Развод. Жизнь после миллионера

Марта Заозерная

Развод. Жизнь после миллионера

Глава 1

Возвращаюсь домой из отпуска пораньше.

Захотелось сделать мужу приятное.

Предвкушая встречу с любимым, непроизвольно мурашками покрываюсь. Волнительно!

Знаете, как оно, когда ждешь чего-то долго, готовишься. Прокручиваешь в голове, а потом, за несколько минут до воплощения, переживать начинаешь?!

У меня так всегда. Волны тепла и нежности по коже прокатываются, когда вижу блеск его глаз, огонь, что в них плещется. Голову теряю от переполняющих чувств.

Соскучилась.

Миша отправил меня в Милан.

Мы с подругами мешали мужьям заниматься бизнесом, отвлекали от важных дел.

Каждый раз перед подписанием крупных контрактов (в такие периоды Миша живет на работе) меня, Женю и Валю супруги стараются чем-то занять.

Вот, развеялись. Отлично провели время!

Но всё-таки хорошего понемножку.

Завтра у моей младшей сестры День рождения! Как я могла пропустить?! Правильно, никак!

Вот уже почти восемнадцать лет для меня это один из самых важных праздников.

Помню, как мы её крохотной из роддома забирали… Уже тогда была красотка нереальная! Огромные карие глазки, обрамленные густыми черными ресничками. Пухленькие губки. Курносый носик.

Теперь она только краше стала! Милашка.

Никого не предупредив, я поменяла билеты и вернулась в Москву.

Всем устрою сюрприз.

Лечу окрыленная.

Аккуратно проворачиваю ключ в замке и тихонечко ступаю в квартиру, таща за собой чемодан и огромное количество пакетов – их целое облако.

Боже! Я потратила всё, что любимый перевел мне на карту!

Да-да, шопинг – одно из моих излюбленных времяпрепровождений.

Каюсь, грешна! Люблю тратить деньги мужа. В особо крупных размерах.

Упс!

Не могу устоять.

Миша любит, когда я возвращаюсь домой счастливой. Он у меня замечательный.

Войдя в квартиру и бросив на входе вещи, замечаю туфли своей сестры.

Стоят аккуратно на коврике.

Откуда они здесь? Это точно её, вместе их выбирали.

Как такое быть может?

Вот уж сюрприз… Малая меня переплюнула.

Хмурюсь, рассматривая высокие шпильки.

Мы сегодня с ней переписывались. Родная и словом не обмолвилась, что собирается к нам в гости приехать. Да и как к нам? К моему мужу?

Она готовилась к празднованию своего Дня рождения. Торт с мамой печь собиралась…

Что происходит? Почему она молчком приехала?! Знала же – меня дома нет!

Дурные мысли невольно в голову лезут. Предательство самых близких?!

Ну нет… Нет… Я в такое не верю.

Не хочу плохо думать о них. И всё же… Неприятное предчувствие холодит позвоночник, заставляя усомниться в порядочности дорогих мне людей. Нервно сглатываю, осматриваюсь по сторонам.

Да нет, быть такого не может.

Ада, возьми себя в руки и не выдумывай!

Мы с мужем женаты три года. И это время по-настоящему сказочным можно считать. Самое настоящее счастье.

Каждая минута заботой наполнена, искренней теплотой и безграничной любовью.

Часами могу мужу в любви признаваться, ластиться, зацеловывать его, чем и занимаюсь частенько.

Мы познакомились, когда я работала стюардессой в Эмирейтс.

Авиация не была моей мечтой, но обстоятельства сложились так, что находиться в России для меня было опасно. Поэтому устроилась в иностранную компанию.

Эмирейтс – одна из крупнейших мировых авиакомпаний и идеальный работодатель.

Они снимают жилье для своих сотрудников, все из которых обязаны жить в Дубае. Полностью покрывают затраты на проживание.

Для девчонки из провинциального городка это сказкой казалось.

Проработав полтора года, я успела посмотреть самые удивительные уголки планеты. Начиная с дорогущих курортов, заканчивая крупнейшими мегаполисами.

Никогда и мечтать о таком не могла.

Мы жили с родителями в небольшом городке. Неплохо жили, но без изысков.

А потом случилось несчастье с отцом.

Сердечный приступ.

Спасти не смогли.

До сих пор горечь душит, когда думаю о своем папочке. Очень мне его не хватает.

