Некромант в яблоках

– У лирры Деларосо есть дар некроманта, – с нескрываемым удивлением произнёс мой новый декан. Одёрнул манжеты рубашки, протянул мне чёрную мантию, с сомнением пробормотал: – Поздравляю?

– Лирра Деларосо, задержитесь после окончания церемонии распределения, – попросил ректор. – Что ж, продолжаем…

Алайла и Дэймон демонстративно встали и пересели на другой ряд. Несколько соседей с обеих сторон последовали их примеру, всем своим видом показывая, что они знать меня не знают. Я в одночасье оказалась окружённой пустыми местами, словно прокажённая. Чёрная мантия лежала на моих коленях.

Как проходили распределение другие студенты, я не запомнила. Слишком сильным оказалось потрясение. Я не ожидала, что артефакт нальётся чернотой. Не предполагала, что лучшая подруга и жених моментально шарахнутся от меня подальше и сделают вид, что мы с ними незнакомы. Это ведь всё та же я, ничего не изменилось! Подумаешь, есть дар некромагии. Разве это достаточный повод для того, чтобы вычёркивать меня из жизни и смотреть свысока? Оказалось, да. Никто из бывших однокурсников не подошёл ко мне. Все прятали глаза, встречаясь со мной взглядом, и старались побыстрее прошмыгнуть на свои места. Некроманты рассматривали меня открыто, без неприязни, скорее, с удивлением, как и их… точнее, уже и мой декан. Но ни один из них не спешил со мной пообщаться. Все вернулись в свой сектор зала. Наконец, последний студент получил свою мантию. По стечению обстоятельств, как раз тёмно-зелёную, факультета эльфийской магии. Сияя, словно начищенный золотой, прошёл на своё место. Ректор произнёс короткую речь, торжественно поздравил всех причастных с переходом на четвёртый курс, пожелал успехов в освоении специализации и отпустил до осени. Всех, кроме меня. Хвала матери-природе, хотя бы преподавательский состав не собирался разговаривать со мной свысока, точно с обслугой. Хотя некоторые деканы, в частности, глава факультета «огневиков» лирр Лисьяро, смотрели с плохо скрываемой брезгливостью, будто на грязное пятно.

– Студентка Деларосо, когда вы обрели дар некроманта? – сходу, не тратя времени на лишние вопросы, поинтересовался ректор, едва последний студент покинул зал.

Он смотрел на меня с доброжелательным интересом, почти участливо. Но я видела, как на кончиках его пальцев едва заметно переливается воздух. Разумная предосторожность: выброс силы от новоявленного некроманта, не контролирующего свой дар, никому не нужен. Но почему-то стало обидно.

– Неделю назад, – сухо и чётко сообщила я. – Родственник завещал. Вместе с артефактом, который не позволяет этому, несомненно, ценному наследству вырваться из-под контроля, пока я не научусь им управлять.

– Предусмотрительно, – кивнул ректор. – Что ж, это избавляет нас от многих проблем. Коллеги, у вас есть вопросы к лирре Деларосо?

– Я бы не отказался взглянуть на артефакт, – тут же заявил декан факультета механики и артефактики.

– Только на моей руке, – я пожала плечами. – Снять его я не могу.

И пока что не хочу, учитывая некоторые особенности этого браслета. Но об этом я говорить во всеуслышание не собиралась.

– Ничего страшного, – улыбнулся в седые усы артефактор. – До начала нового учебного года зайдите на нашу кафедру. Обычно я там, а не в своём кабинете.

– Насколько мне известно, некроманты обычно темноволосые, – мелодичным, певучим голосом произнёс лирр Рокуэн Оленойре, декан факультета эльфийской магии.

Высокий, стройный, словно молодой кипарис, с роскошными пепельными волосами и огромными зелёными глазами. Как и все эльфы, он выглядел молодо, хотя ему, по слухам, было больше ста лет. Неплохо сохранился!

– Если дар не врождённый, а унаследованный, на внешности это не сказывается, – негромко пояснил ему Морхен. И добавил с лёгкими нотками язвительности в голосе: – Вам бы, уважаемый Рокуэн, не мешало освежить в памяти теорию.

