Герой Империи

После этого Анна отправилась отдыхать, а я остался на кухне, раскладывая ноут. Надо завершить начатое.

В конечном итоге, после десяти минут блуждания по сетке я нашёл один архивный выпуск «Имперских Новостей», где на третьей полосе рассказывалось о Потёмкиных.

Оказывается, это древний род, берущий своё начало ещё со времён Патрика Завоевателя. И закат этого некогда великого клана случился после продолжительной войны с Коршуновыми.

В процессе ожесточённого противостояния более тридцати лет назад, род Потёмкиных был полностью истреблён. Точнее, почти полностью. Я же остался каким-то чудом в живых?

Но из-за чего произошёл конфликт между семьями – не объяснялось. Полистав ещё «Архив.ру», я понял, что на это скопище документов, статей и заметок можно потратить всю жизнь и ничего не добиться. Тут либо подключать специально обученных сетевых спецов, которые за звонкую монету постараются накопать информацию, либо искать её в городском архиве, куда просто так не пропустят. Нужен пропуск.

В общем, я закрыл ноут. Продолжу искать в Сети завтра, но следует крепко подумать насчёт альтернативного варианта. А сейчас пора спать. Завтра рабочий день и, возможно, новый вызов. Надо быть бодрым и выспавшимся.

Но мне почему-то не спалось. То ли от осознания того, что в паре метров от меня в нижнем белье спит красивая девушка. То ли информация о Потёмкиных взбудоражила моё сознание. Скорее и от первого, и от второго.

Возможно, и от третьего – после серьёзного расхода маны немного тянуло под сердцем, где находилась нова. Так назывался источник энергии каждого, кто обладает даром.

Проворочался с полчаса и только потом провалился в беспокойный сон.

С утра пораньше я вышел на пробежку, отметив, что сон пошёл мне на пользу. Нова восстановилась, голова ясная, мышцы в тонусе.

Я пробежался по проспекту, встречая ещё редких прохожих и таких же бегунов, что и я. Затем на перекрёстке повернул обратно и вернулся в квартиру.

Анна уже встала, судя по шуму воды из ванной. Я же отправился на кухню. Выпил два стакана фильтрованной воды, затем поставил на плиту сковородку и включил под ней огонь.

Как и в прошлом мире, здесь точно так же добывали и потребляли природный газ. И газовая плита была похожей. Вот только пламя было не голубым, а оранжевым, как цедра апельсина.

Я успел разложить яичницу по тарелкам, когда Анна вышла из ванной.

– Доброе утро, – улыбнулась она, одетая в то же светлое платьице. – Как же вкусно пахнет!

– Да, я добавил немного специй. Если хочешь, вон кетчуп, – показал я на стеклянный бутылёк.

– Да, спасибо, – Анна устроилась за столом, взяв вилку. – Только давай условимся, Саш – в центр заходим в разное время. У Макса язык без костей, ты ж понимаешь. Потом замучает своими расспросами и подколами.

– Да мне как-то плевать на его подколы, – улыбнулся я. – Но если тебе так комфортней – давай в разное время зайдём.

После завтрака и непродолжительной беседы мы собрались и поехали в сторону центра.

Через полчаса мы подходили к проходной и, как условились, Анна прошла первой, а я следом за ней. Показал пропуск у шлагбаума, затем прошёл следующий пропускной пункт, расположенный перед огромным зданием центра. Следом – магическая рамка в холле. В общем, обычное начало рабочего дня, к которому я уже начал привыкать.

– Доброго утра, стажёр, – поздоровался со мной на входе в раздевалку Макс. – Как твоя нова? Потратился ты вчера прилично.

– Нова – жива и здорова, – улыбнулся я, кивнув Анне, затем Софии с Лизой, которые проходили на свою половину.

– В тебе погибает поэт. Хотя ты, может, под псевдонимом работаешь? Сколько сборников уже выпустил? – хмыкнул Макс.

– Все в голове, – отозвался я. – Люблю грозу в начале мая. Как шибанёт, и нет сарая…

– Не, спасать у тебя лучше получается, – вынес вердикт Макс. – Ладно, а если без шуток… Я рад, что всё у тебя отлично. О, Даня, привет! – проводил он взглядом прошедшего мимо эмпата. – Ты не забыл про пять тыщ?

– С аванса отдам, Макс, мы же договаривались, – ответил Даниил, напрягшись.

– Я тебе просто напомнил, расслабься, – засмеялся Макс.