После смерти отца управление небольшой семейной фирмой перешло в руки моего старшего брата.

Он решил развернуться на полную – набрал кредитов и поменял направленность деятельности.

Ненормальный! Сунулся в сферу, о которой ничего не знал, за что и поплатился.

Расплата была очень стремительной.

О случившемся могу лишь с содроганием вспоминать.

На пороге нашего дома стали появляться страшные люди. Брата обещали убить. В какой-то момент через фирму стали отмывать огромные деньги.

Крупные корпорации перечисляли на ее расчётный счёт для обналичивания сотни миллионов рублей, а брат переводил их на счета индивидуальных предпринимателей.

Государственные органы быстро взялись за верхушку этой схемы преступной.

Прижали.

И знаете, кто оказался крайним? Конечно же, Лёня, мой родной брат.

Как бы убого это ни звучало, до сих пор не верится, что он мог так жестоко со мной поступить…

Он решил откупиться. Мной. Мерзко звучит…

Пообещал одному из бандитов, на которых работал, что я стану его любовницей.

В тот момент отношения в нашей семье окончательно испортились. Я видеть брата не могла, не доверяла больше. Ни ему, ни маме… Она попросила меня потерпеть пару месяцев, чтобы сберечь жизнь нерадивого брата.

Господи, как я тогда испугалась… Дикость средневековая.

Я перестала с ними общаться и прошла собеседование в авиакомпанию. Благо знание английского языка позволяло мне работать в любой точке мира.

Я уехала жить в Дубай.

Вновь общаться с семьёй стала только после нашей с Мишей свадьбы. Он настоял.

Знакомство с мужем было случайным. Он летел в бизнес-классе. В Сингапур. На какой-то там крупный экономический форум.

Как Миша всегда говорит – любовь посетила его с первого взгляда, как только меня увидел.

Спустя три месяца ухаживаний мы поженились.

Мне пришлось бросить работу, но я никогда об этом не жалела. Понимала, что для жены Миши неприемлема такая работа.

Он окружил меня заботой словно принцессу. Пылинки сдувал. Баловал.

Ему даже удалось решить все проблемы нашей семьи. Благодаря мужу Лёню не посадили. Уж не знаю, чего ему это стоило. Сказал мне не вмешиваться. Я послушалась.

После всего пережитого не могу подумать, что Мишенька мне изменяет.

Нет! Никогда!

Кто угодно, только не он…

Тихо крадусь по квартире. Осматриваюсь, желая отыскать изменения, посторонние вещи.

В тишине слышно, как гулко бьётся моё сердце. Знатно потряхивает.

Как бы мне ни хотелось верить в хорошее, я не понимаю, что происходит.

В гостиной нахожу сумочку сестры. Узнаю, потому что сама ей дарила.

Она брошена на пол, и все ее содержимое рассыпано.

Рядом замечаю открытую пачку презервативов.

Вскрыта не только сама упаковка, но и несколько пакетиков фольгированных.

Ещё один нахожу брошенным на журнальном столике.

Зажмуриваюсь.

Мне кажется, я в этот момент умираю. Сердце моментально ухает вниз. Тошнота к горлу подступает. Сделать вдох не получается, задыхаюсь от боли. Слёзы к глазам подступают и давят.

Разом двух людей дорогих потерять… Нет, такое пережить невозможно.

На автопилоте продолжаю двигаться дальше. Борюсь с постыдным желанием побыстрее сбежать из квартиры.

Я хочу оставаться в неведении, но куда мне идти?

Слишком больно, слишком тяжело. Невозможно!

Может быть, это вещи какой-то посторонней женщины? Как моя маленькая Алиса могла на такое пойти? Ей же завтра всего лишь восемнадцать исполнится.

А Миша… Нет…

Миленький, ты же не мог?!

Вдруг он отдал ключи от нашей квартиры кому-нибудь из своих друзей? Или его двоюродный брат приехал?

В такие глупости верится слабо, но я пытаюсь найти хоть какие-либо оправдания увиденному.

Дойдя до нашей спальни, замираю. Подношу дрожащие пальцы к дверной ручке и боюсь потянуть, боюсь разрушить свою счастливую жизнь.

В этот момент слышится хриплый голос мужа. Его повелительные нотки не спутать ни с кем.

– Глотку твою попробовать хочу. Разворачивайся.

После шлепок.

Боль.

Пустота.