– Среди эльфов, дриад и друидов нет некромантов, – ничуть не обидевшись, отозвался тот. Склонил голову, рассматривая меня, словно диковинку. – Я чувствую силу земли в лирре Деларосо, и этот дар силён.

– Я хотела учиться на вашем факультете, – призналась я. А что теперь было терять? – Меня всегда привлекала эльфийская магия.

Эльф молчал, продолжая пронзать меня взглядом светлых, мудрых глаз. Он словно и не слышал моих слов. Зато оживился мой декан. Энергично потёр ладони и хмыкнул:

– Почти идеальный баланс. Лучше мог быть только огонь. Во втором семестре как раз начнутся спецкурсы по смежным стихиям. Но странно, очень странно, что ваш родственник завещал дар именно вам. Неужели в его окружении не нашлось ни одного некроманта?

– Поверьте, лирр Морхен, я тоже желала бы знать ответ на этот вопрос, – вздохнула я.

Поймала себя на мысли, что понятия не имею, как зовут моего нового декана. Не было причин интересоваться. Ничего, за месяц выясню. Но ждать не пришлось. Рокуэн Оленойре что-то надумал и произнёс, глядя на меня:

– Если мой коллега Кондор, – лёгкий кивок в сторону некроманта, – и уважаемые ректор и проректоры не будут возражать, я мог бы принять вас вольным слушателем. Сумеете сдать экзамены – получите вторую специальность. Жаль, если такой сильный дар пропадёт.

Лирра Морхена перекосило. Похоже, они с эльфом взаимно недолюбливали друг друга и сейчас Рокуэн Оленойре приглашал меня на свой факультет из желания насолить коллеге, а вовсе не от великой заботы. Но это было слишком заманчивое предложение, чтобы отказываться. Пусть я буду изгоем среди других студентов, зато исполню мечту. Впрочем, я до конца ещё не верила в то, что все, с кем мы неплохо общались все три года, отвернутся от меня.

– Я согласна, – выпалила я, опасаясь, что эльф передумает.

– Вы не справитесь с нагрузкой, – процедил некромант. – Вам ещё предстоит наверстать практику за целый год.

Кондор. Кондор Морхен. Имя декану подходило. Было в нём что-то от этой хищной птицы.

– Справлюсь, – упрямо качнула головой я. – Я старательная.

Лирр Морхен с сомнением покосился на мои розовые кроссовки. На них же смотрели ректор и оба проректора. Кажется, папа был прав, уверяя меня, что блондинку в розовых кроссовках никто всерьёз воспринимать не станет. Как будто можно судить о старательности и эрудированности человека по тому, что на нём надето!

– Полагаю, лирра Деларосо, мы можем дать вам шанс, – наконец изрёк ректор, отрываясь от созерцания моей обуви. – Если не справитесь с учебной нагрузкой, о … гм, любезно предложенном лирром Оленойре спецкурсом придётся забыть.

А вот этого я допустить не могла. Если уж судьба, подсунув мне чёрную мантию, решила в качестве извинения дать шанс быть вольным слушателем на факультете эльфийской магии, ухвачусь за него всеми конечностями. Если понадобится ночевать в библиотеке – буду ночевать! Это всё, что у меня осталось.

Больше меня никто не задерживал. Чёрную мантию я безжалостно смяла, запихивая в сумочку. По традиции, после церемонии распределения по факультетам полагалось сразу надеть её, но это было выше моих сил. Ещё успею. Алайлы и Дэймона возле академии не было, и от этого на душе стало совсем паршиво. Я до последнего не хотела верить, что они так легко отвернутся лишь потому, что у меня появился дар некроманта. Но увы, и лучшая подруга, и жених не желали иметь ничего общего с «низшей». Я даже пару раз хлюпнула носом от обиды, а потом ей на смену пришла злость. Вот так, значит? Вот она – цена всем клятвам в дружбе и уверениям в нежных чувствах? Даже не спросили, как мне достался тёмный дар, не подумали, в каком состоянии теперь я? Сбежали, словно от лесного пожара. И Дэймон наверняка в ближайшее время расторгнет помолвку. Невеста с даром некромантии будет портить его репутацию. От этой мысли я разозлилась ещё больше. Слишком привыкла считать этого молодого мужчину своим, принимать его знаки внимания, ловить завистливые взгляды. В прошлом году наша пара получила почётный титул короля и королевы вечера на студенческом осеннем балу. И в этом я тоже стану королевой бала, назло всем фальшивым «друзьям». А кто будет моим спутником, определюсь на месте. В крайнем случае, расшевелю даже некромантов. Превращаться в унылую ворону, подобную им, точно не стану. Тем более ворона из меня выйдет белая в прямом смысле слова.

