Только для взрослых 18++

Мои ночи превратились в сплошной кошмар. Я не могу подолгу спать, ворочаюсь, корю и виню себя снова и снова за поцелуй.

Он так и стоит перед глазами, стоит лишь прикрыть веки.

Хочется забыть этот постыдный поступок. Только вспомню, моментально мрачнею и ухожу в себя.

Он же меня не обесчестил? Просто прикосновения губ.

Но почему это воспринимается мной как пощечина?

В полумраке и гробовой тишине я брожу по комнате сводного. Исследую ее вдоль и поперек. Ругаю себя за любопытство. С шумным рывком открываю шкаф. Перебираю руками одежду, немногое, что осталось здесь. С безумием вдыхаю ее аромат.

Самое поразительное – я скучаю по Даниилу. Слезы бесконтрольным потоком брызжут из глаз.

Почему навязчивый запах сводного меня преследует?

Это какое-то непреодолимое желание – чувствовать его рядом. Когда я так успела подсесть на него и расквасится?

Впервые я так остро ощущаю одиночество. Тяжелое чувство.

Раньше со мной такого не было. Мне никогда не нравились целующиеся по углам парочки. В универе столько парней, а я ни на кого не обращаю внимание. Я знаю, это все комплексы. Мама меня называет холодной, замкнутой. Намекает на фригидность. Вдруг я и правда такая. Она требует завести отношения. Настаивает, чтобы я ходила на вечеринки, веселилась и беззаботно прожигала свою жизнь.

В универ еду в подавленном состоянии. Все эти дни я только и думаю о Громове.

Мне надо выкинуть его из головы, иначе я просто сойду с ума. Мне и так плохо из-за развода родителей.

Глотаю новую порцию депрессии.

Я его ненавидеть должна! Нельзя так реагировать на него! Он больной подонок! Высокомерный сноб! Он унизил меня!

Беспощадно душу все мысли.

Меня как будто выкинуло из реального мира. Я словно робот, у которого сели батарейки. Мне нужна перезагрузка.

Семинар по английскому я открыто игнорирую. Лишь под конец пары чудом удается немного сгрести себя в кучу и даже ответить на вопрос преподавателя.

Следующей парой стоит лекция у Манича.

В аудиторию захожу с опаской. Чувствую себя некомфортно, у меня уже пять прогулов. Что я скажу в свое паршивое оправдание? Провалялась две недели на больничном с отеком Квинке?

Машинально скольжу взглядом по помещению, пытаясь разглядеть в толпе Алёну. Она не пришла на первую пару и не отвечает на телефонные звонки.

Я сокрушено охаю и ошарашенно замираю, когда вижу Громова. Сводный невозмутимо расположился в первом ряду.

Что он здесь делает?

Хорошо это или плохо?

Звучит звонок, и я поспешно поднимаюсь вверх по аудитории. Выбираю последний ряд.

Громов демонстративно оборачивается, и окидывает меня своим распущенным взглядом.

Плевать! Пусть смотрит, если ему так хочется.

Гул в зале стихает, как только Манич закрывает за собой дверь.

Профессор начинает перекличку. Моя фамилия как назло первая в списке.

– Абрамова?

– Здесь, – пищу как можно тише, однако это не спасает.

– Скажите, когда закончатся ваши систематические прогулы? – начинается прилюдная порка.

Задыхаюсь от волнения, пытаюсь подобрать слова.

Что за проклятие? Я вновь сталкиваюсь с порочным взглядом.

Я должна справиться, должна.

Тело пробивает электрические разряды.

Так не бывает.

Меня начинает потряхивать, когда я встаю из-за стола.

В груди ярко красные вспышки. Каждая мышца в теле натягивается в тонкую струну.

Нужно подумать, о чем –нибудь хорошем.

– Я всё отработаю, – давлюсь воздухом.

– Останьтесь после занятия, – строго выдает, кивком головы разрешая мне занять свое место.

Остаток пары я сосредотачиваюсь, и старательно записываю конспект.

Раздается звонок, вскакиваю на ноги, решаю поскорее убраться отсюда. Но тут же вспоминаю, что незаметно ускользнуть не получится.

Не верю, что «брат» оказался на паре случайно. Таких случайностей не бывает. Громов здесь по мою душу.