Глава 2

Глотку попробовать…

От услышанного хочется в голос завыть.

Ничего ужаснее я в жизни не слышала.

Ощущение липкого, мерзкого неприятия по телу расходится колючими волнами. Не могу осознать, это и правда действительность?!

Моя жизнь?!

Знаю о пристрастиях мужа разное. Он и со мной никогда святым не был. Но моей сестре только завтра восемнадцать исполнится.

Или я чего-то не понимаю, или это слишком отвратно…

– Давай, шлюшка, активнее…

Узнаю нотки возбуждения в его голосе.

В голове лишь одна мысль – почему этот ужас со мной происходит?

Неужели нельзя было со мной развестись, а после заводить любовницу?!

Неужели нельзя было выбрать любую другую, а не мою сестру?!

А ты, Лисенок, как ты могла?! Что я тебе плохого сделала?

Боль внутри нарастает. Меня пошатывает. Не помня себя, открываю дверь, и омерзительная картинка врезается в моё сознание.

Алиса на четвереньках разворачивается и становится на колени перед моим мужем, послушно сложив ладони на бедрах.

Постанывает при каждом движении.

Призывно облизывает пухлые губы.

Поверить в происходящее не могу. Хочу или проснуться, или умереть.

У нас с сестрой разница в возрасте немногим меньше семи лет. Всю свою юность присматривала за ней. Круглосуточно. Когда одноклассники шли гулять, я вела сестру на аттракционы. Учила её читать и писать.

Разглядываю её и поверить не могу… Неужели я заслужила?

Дышать тяжело. Тело парализуют нестерпимо болезненные судороги. Наверное, это душа умирает.

Пошевелиться не могу. Мне остается только разглядывать их.

«Алиса ввела филлеры?» – не к месту мысль мелькает, когда изменения в её лице замечаю.

Когда только успела? Неделю назад личико свеженьким было.

Завороженно наблюдаю за тем, как муж с гортанным стоном вколачивается в рот моей младшей сестры.

Наблюдаю за ними несколько секунд и только потом понимаю, что я до сих пор живая. Хотя внутри всё мертво.

Это та самая девочка, которой перед школой я заплетала косички и ввела в детский сад.

Мой маленький Лисёнок.

И мой муж.

– Как ты посмел? – произношу громко.

Силы сами собой откуда-то берутся. Поразительно!

Трахающиеся мгновенно останавливаются.

Алиса в панике распахивает глаза. Косится на меня удивлённо.

Думала, я не узнаю?

Красная помада размазана по её щекам.

Гадкое зрелище.

Она пытается отстраниться от Миши. Замечаю, как вязкая слюна стекает из краешка рта. Но он хватает её за затылок и резко прижимает к своему паху.

– О, малышка моя, ты вовремя прилетела. Хочешь к нам присоединиться?

Заторможенно хлопаю глазами. Осознание по капельке проникает в мозг.

Я не ослышалась, он действительно со мной говорит?!

Мой муж?

Что произошло за пять дней моего отсутствия?

Мишу как будто бы подменили.

Он никогда со мной так не говорил!

Не мог, просто не мог так со мной поступить…

Мозг отторгает действительность…

Я его понимаю, конечно, но глаза видят совсем иную картинку. Гнусную до тошноты.

Не стесняясь меня, Миша делает несколько глубоких толчков.

Алиса паникует, пытаясь его оттолкнуть.

Не могу поверить…

Перед глазами всё плывет. Нервничаю, когда сглотнуть ком не выходит.

Придерживаюсь за дверной косяк, чтоб не упасть.

Только кончив, Миша отпускает её голову. Занимает это несколько секунд. Видимо, моё присутствие его возбудило нешуточно.

Когда брат решил меня бандитам отдать, я думала, что сойду с ума, но сейчас намного больнее. На грани агонии…

В самом страшном сне я не представила бы подобного.

Невероятная пытка…

Вообще совести нет?

На моих глазах муж вальяжно шагает по комнате. Направляется к комоду. Достает из него чистые трусы.

Я немного отмираю.

Только что на моих глазах в нашей супружеской спальне мой муж сестру (тоже мою!) поимел?

Серьёзно, вот так вот просто и ни слова извинений? Да как же так можно?

Человечность? Не, не слышали.

Сгораю заживо, явственно чувствуя, как огонь отчаянья разъедает мою кожу.

