Иморталис. Академия МОС

Подумала, что это вполне логичное название, ведь достигнув их, маг способен открыть следующую стихию и перейти на ее изучение. Кивнула, сказав Лютеру.

– Хорошо. Значит, на данный момент мы знаем, что у стихии Земли степень перехода, это способность добывать металлы и камни, а так же создавать из них вещи, а ее высшая степень, это умение уничтожать или изменять все, что добыто из земли. – Наследник главы клана Мархал, сказал, кивнув.

– Верно, а степень перехода у стихии Воздуха, это левитация, которую ты продемонстрировала сегодня благодаря летающим кольям из железа. Мы не знаем, какая ее высшая степень. Впрочем, как и всех остальных, кроме стихии Ви. Мы точно знаем, что ее высшая степень, это умение увеличивать материю, а степенью перехода является способность поднимать вес, который больше веса мага в сотни раз. – Развела руки, сказав, улыбнувшись.

– Мы знаем две из восьми высших степеней стихий, поэтому уверена, что с этим разберемся. – Лютер вложил свой блокнот в карман, сказав.

– Никому не говори о проявлении третей стихии. Если в конце учебного года ты не обретешь четвертую стихию, то … – Продолжила за него, догадавшись о ходе его мыслей.

– Стихия Воздуха будет моим пропуском на вторую ступень обучения, а если проявится новая стихия на игре Амоса, то стихию Воздуха нужно скрывать до окончания второй ступени, тогда она станет моим пропуском на третью ступень обучения.

Напарник утвердительно кивнул, а я подумала, что это мой шанс, что бы остаться подольше в академии. Лютер проговорил, взглянув на меня.

– Тебе необходимо научится ставить ментальную защиту, что бы ни кто не почувствовал твою магическую силу. Пока ты не владеешь своими приобретенными стихиями так, как стихией Земли, но скоро твоя сила окрепнет, поэтому защита нужна, чтобы не выдать твой секрет. – Я отмахнулась и напомнила.

– Я уже умею это делать. У меня освобождение от Медитации не просто так, помнишь? Лучше покажи завтра, как поставить полог тишины. Что-то в последнее время у меня много секретов и мне не хочется, что бы их кто-либо подслушал.

Взглянув на часы, вспомнила, что мне нужно бежать к Эдне, ведь она приказала прийти к ней через час. Вскочив с дивана, обулась и поцеловала друга в щеку, сказав, что у меня дела. По пути к выходу произнесла, не оборачиваясь.

– Не забудь закрыть плотно двери, когда будешь уходить.

Птичка.

Глава 18.

Прежде чем войти в комнату своей госпожи, остановилась у двери, что бы немного отдышаться. Затем, постучав, открыла ее и увидела Варидис. Вошла в комнату, поздоровавшись с Сильвией. Она кивнула, не отвлекаясь от своего занятия, сказав.

– Твоя госпожа вышла, но думаю, что скоро вернется.

Поняла по улыбке Сильвии, что именно она являлась причиной ухода Эдны из своей комнаты. Варидис отложила метательный нож, взяв следующий, и стала так же натачивать его, как и предыдущий. Она ничего не объяснила, поэтому спросила, что бы понимать к чему мне готовится, когда Эдна вернется.

– Что ты сделала?

– Видишь ли, когда я говорила, что не терплю рабства, то это были не пустые слова. Это очень личная тема для меня.

– Вот как? С чего вдруг?

Мое сердце затрепетало. Неужели это она, моя Птичка? Сильвия молчала, отложив нож, провела пальцами по волосам, глядя на меня так, словно решала, стоит ли мне отвечать. А я ждала, молясь, что бы она открылась мне.

– Я и мой старший брат были рабами. – В груди что-то заныло, мне было страшно, но я должна была спросить.

– Были? Его освободили, как и тебя? – Сильвия отрицательно покачала головой и сказала сквозь выдох.