– Может, и тебе напомнить о видеокамере, которую ты одолжил? – донёсся строгий голос Софьи из-за магической ширмы. – Когда отдашь, Макс?

– Да что вы все такие серьёзные? – хохотнул Макс. – Я просто пошутить решил…

– Неудачно получилось… – ответил Даниил, открывая свой шкафчик.

– Ты не ответил, Макс, – вновь произнесла Софья.

– Да блин, завтра принесу. Мы же договаривались, – резко ответил Максим.

– Софи просто напоминает, – засмеялась Лиза. – Чтоб на подкорке запомнил.

– Понятно, – пробурчал Макс. – Так и запишем – юмора не понимают.

– Был бы это юмор, – вздохнула Софья.

– Ой, вот только не надо тут своё личное мнение распространять, – обиженно ответил Макс. – Я же никого не хотел обидеть. А вот вы уже, сударыня, на личности переходите.

– Ути-пути, Максик обиделся, – по-детски ответила Софья, выходя из-за ширмы в спецодежде, и потянулась к Ковалёву рукой. – Дай я тебя поглажу.

– Я не против, и даже можно погладить не только голову, – подмигнул ей Макс.

– Пошляк! – покраснела Софья и отправилась в сторону выхода.

– Ай-яй-яй, – покачала головой Лиза, следуя за ней.

Анна промолчала, лишь хихикнув в ответ, и последовала за остальными.

– Сговорились они, что ли, – пробормотал Макс. – А, к чёрту, что там у нас на сегодня? Кто-нибудь уже читал сводку?

Обычно на электронную почту каждого сотрудника с утра пораньше от аналитического отдела приходит сводка происшествий, либо потенциальных угроз. Но я туда сегодня ещё не успел заглянуть.

– Какие-то сбои на улице Жукова. Утечка газа на распределительной станции на юге Питера, – начал перечислять Даниил, пялясь в экран телефона. – Кто-то упал в канализационный люк. Так… Ещё предупреждение о сильных порывах ветра.

– Ерунда опять, – Макс накинул куртку спецкостюма на плечи.

– Как и вчера, – ответил Иван, появившись в раздевалке и проходя к шкафчику. Он был как всегда слегка нахмуренный. – Но потом помните, что произошло… И всем доброго утра.

– Доброе утро, Иван, – улыбнулся Макс. – Ты сейчас притягиваешь неприятности. Как говорит теоретик Иосиф Дугин.

– Шацкий с ним бы поспорил, как и я в том числе, – ответил Иван. – Всё это придумывают люди с магическим мышлением.

– Согласись, в мире с магией сложно не иметь такого, – парировал Макс.

– А ты сегодня шибко умный, – удивился Иван. – Не трать сил на дискуссии, лучше оставь их на вызов.

– О вкусах не спорят, друзья, – улыбнулся Даниил.

– Вот, кстати, согласен с Даней… И вообще, к чёрту вызовы. Лучше бы как позавчера, – Макс мечтательно посмотрел в окно. – Никаких вызовов, никаких тебе вопящих баронов и адских пожаров. Спокойно убрались в артефакторной – и по домам.

– Так, ребята, собираемся в зале, – заглянула в раздевалку Софья. Её напряжённый взгляд говорил о многом. – На улице Жукова что-то произошло. Сегодня предстоит тяжёлая работа!

Глава 4

Мы собрались в большом актовом зале за небольшими столиками, напоминающими ученические парты. К большому сенсорному экрану, на котором мигала красная точка, вышел один из тех, кто нас обычно координирует на старте.

Дежурный координатор даёт вводные, подчёркивает угрозы, выдаёт списки того, что нужно из защитных средств получить в «оружейной».

В общем, авария произошла на магической подстанции на улице Жукова. Во время переключений один из энерго-монтёров слишком накрутил мощность, и в результате отстрелился питающий молниепровод, который тотчас же упал на землю. В итоге возникла опасная зона поражения молниями. Есть один пострадавший и, ко всему прочему, возможно увеличение опасной зоны.

Да, в этом мире не было электричества в привычном понимании. Его заменяли магические разряды, которые преобразовывали в ток. Поэтому вместо электрических подстанций работали магические подстанции, получающие энергию из молниевых накопителей, которые на сленге энергетиков назывались «озёрами». Насколько я понял, это своего рода аналоги атомных электростанций прошлого мира.

В целом задача понятна. Мы посетили Нелю Марковну, которая выдала нам всё необходимое под роспись.

