13-й император

На моей груди материализовался бельчонок, полностью сотканный из огня. А он быстро учится! Он смешно опёрся лапками на грязную пижаму и просунул голову внутрь моего источника, потом выглянул обратно и вопросительно уставился на меня.

«Да, понимаешь, Рыжик, его надо залатать тонкими нитями, а потом сверху плёнкой окутать, ты же справишься? — я снова мысленно почесал огненного зверька за ушком. — Видишь, какие каналы рваные? Их тоже надо починить».

Я широко зевнул. Солнышко пригревало, бельчонок приятно согревал изнутри. Меня разморило.

— Иван! — где-то вдалеке раздавались голоса.

— Иван Михайлович!

— Ванечка! Ванюша! — истеричный голос принадлежал матушке. А предыдущий бас, кажется, был моего дядьки. Интересно, как Ивану удалось проскользнуть мимо него ночью. Странно.

В доставшимся мне воспоминаниях Олег был тем ещё параноиком. Он ставил на дверь воспитанника защиту, обвешивал Ивана следилками. Я же помню, что просто вышел из комнаты и отправился вниз, к Алтарю. Действительно, странно, что меня никто не остановил.

Солнце перевалило зенит, значит прошло часа четыре так точно. Я снова погрузился в транс и оглядел источник. Огненный бельчонок хорошо поработал. Дыры залатал, стенки укрепил, а сейчас занимался порванными каналами. И выходило у него так себе. Он понятия не имел о том, как должна выглядеть нормальная энергетическая система человека. Я мысленно погладил его, поблагодарил и нарисовал в голове примерную картинку сетки.

В принципе и с таким источником можно уже работать. Даже если у него ничего не выйдет, не страшно. Сам потом исправлю, с работающим источником это не сложно. Болезненно, разве что. Я протяжно зевнул, пусть пока ищут, нужно выиграть ещё немного времени.

Нашёл меня отец. Надо же, сам император отправился на поиски. Михаил III был одет в военный китель тёмно-синего цвета со стоячим воротничком и гербом на груди. Высокий, статный, он не выглядел на свои 190. Больше 40-ка ему не дал бы. Всё потому, что секретом рода Раковых было омоложение организма. Раковы тщательно хранили великую тайну, демонстративно увеличивая срок жизни императорской семьи. Чем дольше правит император, тем крепче власть, любил поговаривать отец.

Император тихо крался вдоль скалы по колено в воде. Вышел из расщелины, мда, а значит уже поговорил с Алтарём. Плохо дело… Хотя, конечно, зря я надеялся, что никто не узнает, ну или хотя бы не так быстро.

Универсал для этого мира — это нечто, хм, запредельное. Ну не было тут универсалов раньше. Все одарённые в основном двустихийники. А женщины и вовсе владеют только одной магией. Мужчины во время инициализации на алтаре рода получают две стихии, потому что одна из них— родовая. Вот у Раковых — это Вода. Вторую наследуют от матери.

Моя матушка — водница, и Ивану светило стать одностихийным магом, что для императорского рода так себе результат. Может поэтому никто толком и не занимался его развитием.

В расстёгнутом кителе и с обнажённым ножом император опасливо озирался по сторонам, пока не увидел меня. Я так и лежал на песке, бельчонок почти закончил. Отточенным движением отец вложил клинок в ножны и бросился ко мне.

У императора было аж три стихии: огонь, воздух и вода. И поскольку все в роду Раковых были ещё хоть немного, но целителями, он сразу бросился меня осматривать.

— Универсал… — он просветил меня ещё раз, а потом ещё. — И источник не повреждён, удивительно… Сын… Алтарь мне сказал, что выбрал наследника, — торжественно заявил император.

— А если я не хочу! — упрямо заладил я. — Почему ты не можешь выбрать сам? — Иван не интересовался этим вопросом, поскольку трон ему не светил от слова совсем.

— Наследника выбирает Алтарь из самых достойных из нас, — отец укоризненно посмотрел на меня. — Алтарь даёт силу рода, мы не можем действовать ему вопреки.

— Но я не лучший из лучших! — с толикой обиды парировал я. — Все любят Николая! А Борис и Василий — очень умные.