Успокоив себя таким образом, села в мобиль и поехала домой, размышляя по пути, как сказать родителям о произошедшем. Ох, мама расстроится… Она всегда принимала близко к сердцу мои невзгоды. Когда родители не вышли на крыльцо, пока я парковала мобиль, сердце оборвалось. Кажется, они уже знают… Природа-мать, только бы и они от меня не отказались! Особенно отец. Дочь-некромант вполне достаточный повод, чтобы новые договорённости с партнёрами не были заключены.

Родители обнаружились на кухне. Мама, с заплаканными глазами, сидела на стуле в углу. От неё пахло валерианой и мятой. Отец успокаивал нервы более крепкими и благородными напитками. Стоявшая перед ним бутылка коньяка двадцатилетней выдержки была наполовину пуста. Я застыла в дверях, боясь сделать шаг. Мама, увидев меня, тихо заплакала, дрожащими руками накапала себе ещё несколько капель успокоительного. Отец, не оборачиваясь, махнул рукой и приказал:

– Проходи. Рассказывай, как тебя угораздило.

– Лирр Крэг назначил меня своей наследницей, – опустив голову, призналась я.

– Вот старый пройдоха! – папа стукнул кулаком по столу. – Дотянулся всё-таки! Чтоб ему посмертие было неспокойным!

– Я думала, раз браслет сдерживает дар, он и не проявится, – продолжила я. – Иначе забрала бы документы. Я всё продумала, а оказалось, зря.

– Ох, доченька… – прошептала мама.

Это оказалось последней каплей для моего истёрзанного терпения. По щекам побежали горячие слёзы. Слишком тяжёлой и гнетущей была атмосфера. Но родители хотя бы разговаривали со мной. Впрочем, недолго.

– Рика, иди в свою комнату, – скомандовал отец. – Живо! И чтоб я тебя сегодня не видел!

Всхлипнув, я пулей выскочила из-за стола и помчалась к себе. Ну уж нет, на такое я точно не подписывалась! Сегодня же сниму этот гадский браслет, распилю, если понадобится, и сдам его в королевскую сокровищницу. Плевать на последствия! А некромантский дар пусть запечатают придворные маги. Такое наследство мне ни к чему!

ГЛАВА 2

Меня не остановила даже мелькнувшая было здравая мысль, что браслет вообще-то защищает меня от выбросов тёмной силы. В нестабильном состоянии (а сейчас оно у меня было – нестабильней некуда) я, не умея контролировать дар некроманта, могла такого натворить, что и подумать страшно. Но почему-то казалось, стоит снять браслет, и проблема решится. Нивелировав заклятье невидимости, я принялась терзать опасное украшение. Минут десять теребила застёжку и сломала две пилочки для ногтей, пытаясь разжать змеиную пасть. Артефакт стоически переносил мои нападки. Но когда я постучала им об угол стола в надежде хоть так расстегнуть, оскорбился. Глаза на черепе вспыхнули зелёным и браслет сжался, больно сдавив мою руку тугим металлическим кольцом. Я вскрикнула от боли, а браслет продолжал пульсировать. Казалось, ещё немного, и кости запястья просто хрустнут, не выдержав давления. С трудом просунутый между браслетом и кожей карандаш раскололся в щепки.

– Всё, прекрати! – всхлипнула я, отчаявшись. – Больно же!