Изолирующие костюмы и перчатки, спецобувь, спасательные верёвки с карабинами. В том числе телескопические трапы, носилки и лестницы. Мы нацепили на себя по несколько защитных артефактов.

Сели в фургон и уже через несколько минут были на месте. Впереди несколько закрытых строений, с десяток цилиндрических баков и столбы с энерго-проводами. Один из них лежал на земле, и из него выплёскивались молнии.

Разумеется, из нашего центра пришла команда обесточить питающее «озеро», но, как объяснили, процедура эта небыстрая.

Проехать на территорию было невозможно. Впереди земля искрилась, и по ней то тут, то там проскакивали молнии, местами взлетая вверх на метр-два.

У входа на территорию столпилось пятеро энерго-монтёров, в том числе и начальник подстанции, который сразу подошёл к нам. Лысеющий пожилой мужчина в сером костюме был на нервах, и взгляд его был испуганным.

– Надо обесточить установку, – срывающимся голосом просипел он. – Опустить главный рубильник вон в том красном металлическом здании.

Начальник подстанции показал рукой на здание справа.

– Но там очень опасно, – выдавил он.

– Опасность – наша стихия, – улыбнулся в ответ Макс, хотя судя по его голосу, он был сосредоточен как никогда. – Иван, ты взял с собой анализатор энергии?

– Он всегда со мной, – ответил тот и достал овальный металлический блин, направляя его в сторону блестящего от молний поля. – Ого, десятый уровень!

А это уже критично. Ещё со школы спасателей я знаю, что при одиннадцатом уровне начинаются выплески молний за опасную зону. Двенадцатый – это уже молниевая катастрофа, угрожающая всему городу. Притом фронт будет подпитываться энергией из воздуха и увеличиваться, начиная расти по экспоненте. Это как огонь, который разгорается с притоком свежего кислорода.

– Был зафиксирован восьмой, – выдавил из себя начальник подстанции. – Это значит, что… это получается, что фон усиливается. Там же ещё бак-накопитель! Если молнии его пробьют… тут всё рванёт!

– Разберёмся, – хмуро ответил Иван, сдерживаясь в эмоциях. – А теперь отойдите чуть подальше, к нашему транспорту. Здесь вам находиться небезопасно. И своих подчинённых отведите, нам нужна площадка, чтобы разложиться.

– Да, понял, всё сделаем, сейчас, – засуетился начальник и замахал бригаде. – За мной.

– Петруху-то вытащат? – спросил его кто-то из толпы.

– Это спасатели, Миша, – резко ответил начальник. – Конечно, достанут твоего Петруху. А потом я его премии лишу, засранца. И тебя… ты, как старший, должен был следить!

Начальник обернулся в нашу сторону и понизил тон, удаляясь к фургону вместе с монтёрами.

– Так, все сюда, – обратился к нам Иван, который назначен боссом старшим нашей группы. – Я не могу управлять гравитацией. Слишком опасно отправлять вас сейчас по воздуху.

Иван был опытным магом земли и мог менять её притяжение в небольшом радиусе, чтобы обеспечить нам легкий проход.

– Согласен, – ответил я. – При десятом уровне молниевой опасности воздух перенасыщен энергией. Наши новы будут служить проводниками.

– Молодец, стажёр, всё верно, – взглянул на меня глава отряда.

– Иван, можем обойтись без трапов, – предложил Макс. – Ты поднимешь стажёра, и он доберётся по воздуху. Если его аура справилась с магическим пожаром такой силы, то это и подавно выдержит.

– Молнии создают помехи из-за повышенного фона, – ответил я за Ивана.

– Слушай стажёра, Макс, и учи матчасть, – напряжённо хмыкнул Иван, но на меня он посмотрел уважительно. – Он прав. И чем дальше, тем будет хуже. Я уж не говорю о том, что молния способна пройти по моей магической связи. И ударить не только меня, но и всех, кто здесь находится.

– Понятно, – печально ответила Лиза. – Значит, портал тоже опасно будет делать.

– Да, Лиза. Ситуация оказалась хуже, чем мы думали, – ответил Иван, затем он оглядел остальных: – Итак, Александр идёт первым. Он подводит к главному рубильнику и деактивирует питание. Макс… Ты идёшь в связке со стажёром, прокладываешь трапы. И вот, держи.

Иван протянул ему спасательную капсулу, которая сейчас была похожа на металлический куб. Но я уже видел такой артефакт в действии на одной из тренировок. Эта штуковина разворачивалась в очень тесное, но безопасное замкнутое пространство, полтора на два метра. По сути, купол с очень жёсткими барьерами.

