Тайна заколдованного дома

5.

Ослепительная белизна приёмных покоев утомляла и без того уставшие детские глаза. За высоким полированным столом хмурая женщина в белом халате и круглом белом колпаке, не поднимая головы, что-то писала. Мать терпеливо сидела на стуле перед ней, поглаживая по головке уткнувшуюся в колени дочь. Изредка врач, перелистывая страницы, задавала вопросы матери. Та торопливо отвечала. Коротко кивнув и переведя с неё на Джамилю взгляд из-под квадратных очков, врач что-то снова строчила в истории болезни.

На всю жизнь запомнила её громкий грубый голос Джамиля. До сих пор стоит перед глазами исковерканное злобой лицо этой женщины-психиатра.

– Зачем?! Зачем ты мучаешь своих родителей?! – кричала она, тряся её за плечи. – зачем ты врёшь? Что ты всё время придумываешь всякую ерунду?

Ничего не понимавшая Джамиля сжималась от страха. «В чём я виновата? Почему эта злая тётка на меня кричит? Ведь я всегда рассказывала только то, ч то видела». И она вдруг расплакалась. Женщина поняла, что сделала что-то не то, стала её утешать. Комок подступил к горлу. Маленькая Джамиля стала терять сознание. Врач засуетилась и через некоторое время Джамиля почувствовала, как очередной укол успокоительным теплом разлился по телу.

… Душистое сено щекотало спину. Вместе с братишкой они ехали на возу. Даулет, хоят был помладше, но как мужчина, взял на себя обязанности рулевого и теперь гордо держал поводья. Джамиля рассматривала божью коровку, ползущую по соломинке. Старая лошадка, мерно покачивая головой, неторопливо вышагивала по пыльной полевой дороге.

Тишина, лишь скрип телеги нарушал её, да иногда расшевеливающий листву берёзок ветерок. Даже птицы смолкли, разморившись от полуденного зноя. Только одинокие кузнечики, тоскливо стрекотали вдоль дороги, провожая телегу своими монотонными скрипками.

Джамиля гоняла божью коровку по ладошке. Та, сложив лапки, замерла, а потом стремительно побежала по пальцу, раскрыла крылышки и взлетела.

Девчушка весело посмотрела на удаляющуюся букашку. Вдруг взгляд её остановился на дереве, одиноко стоявшем впереди у самой дороги. Согнувшись от тяжести чего-то тёмного, оно свесило до земли свои кривые ветки.

– Даулет, стой! – закричала Джамиля. – Что там такое?

Братишка рванул поводья. Лошадь резко встала.

– Что там? Где? – посмотрел на неё Даулет, не понимая.

– Да вон там. На дереве!

– Что там? – мальчишка снова вопросительно поглядел на неё.

– Там кто-то висит! – тыкала пальцем в сторону берёзки Джамиля.

– Да где? – никак не мог понять Даулет. – Что ты там увидела, Джамиля?

Он снова перевёл взгляд на дерево, всмотрелся, ничего нет. Поглядел на сестрёнку, та была бледная от страха. Сжимая в руках клочок сена. Джамиля готова была расплакаться.

– Давай я посмотрю, – Он хотел спрыгнуть с воза и подойти к берёзе.

– Нет! Не подходи туда! – вдруг завизжала Джамиля. И в этом крике был такой дикий ужас, словно она увидела чудовище.

Теперь и Даулету стало не по себе. Он посмотрел на дерево, стоявшее в нескольких метрах от телеги. Может кто-то пошутил? Джамиля навзрыд плакала, размазывая по щекам слёзы. Мальчишка растерялся. Повернуть назад? Но дома их ждут. Наконец решился всё же посмотреть. Осторожно спустившись с воза, опасливо озираясь по сторонам, тихонько подошёл к дереву, держа на всякий случай в руке палку. Втянув голову в плечи, он со страхом ожидал, что сейчас что-нибудь произойдёт. Подойдя поближе, он медленно поднял голову. Ничего. Обошёл дерево со всех сторон. Джамиля, замерев, следила за каждым его шагом. Убедившись, что ничего нет, он вернулся к возу.

