить время и быстрее вернуться к Анне Максимовне. Та была против отсутствия девушки, капризничала, постоянно спрашивала о сыне. Но он всегда звонил, когда она спала. Артистка верила, но ругалась, почему её не будят, когда звонит сын.

В банке, где работал Игорь, ответили, что он уволился по телефону, мотивировав своё увольнение тяжёлой болезнью матери и невозможностью приехать в Москву. Его больше никто не видел и не слышал. Вика представилась невестой и просила все номера телефонов, которые помогли бы выйти на его след. Сотрудники качали головами, ничем не могли помочь. Когда девушка уже выходила из банка, её догнала секретарша и сунула бумажку:

– Вот с этого номера он звонил, когда просил его уволить. У меня сохранился номер в телефоне. Он звонил не на служебный номер, а мне лично. Я ещё очень удивилась. Тут приходила ещё одна невеста, искала его. Но та была уж очень наглая. Да и не стал бы он с такой, как та. А вам я верю. Вы другая. Заявление от него привёз парень на мотоцикле. Я видела его в окно, когда он уезжал. Маленький такой, шустрый. Бегом бегал, торопился сильно. Бросил заявление – и бежать! Но документы его в банке. Игорь их не забирал.

Вика зашла в кафе и стала звонить. Ответил мужской голос.

– Вы не кладите трубку. Дослушайте меня, пожалуйста. Если всё поняли, поверьте мне. Это правда. Я нашла деньги, которые потерял Игорь. Они у меня.

Телефон абонента отключился. Вика перезвонила. Но он уже был недоступен.

– Что делать? Что теперь делать? Как быть? – спрашивала она себя вслух.

Копаясь в комоде у артистки, Вика нашла ключи. Они были завёрнуты в бумажку с адресом. И сверху на бумажке написано: Игорь. Вика прихватила их с собой. Решила поехать по этому адресу. Ночевать негде, денег в обрез. Ночь в гостинице отняла уже некоторую сумму. Если это квартира Игоря, она может переночевать там. Рискованно. Но делать нечего. Надо действовать решительно и быстро.

В квартире давно никого не было. В холодильнике засохший сыр и покрытая плесенью палка колбасы, даже холодильник не спас продукты от порчи. На окне в горшке засохла фиалка. Странно – фиалка в квартире одинокого мужчины. И пыль. Везде. Даже на одежде в шкафу. Вика быстро принялась за уборку. Зазвонил телефон.

– Деньги где?

– У меня.

– А вы где?

Но Викторию непросто застать врасплох.

– А вы кто?

– Никто.

– Вот и я нигде.

Абонент отключился. Вика перезвонила. Телефон опять недоступен. Вика продолжила уборку. Она не понимала, как ей быть. Это друг или враг? Как поступить? Телефон снова ожил.

– Я Игорь.

– Я не знаю вашего голоса и поэтому вам не верю.

– А я вам не верю. Как нам быть?

– Давайте я расскажу вам, где вы потеряли деньги, как я их нашла.

Вика рассказала ему про бумажник. Собеседник долго молчал.

– А теперь вы мне расскажите, что в нём было. До мелочей. Иначе не увидите ни меня, ни денег.

Игорь перечислил всё, даже озвучил надпись на мамином фото.

– Я верю вам, Игорь.

По тишине, которая исходила из трубки, Вика поняла, что он плачет.

– Что будем делать?

– Приезжайте в аэропорт. Мама ждёт вас. Полетим вместе домой.

– Меня убьют. Я пока не могу. Я собираю долг, но это очень трудно сделать.

В трубке была тишина. Виктория поняла: Игорь плачет.

– Бумажник у меня, что ж вы такой тупой. Ваша мама вас опознает, и я вам его отдам. Вас никто не тронет. Я вам обещаю…