На одну бригаду полагалась одна капсула, которая служила экстренным средством защиты. И конечно, временным. Время функционирования зависело лишь от опасной среды, от которой защищал этот артефакт.

– Если что – активируй. Понял? – глава группы пристально посмотрел на Максима, показывая на спасательную капсулу.

– Понял тебя, Иван, – кивнул Макс, цепляя металлический куб к своему поясу.

Софье делать здесь было нечего, она осталась в фургоне, став координатором, наблюдающим за приборами. Анна и Даниил находились рядом, расчехляя телескопические трапы.

Одно нажатие на короб, и в разные стороны на два метра выстреливалась изолирующая тропинка. Но для этого надо разместить эти коробы в нужных местах. После устранения аварии поверхность земли на подстанции будет перенасыщена избыточной энергией, и трапы позволят беспрепятственно эвакуировать работника.

Потом включим впитывающие избыточную энергию артефакты. Ещё час работы, и можно выдыхать.

– Стажёр, только не геройствуй, – обернулся ко мне мой наставник. – Чёткое соблюдение инструкций.

– Да, я знаю, – кивнул я, проверяя своё поле. Вокруг меня заколыхалось пространство, и я добавил маны, учитывая опасность зоны поражения.

– Знать – это одно, а соблюдать – другое. Да, стажёр? – ухмыльнулся Иван.

– Восемь трапов, – подчеркнул Макс. – Это больше пятидесяти килограммов. И нести эту тяжесть мне.

– Макс, придётся, – ответил Иван. – Не зря же вас гоняют на тренировках.

– Да, всё… молчу, – притих Макс.

– Через пару метров будет сорок килограммов, – намекнула ему Лиза на то, что один трап уже будет установлен.

– Да молчу я, говорю же! – буркнул Макс.

– А я буду начеку. Если что – вытащу, – ответил глава группы, поправляя магическую руку на своей культе. Я же сомневался в этом. Учитывая обстановку, Иван скорее сам себя угробит, чем поможет нам. Десятый уровень молниевой опасности – это очень серьёзно.

Зачем он это сказал? Наверное, чтобы успокоить нас. Этакая психологическая разгрузка. Хотя кто его знает, если будет опасно, он может и рискнуть.

Иван между тем обратился к Анне и Даниилу. Они останутся на границе с опасной зоной. Даниил найдёт энерго-монтёра и узнает о его состоянии. Ангел-целитель будет готовиться принять пострадавшего в распростёртые сияющие объятия.

Когда мы подошли к краю молниевого ковра, я про себя улыбнулся, вспоминая прошлый мир. Если бы это происходило на высоковольтной подстанции, например, пробило бы подземный кабель, достаточно было бы преодолеть шаговое напряжение. Другими словами, чем шире шаг, тем сильнее ударит током.

Использовать диэлектрические ботинки, приставляя одну ногу к другой, гуськом, добраться до пострадавшего, оттащить его в безопасную зону с помощью диэлектрической штанги, затем пройти так же до выключателей.

Сколько это бы заняло? Три минуты? Пять? Здесь же всё было гораздо сложнее и опасней… и дольше.

В общем, мы приступили к ликвидации аварии. Время, как и вчера, было не на нашей стороне, и нужно было пошевеливаться.

С каждым шагом мы отдалялись от входа, продвигаясь в сторону красного строения. Один трап был установлен и активирован. Затем настал черёд второго.

– Ох, чтоб меня!.. – дёрнулся Макс, когда одна из ближайших молний, почувствовав новы, выстрелила в нашу сторону. Но ударилась в нейтрализующий купол, растекаясь по нему гроздью слепящих лучей. Я ухватил Максима за рукав, подстраховал. Он слишком опасно качнулся в сторону блеклой границы, за которой гуляли смертоносные вспышки.

Макс хотел поблагодарить, но тут сверкнула ещё одна молния, ударив вслед за первой. И он замолчал, понимая, что сейчас не до разговоров, и активировал второй трап.

Чем ближе мы подходили к красному строению, тем больше молний билось в мою ауру. Но я продолжал вливать в неё одну порцию энергии за другой.

Макс работал молча, пыхтел и выкладывал следующий трап, сверяясь со своим дальномером, напоминающим гигантские наручные часы.

– Так, чуть больше десяти метров, и вы у цели, – ответил в наушниках напряжённый голос Лизы.

– Я почувствовал пострадавшего, он в шоковом состоянии. И слегка ранен, – произнёс Даниил. – От вас на тридцать градусов. Четырнадцать метров.