– Он умер. – Слезы потекли по моим щекам.

– Как это случилось? – Спросила совсем тихо, боясь, что Сильвия не ответит, но встав у окна, она произнесла, глядя туда, где рос Варидский лес.

– Нас было около сотни. Детей от двух до четырнадцати лет переправляли на корабле в столицу по приказу императора Кередуэнии. Капитану было велено доставить всех найденышей в целости, но он был не прочь подзаработать, поэтому чуть меньше половины маленьких рабов отправили на рынок. – Сильвия взглянула на меня, продолжив говорить, а я вспомнила, как корабль привез меня и Кириана на остров Мундин.

– Еще он был щедрым, ведь позволял своей команде, что уже давно истосковались по женским ласкам, брать девочек каждую ночь. – Холод пробежался по спине, затаив дыхание слушала Сильвию. Ее глаза заблестели, когда она сказала чуть хрипловатым голосом.

– С начало стали забирать старших, а затем и девочек моего возраста. Я не понимала тогда, что команда делает с ними, но слышала раздирающие душу крики и рыдания, которое проникали в трюм. Каждая звала маму и ни кто не возвращался назад.

Мне так хотелось обнять ее и утешить, но чувствовала, что она не позволит это сделать, поэтому просто слушала, словно каменное изваяние.

– А вот мой брат был старше меня и все понимал. – Сильвия подошла к кровати и начала убирать ножи, продолжив.

– Он сказал, что не даст меня в обиду, когда на завтрак мне принесли рыбу. Ее давали каждой девочке перед тем, как…. В общем, мы знали, кто будет следующей. – Я сглотнула, что бы хоть как-то протолкнуть ком, что мешал мне дышать, а Сильвия все так же убирала ножи, говоря на ходу.

– Брат сдержал обещание и не позволил никому прикоснуться ко мне. Он говорил, что любит меня и просил прощение, когда держал мне нос и рот, перекрыв кислород. Вскоре я потеряла сознание, а когда очнулась, то увидела, как капитан, нависая над братом, вонзает в его нож. – Сильвия подняла охотничий нож, который остался последним, сказав.

– Им же я перерезала капитану горло, а после разобралась с остальной командой.

– Но как? Как тебе это удалось? – Спросила, не понимая, как восьмилетняя девчонка могла справиться с командой корабля. Сильвия спрятала последний нож, сказав.

– Ты мне это скажи. Как можно очнуться без рабской метки? – Нахмурилась, не понимая, о чем она говорит, но ответила.

– Это не возможно. Рабская метка может исчезнуть или, если раба освободят, или если раб умирает.

Разговор с ректором я не брала во внимание, ведь даже если правда то, что метка сгорает у тех, кто владеет более пяти стихиями, то у маленькой девочки просто не могло быть столько магической силы. И тут меня осенило. Адам убил ее в то утро, а затем воскресил своей стихией Скей. Он не знал получиться ли у него, но и отдать сестру на растерзание не мог. Сильвия сказала, хмыкнув.

– У брата не было высшей степени стихии Скей и что бы исцелить меня, ему пришлось истощить все силы. Он освободил меня, но стал Шептуном, поэтому не мог исцелиться от ножевых ран, которые нанес ему капитан, наказывая за порчу товара.

– Как ты справилась с командой? – Спросила у нее, чувствуя, что она что-то недоговаривает.

Сильвия достала кожаный скруток, размотав его. Еще один комплект метательных ножей с разными размерами ждал своей очереди. Она некоторое время молчала, но все же ответила на мой вопрос, сказав.

– Мне помогли. – Ее ответ побудил еще больше вопросов, но задать их я не сумела, ведь Сильвия произнесла. – Я не скажу, кто мне помог, ведь ты уже сама знаешь в глубине души ответ на этот вопрос.