– Джамиля, тебе показалось, наверное.

– Нет, Даулет. Ты ведь прямо около него прошёл. Вот он, чёрный весь!

Даулет подумал, что опять у сестрёнки начались её странные фантазии и спорить не стал. Он тронул лошадь, и они медленно съехали с дороги, чтобы подальше объехать это дерево. Джамиля вдруг поняла, что страшный призрак очень похож на её отца. Она всю дорогу молчала и Даулет не тревожил сестрёнку.

Через некоторое время они добрались до села. Подъехав к воротам. Даулет спрыгнул с воза, помог слезть сестрёнке и пошёл за вилами. Вдруг на крыльцо выбежала мать. Платок она держала в руке, растрёпанные волосы топорщились в разные стороны.

– Сынок, доченька! Отец…отец! – она силилась сказать что-то.

Даулет побежал в сарай. С обрезанной на шее верёвкой на земле лежал отец. Посиневшее лицо покрылось мертвенными пятнами. Даулет бросился к нему, стал трясти, бить по щекам, крича от отчаяния. Но безжизненное тело лежало грузным мешком.

Сзади раздался крик. Джамиля, обхватив голову, упала на землю. Очнулась она в больнице. Только там она поняла, каким страшным пророчеством было происшествие на дороге. По деревне разнеслась молва о её сумасшествии. Похоронив отца и собрав некоторые пожитки, семья переехала в другой район. Трудно было уезжать с обжитого места, покидать родительский дом. Поплакав, мать распродала скот, забила досками окна, погрузила вещи в телегу, и они тронулись в путь. Не только соседи и односельчане, но и сама она была уверена в болезни Джамили. И началось: больницы, уколы, врачи. Много раз потом приходилось Джамиле видеть над крышами домов чёрные призраки, но, боясь, что опять назовут сумасшедшей, она молчала…

6.

Положив руки под голову, Олег лежал на кровати. Лёха был на работе, Джамиля уехала на выходные домой, и он скучал. Потянулся за книжкой, перелистал несколько страниц. Нет, ничего не идёт в голову. Он не знал, чем заняться и хмуро смотрел в потолок. «Сварить что ли поесть?» Неохотно поднявшись, он побрёл на кухню. «Нет. Лучше завтра сварю», – решил он, достал кружку и налил себе остывший чай. Нарезав остатки колбасы, положил ей на хлеб и, прихлёбывая чай, задумался.

Голодные кошки собрались вокруг и хищными глазами смотрели на него, выпрашивая кусок.

– Ух! Твари! – выругался он, бросая им хлеб. Чёрный толстый кот подбежал, понюхал и отошёл. Они явно ждали колбасы.

– Фигу вам! – показал он кошкам кукиш, встал из-за стола, сполоснул холодной водой кружку и пошёл в свою комнату. Вдруг какое-то странное предчувствие зародилось в душе. «Сегодня что-то должно произойти», – почему-то пришло в голову.

Выглянув в окно, он увидел огромную луну, нависшую над городом. Её обычная бледность сменилась кроваво красным оттенком. «Полнолуние. Значит бабка, возможно, снова будет колдовать», – сообразил он и не ошибся. Старуха явно что-то затевала. Она долго шебуршала в своей комнате. Через запертую дверь явственно слышалось позвякивание стеклянных банок, шуршание. «Зелье какое-то готовит. Но для чего? Не буду пока спать», – решил Олег. Забравшись для видимости под одеяло и потушив свет, он стал ждать, что же будет происходить.

Ровно в полночь дверь его комнаты открылась. Сжав руками одеяло, Олег прислушался. Старуха на цыпочках подошла к кровати.

– Эй, ты спишь? – шёпотом спросила она.