Только бы выдержать…

Перевожу взгляд на сестру, она плачет.

Надо же…

Жалости во мне отчего-то нет. Впервые в жизни её слезы не вызывают у меня и капли сочувствия.

Но, к моему глубокому разочарованию, Алиса выглядит довольной. Несмотря на слезы, её глаза лихорадочно блестят возбуждением.

На секунду кажется, что оргазм испытал не только Миша. Она тоже на пике была. Почти уверена в этом.

Алиса поднимается на ноги. Глядя на моего мужа, тихо произносит:

– Я в ванную.

Их равнодушие заставляет меня пойти на крайние меры.

Не контролируя себя, подлетаю к ней и, схватив за руку, встряхиваю.

– Тебя ничего не смущает? Это мой муж! – указываю в сторону Миши.

Тут дело не в измене мужа. Она… Она мне родная!

– И что? – с вызовом спрашивает младшая сестра. – Ты думаешь, если родилась самой красивой в нашей семье, то тебе всё можно? Только ты имеешь право на счастье? Все должны тебе уступать? Сколько себя помню, тебе всегда доставалось лучшее! – интонации резко взлетают. – С тобой мечтали дружить все девчонки в школе, а парни – встречаться! Даже Кореев! – выкрикивает фамилию того самого бандита, под которым я едва ли не оказалась. – Он был готов простить все долги – миллионы, лишь бы ты шлюхой его стать согласилась! Я всегда смотрела на тебя и хотела стать такой же! Сейчас мне шанс представился, – едва ли не с гордостью подытоживает.

Её слова бьют как пощёчины. Сильные. Хлесткие.

Несправедливо…

Я постоянно помогала им с мамой. Мы не общались почти, но всё равно переводила большую часть зарплаты, оставляя себе незначительные суммы, чтобы копить на собственное жильё. Не позволяла каких-либо излишков. Хотя зарплата приличной была. Мне хотелось их поддержать. Знала, что пока Алиса учится, у мамы расходы огромные.

Перед глазами вспышки алого цвета мелькают, я не могу поверить в происходящее.

Жестокие и бессердечные.

В какой-то момент мне кажется, что душа покидает тело. Я вижу себя и всё происходящее со стороны и не могу справиться, такая жалкая.

Как же мерзко и неприятно осознавать, что тебя окружают только предатели.

Любимые люди – предатели!

Позднее я, наверное, сама удивлюсь своей смелости, но сейчас отталкиваю сестру, разворачиваюсь и, гордо вскинув подбородок, шагаю в сторону двери.

Уже на выходе подхватываю с комода дорогущую статуэтку из кожи и стекловолокна и бросаю ею в антикварное, так любимое мужем, зеркало.

Звук бьющегося стекла мне сил придает.

Уши закладывает – так неистово адреналин шпарит в крови.

Если мы разводимся, то погром в квартире мужа не должен меня волновать! Так ведь?!

– Ада, что ты творишь? – рычит мой неверный благоверный. – Умом тронулась?! Зеркало сто штук стоило!

– Не рублей, – поясняю для растерянной сестры.

Она в шоке. Глядит на нас, глаза широко распахнув, того и гляди вывалятся.

Лучше бы пошла и оделась!

Пусть в желчи своей захлебнется. Завидовала она мне… Серьезно? Когда брат как вещь меня решил отдать чужим людям! Жутко и горько. Нормальный человек не может завидовать насилию!

– Тронулась, когда замуж за тебя вышла! – возвращаю взор на Мишу, который так и стоит обнаженный. Трусы в руках держит.

Ну хотя бы не стыдно за его внешний вид. Выглядит на отлично! Подтянутый, статный. Разве что очертания пресса уже не так видны, как два года назад.

Я в какой-то прострации… Словно в другом измерении. Искривленное. Неизведанное.

Взгляд сам собой цепляется за бутылку шампанского.

Мои ж вы хорошие! Праздновали?

– Вкусно было? – произношу с придыханием.

Меняю маршрут и направляясь к небольшому столику на колесиках. Он у нас на кухне обычно стоит. Я его сервирую… сервировала, когда завтраком в постель мужа баловала.

Алиса с ночевкой тут оставалась? Спала в моей кровати?

Боль уходит на второй план. Мной движут другие эмоции.

Злость.

Разочарование.

Гнев.

Взяв за горлышко изящную бутылку Moet& Chandon Imperial, со всей силы бью ею о металлическую ручку столика.