– Не вижу его, – пригляделся я в указанном направлении.

– Он за тем красным зданием, лежит на земле, – ответил Даниил. – И пока не двигается. Но с пульсом у него всё нормально. Очень напуган.

– Ускоряемся, – обратился я к Максу, и он кивнул, приготовив четвёртый трап.

Когда мы дошли до здания, миновав энерго-провод на земле, и готовы были зайти внутрь, в наушниках раздался голос Ивана:

– Внимание. Переход на одиннадцатый уровень молниевой опасности.

Я кое-как успел усилить нейтрализующий фон, как молнии стали жирнее и окутали нас со всех сторон. Это давление было покруче, нежели во время пожара. Одна из мощных молний пробила антимагический фон, истончаясь до крохотной молнии. И я сморщился, чувствуя резкую боль в плече.

Но мы уже на месте. Когда Макс открыл дверь, я увидел тот самый рубильник, который искрился от разрядов. Да здесь всё сияет, будто праздник какой-то!

Схватившись за рубильник, я дёрнул его вниз. Внутри что-то щёлкнуло, и…

Молнии исчезли, вместе с сиянием.

– Теперь к пострадавшему, – ответил я.

Мы нашли энерго-монтёра именно там, где нам и сообщал Даниил. Хорошо, что он догадался активировать защитный купол, на котором были видны чёрные пятна. Следы от молний. Пострадавший вытаращился на нас, пытаясь что-то сказать.

– Ложись на носилки, ну же! – обратился к нему Макс.

– Оно само, я лишь хотел прокрутить на позицию три…, а оно само, понимаете? – непонятно залепетал пострадавший.

– Ложись, говорю, «позиция три», – ухмыльнулся Макс. – Мы спасатели. Это ты своему начальнику объяснять будешь.

– Спасибо вам, мужики, – забормотал он, располагаясь на левитирующих носилках, и показал окровавленную кисть, перетянутую лоскутом ткани. – Я тут поранился, когда меня ударило микро-молнией. Выбежал наружу и напоролся по пути на что-то острое.

Непонятно, где он умудрился так задеть руку. Пусть теперь уж сами расследование проводят. Наше дело ликвидировать аварию и спасти пострадавших.

Мы вернулись по активному тоннелю, который образовали трапы. Затем передали раненого Анне, и она приступила к лечению.

– Молодцы, – похвалил Иван. – Теперь ликвидируем последствия.

Мы воткнули в землю несколько металлических штырей, подцепили устройства с экраном и включили их. Нейтрализация энергии происходила незаметно, но я чувствовал по фону опасной зоны, что он слабеет с каждой минутой.

Прошло чуть более часа, когда мы закончили, и принялись собирать трапы. Теперь по территории подстанции можно было ходить спокойно и непринуждённо.

Возвращаясь обратно, перенося в руках трапы, я заметил впереди два микроавтобуса с эмблемами местного телевидения.

– Как же они задолбали! – процедил Иван, помогающий нам. – Везде успевают свой нос сунуть.

– Не будем общаться и всё. В чём проблема? – хмыкнул Макс, наблюдая, как из микроавтобусов выходят люди с камерами и репортёры.

– Ты слышал Палыча? Он, наоборот, требует общаться, – ответил Иван. – Связь с общественностью и всё такое.

Мы к этому времени подходили к своему фургону. Один из репортёров уже опрашивал рабочих, второй, холёный парень с щеголеватыми усиками, подскочил к нам.

– Добрый день, – сунул он микрофон под нос Ивану. – Канал «Суббота». Расскажите, пожалуйста, что здесь произошло?

Мой наставник убрал в сторону микрофон и сморщился:

– Только не надо тыкать в лицо, – резко ответил он и показал в сторону Макса. – Вот, мой товарищ всё вам расскажет.

– Что вы скажете?.. – обратился к нему репортёр, и Макс шумно выдохнул, сдерживаясь. Затем показал на меня.

– Мой товарищ вам всё расскажет, – хлопнул он меня по плечу и потащил трапы к фургону.

Я огляделся и понял, что мне некому передать эстафету. Придётся отдуваться за всех. Передо мной появился микрофон.

– Как вы оцениваете опасность, которую ликвидировала ваша команда? – спросил репортёр.

– Начнём с того, что здесь было очень опасно. И уровень молниевой опасности достиг десятого уровня, – начал я.

– Расскажите, насколько это опасно, – глаза репортёра заблестели от любопытства.