Олег лежал, закрыв глаза, и не отвечал. Осторожно, сквозь ресницы он следил за происходящим. Потоптавшись ещё некоторое время, бабка также на цыпочках вышла обратно. По дороге, зацепив ногой стул, загремела.

– Чёрт! Расставил тут! – проворчала она и прислушалась – не разбудила ли. В тишине было слышно лишь ровное дыхание Олега. Бабка успокоилась и вышла из его комнаты. Стараясь не скрипеть кроватью и обходя скрипучие половицы, Олег тут же тихонько поднялся и пошёл к двери. Через щель он видел, как старуха зашла на кухню. В руке её была небольшая баночка с какими-то сухими травами внутри. Высыпав их в кастрюльку, она стала варить какой-то отвар. Душистый дурманящий запах белены, конопли и ещё каких-то трав заполнил квартиру.

Зачерпнув поварёшкой варево, бабка налила его в кружку и стала пить. Скрюченное тело бабки распрямилось, она словно помолодела, хотя лицо по-прежнему было морщинистым и беззубым.

– Эмен-Хетан! – громко крикнула бабка и взлетела к потолку. Сделав по комнате круг и вылетела в окно.

Олег забежал на кухню. Никого. «Неужели померещилось? Или я сошёл с ума?».

Он решил попробовать бабкиного зелья. Зачерпнув его поварёшкой, налил в стоящий на столе гранёный стакан. Залпом, обжигая губы, выпил горячее варево. Приятная дрожь пробежала по телу. В голову словно ударил алкоголь. Смутное веселье овладело им.

– Эмен-Хетан! – громко повторил он бабкины слова. Тут же неведомая сила потянула его вверх. Олег стукнулся головой о потолок и свалился.

– Да, тут ещё «правила дорожного движения» нужно знать!

– Эмен-Хетан! – крикнул он, взлетев, попытался балансировать ногами, чтобы не свалить посуду со стола а потом стремительно вылетел на улицу.

Он поднимался выше и выше. Под ногами проплывали знакомые квартала. Прямо над головой сияла кровавыми пятнами всё та же огромная луна. Олег посмотрел на звёзды. Они тоже сегодня были какие-то необычные. Крупные и яркие.

Он летел в неизвестном направлении. Встречный ветерок прохладой обдувал тело. «Жалко, ничего не успел надеть», – вздохнул он, съёживаясь от холода. Вдруг впереди он заметил движущийся предмет и почувствовал, что быстро приближается к нему. Постепенно в темноте проступили очертания. Он разглядел силуэт старухи, это она летела на своей метле.

«А ведь я её догоняю», – понял он и попытался притормозить. Держась на безопасном расстоянии, он полетел вслед за старухой.

Давно остались позади окраины города. Внизу простирался лес. Изредка вереницы огоньков лежащих внизу деревенек проплывали в темноте, как светлячки, и пропадали. Олег уже перестал ориентироваться, в какой местности он находится. Через некоторое время ещё один маленький огонёк замаячил вдали. По мере приближения он увеличивался. И вот уже был ясно различим разожженный на лесной поляне огромный костёр. Вокруг копошились люди. Старуха, сделав небольшой круг, спикировала вниз и приземлилась на поляну. Немного поразмыслив, он тоже начал снижаться прямо на деревья. Ободрав о ветки голые коленки и руки, плюхнулся на землю. И, стряхнув с себя обломки веточек и листья, пошёл к поляне. Дойдя до края леса, остановился. Впереди горел огромный костёр. Тепло от него чувствовалось даже здесь. Языки пламени взметались до самого неба. Какие-то люди подкладывали то и дело в костёр ветки и коряги. Со всех сторон на поляну слетались на мётлах участники «мероприятия».

«Попал на самый шабаш, – подумал Олег. – Сегодня, наверное, вся нечисть собирается».

Олег пригнулся, чтобы его не заметили. Пристроившись за кустом, он наконец согрелся от доходившего сюда тепла от костра. Из-за тонких, но густых веток он мог спокойно наблюдать за происходящим.