Алиса ойкает, закрывая лицо руками.

– Адена! – если из мужа вырвется пламя, не удивлюсь.

– Только тронь, – поворачиваюсь к нему лицом, направляя осколок в виде розочки в его сторону.

До этого момента я не знала, каково оно, когда крышу сносит в моменте.

Если уходить, то хотя бы красиво.

Глава 3

Невидимая рука моё сердце сжимает. Ещё немного, и оно боли не выдержит.

Муж и сестра… Как они могли пойти на такое? Неужели совсем меня не любили? Даже маленькая капелька искренних чувств не позволила бы им сотворить такое.

Неужели я их не знала совсем?

Каждый день муж звонил и говорил, как он любит меня, как скучает, как я ему дорога, а сам в это время…

Не думать, просто не думать.

Если сейчас не расплачусь, умницей буду, самой что ни на есть настоящей!

Плакать при них – то ещё унижение. Алиска точно от злорадства лопнет.

Не припомню, когда в последний раз мне так хреново было. Сердце наизнанку и душа в клочья. Словно голой выйти на мороз. Только ампутация может помочь.

Им даже не жаль…

А как же «Ты не так всё поняла! Дай объяснить!». Разве не это должны неверные мужья говорить?

С трудом получается себя в руках держать, но я стараюсь. Собираю самообладание по крупицам.

Необходимо быть сильной, хотя бы казаться.

Пробегаюсь глазами по комнате.

На своем месте так и стоит наша с Мишей совместная фотография. Отвернуть её к стене не судьба?

«Ты и во плоти их не слишком-то смутила, глупышка. Продолжили, – про себя усмехаюсь. – Что уж о снимке говорить».

Алиса при надобности по головам пойдет. С такой стороны я её не знала.

Удивительно! Голожопой на горшке знала, а конченой сукой – нет! Поразительно!

Ещё вчера я бы поругалась с любым человеком, который бы мою сестру обозвал, а сегодня слов приличных для нее не нахожу.

Растоптала мою веру в людей. Небеса мне на голову обрушила и, судя по всему, довольна результатом осталась.

Какая же дрянь…

До боли сжимаю ладони, впиваясь ногтями в нежную кожу.

Хочется её оттаскать за волосы, по полу проволочить… Не знаю, возможно, даже окунуть лицом в унитаз, но я стараюсь держаться.

Стать в их глазах обиженной истеричкой? Нет, не хочу.

Бешеный пульс отбойным молотком в висках стучит, мешая мне сконцентрироваться. Нужно что-то придумать и как-то действовать.

Секунды тянутся. Замирают. И я вместе с ними.

Предатели смотрят на меня удивленно, а я бросаю на них гневные взгляды.

Вот бы их гром разразил…

Остаться здесь не смогу в любом случае. Начни Миша извиняться – меня на него вывернет. До того сильно отвращение.

Нет ни одного оправдания столь мерзкому поступку.

Измена – табу!

Он знал, какой я недолюбленной выросла – мама обожала исключительно Лёню, до меня дела ей никогда не было, и всё равно ударил по больному.

Миша делает шаг в мою сторону, и я отшатываюсь.

Осознаю полное к нему отторжение.

Нельзя быть таким жестоким! Нельзя! Я живая и очень любила его.

Мысли в голове смешались в одну зловонную кучу, мозг отказывается работать. Эмоции берут верх окончательно.

Мне безумно больно. Невыносимо. Смертельно.

Осколки разбитой жизни впиваются в кожу.

Искренняя любовь на предательство не способна.

Значит, он меня не любил. Никогда.

– Не прикасайся ко мне! – медленно проговариваю.

– Ада, нам нужно поговорить, – понятно, почему все считают, что он на переговорах хорош! Полная безмятежность. Будто бы я морковь попросила купить, а он принес свеклу. – Иди на кухню. Свари нам кофе. Я подойду через десять минут.

Непроизвольно у меня рот приоткрывается.

Вот так вот просто?! Может быть, мне ещё пойти прогуляться? Дать им время на новый заход?

– Бляди твои пусть тебе кофе варят! Придурок!

Молния залетает мне прямо в макушку. Осеняет! Навряд ли Алиса у него первая мымра!

Как долго он в дом грязь таскал?

Мы с ним в следующем месяце решили в клинику записаться, анализы сдать. Потихоньку начинали появляться мысли о маленьком.