Браслет перестал сжиматься, но не торопился возвращаться к прежнему размеру, позволявшему ему свободно болтаться на запястье. Глаза на змеиной голове светились мертвенно-зелёным, а рука тем временем немела. Артефакт был мной недоволен и доходчиво это демонстрировал.

– Извини, – неохотно пробурчала я, чувствуя себя донельзя глупо. Извиняюсь перед какой-то вещью, пусть и магической! Я не просила, чтобы её мне завещали! – Больше так не буду.

Артефакт мрачно сверкнул глазами и наконец-то ослабил хватку. На нежной коже запястья осталась багровая полоса. Вот только синяков мне не хватало! Я поспешила в ванную, держала руку под ледяной водой, пока та не начала неметь уже от холода. Полоса стала менее заметной, но не исчезла. Конечно, так сжать! Но ругать своенравное наследство вслух я побоялась. Мало ли, что ещё удумает. То кусается, то до синяков сдавливает. Одни расстройства!

Я была уверена, что не сумею заснуть этой ночью, но измотанный и перенервничавший организм решил иначе. Веки словно свинцом налились, стоило вытянуться под одеялом. Но сон был тяжёлый, точно мокрая вата, и совершенно не принёс облегчения. Я спала, как убитая, и проснулась, словно убитая. Почему-то показалось, что ночью в комнату заходила мама. Я ещё чувствовала в воздухе тонкий аромат её духов. Бросила взгляд на придвинутый к изголовью кровати стул и слабо улыбнулась. Не показалось. Мама была здесь, наверняка гладила меня по голове, как в детстве. Но будить не стала, пожалела. И от понимания, что она не отвернулась от меня, на душе стало чуть светлее.

Увы, ненадолго. Как выяснилось, то, что произошло накануне, были ещё цветочки. Уже в утреннем выпуске «Столичного вестника» появилась сенсационная новость о том, что дочь главы корпорации «Линкест», одного из богатейших людей королевства, оказалась некроманткой. Ушлые собиратели сплетен, ошибочно именуемые журналистами, раскопали, что дар мне достался в наследство и выразили фальшивое сочувствие по поводу безвременной кончины Крэга Деларосо. К обеду прибыл семейный законник от Дэймона. Разумеется, для того, чтобы сообщить о расторжении помолвки между мной и лирром Асконти ввиду кардинально изменившихся обстоятельств. Почему-то это задело меня неожиданно сильно. Да, я была почти уверена, что Дэймон именно так и поступит, не желая запятнать себя связью с некроманткой, но всё равно оскорбилась. Договорной брак, в моём понимании, вовсе не означал, что супругов в нём не будет связывать личная симпатия. К тому же, бывший жених охотно демонстрировал мне свой интерес. Но, к сожалению, все тёплые чувства растворились без следа при первых же сложностях. И особенно злило то, что я, демоны Разлома побери, прекрасно его понимала. Помолвка с дочерью главы «Линкеста» – это престижно. Выгода обеим семьям, укрепление положения в обществе. А помолвка с некроманткой – это жалко, если не сказать хуже. Моментально пойдут слухи о том, сколько мой отец заплатил, чтобы сбыть дочь с рук, а двери приличных домов для нас с будущим супругом закроются. Посмертными стараниями «обожаемого» родственничка я в один миг перестала быть завидной невестой. На месте Дэймона любой бы поступил так же. Но то, что жених оказался в числе этих самых «любых», раздражало. Просто самим фактом. Мне хотелось ощутить поддержку, крепкое плечо рядом, услышать спокойное «Мы справимся», а не сухо сообщённое законником: «Лирр Асконти вынужден расторгнуть помолвку, согласно пункту восемнадцать брачного договора». И Алайла тоже не отвечала на мои звонки. Никто не отвечал. В один миг я словно перестала существовать для всех, кого ещё вчера утром считала своими друзьями.