Собравшиеся ведьмы и, если их так можно назвать, ведьмаки чего-то ждали. Тихо переговариваясь между собой, они время от времени поглядывали на небо. Старуха тоже подходила от компании к компании, здороваясь со знакомыми колдуньями. Видно, она тут была уже не в первый раз, потому что знакомых нашлось много. Они дружественно хлопали её по плечу, обнимали, расспрашивали о житье-бытье. Вдруг луну закрыла огромная чёрная тень. Страшный вихрь пригнул пламя к земле. Олег оглянулся по сторонам.

– Мессир Леонард! – обрадовано закричали собравшиеся, замерев в почтительном поклоне.

Перед костром появился сам Сатана. Многочисленная свита приземлилась рядом. Его стройная мощная фигура была словно вылита из бронзы. Среди взлохмаченных чёрных волос на голове бегали язычки синего пламени, вырисовываясь в непонятный знак, напоминавший букву «Ш». Чёрный бархатный плащ тяжёлыми складками спадал с плеч.

Олег чуть раздвинул ветки, чтобы разглядеть получше Князя Тьмы. Тот был дьявольски красив. Суровый изгиб густых бровей придавал лицу мужественное выражение. Тонкий, чуть с горбинкой нос вносил в облик что-то изящное, даже интеллигентное. Узкие губы были плотно сжаты над остро отточенным подбородком. Поперёк лба пролегла хорошо заметная складка вековых раздумий. И только маленькие рожки, торчащие из-под лохматой шевелюры, выдавали его происхождение.

Дьявол, сложив руки на груди, исподлобья оглядел присутствующих. Внезапно повернув голову, он посмотрел прямо на вишневый куст, за которым прятался Олег. Олег замер, казалось, их взгляды встретились. Правая бровь Сатаны удивлённо поднялась вверх. Но тут же он спокойно отвернулся. «Пронесло», – успокоился Олег.

– Все собрались? – раздался над поляной громоподобный голос.

– Нет. Почему-то Маруська Кривая и Федька Собачий Хвост дор сих пор не появились, – услужливо доложила баб Маня, которая, видимо, была здесь не на последних ролях.

– Ну что ж. Начнём без них! – объявил Сатана. Скинув плащ, он повернулся в собравшимся спиной. Каждый из собравшихся по очереди подошёл и чмокнул его в голый зад. Когда процедура приветствия была окончена, все выстроились вокруг костра в хоровод.

Сатана не спеша прошёлся внутри круга. Все ожидали – на кого сегодня падёт выбор. Внимание его привлекла молодая и ещё, видно, не совсем обученная ведьмочка Виолетта, дочь старого колдуна Фомы. Смутившись от того, что впервые присутствует на таком «мероприятии», она спряталась за спину отца.

– Ну-ка, иди сюда, крошка! – потянулся к ней Мессир Леонард. Обрадованный Фома подтолкнул дочь. Вспыхнув, Виолетта вышла из круга.

Оценивающим взглядом Сатана смерил её с ног до головы. Девушка ему явно понравилась.

– Ты сегодня будешь королевой нашего шабаша! – властно приказал он, венчая её голову венком из чёрных лилий. Взяв девушку под руку, он гордой походкой подвёл застеснявшуюся Виолетту к креслам, сколоченным из крышек старых гробов, под которыми ещё торчали остатки высохших костей. Посадив королеву шабаша, Дьявол водрузился рядом на «престол» и царственно взмахнул рукой.

Тут же к его ногам два горбатых старика подвели маленького ребёнка с повязкой на глазах и завязанными сзади руками.

– Развяжите его! – приказал Сатана. Слуги сдёрнули повязку и разрезали ножом верёвки на руках.

– Пусть умирает свободным! – усмехнулся Повелитель Зла. Он поглядел на испуганного ребёнка, которого только сегодня специально поймали для того, чтобы принести в жертву. В жертву ему, Великому Князю Тьмы.

Он взял мальчика за подбородок. Голубые детские глаза доверчиво смотрели на него.