Нахмурилась, не понимая, о чем она говорит. Смотрела, как Сильвия взялась точить нож и думала к чему эти загадки? Она не доверяет мне, ведь другого объяснения я не нашла. Подумав немного, решила открыться перед ней, набрав воздух в легкие, сказала.

– Я знала брата и сестру из клана Варидис, тогда мы были детьми. Волею судьбы мы потерялись, но я дала себе слово, что найду их, ведь поклялась, что буду защищать каждого, кто поклялся защищать меня.

Сильвия поставила защиту на комнату стихией Воздуха, что меня сбило с мысли, ведь она скрывала третью стихию, а затем горько улыбнулась, сказав.

– И что бы ты сделала? Ты не принадлежишь себе. Я потеряла брата. Вот мая цена свободы. Я не могу доверять тебе, пока носишь рабскую метку. Даже этого разговора не должно было быть, но я надеялась, что он поможет вспомнить. – Не успела открыть рот, как Сильвия продолжила. – Ты бесполезна, лучше держись подальше от меня.

Ее слова попадали мне прямо в душу, оставляя там черные дыры. Она права. Как я могла помочь своим близким, если не могу помочь себе? Но теперь, точно знала, что передо мной моя Птичка. На полигоне, когда она звала птиц, что бы покормить их, она издавала звук филина. Неужели ипостась Сильвии филин? Это не стандартный оборот для Варидис, впрочем, сказала Ксалка с оборотом кошки.

– Я так виновата перед вами. Не защитила и не спасла Джей, не спасла твоего…. – Девушка подошла ко мне и сказала совсем тихо.

– Я узнала тебя в первую нашу встречу и поняла, что ты не была уверена, что перед тобой стоит твоя Птичка. А когда ты показала свое украшение, то меня осенило, что ты мне не поможешь и еще рано. – Сильвия взглянула на мою руку, где находилась метка, которая была скрыта на данный момент, но она смотрела так, словно видела ее.

– Рано? – Не понимала, о чем она говорит. Сильвия кивнула, сказав.

– Да, еще не время, что бы говорить по душам. – Нахмурилась, вновь задав вопрос Птичке.

– И когда же оно настанет? – Варидис ухмыльнулась, сказав, не ответив на мой вопрос.

– Оставь свои раскаяния. Я не виню тебя в смерти Адама. Советую тебе забыть о клятве, ведь она была произнесена в детстве, не от чистого сердца, а из-за страха. Мы боялись Крокров, что бродили по ночам, но сейчас мы выросли. Я способна сама постоять за себя, а ты будешь лишь мешать мне, поэтому оставь меня в покои. – Девушка развернулась и направилась к своей кровати. Не оборачиваясь, Сильвия продолжила говорить. – Считай, что твоя Птичка тоже погибла. И больше не следи за мной, Котенок. – Хоть и была ошарашена, ее холодностью, но взяв себя в руки, сказала.

– Я не следила за тобой, а тренировалась. Знаешь, пожалуй, послушаю твой совет потому, что вижу, перед собой совершенно чужого человека. Ты права. Моей Птички не стало, как и остальных.

Видела, что она хочет еще что-то сказать мне, но не стала слушать. Развернулась и вышла в общий блок, громко закрыв дверь. Слезы потекли по щекам, присев на диван, решила дождаться Эдну, ведь не смотря на мое состояние, приказ госпожи нужно исполнить. Ощутила, как стихия Воды бурлит во мне. Она вновь проснулась, словно почувствовала, что меня кто-то обижает. Стала глубоко вдыхать и выдыхать. Нужно успокоиться, не хватало, что бы еще и стихия Воздуха на фоне эмоций выплеснулась.

Сказать легче, чем сделать. Слова, сказанные Сильвией, ранили меня. И эта рана приносила мучения больше, чем все взятые истязания, что происходили со мной в тюрьме дворца Ксалк. Все эти годы я жила и не сдавалась, лишь потому, что верила, что настанет день, когда мы встретимся с ребятами. Оказалась, что только для меня наша клятва что-то значит. И что Сильвия имела в виду, говоря о том, что еще не время? Ну и где эту Эдну носит?!