Попыталась отвлечься, ухаживая за растениями, но и это не спасало. Чуть не сломала едва укоренившийся черенок редкой синей розы и решила, что из сада лучше уйти, а то натворю бед. И домагичусь. После обеда вернулся с работы отец. Мрачный, хмурый, недовольный. Коротко бросил мне: «Надо поговорить», и пошёл к кабинету. Я молча направилась следом. Сердце тоскливо сжалось. Интуиция подсказывала, что разговор будет очень неприятным.

Отец опустился в кожаное кресло, кивнул мне на стоящий напротив стул с резной спинкой. Сцепил ладони и, не глядя мне в глаза, произнёс:

– Я считаю, что тебе пора жить отдельно. С начала учебного года переедешь в общежитие. Сама понимаешь, после… м-м-м-м… некоторых событий нежелательно, чтобы ты продолжала жить с нами. Это может негативно сказаться на моей деловой репутации, а в итоге финансово пострадает вся семья. Есть и другие причины… Да ты сама всё понимаешь, взрослая уже. Если захочешь, потом можем снять тебе квартиру.

Я тяжело вздохнула и опустила голову. Понимала, верно. Но от этого понимания было не менее горько слышать от отца колючие, холодные фразы. Он помолчал немного, сплетая и расплетая пальцы, и продолжил:

– Я знаю, что лирр Крэг завещал тебе дом в пригороде Шэдо. Поезжай на остаток каникул туда. Освоишься, осмотришься на месте. А потом сразу на учёбу. Нет, конечно, мы с матерью будем рады видеть тебя на выходных… изредка. Никто от тебя не отказывается. Но сама понимаешь…

Он всё так же не поднимал на меня взгляд. Голос звучал всё так же отстранённо, но я чувствовала, что этот монолог даётся отцу тяжело. Он начал повторяться, что позволял себе лишь в исключительных случаях.

– Понимаю, – глухо произнесла я в ответ.

– Хорошо, – кивнул отец. Поджал губы, немного помолчал и добавил: – Я взял тебе билет на аэробус от Шэдо. Перешлю на визор. Отправление через два часа. А туда доберёшься порталом. Мобилем слишком долго. И лучше тебе уйти до того, как вернётся мать. Она и без того расстроена.

– Понимаю, – повторила я ещё тише. Глаза щипало от подступивших слёз. – Пойду собирать вещи.

– Иди, – согласился отец и наконец-то поднял на меня взгляд. Тут же вновь отвёл его, но я успела увидеть, что глаза у него были больные и совершенно несчастные. Потянулся к кожаному портфелю, достал оттуда небольшую книгу, протянул мне. – Вот, всё, что смог найти. Учебников по тёмной магии в свободном доступе немного, но этот мне посоветовал…м-м-м-м… один знакомый.

Я взяла книгу, прочла на обложке «Некромагия. Основы, теория, практикум». Горло сжал предательский спазм. Отец всё-таки заботился обо мне. И случайно пойманный взгляд тоже рассказал мне о многом. Не я одна пострадала от неожиданно свалившегося, как воронье гнездо на голову, наследства от спятившего некроманта. Но именно мне предстояло расплачиваться за него больше, чем остальным.

Собралась я быстро, задыхаясь от тщательно сдерживаемых рыданий. Почти не глядя, сгрузила в чемодан со встроенным расширителем пространства половину шкафа, в том числе новые розовые кроссовки, несколько книг по магии земли, справочников по растениям и ландшафтному дизайну. Сверху положила зарядное для визора, окинула комнату взглядом. Вроде бы, всё. Остальное куплю на месте. Мою карту отец блокировать точно не станет.

Спустилась вниз, везя чемодан за собой. Отец ждал у двери. Коротко сообщил:

– Я тебя отвезу.

– Убедишься, что покинула столицу? – зло огрызнулась я.

Только не расплакаться, только не расплакаться… Не сейчас!

– Идиотка! – рявкнул отец. Шагнул ко мне, сжал в объятьях так, что я полузадушенно запищала, но тут же отстранился, отвернулся. Глухо, с отчётливой горечью в голосе проговорил: – Думаешь, мне легко?! Иди в флаер!