– Как тебя зовут? – ласково спросил Сатана.

– Алёша, – тихо ответил малыш.

– Алёша, невинная душа… Ты попадёшь в рай, – вздохнул Дьявол и опять махнул рукой. Острый нож вонзился в тело малыша. Он не успел ничего понять, не успел даже вскрикнуть, Только испуганно замерли остекленевшие небесно-голубые глаза.

Алая кровь тёплой струёй брызнула в лицо Дьяволу. Он подставил хрустальный бокал.

– За здоровье Сатаны! – провозгласил он, поднимая дьявольский напиток.

– За здоровье Сатаны! – прокричали ведьмы и ведьмаки, подняв бокалы, наполненные свежей кровью, смешанной с вином.

Выпив, он вытер окровавленные губы.

– Что ж, теперь можно и закусить!

Обнажённые служанки тут же на большом блюде поднесли всем «сатанинский хлеб» – варево, приготовленное из чёрного проса, ягод белены, жабьих лап, мяса летучих мышей и кожи висельников.

– Шабаш! Шабаш! – кричала нечисть, в дикой пляске прыгая около костра. Сатана гордо смотрел на беснующуюся в экстазе толпу.

На другом конце круга кто-то визгливым голосом затянул непристойную песню. Вакханалия началась…

… Всю ночь продолжалась эта оргия, закончившаяся необузданным развратом. Олег, боясь, чтобы его не заметили, не разгибаясь, сидел за кустом, боясь пошевелиться. Ног и затекли, спина ныла. Но он продолжал сидеть в одной позе.

Наконец небо стало светлеть. Побледнели звёзды. Красноватая полоска зарделась над горизонтом. Вдалеке прокукарекал петух.

Сатана тут же вскинул голову, поспешно натянул плащ и, не попрощавшись с валявшейся в траве «королевой», взвился в небо. Постепенно разлетелись в разные стороны и другие участники шабаша. Отправилась домой и бабка. Убедившись, что никого нет, Олег вышел из укрытия.

Огромное костровище уже едва тлело. Лишь отдельные угольки ещё вспыхивали красными пятнышками. Ни один зверь не подойдёт теперь к этому месту. И несколько лет здесь не будет ничего расти. Только заблудившаяся ворона изредка прокаркает на остывшем пепелище…

7.

Как в полусне Олег бродил по пепелищу. Вдруг что-то громко хрустнуло под ногами. Он осторожно разгрёб ещё тёплую золу, из-под чёрных угольков блеснул мертвенной белизной маленький детский черепок. Олег попятился назад. Да… Это был то самый Алёша… Не помня себя от страха, Олег кинулся назад. Словно обезумев, продирался сквозь кусты. Ветки больно царапали тело, били по лицу. Ничего не замечая, он бежал и бежал через этот тёмный лес. Споткнувшись о лежавшую на земле корягу, он растянулся во весь рост, уткнувшись носом в траву. Вскочил и тут же хотел бежать дальше, но почувствовал снова лёгкость во всём теле. Оно словно взмывало вверх. Вскоре Олег парил над лесом. Вдалеке он увидел силуэты комбината и направился туда. Через некоторое время он уже подлетал к окраинам города. Просыпающиеся улицы были ещё пусты. Лишь первые трамваи звякали в рассветных сумерках. Одинокие прохожие как муравьи, семенили по тротуару. Бледная луна догорала на светлеющем небосводе, на на противоположной стороне горизонта уже рделось зарево новой зари.

Подлетев незамеченным к дому, он благополучно приземлился в углу огорода, около уличного туалета. Подойдя к двери, тихонько дёрнул её, закрыто. Значит, бабка уже там и заперлась изнутри. Обошёл дом вокруг. Джамили нет, открыть некому. Звонить тоже нельзя, тогда старуха может что-то заподозрить. Ведь как объяснить, что он раздетый, расцарапанный оказался на улице.

