Васяткины сказки

Ирина Павлова

Васяткины сказки

И один в поле воин.

Жил на свете мальчуган. Как все мальчишки его возраста (а было ему целых семь лет), он был очень любознательным, шустрым и задавал много вопросов. Звали его Васятка.

Больше всего на свете Васятка любил ездить к бабушке в деревню. Там можно было ходить с деревенскими ребятишками в лес за ягодой и грибами, на речку удить рыбу и купаться.

Бабушка была доброй и позволяла Васятке то, что наверняка не позволили бы папа и мама.

Дом бабушки был таким же стареньким, как и его хозяйка. Очень чистым и уютным: на поскрипывающих дощатых полах были расстелены чистые дорожки, пышные взбитые подушки были накрыты кружевными накидушками, которые бабушка вязала зимними вечерами, на окнах цвела удивительной красоты герань, которую дополняли фиалки и столетник. Даже запах в доме был особенным и удивительным. Это был запах свежести, топящейся печи, свежего хлеба, пирогов и молока.

Как – то по утру Васятка, собираясь на речку, отломил кусок хлеба с хрустящей корочкой и налил кружку парного молока из глиняного кувшина. Бабушка всегда пекла хлеб сама и при этом с ним разговаривала, чего Васятка никак не мог понять. Ну о чём можно разговаривать с хлебом, сами подумайте.

Мальчуган откусил кусочек, глотнул молока и очень удивился:

– Бабуля, почему у тебя хлеб такой вкусный? В городе я такого не пробовал.

– Ох, милок, да разве ж в городе так выпекут хлебушек. Я, как встану, замешу, зорьку алую помочь попрошу, молитву прочту, да поговорю с тестом. А уж мучица для хлеба особенная.

– Как это? Особенная?

– Из особой пшеницы намеленная!

– Бабушка, а разве бывает особая пшеница?

– Всё бывает, – засмеялась бабушка. – Ну, беги гулять, друзья то заждались поди.

Прошел день, вечер наступил. Не даёт Васятке покоя мысль про особенную пшеницу.

– Бабушка, расскажи! Что же это за пшеница такая.

– Ладно, пострелёнок, расскажу. Было это давным – давно. Засеяли поле недалече от нашей деревни, там, где овраг теперь. Взошла пшеница, заколосилась. Ветерок волнует, колосья шумят, переговариваются. Каждый о своей шепчет.

– Хорошо то как на нашем поле, – говорит один.

– Очень хорошо, – вторят другие.

– Смотрите, какие мы одинаковые, друг на дружку похожие, – говорит другой.

– Это очень хорошо, – шепчут все.

Так и переговариваются целый день.

Один, как все – все, как один.

Но Скажу тебе, внучек, рос там колосок ни на кого не похожий. Нет ни видом, а нравом.

– Неужели вам не хочется и другие поля посмотреть? Да и отличаться друг от друга хоть чем – нибудь?

– Зачем? – шипят на него.

– Не хочу я быть, как все. Хочу быть самим собой, – спорит непокорный колсок. Но голос поля заглушил его возмущённый возглас.

В тот миг ветер поднялся нешуточный, началась страшная гроза. Дождь пошёл да ещё и с градом.

Заплакали колосья:

– Что теперь будет? Покоримся грозе, поклонимся.

– Не надо покоряться буре и кланяться ей! Давайте стойко примем удары грозы! – сказал гордый колосок.

– Коли поклонимся, может и пощадит нас непогода!

– Как хотите, а я кланяться не стану, – твердо молвил колосок.

Склонилось поле под ветром и грозой, полегло всё, побило его градом. А колосок наш не склонился, обломило его ветром и дальше унесло. Стихла буря, и упал он посреди луга, зерна из него по земле рассыпались.

Минул год. Шёл по лугу крестьянин, шёл да печалился: «Прошлым летом всё поле побило, да и этим посевы слабые взошли, того гляди без хлеба на зиму останешься».

– Что за чудеса, – удивился он, – никто на лугу не сеял никогда, а всходы пшеницы крепкие, да слабые, силы такой, что раньше и не видывал, хотя всю свою жизнь пахал да сеял. Вот из этой пшеницы я и стану хлеб выращивать, пусть на то и не один год уйдёт.

Так и сделал. – С тех пор, милок, в деревне нашей пшеницу только ту и сеют, что он зёрен стойкого колоска пошла. И нет хлеба вкуснее, чем из муки, которую из той пшенички намололи. Да и сил этот хлебушек всем придаёт.

– Бабуля, а как же поле, где тот колосок рос? – спросил Васятка.

– Год полегло, два полегло. Сеять там перестали. А потом и вовсе, дождями размыло, овраг образовался.

– Как же колоску страшно – то не было перед бурей? Нам говорили, что «один в поле не воин!»?

– Воин – воин, от силы духа всё зависит, – вздохнула бабушка. Спи уже, пострелёнок!

На утро Васятка первым делом побежал на поле, сказать спасибо за вкусный хлеб и сказку, что бабушка рассказала. Колосья радостно зашумели в ответ.

Ну а вам – то, друзья, сказка понравилась?

Доброе слово, что пух лебяжий.

Помните ли вы Васятку? Конечно помните. Разве можно забыть такого славного мальчугана?