Я демонстративно насупился. Это да… Борис был 8-м сыном и талантливым изобретателем маготехнологических устройств. Гений! Вторым таким был Василий, который фанатично исследовал магию. И Николай, всеобщий любимец, у которого больше всего было шансов сесть на престол. Расчётливый, хладнокровный, красавец мужчина и самый сильный двухстихийный маг. Михаилу III не удалось родить трёхстихийника, может поэтому он всё заводил себе новых жён. А тут я, такой весь универсальный, тьма его забери.

Интересно, я только сейчас задумался, как это выглядит со сторону, ну то, что я не вернулся обратно вверх по лестнице, а вышел на берег. Может Ванюша хотел сбежать? Хм, возможно, мне стоит сыграть на этом.

— Матвей! — вдруг заорал отец, и я дёрнулся. — Тише, тише, сынок, всё хорошо. Матвей Асимович пошёл в другую стороны от расщелины. Предки сказали, что ты был не в себе после инициализации, — он оценивающе заглянул мне в глаза.

Хтонь! Так всё-таки призраки просекли, что другая душа! И сделали вид, что всё в порядке, вон, даже подстраховались, если я буду вести себя странно. Насколько же они сильно хотят заполучить универсала себе в род.

Брызгая во все стороны, к нам нёсся Матвей Асимович. Начальник гвардии. Он высоко задирал колени и придерживал рукой шпагу. Однако, догадался притормозить заранее, чтобы не забрызгать Его Императорское Величество.

— Вы нашли его, Михаил Михайлович, — главный гвардеец даже не запыхался. — С ним всё в порядке? — В голосе вояки прозвучало искреннее беспокойство. Он был одет в офицерский гвардейский будничный мундир. Серый китель с вышитым гербом рода Егоровых — три скрещенные шпаги.

— Переутомление, физическая усталость, но источник работает нормально, — гордо ответил отец.

Матвей Асимович достал из кармана рацию:

— Второй вызывает Пташку, приём.

— Пташка на проводе, Второй, — зашипела рация.

— Северо-восточный берег, приём.

— Вас понял, Второй.

Вскоре послышался звук приближающегося вертолёта. Голубой с гербом рака, маскировка, однако, я мысленно усмехнулся. Но при таком рёве цвет неба ему не поможет. Хотя, есть же шумоподавители…

Вертолёт сел на мелководье, забурившись лыжами в песок. Отец бережно взял меня на руки и заботливо набросил на нас защитный купол от летящих брызг. Было обидно за парнишку. Отец никогда не уделял Ивану особого внимания, а тут он вдруг несёт меня, как величайшую ценность на свете.

— Я буду плохим правителем, — продолжил я канючить, когда он усадил меня в кресло и пристегнул. Сам сел рядом.

— Мы тебя научим, сынок, — он по-доброму усмехнулся. — У тебя есть семья, старшие братья, они помогут. Вместе мы сила, мы Раковы.

Уровень пафоса зашкаливал. Как-то я сильно засомневался в этом единстве. Если каждый член семьи ценен, почему на Ивана было откровенно плевать всем, кроме юродивой матушки.

— Ванюша! — взлохмаченная императрица бросилась к нам, когда мы приземлились на лужайку перед дворцом, и отец лично вынес меня наружу. У матушки была самая обычная ничем не примечательная внешность. Высокая, стройная, одна из многих таких же привлекательных барышень. Её отличала странная блуждающая улыбка и вечно задумчивый взгляд. Казалось, что она не здесь и не с нами. Но сейчас её глаза горели беспокойством, и что более печально не за меня. Она переживала за себя.

Ну да, ну да… У матушки была личная трагедия. Она уже потеряла одного сына, Славия, когда тот был чуть старше меня. Стоп-стоп-стоп, я задумался, погружаясь в воспоминания Ивана. Подробностей не было. Ну не бывает таких совпадений, чтобы два ребёнка погибли в одном возрасте. Я попытался вспомнить. Да, был ещё один сын, Олег, который умер во время инициализации. Так может и Ванюша пошёл к Алтарю не по собственной глупости, а его подтолкнули?

Конечно, Алтарь выберет самого достойного! Из немногих оставшихся.

Глава 2

Пока отец нёс меня ко дворцу, матушка ревностно ощупывала тело, сквозь грязную и мокрую пижаму.

— Цел? — она не успокоилась и продолжила выискивать у меня кровоточащие раны.