Олег подошёл к окну своей комнаты. Подпрыгнул и открыл форточку. Вкарабкался на подоконник, цепляясь за оконную раму. Стараясь не шуметь, протиснулся в узкую форточку, осторожно спустился в комнату и тут же юркнул в постель.

И вовремя! Почти сразу же в коридоре заскрипели половицы, открылась дверь.

– Ты чего на работу не собираешься? – громко спросила бабка, заглянув в комнату.

Потянувшись, Олег зевнул.

– Так ведь выходной, баб Мань.

– Ну, спи тогда, – проскрипела старуха и вышла.

Олег вздохнул и укрылся с головой. Он почувствовал, что действительно хочет выспаться, потому что чертовски устал. И теперь, положив голову на мягкую подушку, хотел вздремнуть. Но сон не шёл. Перед глазами стояла чудовищная пляска нечистой силы. Голова гудела, мысли смешались. Как на быстро крутящемся экране, в памяти вспыхивали картины ночной вакханалии, и не давали покоя небесно-голубые глаза принесённого в жертву мальчика.

«Почему я тогда не выбежал и не помешал этому убийству? Трус! Спрятался как баба в кусты!» – он долго терзал себя сомнениями. – «Может пойти в милицию?»

Олег откинул одеяло, собираясь встать. Но тут же лёг обратно. Кто же поверит, что ведьмы слетались на шабаш к Сатане. «на меня всё свалят. Ещё и в психушку посадят», – мрачно подумал он.

Повернувшись на другой бок, вздохнул. «Почему он не кричал, не сопротивлялся?» мучился Олег тяжёлыми думами. – Неужели действительно думал, что попадёт в рай? Или просто ничего не успел сообразить?».

Олег осознал всю абсурдность ситуации. С одной стороны налицо обгоревший труп мальчика. Но с другой стоны – вроде бы несуществующая нечистая сила, доказать присутствие которой он не мог ни перед какой милицией.

«Так спокойно принять смерть…Мог бы я так?» , – мурашки пробежали по телу, когда он представил себя на месте того мальчугана. – «Умереть от рук Сатаны, который, исходя из современной науки, вообще не существует, как таковой…»

Скомкав одеяло. Олег вертелся на кровати. Наконец, усталость всё же взяла своё. Нервно сжав в руках подушку, он заснул.

8.

Кто-то тихонько тронул его за плечо.

– Почему ты явился без приглашения? – услышал он знакомый голос.

Олег испуганно поднял глаза и замер. Облачённый в бархатный чёрный плащ, перед ним стоял сам Сатана. Густая шевелюра была всё также взлохмачена. Правда синие огоньки на лбу уже не горели. Теперь вблизи Олег разглядел хитро прищуренные тёмно-карие глаза. Правый был немного светлее и густая бровь над ним приподнята вверх.

– Так почему ты явился ко мне без приглашения? – с усмешкой повторил вопрос Сатана. Он уселся на табуретку напротив койки, прислонившись к стене, и закинул ногу на ногу.

Олег, замерев от страха, что-то пытался пробормотать в своё оправдание. Но язык его словно онемел и он не смог сказать ни слова, только смотрел Сатане прямо в глаза. Видимо, его испуганный вид рассмешил Князя Тьмы.

– Ха-ха-ха! – засмеялся Дьявол, откинув в стороны полы плаща. – Ну, раз пришёл незваным гостем, я уж не стал тебя выгонять!

Сатана грациозным жестом развёл руки. Он раскатисто хохотал, и его добродушный смех понемногу вывел Олега из оцепенения.

– А ты знаешь, зачем я пришёл к тебе? – Сатана наклонился прямо к его лицу. – Я хочу знать – что ты хотел? Зачем пришёл на шабаш? Ты разве не знаешь, что незваный гость – самая ценная находка для меня?

Олег пытался вжаться в кровать, и от страха боялся пошевелиться.

– Не бойся… Я не собираюсь с тобой ничего делать, – лукаво улыбнулся Сатана. Но Олегу не стало от этого легче. Хотя, видя, что ему пока ничего не грозит, он немного осмелел.