Лето пролетело, осень прошла, и наступила долгожданная зима. Почему долгожданная? Да потому, что так же как и летом Васятка отправлялся к бабушке в деревню. Что можно делать в деревне зимой, спросите вы? Да, очень много чего: строить снежные горки, играть в снежки и просто валяться в сугробах. И как же здорово забежать с мороза в избу и прижать замерзшие ладошки к чисто выбеленной печи, где потрескивают дрова, и кажется, что сама сказка живёт внутри.

А ещё у бабушки во дворе росла огромная ёлка, которую наряжали всякой всячиной, что весь год без дела хранилась на чердаке. Ну скажите, разве это не счастье?

И вот счастливый и довольный Васятка, отведав бабушкиной гречневой каши с молоком, выбежал сначала на засыпанный снегом двор, потом сразу на горку, где уже катались на санках его деревенские друзья. Летишь на санках с горки, аж дух захватывает.

Раз скатился, два, да и плюхнулся в сугроб. Лежит наш Васятка в снегу, в небо смотрит, как снежинки летят. Чудеса то какие? все снежинки разные, одна другой краше, будто кто – то специально тоненьким крючком вывязывал.

– Надо будет бабушку спросить, почему так, – подумал Васятка, то тут же забыл, потому что пришла его очередь с горки скатываться.

Вспомнил про снежинки мальчуган только вечером, когда наигравшись прибежал домой и, разомлев от тепла, прижался к бабушке.

– Бабуль, а знаешь, что я сегодня увидел? Все снежинки разные. Смотрел я сегодня, смотрел. Ни одна не повторяется. Почему так? чудеса просто

– Ох, милок, чудо чуду рознь! Одно Богом дано, над другим люди потрудились. Само по себе ничего не случается.

– Как это? Бабуля, расскажи, ты ведь всё знаешь, – просит Васятка.

– Ладно, что мне поведали расскажу, да столько лет с тех пор прошло, что уж и не упомню всего. Когда я была совсем маленькой, как ты …

На этом месте Васятка очень удивился. Разве могут бабушки быть маленькими.

– Моя бабушка рассказывала, что …

Тут Васятка удивился ещё раз, сами подумайте, как у бабушки могла быть бабушка?

А бабуля продолжала свой рассказ.

– Так вот было здесь недалёко село, называлось Лебяжье.

– Какое странное название, – опять удивился Васятка.

– Почему же так назвали?

– А потому, что жили в нём удивительные люди. Что не семья, то любовь и верность, как у лебёдушек бывает. Не было большей преданности, доброты и красоты, чем в домах села того. Потому что стали они хранителями добра. Все добрые слова, по земле сказанные к ним слетели, а они их берегли, видать так Господь пожелал.

– Как же они их хранили?

– То, никому о том, они не сказывали. Да и не только хранили слова добры, но и в срок те в добром слове нуждались.

Всё бы хорошо было, да были те кому это не по нраву было. Так бывает, что нет добра в душе человека. А коли нет его, он и чужой доброты не чувствует и признавать не желает. И тогда уже стерегись его, много горя людям причинить может.

Вот и забрёл как – то такой человек в Лебяжье. Путником представился, на постой попросился. Приняли его с дорогой душой, за стол усадили, спать уложили, хоть почуяли что – то неладное.

– Как это, неладное? – волнуется Васятка.

– А так, что слова доброго он не сказал, не здравия не пожелал, ни поблагодарил хозяев. Даже потемнело всё вокруг него. Раньше то небо над Лебяжьим всегда светлым было, а тут нахмурилось.

Поняли жители, что неслучайно к ним этот гость пожаловал. Так и оказалось. Был то не просто путник, а чёрный отшельник, колдовством промышлявший и много кому горя причинивший. Не мог он мирится с добротой, потому и решил все добрые слова украсть и уничтожить, чтобы уже никогда они на земле не звучали.

Поняли это хранители и все слова, что были у них белым облаком в небо синем спрятали. А после и сами лебедями обратились и к сокровищу своему поднялись. Так и спасли то, что им доверено было.

– Бабуля, а снежинки то почему?

– Так ведь в небесах – то холоднее, чем на земле. Вот добрые слова и застывают, в прекрасные снежинки превращаются. А поскольку разными людьми они сказаны, ни одна снежинка не повторяется. Присмотрись, как облака на лебёдушек белых похожи. Это жители Лебяжьего хранят их по – прежнему, а зимой на землю посылают, чтобы у людей от красоты этой на душе радость была и больше добрых слов они друг другу говорили.

Ну иди спать, пострелёнок!

Лёг Васятка, не спится ему.

– Бабуль, а бабуль, а что с тем злым путником стало.

– Как понял, что не победить ему, не уничтожить добрых слов, ещё больше осердился, разгневался. Так и бродит по земле. Где пройдёт – черно всё становится. Люди сердцем черствеют. И тогда очень много приходится хранителям снежинок присылать, дабы всю эту черноту исправить. Спи уже!

По утру Васятка вышел на крыльцо, взглянул на небо. А ведь и правда облака словно лебеди белые летят, и хлопья снега пухом лебяжьим на землю ложатся.

– Спасибо вам, – прошептал Васятка. И тут же подумал, что его «спасибо» прилетит теперь снежинкой к кому – то другому, которому очень нужно сейчас доброе слова.

Вот такая Васюткина сказка. А вы, друзья, добрые слова говорить не забываете?.