И скоро ей повезло. На затылке она обнаружила здоровенную шишку: об алтарь я ударился знатно. Несколько смачных синяков я заработал, стукнувшись о каменистое дно ручья. И напоследок она отыскала крошечные царапины на ступнях.

— Давай уложим его в купель? — она с надеждой посмотрела на отца.

— Конечно, дорогая, — согласился тот. Подозреваю, что он и так туда меня нёс — я же теперь драгоценный вклад в силу рода, хтонь.

А вообще купель — это хорошо. Это очень хорошо. По оговоркам это одна из тайн рода Раковых, и скоро я с ней познакомлюсь, хех.

— Ты зачем сбежал? — набросилась на меня наседка, попутно высушивая на мне одежду.

Я демонстративно застонал, отец тут же просканировал меня и усмехнулся.

— Оставь свои нотации на потом, Галя, — мягко попросил он императрицу и незаметно подмигнул мне.

Ну давай, папаша, давай, налаживай отношения с сыном, которым ты пренебрегал долгие годы, рак тебе в помощь, я отвернулся и посмотрел на дворец.

Огромный белокаменный, он стоял в центре острова и представлял из себя букву «Х», заваленную на бок. В самом центре величественно возвышалось основное здание округлой формы. Парадное лицо, которое демонстрировали Раковы аристократической братии. В большом тронном зале на первом этаже устраивали самые значимые приёмы. Зала Совета и пафосные переговорные располагались на втором, парадные кабинеты старших братьев шли этажом выше. Кабинет императора располагался на последнем этаже и являлся верхней точкой всего дворца.

Ванюшу всегда восторгала прозрачная купольная крыша, хотя и был-то он у отца всего один раз, когда его определяли в Академию наследников. Император прочитал тогда целую лекцию бла-бла-бла о том, как должен себя вести царевич в Академии и чем заниматься помимо учёбы. Сдаётся мне, что отец собирался разыграть пацана в тёмную в своих политических играх.

Четыре сооружения, расходящиеся буквой «Х» от центрального здания, были жилые, но это не помешало строителям закончить конструкции высокими парапетами с бойницами. В конце каждого крыла располагались круглые башни различного назначения. Они были ниже императорского купола, ибо негоже заслонять вид из окна государя. Отец из своего кабинета мог по верху быстро и скрытно добраться до любой из конечностей дворца. Хотя по мне так это замок, тут тебе башни и бойницы.

Дальнее правое крыло от входа было женским, дальнее левое — мужским. Ближайшее левое крыло было гостевым, а в правое отжал себе старинный род Дымовых, слуги рода. Лечебница располагалась на третьем этаже. Но отец прошёл мимо парадного лифта, и направился к лестнице.

Пока мы спускались матушка не затыкалась ни на минуту, охая и ахая по поводу того, как я мог додуматься до того, чтобы пойти ночью в алтарный зал, ведь я мог умереть. Потом она перешла на личности, в смысле на себя, что я её совсем не берегу и думаю только о себе. Закончила она тем, что мой дядька не уследил и ему надо выдать плетей. Не знал, что существует такая мера наказания. Я стойко молчал и даже не попытался отключить себе слух. Даже из нытья можно вынести ценную информацию.

Мы спустились до самого низа, справа от входа в алтарный зал была выдолблена ладонь, отец приложил туда руку. Понятно, вход по крови. А вот когда Ванюша спускался ночью, дверь была открыта. Почему меня никто не спрашивает, как я попал внутрь? Хотя если вход по крови, то паренёк мог запросто пройти, если б знал как. Ванечка даже не догадывался о таких сложностях. Кто-то очень предусмотрительный ловко разыграл карту «убери лишнего брата». И ведь у него всё получилось. Получилось бы, если бы не я.

Ситуация из просто не-хочу-быть-императором, стала превращаться в опасную для жизни. Если кто-то хотел избавиться от 13-го принца, потому что подвернулась возможность, то универсал — это реальная угроза. Тем более этот тупой Алтарь объявил о своём решении во всеуслышание. Очень недальновидное заявление. Может души, превращаясь в призраков, глупеют? Или это объединённое сознание так на них действует?