Я ответил на несколько вопросов, а потом понял, что он не отвяжется.

– Увы, я на работе, времени больше нет, чтобы отвечать, – сказал я.

– Конечно, понимаю, понимаю, – закивал репортёр и повернулся к объективу камеры. – Вот такие отважные люди работают в нашей Имперской Службе Спасения. Не побоюсь этого слова, герои!

Я улыбнулся, залезая в фургон и захлопывая дверь. Мы тронулись с места.

– Долго он тебя мурыжил, – прокомментировал Иван. – Они такие, могут часами закидывать вопросами.

– Сильно был ранен тот… Петруха? – улыбнулся Макс, обращаясь к Анне. – Ты быстро управилась в этот раз.

– А, – отмахнулась целительница, – царапина. Я за несколько секунд её подлечила, и следа не осталось.

Мы доехали до центра, изредка перебрасываясь фразами. Иван в этот раз отметил с позиции наставника, что отработал я в этот раз «на отлично». Когда мы выходили из транспорта, Анна заметила на моём плече след от микро-молнии.

– Да ты ранен! – воскликнула она.

– Пустяки, – улыбнулся я. – Даже не чувствую.

– С магическими ожогами всегда так, – объяснила Аня. – А потом возникают последствия. В общем, в раздевалке я тебя подлечу.

– Звучит заманчиво, – подмигнул нам Макс. – Я тоже немного ранен. Осмотришь меня, Анют?

Анна густо покраснела, пытаясь что-то сказать, но промолчала.

– Да ну тебя, иди куда шёл! – отпихнула его Софья. – Хватит смущать нашего ангелочка.

– Спасибо, – растерянно улыбнулась Аня, и все дружной компанией направились в сторону ступеней на первый этаж.

Проходя через рамку и сдав в «оружейную» все артефакты и защитные средства, мы вернулись в раздевалку.

– Снимай куртку, – сказала мне Анна, когда я сел на лавку недалеко от шкафчиков.

– Вот это будет видео, друзья, ха-ха, – включил камеру на телефоне Макс. – Они уже раздеваются, прикиньте!

– Я сейчас разобью телефон, – Софья оказалась рядом, и Макс отошёл к своему шкафчику, зыркнув на неё напоследок.

– Я вот в очередной раз думаю, какого хрена мы берём столько барахла с собой? – спросил он.

– Ты ж знаешь ответ, – ухмыльнулся я, в то время как Анна приложила к моему плечу ладонь. Я почувствовал приятное тепло. – Так положено по инструкции.

– Не, всё-таки надо с Палычем поговорить на этот счёт, – покачал головой Макс.

– Рискни, ты ж у нас смелый, – холодно ответила Софья. – Но только на словах.

– Ну вот, опять ты меня обвиняешь. Телефон пыталась отобрать… – хмыкнул Макс. – И что я тебе сделал плохого?

– На правду не обижаются, – ответила Софья.

– Ну да, ты же у нас супер-правдивая, – ответил Макс. – Что ни слово, то концентрированная правда.

– Ну всё, я подлечила, – убрала уже горячую ладонь Анна.

– Гораздо легче, – признался я, понимая, что до этого я всё-таки чувствовал небольшое покалывание и стянутость кожи в месте ожога.

– На здоровье, – улыбнулась мне ангел-целитель и отправилась на женскую половину.

– Запала на тебя, – прошептал мне Макс.

– Работа моя такая, я ведь целитель, – отозвалась Анна. – И я всё слышу, если что.

– Опять шутку не поняли, – вздохнул Макс. – И опять все дюже серьёзные.

– Лучше скажите, какого чёрта нам выдали такие тесные ботинки, – выдавил Даниил, снимая обувь. – Я никогда в жизни столько мозолей не натирал, как после этого выезда.

– Это ты в отдел снабжения жалобу накатай, – ответил Иван, показываясь в раздевалке. Затем наставник повернулся ко мне: – Александр, тебя вызывает Семён Павлович.

– Ох, жесть… просто жесть, – отозвался Макс. – Сейчас начнётся мясорубка.

– Максим, ну хватит обострять своим специфическим юмором. Просто хочет поговорить, – мягко ответил Иван. – Ты же знаешь, где кабинет нашего босса?

– Да, этажом выше, – кивнул я и накинул куртку, направившись к двери.

Поднялся я на этаж, затем подошёл к приоткрытой двери кабинета. Семён Павлович сидел в это время и подписывал очередной документ из кипы на столе.