Со страхом думаю о том, что было бы, успей я забеременеть.

Вот бы где ад начался!

Отнял бы малыша или принудил остаться с ним жить.

От обоих вариантом меня передергивает.

– Какой же ты конченый…, – я никогда ему не грубила. Сейчас с трудом себя обрываю.

– Ты забываешься, Ада. Забыла, где я тебя подобрал? – гнев искажает смазливые черты лица мужа.

Раньше он мне красивым казался. А сейчас магическим образом маска спадает. Ни голубые глаза, ни высокие скулы, ни ровный аристократический нос, ничто не под силу нутро гниющее скрыть.

– Нигде ты меня не подбирал! Я прекрасно жила без тебя! Мне моя жизнь нравилась!

Пусть недолго, но я сопротивлялась его ухаживаниям.

И не зря!

У меня был весь мир, а я выбрала яйцо протухшее, пусть и раскрашенное под Фаберже.

Дура! Какая же дура!

– Так нравилась, что боялась домой вернуться, – язвительно усмехается. Трусы, наконец-то, натягивает.

Презрительно фыркнув, разворачиваюсь и выхожу из спальни.

Алиса тихонечко смылась, пока мы ругались. Их нашей ванной слышится журчание воды.

Мне кажется, или им мало досталось?

Обида требует мщения!

Глаз цепляется за светильник. Стоит целехонький на своей ножке изящной.

Протягиваю руку и легким движением его на пол отправляю.

Вдребезги.

Оказывается, уровень удовлетворения заметно растет, когда делаешь обидчику гадость.

С собой я много не унесу, но и тут не оставлю!

Ослепительная вспышка в сознании! Она превращает мысли в реальность.

«Ада, как Вам удалось уничтожить столько произведений искусства?». Завтра я на такой вопрос, возможно, и не отвечу, но здесь и сейчас мне прикольно!

Кайф испытываю, лишая Мишу его любимых вещиц.

Несколько мгновений, и пол осколками покрывается.

Вазы из муранского стекла. Статуэтки, купленные мужем на закрытых аукционах.

Как вишенка на торте – карманные часы восемнадцатого века из чистого золота.

Починить на них циферблат – как небольшую квартиру на окраине Москвы купить.

Демон на ушко нашептывает, что я хороша!

Часы звонко падают на пол.

С диким азартом на них наступаю.

Муж едва ли не воет. Старается меня оттолкнуть, но не успевает.

Характерный «хрясть» – мелодия для ушей, но только моих.

– Я тебе всегда говорила – их надо в сейфе хранить, хвастунишка, – касаюсь прокачанного плеча, когда он на корточки опускается и поднимает свою изувеченную прелесть.

Давай же, милый! Может, всплакнешь?

– Ада, блядь! – на большее его не хватает.

– Ну как, хорошо поебался? Понравилось, милый? – спрашиваю, невинно глазами хлопая.

Миша на ноги вскакивает.

То ли безумие, то ли отчаянье, но я не боюсь его.

Ударит? Так его измена похлеще любой физической боли была.

Какое-то время стоим с мужем посреди коридора. Смотрим друг на друга враждебно.

Алиса спряталась где-то.

Унылый конец моей сказочки.

Я правда считала себя везучей! И нет, не потому что мой муж из богатой семьи… Просто он был такой… заботливый, нежный, понимающий…

Заменил мне всех, кого я потеряла.

В душе все девочки мечтают любимыми быть.

Я никогда не хотела заурядного парня, которого приходилось бы упрашивать сходить на работу.

Не подумайте ничего плохого, я бы не стала дома сидеть. Тоже работала. Но стремление к лучшему – важнейшее качество в любом человеке.

И в этом Мише нет равных.

Я завороженно слушала, как он о своих проектах рассказывал. От него веяло позитивом, уверенностью и успехом.

Не считая рабочих моментов, в жизни я таких не встречала. Несколько месяцев ухаживаний, и я сдалась, по уши влюбившись.

А как равнодушной остаться?

Прилетаешь в новый город, а Миша уже встречает в аэропорту. На обратный рейс у него куплен билет, чтоб лететь со мной в одном самолете.

В полете он так смотрел на меня каждый раз, когда мимо проходила, что повизгивать от восторга и смущения хотелось.

До него на меня никто так не смотрел. Волнующе и чертовски многообещающе.