Сколько у меня вообще живых братьев? Гении Борис и Василий, правильный Николай и нудятина Михаил. А, есть еще художник Фёдор, который не живёт во дворце, его, пожалуй, можно вычеркнуть из списка подозреваемых. Ну и Владимир, который управляет Дальним Востоком, вряд ли участвовал в убийстве Ивана. Ещё есть два старших брата: Пётр и Александр, но им в силу возраста уже вряд ли грозит престол. Одному больше ста, а другому под девяносто.

У Раковых не принято выбирать старых наследников, то же правило — чем дольше император у власти, тем надёжнее позиция императорского рода. Хотя, первый император Иван Первый Великий прожил аж 375 лет, так что и столетних братьев, пожалуй, рано списывать со счетов.

Под матушкино бу-бу-бу мы прошли мимо алтарного камня и направились вглубь помещения. По мере нашего продвижения на каменных постаментах загорался огонь.

— Ааа, — истерично завопил я и зарылся в могучую грудь императора, чуть ли не залезая ему под китель.

Отец дёрнулся, а мать подхватила ор, но потом опомнилась и заозиралась.

— Что случилось, сыночка? — она нервно погладила меня по голове, не прекращая опасливо оглядываться по сторонам.

— Там призраки, — еле слышно прошептал я.

— Это же наши предки, — опешил отец. — Ты их уже видел.

— Они меня напугали ночью, — пожаловался я, не вылезая из подмышки.

— Как они тебя напугали, золотце? — матушка успокоилась окончательно и злобно уставилась на предков, которые обступили нас и недоуменно переглядывались.

— Они говорили страшные вещи, — я с ужасом посмотрел на императрицу.

— Какие? — голос отца прозвучал подозрительно, он почуял подвох.

— Они… они… ск-к-казали, — я даже стал заикаться, стараясь не смотреть в сторону призраков, — они ск-к-казали, ч-что я ст-тану, — я вытаращил глаза, — императором.

— Так что же в этом страшного? — не поняла матушка, а отец хмыкнул.

— Как что? — я даже перестал притворяться, укоризненно посмотрев на мать. — Они же нарисовали на моей спине большую жирную мишень.

Отец тяжело вздохнул и поставил меня на ноги.

— Иван, — он взял меня за плечи и поймал мой взгляд, — неужели, ты думаешь, что после того, как все узнают, что у нас появился универсал, кто-то будет сомневаться в личности будущего императора?

Вообще-то, Ванюша был глуповат, чтобы о таком размышлять. И я выпучил глаза от страха.

— Так они специально! — я обвиняюще ткнул в призраков пальцем. — Можно же было сохранить это в тайне.

— Как же это, — засуетилась матушка, — все должны знать, что род Раковых велик и могуч.

В смысле, что это она родила универсала, я мысленно хмыкнул. Чем дальше, тем больше мне хотелось слинять от этой семейки. Видимо что-то такое мелькнуло на моём лице, раз император нахмурился.

— Это не получится скрыть, Иван. Тебя надо обучать, — он сурово посмотрел на мать. — Галечка, сходи, принеси мальчику покушать, да побольше.

Матушка суетливо удалилась, а призраки наоборот двинулись ближе.

— Это судьба, — на полном серьёзе заявил батя. Ууу, сколько у него тараканов.

Я скептически осмотрел сгрудившихся вокруг меня мужчин.

— Я знаю, что вы знаете, — я хмуро посмотрел на предков. — Поэтому не надо мне заливать про клятву. Или честность и открытость внутри семьи не про род Раковых?

Император подозрительно всматривался в виноватые лица призраков. Он понял, что они недоговаривают. Но это ж Алтарь рода! Он в праве творить любую дичь. Раз они что-то скрывают, значит так надо. Я пренебрежительно фыркнул.

— Отец, — я посмотрел ему прямо в глаза, — когда я ночью спустился в зал, дверь была открыта. Подумай об этом, — я демонстративно скрестил руки на груди.

— Идём, — буркнул император, проходя сквозь полупрозрачные фигуры.

Я показал мужикам язык и двинулся следом.

Мы остановились перед скалой. Свет огней едва доставал до сюда. Отец приложил большой палец в еле заметную выемку на стене. Участок скалы вдавился внутрь, а потом отошёл в сторону.