Только подумала о своей госпоже, как дверь в блок открылись. Вошла Эдна, но не одна, а вместе с ректором и магистром по ЗиЦ. Я встала и впервые применила стихию Воды, что привлекло ко мне внимание. Ректор оглядел меня и спросил.

– Адептка Унна, что вы здесь делаете? И зачем применили магию? – Покорно сложила руки перед собой и поклонилась, затем сказала.

– Моя госпожа велела мне прийти к ней, но ее не было в комнате, поэтому я решила дождаться сэ Эдну здесь. – Указала рукой на пространство, подразумевая общую гостиную. Эдна свела брови вместе, прослезившись, сказала.

– Вот видите ректор, эта Варидис не только меня пытается выжить из комнаты, но и издевается над моей Тей. Бедняжка пару дней назад обрела стихию Воды, поэтому на эмоциях не сдержала ее.

У меня внутри все кипело от негодования. Эдна, словно лживая, скользкая змеюка, что ловко изворачивается и все перекручивает в свою пользу. Я уже хотела возразить, но вмешалась магистр Олтен.

– Предлагаю выслушать обе стороны.

Магистр была куратором Сильвии, поэтому встала на защиту Варидис. Ректор кивнул, направившись в комнату, где жили девушки, магистр последовала за ним, а Эдна махнула мне указательным и средним пальцем. Этот жест считался оскорбительным в обществе, но для раба он означал, что хозяйка велит идти за ней.

Когда вошла в комнату, то замерла на месте, копируя, удивление всех остальных. Комната преобразилась до не узнаваемости. Она была вся в цветочных букетах, что даже пестрило в глазах от разноцветных пятен. Цветы благоухали, а между кроватей танцевала Сильвия. Она обдумывала, куда примостить букет, что держала в руках, подпевая себе под нос мелодию. Когда девушка повернулась в нашу сторону, заметив нас, то звонко закричала, прикрываясь букетом. Ведь все эти действия она совершала в тонкой, почти прозрачной сорочке, под которой совершенно точно не было нижнего белья.

Ректор пожирал глазами адептку и отвернулся лишь, когда магистр велела сделать ему это. Я знала этот взгляд, ведь будучи Тей, ощущала его ежедневно во дворце Ксалк. Как умно. Теперь ректор не сможет судить бесстрастно Варидис, чтобы она не сделала, ведь его мысли лишь о танце. Сильвия обидела меня, но сейчас ощущала гордость за нее. Эта моя Птичка и ее не так уж и легко обхитрить. Мои мысли прервала Эдна.

– Что ты здесь устроила! Этого ничего не было, когда я уходила! Она точила свои ножи и бросила в меня один из них! Это чудо, что она промазала! Я требую, что бы ее отчислили и осудили за покушение на главу клана!

Ее голос с каждой фразой был все громче, превращаясь в противный звенящий гул. Я привыкла к истерикам Эдны, но ректор и магистр были явно не готовы слушать ее вопли. Ректор даже незаметно прикрыл правое ухо. Поняв, что это не помогает, он произнес.

– Адептка Эдна прекратите истерику, а вы адептка Сильвия накиньте на себя что-то более пристойное, что бы мы могли поговорить.

Сильвия надела халат, а Эдна открывала и закрывала рот, громко вдыхая и держа свои руки на груди, показывая, как глубоко оскорблена словами ректора.

– Господин ректор, о чем Вы хотите поговорить? – Спросила Сильвия, дав знать, что мужчина может повернуться.

Ее большие карие глаза, казались еще больше. Она смотрела словно пугливый маленький зверек. А тоненький, почти детский голос придавал ей сказочный вид. Восхитительная беззащитность, я бы даже сказала убийственная, если знаешь, что она хищная Птичка. Ректор указал на диван, сказав.