Я до боли впивалась ногтями в ладонь, кусала губы, стараясь не разреветься. Впервые не наслаждалась полётом и вообще плохо помнила, как мы добрались к ближайшему портальному залу. Переход оплатил отец, я даже не слушала, о чём он разговаривает с дежурным магом. Сжала ладонь на ручке чемодана и, не оборачиваясь, шагнула в переливающуюся зелёно-голубым рамку.

Портальный зал в Шэдо был намного меньше, стационарных порталов тут обнаружилось всего два. И дежурный маг был всего один – молодая девушка, лет на пять старше меня. Откровенно скучающая и занимающаяся своими делами. Увидев мерцающую рамку портала, отложила вязание, поднялась, улыбнулась искренней, а не профессиональной улыбкой.

– Рада приветствовать вас в Шэдо, – начала было она, и почти сразу сбилась, растерянно охнула: – А у вас кровь на ладони… Идите сюда, я обработаю рану.

Только сейчас я поняла, что ладонь действительно саднит. Я впивалась в неё ногтями до крови, и сейчас четыре аккуратных полумесяца на коже набухали алыми каплями. Дежурная достала из аптечки спрей с «воздушным пластырем», щедро нанесла его на мою ладонь. Сочувственно взглянула на меня, на чемодан, на мою прикушенную нижнюю губу, вздохнула. Наверняка сделала неправильные выводы, но уточнять я не стала. От заботы, проявленной совершенно посторонним человеком, было тошно. А от мысли, что, будь я черноволосой, как все некроманты, портальщица была бы далеко не столь любезна, и вовсе хотелось взвыть. Но я держалась, пусть уже и на чистом упрямстве. Дождалась аэробуса, заняла место у окна и через двадцать минут оказалась в небольшом посёлке, где и находился завещанный мне дом.

Воображение рисовало мне мрачную каменную мини-крепость с непременными оскаленными горгульями по углам, бродячими скелетами, запущенным садом и зарослями кустарников, из которых по ночам сверкали бы чьи-то глаза. Ну, в крайнем случае, я ожидала увидеть покосившуюся древнюю избушку за оградой из острых кольев, причём каждый венчал бы череп, зловеще клацающий отполированной ветром и дождями челюстью.

Но всё оказалось не так. Дом был из камня, но светлого, с крышей из зелёной черепицы. Перед ним расстилался ухоженный газон. Вернее, он был ухоженным, но за время, прошедшее со смерти лирра Крэга, трава успела вырасти и сейчас была почти по колено. Мирная, я бы даже сказала, пасторальная картинка. Где искать ключ, я не знала, но это и не понадобилось. Едва я дотронулась до клямки калитки, браслет на запястье потеплел. На долю секунды я ощутила прикосновение защитной магии. «Охранка» оплела меня незримым коконом и тут же отдернула щупальца, признавая хозяйку и пропуская.

Двери дома распахнулись сами. Я несмело вошла внутрь, осмотрелась. Бытовые заклинания даже после смерти хозяина поддерживали порядок и чистоту. Ни пылинки, ни соринки на полу. Казалось, владелец дома буквально секунду назад вышел и вот-вот вернётся. Если бы… Ох, с каким удовольствием я вернула бы ему все доставшиеся мне по завещанию «дары»! При мысли о том, как дорого они мне уже обошлись, настроение снова испортилось. Ни жениха, ни друзей. Испорченные отношения с родителями. Предвзятое отношение окружающих. Я в одночасье оказалась среди тех, кого презирали за одно наличие тёмного дара. И никого не волновало, что я совершенно не желала его получить! Я потеряла всё и теперь должна была доказать окружающим, что достойна уважения и общение со мной не скажется негативно на их репутации. Вот только проблема была в том, что мне хватило бы пальцев одной руки, дабы перечислить некромантов, которых принимали бы в обществе. И здравый смысл подсказывал, что вряд ли я попаду в их число. Может, лучше вообще умереть, чтобы никому не мешать? Родители перестанут стыдится дочери с тёмным даром и прятать глаза, когда речь заходит обо мне. Друзья не будут стоять перед сложным выбором – продолжить общение, рискуя стать такими же париями, либо сделать вид, что знать меня не знают… Ну хорошо, они и так не стояли перед этим выбором, двуличные сволочи, но помечтать-то можно! А дар некроманта я завещаю… допустим, Алайле. Напишу слезное письмо, мол, драгоценная моя подруженька, душечка, нет у меня никого ближе и роднее, поэтому прими с честью и неси с гордостью это тяжкое бремя… В смысле, этот ценный дар. И браслетик храни, дорогая моя! Я фыркнула, представив лицо Алайлы. Ай, какие только глупости не придут в голову! Нет уж, не дождутся! Отучусь, добьюсь, сумею и так далее. Назло всем! В первую очередь, безвременно почившему лирру Крэгу. И далее по списку. Дэймон ещё пожалеет, что расторгнул помолвку. А Алайла… Ничего-ничего, будет мать-природа равномерно посыпать детей своих неприятностями из волшебной перечницы, чтобы всем досталось поровну, а над Алайлой крышку и сорвёт.