— Иван II был великим магом земли, — он показал рукой на слегка полноватого предка в шелковых просторных одеждах преимущественно красного и синего цветов. Его отличала борода лопатой и мощный топор на поясе. Старик приветственно кивнул нам. — Он и построил этот остров, замок и систему пещер под ним. Надо заделать трещину, через которую ты вышел на берег, а у меня нет магии земли, — император сокрушённо вздохнул.

— Так у Николая вторая стихия — земля, и он сильный маг, — я искренне недоумевал. — Почему он не… — и тут до меня дошло. — Никто не знает?!

Император давил меня суровым взглядом.

— И ты никому не рассказывай, — строго предупредил отец. — Галя знает, потому что мы пытались спасти в купели Славия, когда тот прошёл инициализацию раньше времени.

— Отец, тебе не кажется странным, что ситуация повторилась? — я попытался подкормить его тараканов.

Батюшка не ответил, лишь подтолкнул меня вперёд.

Как только я шагнул внутрь, по контуру помещения в специальных пазах загорелся огонь, краем глаза я заметил огненного бельчонка, который спрятался в языках пламени и подглядывал за нами.

Купальня внушала! В полу был выдолблен многоуровневый бассейн из белого камня. Сверху небольшим водопадом стекала изумительно белая вода. Падая, она расходилась кругами. По краям основной чаши были расположены более маленькие, какие глубокие, а какие совсем мелкие. В некоторых вода бурлила, а от других исходил пар.

Камень вокруг купальни был горячим, и идти по нему босыми ногами было одно удовольствие.

Император меня подвёл к чаше, где на дне было выдолблено ложе.

— Раздевайся и ложись, — он подождал пока я лягу. — Вода сделает всё сама. Ты, извини, Ваня, но мне надо идти. А то появится слишком много вопросов, где я, где ты, — он деланно вздохнул. — Пойду врать в стиле Раковых.

— Это как? — не удержался я от вопроса. Батя жжёт.

— Не договаривать, утаивать, поворачивать выгодной стороной и приукрашивать, — тяжело вздохнул император. — Фантазия, наше всё, да, сынок? — подколол он меня напоследок и ушёл.

Я слышал, как он о чём-то переговорил с предками, а потом звук его шагов удалился.

— Рыжик, — тихо позвал я.

Бельчонок метнулся ко мне и застыл на крае бассейна.

— Поможешь? — я протянул ему руку, и он запрыгнул на неё.

Действовать надо быстро, матушка должна вернуться с едой. Я погрузился в транс. Все стихии кружились рядом, я мысленно приласкал их. С огненным бельчонком я стал единым целым. К сожалению, без его помощи провернуть такой фокус у меня не получится. Я слишком слаб, тело немощно, любое усилие способно опять превратить источник в решето.

Я попрыгал вместе с Рыжиком по руке, а потом ринулся прямо в источник. Мы стали расти, увеличиваясь в размерах. Сначала заполнился сам источник. Огонь уплотнялся, сжимаясь всё больше и больше, заодно я укрепил стенки. Наконец, давление стало настолько большим, что из источника стали вытягиваться каналы. Огонь потёк не только по старым, исправляя их, выравнивая и распутывая. Тут же формировались новые. Времени было мало, и я попросил бельчонка не стесняться, а залить огня прям мощно-мощно. Он же сильный, смелый и поможет другу.

От нахлынувшего огня исправление энергетической системы ускорилось, накрывая меня волной болезненных ощущений. Я старался не подавать виду, чтобы не испугать Рыжика.

Энергетическая сетка получилась превосходной! Я от души поблагодарил бельчонка. Он, кстати, подрос, а фигурка стала более детализированной. Ну и хорошо, что ему опыт пошёл на пользу.

— Постой на стрёме, — попросил я его, и он, конечно же, меня не понял. — Ну там матушка должна вернуться, предупреди меня?

Бельчонок кивнул и убежал в алтарный зал. Первый шаг сделан. Поехали дальше, я снова погрузился в медитацию и нащупал стихию Земли, она уже попыталась повторить форму бельчонка. Не получилось. Я погладил сыпучий комок, постарался утешить. Почему песок? Ааа, текучий. Но ты же другая? Какая? Хм. Прикольно объяснять Земле, какая она.

Я нарисовал в воображении высокую гору. Гору обдували ветра, поливали дожди, её обуял пожар, а она всё стояла. Ага, поняла. Настроение стихии поднялось, она возгордилась собой. Тоже не свойственное ей чувство. Хтонь! Вот я дурак! Земля осознала себя мальчиком! Я впал в ступор. По всему это женская стихия. Но вот нет — мальчик. Ладно, Земеля, разберёмся.