Мы стоит друг напротив друга. Кажется, что проходит вечность или время вовсе остановилось.

– Познакомьтесь, это мой лучший студент Громов Даниил Юрьевич, – начинает Манич.

– Владилен Маркович, мы с Таисией Павловной родственники, – низкий голос заставляет вздрогнуть. – И не нуждаемся в представлении.

– Даже так? Прекрасно! Тогда вы без труда поможете разгрести завалы.

– К-какие еще завалы? – заикаюсь и бормочу с раздражением. – Я сама со всем справлюсь. Мне не нужна помощь.

– А я вас не спрашивал. Все очень серьёзно, товарищ Абрамова. Я сделал для вас исключение. С это дня Даниил ваш наставник. Будете выполнять все его задания. По итогам вашей совместной работы я приму решение о допуске вас на экзамен.

Ответить ничего не успеваю, Манич встает из-за кафедры и уходит.

– Как ты себя чувствуешь? – насмешливо спрашивает ненормальный.

– Тебе не все равно? – огрызаюсь.

Мне очень хочется побыстрее покинуть это помещение.

– Ты злишься на меня?

– Я не собираюсь играть в твои игры, –делает шаг в мою сторону. Бросаюсь прочь, не могу его видеть.

– Я правда хочу помочь, – в считанные секунды настигает, но действует аккуратно. Слегка касается ладони. – Старый не шутит. Не веришь мне, спроси у девчонок. Многие были отчислены, просто потому что не получили допуск к экзамену.

– А ты значит поможешь по-родственному? Ах, ну да, совсем забыла, ты же лучший студент, – пытаюсь контролировать дрожь от прикосновения. – Я на такое не согласна.

– Не знаю, о чем ты думаешь, но я предлагаю исключительно помощь в учебе. После пар жду тебя в холле, – ровно выдает. – Место для занятий можешь выбрать сама.

– Я не нуждаюсь в твоей помощи, – громко озвучиваю ответ. – Справлюсь без паршивой благодетели лучшего из лучших.

Внимательно слежу за выражением его глаз, пытаясь уловить любые изменения в мимике.

– Мне вообще по боку. Похрен. Но ты пожалеешь об этом, Таисия. У тебя будут проблемы. Не говори, что я тебя не предупреждал. Гонятся я за тобой не собираюсь.

Абсолютно невозмутимый голос.

– У тебя у самого проблемы! С головой! – распахиваю дверь и мчу на лекцию по истории мировых лидеров бизнеса.

Громов невыносим. Вначале вылил на меня кучу гадостей, а теперь предлагает помощь. Да я лучше вылечу из универа, чем соглашусь встать с ним в пару. Поглядываю на часы и невольно хмурюсь. Мои опоздания становятся нормой.

После занятий спешу в библиотеку. Набираю стопку литературы, зажимаю ее подбородком, кое-как спускаюсь на первый этаж, левой рукой хватаясь за перила. Пару минут спустя топаю по пустому коридору. Неспешно выкатываю в холл. Покупаю в киоске пакет и закидываю весь будущий багаж знаний в пластиковую майку.

– Эй, Абрамова, – агрессивный выкрик вынуждает обернуться. – Разговор есть, – Самсонова смотрит на меня исподлобья. Расфуфыренная блондинка останавливается почти вплотную.

– Чего тебе от меня надо?

Она пренебрежительно осматривает мой внешний вид. На мне клетчатая рубашка и черная юбка ниже колена. Минимум косметики. Очки уступили место линзам. На фоне стоящей передо мной королевы я выгляжу бледной молью.

– Полезла на моего парня, нищебродка? Спишь со сводным братом, мелкая дрянь? – бросает мажорка.

– Что за бред ты несешь?

Настороженно замираю. Она самодовольно улыбается.

– Совсем оборзела. Что за сестрички нынче пошли? Ничего святого. С Ярым тоже трахаешься? – продолжает ехидно улыбаться.

Девка кипит от злости и оглядывается по сторонам.

Я изо всех сил пытаюсь не поддаваться панике. Ревнивая идиотка швыряет меня к стене.

– Отпираться бесполезно. Убогая! Всё уж больно очевидно.