– Адептки присядьте.

Пока мы садились, мужчина принес стул, стоящий у стола и предложил жестом присесть магистру Олтен, затем поставил еще один стул для себя. Стулья были размещены напротив дивана, а так как посадка дивана была ниже стульев, то ректор и магистр возвышались над нами. Тоже продуманный ход, мелькнуло в моей голове, оценив действия ректора. После того, как все расселись ректор Адреван сэ Дариус, наклонившись к Сильвии, спросил.

– Скажите, адептка Сильвия, Вы действительно покушались на жизнь адептки Эдны? – Девушка так же наклонилась к нему, что дало возможность мужчине отлично рассмотреть ее пышную грудь, и ответила.

– Могу заверить Вас господин ректор, что это ложь.

Мужчина отодвинулся, опершись об спинку стула. Он улыбнулся Сильвии, эта улыбка была похожа на обещание. Я почувствовала себя лишней, мы все были лишними здесь. Комната, словно напиталась страстью, что исходила от ректора и Сильвии. Это ощущение пропало, когда заговорила Эдна.

– Она врет! Она бросила нож и попала в дверь. Взгляните, там остался след от ножа.

Эдна встала и указала на дверь, но затем ее лицо вытянулось от удивления. Она стала ощупывать и гладить дверь, ища на ней следы, но та была без каких либо увечий. Девушка повернулась к нам и злобно проговорила, тыча указательным пальцем в Сильвию.

– Она залечила своей стихией Скей дверь, чтобы не было доказательств ее покушения. – Магистр Олтен опровергла слова Эдны, сказав.

– Стихия Скей, конечно, может исцелить, но могу заверить Вас, ректор Адреван сэ Дариус, что исцелить дверь не могу даже я, будучи главой клана Варидис.

Магистр явно, сочла забавным это предположение и сейчас она улыбалась, что еще больше вывело Эдну из себя. Она была в растерянности, а ее блуждающий взгляд по комнате говорил, что Эдна не знает, что еще можно предъявить, против соседки.

Сильвия же все это время сидела, положа ладони на колени, словно сама невинность. Правда, при такой позе ее большая грудь, казалась еще больше. Она непонимающе, хлопала ресницами, глядя на ректора, который не упустил из виду все выпуклости своей адептки. Эдна же покрылась бордовыми пятнами от злости, а когда наши взгляды скрестились, то она лукаво улыбнулась, сузив глаза, сказала.

– Тей, расскажи, почему ты применила стихию Воды? – Не ожидала такого вопроса и растерялась. Спустя пару секунд набрала воздуха, что бы ответить, но видимо, моей госпоже показалась, что она слишком долго ждет. – Тей, я твоя госпожа, приказываю тебе, ответь мне, почему ты применила стихию Воды?!

Прокричала Эдна, а я тут же рухнула на колени. Не могла сопротивляться, молчание душило меня. Мне нужно ответить. Простонав от жуткой боли, прохрипела.

– Да, госпожа. – После этой фразы, мне позволили дышать, но хватка вокруг шеи ослабла слегка. Ровно на столько, насколько нужно, что бы исполнить приказ хозяйки. – Я заметила, что кто-то входит в блок, поэтому применила стихию Воды, что бы убрать следы от слез.

Надеялась, что такого ответа будет достаточно, но Эдне было мало, хотя магистр потребовала прекратить издевательства, а ректор вскочил, выводя Эдну из комнаты, после моего ответа, но она на ходу спросила у меня.

– Почему ты плакала? – Молчала, поняв, что она не приказала мне. Эдна заорала уже у самой входной двери блока. – Я приказываю тебе!

Ректор тут же отпустил Эдну, ведь понимал, если сейчас она не услышит ответ, то меня просто разорвет из-за того, что не исполнила приказа. Мои кости словно отделялись от мышц, которые разрывались внутри. Я закричала от боли и услышала, как кричит Сильвия. Эдна подошла ко мне, присев на корточки, она схватила меня за подбородок и спросила.