Тогда так! Я представил образ длинного тонкого металлического прута. Вот он уплотнился и заострился, принимая форму меча разящего. Потом меч расправился и образовалась капля, из которой получился человечек.

Сгусток стихийной земли так обрадовался, что ударил меня эмоциями по ментальной связи. Я еле сдержался, чтобы не поморщиться от боли. Я терпеливо наблюдал, пока сгусток пытался обрести форму. Это на долго, я тяжело вздохнул. А мне на следующем этапе нужна Земля.

Ладно, я позвал Воздух и сразу определил пол. Нет, у этого всё нормально, чистая мужская энергия. Интересно, что случилось в истории Земли, что пассивная стихия стала агрессивной.

Воздушный сгусток попытался обрести форму бельчонка и у него это получилось.

— А летать, ты как будешь? — я скептически посмотрел на белку-летягу. — Смотри, птица, жучок, — я представлял в голове образы разных птиц и насекомых и вспомнил Азура. Сердце кольнуло тоской. Как там мой дракончик?

Воздух словил мой образ и сформировал прозрачного дракона. Очень похоже получилось. Он попробовал полетать по пещере, взмахивая крыльями, и даже выпустил из пасти воздушную струю, вместо пламени. Он быстро просёк, что можно менять размер воплощённой формы. Он то раздувал дракона в какого-то мега-монстра, то сжимал его до размеров жучка. И с каждым разом детализация только улучшалась. Чешуйки, глаза, моторика движений. Я искренне порадовался за него.

Вдруг я ощутил чьё-то прикосновение под водой. Я дёрнулся и улыбнулся. Вода устала ждать и попробовала обрести форму самостоятельно. Я погрузился в транс и сконцентрировался на воде в бассейне. Хтонь! Так это живая вода!

Я проследил за тем, как вода проникает в моё тело, насыщает его энергией и мягко очищает. Да, очищение это как раз то, что я хотел. Тело-то хилое, и по-хорошему, прежде чем наращивать физическую форму, его надо подготовить к нагрузкам. Лепить будущего мага надо было раньше, а не в 15 лет.

Стихия Воды пыталась воплотиться в девушку. Пока она напоминала человека только формой. Две руки и две ноги, и что-то подобие головы. Я подбодрил стихию.

В купальню ворвался Рыжик.

— Шухер, ребята, прячьтесь, — скомандовал я. — Маменька идёт.

Бельчонок нырнул в огонь, девушка ушла под воду, дракон сжался до размеров ногтя, а Земеля принял форму чаши для питья и остался на краю бассейна.

По алтарному залу раздавался гулкий перекат, и вскоре в помещение въехала большая тележка, заставленная подносами с едой. Шлейфом тянулся дурманящий аромат жареной рыбы, сладкой выпечки и чего-то сырного. Живот откликнулся звонкой тирадой. Матушка подвезла тележку к краю купальни и принялась выставлять тарелки прямо на пол.

Я перебрался к бортику, тут было комфортно сидеть и есть. Матушка с умилением смотрела, как я набросился на еду.

— Ешь, Ванюша, я распорядилась ещё приготовить, — она ласково погладила меня по грязным волосам.

Под непрерывный бубнёж матушки я прикончил рыбу с рисом и овощами, добрался до пирога с капустой и принялся за картошку с грибами. Я направлял пищу сначала на укрепление костей, потом на строительство мышц, стараясь равномерно распределять их по всему телу.

К выбору блюд у меня были вопросы. Зачем она притащила мне макароны с сыром? Ну да, ну да… Ванюша их любил.

Матушка рассказывала последние сплетни, взяла Земелю, изображавшую чашу, зачерпнула воды из бассейна и передала мне.

— Ты пей, пей живую водицу, — приговаривала она, — не зря же отец тебе тут чашу оставил.

Ну я и выпил. Хтонь! Тело изнутри обожгло огнём, а вода вокруг меня стала насыщаться чёрным зловонием. Гадость выходила из меня изо всех пор.Пока отец нёс меня ко дворцу, матушка ревностно ощупывала тело, сквозь грязную и мокрую пижаму.