Утешив себя таким образом, я даже немного повеселела. Окончательно изгнала из головы неведомо как оказавшиеся там грустные мысли о смерти. Это всё виноват дар некроманта, не иначе. Магия смерти, вот и немудрено, что ненадолго задумалась о бренном. Нетушки, не дождутся мои бывшие друзья, чтобы я сдалась! В конце концов, я всё ещё Эрика Деларосо! А сейчас – в библиотеку! Пора ознакомиться с тем, что собрал «любимый» родственник.

Библиотека была неожиданно небольшой. Всего два шкафа в одной из комнат на втором этаже. Я даже огорчилась. Более того, книг по некромагии там оказалось едва ли два десятка. В основном – научные труды и изыскания, касающиеся общей теории магии, кое-что по руническому искусству и картам. Нда, как-то совсем негусто. Я задумчиво провела пальцем по корешку одной из книг. И зачем, спрашивается, некроманту руны? Со вздохом поставила книгу на место и отошла от книжных шкафов. В голове не было ни единой идеи, как действовать дальше. Почему-то мне казалось, что в библиотеке я обнаружу подсказку, но за неимением библиотеки подсказок тоже не наблюдалось. Хотя… Одна идея всё-таки была. По моим представлениям, у любого уважающего себя некроманта имелась лаборатория, либо, в крайнем случае, рабочий кабинет. Я надеялась, что лирр Крэг себя уважал и обзавёлся хотя бы чем-то одним. Мысль о том, что с библиотекой я уже ошиблась, старательно отгоняла.

Первым делом я направилась в подвал. Где ещё быть лаборатории тёмного мага, как не под землёй? Спустилась по каменной лестнице к массивной двери, толкнула её и, затаив дыхание в предвкушении, шагнула вперёд. Сейчас я увижу святая святых любого мага! К тому же, о лабораториях некромантов ходили такие жуткие рассказы… Под потолком вспыхнул свет, и я озадаченно замерла, рассматривая ровные стеллажи, заполненные банками с соленьями и вареньями. На одной из полок зрели завёрнутые в вощеную бумагу сыры. Под потолком висело несколько вяленых окороков, судя по виду, оленьих. Хм, ну и где, спрашивается, скелеты, залитые специальными растворами запчасти от различных видов нежити и всё прочее? Ещё раз с сомнением покосилась в сторону окороков. Да нет, выглядят безобидно. Заглянула в стоящие у стены кадки, нашла в одной квашеную капусту, во второй – солёные огурцы. Чувствуя себя донельзя глупо, обошла подвал, простукивая стены. Тайных проходов не обнаружила – звук всюду был одинаково глухой. Вздохнула и вышла из подвала, захлопнув дверь. Меня снедало лёгкое разочарование. Призрак дворецкого не встретил, скелеты-слуги не выстроились в ряд в холле, чтобы поклясться мне в верности, ещё и подвал оказался самым обыкновенным! Где вся та жуть, о которой шёпотом рассказывали «знающие» знакомые? Подумала бы, что ошиблась адресом, так ведь магия меня пропустила! Ну и что я тут буду делать целый месяц, спрашивается? Да ещё и совершенно одна.