– Скажи мне, Тей, кто был причиной твоих слез?

– Да, госпожа! Сильвия! Причина моих слез, Сильвия!

Меня тут же отпустили, как Эдна, так и рабская метка. Уже в полуобморочном состоянии увидела, лежа на полу, как Сильвия упала на колени около меня. Вытирая свои слезы, она что-то говорила мне и просила прощение, применяя стихию Скей на мне.

Услышала крик Нели, которая сейчас вошла в блок и увидела меня, лежащую недвижимой с открытыми глазами. Почувствовала свою стихию Воды, которая вырвалась, подчинив всю воду из ваз, где стояли букеты цветов. Перед тем как меня окутала темнота, услышала крик Эдны, но сил уже не было, что бы открыть глаза и взглянуть, что случилось.

Прежде, чем окончательно прийти в сознание, я ощутила свою стихию Воздуха. Она предупредила, что в помещении есть еще кто-то кроме меня. Открыв глаза, обнаружила, что лежу в одной из палат, которая находится в лекарском блоке. Повернулась к окну, ведь именно в том районе ощущала присутствие. Заметила, что за окном была ночь, а на подоконнике сидел черный филин.

Морщась, присела, опершись спиной об перила кровати. Сейчас все мышцы жутко ныли, а во рту было суше, чем на Сожженных землях. Филин взмахнул крыльями, подлетев к кровати, а присела на нее уже Сильвия. Она взяла кувшин и налила полный кубок воды, молча протянула его мне. Ухватившись двумя руками за кубок, жадно поглощала воду. Вскоре он был опустошен, отдала кубок Сильвии. Когда девушка поставила его рядом с кувшином, то я спросила.

– Что произошло после того, как я потеряла сознание? – Сильвия улыбнулась так, словно вспомнила нечто приятное.

– О, если ты каждый раз, так феерично, теряешь сознание, то пожалуй, я погорячилась, сказав, что ты не можешь постоять за себя. – Она прочла недоумение на моем лице, поэтому продолжила.

– Мне совсем не порадовало мое внезапное прибытие в академию МОС. Я хотела вывести Эдну, что бы она заявила ректору о моем покушении, потребовав изгнания. Ректор имеет право изгнать адепта, если тот не поддается обучению или вредит дисциплине. У меня есть, те перед кем я в ответе, поэтому оставаться на обучение, не входило в мои планы. Была уверенна, что мой план совершенно точно сработает, но … – Закивав головой, и продолжила за нее.

– Но в него ворвалась я. Признаться, была в восторге, когда увидела тебя, танцующую среди цветов. Я не понимаю, как тебе удалось за такой короткий срок изменить комнату, как ты сумела скрыть следы на двери от ножа, но знать не хочу. Ты была права, когда сказала, что нам нужно держаться подальше друг от друга. – Сильвия слушала молча, не проявив на своем лице не единой эмоции.

– Ты владеешь стихией Воздух и держишь это в секрете, если бы Эдна, когда приказала мне, сформулировала свой вопрос иначе, то я бы предала тебя. Я не смогла, не смогла бы сопротивляться и рассказала бы о твоей третьей стихии. И тогда тебе пришлось бы пройти еще одну ступень обучения. Пока не уберу метку Тей, я опасна для тебя. – После моей последней фразы, Сильвия подняла правую бровь, спросив.

– Как ты намерена убрать метку? – Ее глаза были полны надежды, но тут же погасли, когда я ответила.

– Я слышала, что у магов, которые открыли в себе пять стихий, она не держится. – Сильвия вскочила и стала ходить по комнате. Присев вновь на кровать, сказала.

– Возможно, это так и ты обретешь свою свободу, но люди с рабской меткой, что сейчас умирают в шахтах, не смогут достичь пятой стихии! Как помочь им? Ты должна спасти их всех! – Я возмутилась от ее слов.