Она с Громовым идеальная пара. Просто стопроцентное попадание. Оба ненормальные.

Я теряюсь и растерянно хлопаю глазами, когда меня нагло хватают за грудки. Что она собирается делать? Страшно, потому что я никогда не дралась.

– Из какой деревни ты приехала, колхозница? Втрескалась в моего Грома?! – не сдерживается и хватает за волосы.

У меня не получается отодрать от себя идиотку. От ужаса бросает в холодный пот, сердце отбивает сумасшедший ритм. От удара головой в стену на несколько минут теряю связи с реальностью.

– Самсонова, ты ополоумела? – гремит мужской голос.

Беркутов не церемонясь тащит мажорку в уборную, та бессвязно мычит в ладонь парня.

– Надо помыть твой грязный рот, – в следующее мгновение голова девушки окунается в унитаз. Без колебаний нажимает кнопку слива.

Что он творит? У меня перехватывает дыхание. Я замираю, не зная, как реагировать.

– Ярослав, отпусти ее, – вскрикиваю от шока. Мой голос звенит от напряжения, вцепляюсь пальцами в ремешок своей сумки.

– Зачем? – парень вскидывает подбородок. Он улыбается, бросая Самсонову на пол.

От неожиданности я отшатываюсь в сторону, но Ярый хватает меня за руку и под грязные ругательства блондинки выводит из помещения.

– Ты сумасшедший? Она же девушка, нельзя было так с ней.

Беркутов направляется к автомобилю, тащит меня за собой, по пути хватая пакет с книгами.

– Не беспокойся на ее счет, кроха. Больше она к тебе не подойдет.

– Может хватит так меня называть? Я же уже просила, – недовольно хмыкаю.

– Кроха… мне нравится, – улыбаясь, распахивает дверь машины.

Если у вас найдётся минутка, напишите, что особенно запомнилось в истории. Мне очень важно узнать ваше мнение: каждая мысль – это новый взгляд на мир, который я создавала.

Глава 11

Гром

– Стоп! Так не годится. Блока абсолютно нет! Где скорость движения? Ты открыт для противника. Расхлябанный, сонный. Что с тобой происходит? Не хочешь рассказать, что тебя гложет?

Моя работа явно не радует Саныча. По лицу видно, что он не в восторге. Медведев давно меня тренирует. Мы познакомились на выставке маминых работ. Он классный специалист. Несколько раз я уходил, но быстро возвращался. Лучшего тренера мне не найти. Он упорный мужик. Его ученики первоклассные бойцы.

– Это всё из-за матери? Как она?

Ненавижу, когда проявляют сочувствие и жалость. Это лишь усугубляет моего хреновое состояние.

– Без изменений.

– Послушай, сынок. Ты отличный боец. Можно сказать – лучший, но то что ты не готов к бою, очевидный факт. На тебя поставят сотни людей. В игре будут замешаны большие бабки. Но и это не главное. Главное то, что ты способен одолеть Тамирлана. Он, в отличие от тебя поселился на ринге. Пашет как проклятый. А ты…

А что я?

Я отчетливо понимаю, что этот бой принесет мне большие деньги. Подачки отца мне не нужны. Идти у него на поводу не в моих правилах. Знаю, что в будущем он ждет меня в корпорации, директором которой он стал после болезни мамы, но вести совместный бизнес я не намерен.

– А может мне отказаться?

– Поступить как трус? – Саныч мрачнеет.

– Не, ну а что, если все так плохо. Поступлю как разумный человек. Зачем обрекать себя на позор? Я уверен, Тайгеру смогут подобрать мальчика для битья и Тамирлан Абашев вновь станет чемпионом. Я, пожалуй, тоже ставку сделаю на его победу.

Саныч молчит. Челюсти ходуном ходят. Мужик в бешенстве.

– Продолжаем отрабатывать блок, – отрезает жестко.

Остаток тренировки провожу в бреду. Остервенело молочу грушу, разбивая костяшки в кровь, на автомате наматываю круги по залу.

Пока тренер дает ценные указания, мозги нахрен продолжают думать о ненавистной сводной сестре.

Блядь, я конченый мудак, потому что хочу свою сводную сестру, хочу ее до безумия.

Испортить.

Подчинить.