– Зачем ты убил мальчику? – в упор спросил он.

Сатана удивлённо приподнял брови. Давно он не слышал таких дерзких речей, тем более от простого смертного.

– Ты считаешь, что я совершил зло? Какое же это зло, нём не ыбло для меня никакой корысти… Тем более эта невинная душа попадёт в рай. А проживи он лет до пятидесяти, был бы таким же грешным обывателем, как и все людишки.

– Людишки! Как мало они для тебя значат, всё равно что мухи! – возмутился Олег.

– Нет. Не как мухи. Мухе есть место в этом бренном мире. А человечество – болячка, которую как можно быстрее нужно уничтожить.

– Ну и уничтожай! Что же ты ждёшь? – злобно спросил Олег.

– Этого и не требуется. Люди сами себя скоро уничтожат… Цивилизация близится к гибели. А значит, исчезнёт всё, и само бытие, и я сам…

– Значит, ты боишься последствий своих разрушений?

– Разрушение никогда не может быть злом. Разрушение – это лишь начальная стадия созидания. Я хочу создать другой, более совершенный мир. Разве это плохо? Разве не стоит ради этого уничтожить ныне существующий? – спокойно возразил Сатана, с усмешкой глядя на «раздухарившегося» Олега.

– Но твой мир не может быть совершенным! Потому что ты основываешь его на зле! Зло, заложенное в первооснову, не может породить ничего, кроме зла, – упрямо твердил своё Олег.

– В моих действиях нет корысти, и, стало быть, нет абсолютного зла. Я вынужден делать зло во имя добра.

– Ты просто хочешь оправдаться. Но людям. Верующим в Бога…

– Люди, верующие в Бога! – передразнил Сатана – Нашёл тоже пример. Что заставляет их вести праведный образ жизни? Страх! Страх перед Господом, перед его карой за грехи. Так какие же они праведники?

– Но всё же он стремятся к добру…, – попытался возразить Олег.

– Они лишь за свои души боятся! И молятся только о своём спасении, о своём личном благе. А на других им наплевать…

Олег промолчал, потому что не знал, что ответить. Он и сам иногда приходил к таким выводам. Слишком напыщенной и неестественной он считал праведную жизнь верующих , основанную на страхе перед Богом. Да и сам Бог представлялся ему жестоким насмешником, который с удовольствием наблюдает за страданиями людей. Поэтому он ни за что не хотел креститься, несмотря на то, что мать несколько раз просила его.

Словно прочитав его мысли, сатана улыбнулся.

– Разве может быть злом протест против существующего несовершенства Вселенной? – он снова откинулся к стене и скрестил руки на груди.

– Но ведь можно построить мир на добре? – попытался вяло возразить Олег.

– На добре! Ха-ха-ха! А что ты имеешь ввиду под добром? «Если тебя ударили по левой щеке, подставь правую» – это да? Ха-ха-ха! Или то, что можно уничтожить целый город, только потому что там не нашлось десятка верующих? Это ты называешь добром? Врагу своему я не пожелаю такого добра…

– Напрасно ты иронизируешь… Добро – это когда нет зла! – выдвинул Олег аргумент.

– Зло одно не может существовать. Если оно исчезнет, вместе с ним исчезнет и добро. Свет познаётся лишь потому, что есть тьма. И любовь мы начинаем ценить только тогда, когда испытаем на себе измену. Комфорт уютной тёплой комнаты ощущаешь, только замёрзнув под осенним дождём. Так и добро существует только вместе со злом. Пропадёт зло, и люди не будут знать добра. Они все сразу же станут подонками. Как толок будет уничтожена последняя капля зла (если такую абсурдную ситуацию допустить), то вместе с ним исчезнет и добро.

– Ты противоречишь сам себе, – возразил Олег. – Ведь только что ты сказал, что хочешь создать более совершенный мир и тут же отрицаешь такую возможность.