– О чем ты говоришь? Ни чего и ни кому я не должна! Мне бы со своей жизнью разобраться. Понимаю, что люди страдают в шахтах, но, Сильвия, все они несут свое наказание. Они ослушались императора, скрыв детей. Возможно, сами имели детей от человека с первой стихией, которая отличается от их первой стихии. Эти люди подвергают своим неповиновением опасности всех жителей Кередуэнии. Я была на острове Мундин, когда началась вспышка и видела Крокров так, как вижу тебя. В детстве не понимала всю масштабность трагедии, а недавно узнала, что тогда погибло два с половиной миллиона невинных людей. Если бы императорский приказ был исполнен, то эту трагедию можно было бы избежать. – Сильвию рассмешили мои слова, а я не понимала, что ее позабавило.

– Я знаю, с кем ты точно сойдешься во мнении. Наш общий знакомый работает на императора. – Печально проговорила Птичка, а мое сердце пропустило удар.

– Хранитель Дверей, теперь стал личной ищейкой императора. Ему даже придумали должность. Фурза. Он ищет и находит семьи, что ослушались императорского приказа. Уверяю тебя, что лучше его нет. Кириана купили Фониасы и привезли на свой остров, сделав лучшим в своем деле. В двадцать лет он сумел не только оплатить свое обучение, но и договорился о выкупе своей свободы. Он стал настолько известен, что слухи о лучшем Фониасе дошли до Императора. Сейчас ему двадцать два и вот уже год он выслеживает нарушителей закона. Мы иногда встречались перед его отъездом или после того, как он возвращался в столицу. Признаться, я скучаю по его неудержимой страсти. – Я была в шоке, от услышанных новостей. Мало того, что узнала, что Кириан жив, так еще они с Сильвией вместе. Прочистив горло, сказала.

– Рада, что ты нашла его и обрела любовь. – Сильвия засмеялась, отмахнувшись от моих слов, сказала.

– Нет ни какой любви. Он просто умеет хорошо трахается. К тому же у нас разные мнения, касающиеся рабства. Я не могу, доверится ему, ведь как уже говорила, от меня зависят жизни людей. Сегодня ты скрыла мою стихию Воздуха, когда воспользовалась своей стихией Воды. Я знаю, что ты рисковала, решив, защитить меня. – Сильвия смотрела на меня с благодарностью в глазах. Теперь я отмахнулась от ее слов, спросив.

– Если ты скрываешь стихию Воздуха, то мне бы не хотелось быть той, из-за кого она раскроется. Скажи лучше, как тебе удалось преобразить комнату до неузнаваемости за такой короткий срок? – Птичка улыбнулась, сказав.

– Если ты не знаешь ответ, значит еще не время. – Это было сказано так, словно Сильвия знает что-то обо мне. Что-то, что я ни как не могла вспомнить. Меня начинал слегка раздражать этот разговор, поэтому спросила, решив поменять тему.

– Возможно, с Ланой тебе тоже удалось встретиться? – Девушка грустно улыбнулась, сказав.

– Она мертва. Я не знаю, как именно она погибла, но из-за нашей клятвы я прочувствовала весь спектр эмоций перед ее кончиной. Лана умирала в страхе. Ты тоже должна была ощутить ее смерть. Правда, тебе тогда было шесть с половиной и в столь ранний час ты, скорее всего, спала, поэтому смерть Ланы для тебя прошла не так жестко.

Сразу же поняла, о чем говорит Сильвия. Помню, то предрассветное время и поглощающие эмоции, что настигли меня в оранжереи дворца Ксалков. Я посчитала, что они мои, ведь была наказана сэ Кондрой, которая отправила меня в оранжерею. В то утро у меня пробудилась стихия Земли. Значит, остались только мы втроем. Кивнула, сказав с тоской и скорбью в голосе.