Леди тёща

Ана Адари

Леди тёща

Глава 1

«А говорила, что поедет к маме», – мысленно укорил обманщицу Мед Росс, маг оранжевого уровня, стоя у двери в кабинет генерала гра Ферта. Который вызвал Меда в столицу, срочно. На днях из пенистых волн вблизи скалистого острова Сантофино матросы с торгового судна выловили тело женщины, на пальце правой руки которой кроваво светился камень магического перстня. Утопленницей оказалась жена лорда Росса.

Леди красного уровня! Боевой маг, закончивший с отличием академию! Утонула?!

Вдобавок ко всему Рут, в замужестве леди Росс была из древнейшего рода, ее далекий предок, маркиза Палмер, первая тогдашняя красавица империи привлекла внимание самого гра Ферта и стала его второй законной женой.

Вот так причудливо сошлись звезды: сегодня один из граалей вынужден расследовать чрезвычайное происшествие, которое утянуло на дно морское одну из его пра-пра-пра… Боги, как же это было давно! Лет триста, а, может и все пятьсот назад! Свадьба, жена… Последняя генеральша, гра Ферт тогда еще был относительно молод и строго придерживался буквы закона. Но позже стал титуловать своих женщин лишь официальными любовницами.

Мед вздохнул и посмотрел на запертую дверь. Что-то долго не зовут.

Потомков мужского пола у его первосвятейшества хватает. Но чисто теоретически именно один из лордов Палмеров достоин стать преемником грааля. Препятствий к этому нет, если сам гра Ферт того пожелает.

Жену Мед не то, что любил: боготворил. До всех этих роковых событий. Их брак был явным мезальянсом. Познакомились они еще в академии, где красная леди Рут блистала своими знаниями и была сильнейшей девушкой в плане магии боевой. Мед же, маг оранжевый, после двух курсов общей подготовки погрузился по макушку в экономику и финансы.

Его стихией была земля, и даже многие оранжевые маги на Меда смотрели свысока. И вдруг визит красного лорда Палмера! Который снисходительно сообщил растерявшемуся Меду, что тот вчера скомпрометировал леди Рут, протанцевав с ней больше чем два танца, и теперь обязан жениться, причем незамедлительно.

– Вы, должно быть, шутите, ваша милость? – от удивления Мед даже забыл предложить маркизу стул и напитки!

Они так и разговаривали: почти в дверях! Предложение о браке прозвучало с порога: командир ключевой приграничной крепости лорд Палмер прибыл на сезон балов исключительно с целью выдать замуж младшую дочь. И намерен был покончить с этим поскорее, чтобы отбыть во вверенный ему гарнизон.

Не спешкой ли маркиза объясняется столь странный выбор?

Леди Рут была настолько завидной невестой, что даже не каждый красный лорд мог удостоиться великой чести стать ее супругом! Что за чудеса?!

Хотя на вчерашнем балу Рут была с лордом Россом необычайно мила и даже пригласила его на балкон, подышать свежим воздухом. Где позволила себя обнять. Поцелуй был скорее дружеский: в разрумянившуюся от волнения и быстро танца щечку леди. На большее Мед не осмелился, но, видимо, маркиз посчитал, что поступок был за гранью.

– Вы собираетесь это отрицать? – набычился лорд Палмер, и по лбу несчастного Меда невольно поползла капля пота.

Перед ним стоял сильнейший боевой маг, лорд щита! Не то чтобы Мед боялся, трусом он не был. Но фамильному имуществу лордов Россов могли сейчас нанести существенный ущерб. Если маркиз всерьез разозлится и шарахнет боевой магией по столичному особняку Меда. Прощай уютный дворик, парочка балконов, а возможно и крыша!

Чего и кого бояться лорду Палмеру, когда сам его первосвятейшество маркизу пращур. Ха! На самом деле гра Ферт выглядит в худшем случае как старший племянник Палмера! Эти граали словно высечены из куска мрамора, а он не стареет!

– Я счастлив стать мужем вашей дочери! – выпалил влюбленный до потери рассудка и магии Мед, пока маркиз, спаси ангелы, не передумал. – Простите, растерялся от охвативших меня чувств. Папа.

Маркиз поморщился, но проглотил. Видимо решив, что со временем сделает из зятя человека. Не боевого мага, тут уж не дано: боги свое слово сказали. В храме, когда камень в кольце у Меда предсказуемо превратился в миниатюрный апельсин размером с ноготь большого пальца. Но цвет оказался насыщенным, спелым.

– Еще чуть-чуть, и… – с сожалением вздохнул кто-то.

Но потом оказалось, что это даже не воздух. И не вода. Соками магию Меда напоила земля. Даже делая ему предложение от лица своей дочери, маркиз едва держался в рамках приличий. Боевые маги всегда считали оранжевых лордами второго сорта, а что касается целителей  и бытовиков – этих вообще называли сэрами и обращались, как с обслугой.

Эти мысли вихрем пронеслись сейчас в голове у Меда, прежде чем он услышал сухое:

– Прошу.

Гра Ферт был в черном с серебром, традиционном своем одеянии, строгом, с глухим воротом. Невыдающегося роста, но все равно – значительный. Так что невольно хотелось упасть перед граалем на колени. Мед едва удержался.

– А вы мне вроде как родственник, лорд Росс, – усмехнулся гра Ферт, переведя свои всевидящие очи на медальон, который держал в руке. – Так что без церемоний.

– Вы уверены, что утонувшая леди это моя жена? – хрипло спросил Мед.

– Абсолютно, – медальон аккуратно лег на стол.

– По…

– Потому что я грааль, – отрезал генерал. – Хотя тело пробыло в воде довольно долго, и выглядит, мягко скажем, не очень. И вы можете не принимать участие в опознании. Достаточно моего слова. Это именно Рут.

– Нет, я хочу ее увидеть! Убедиться, что это она! Рут сказала, что поедет к маме. И вдруг леди Росс оказывается в море возле острова Сантофино! Что она там делала?!

– Должно быть, виделась с архимагом.

– Но зачем?!

– Сколько лет вашему сыну?

– Скоро исполнится шестнадцать.

– Все верно, – кивнул гра Ферт скорее своим мыслям, чем Меду. – Вас не удивило, лорд Росс, что именно вы стали мужем Рут? Всего лишь оранжевый маг.

– Удивило. Сам я предложение сделать бы не осмелился.

– Вам не повезло. Именно вам. Идемте, – и гра Ферт кивнул на настенный светильник в форме головы оскалившегося льва.

Оказалось, что это рычаг, при помощи которого приводится в движение поворотный механизм. И в стене при нажатии на голову льва образуется дверь, за которой – тайный ход в хозяйство генерала. Гра Ферт занимался внутренней политикой империи.

О найденном трупе красной леди и сообщили в первую очередь генералу гра Ферту. Как о чрезвычайном происшествии. Мед все еще не мог поверить, что его жена умерла. Пока не увидел ее на столе, без всякой одежды.

Да, это была Рут. Хотя вид у леди Росс был довольно странный. Будто ее не из воды выловили, полуразложившуюся, а в айсберге нашли, насквозь промороженную. Лед растаял, но совсем недавно, и Рут выглядит вполне свежо.

– Я сделал все, что мог, – сказал гра Ферт за спиной у Меда. – Скрыл своей магией грааля ужасные раны, чтобы вас не пугать.

– Я не из трусливых. Простите, генерал, но… Вы не могли бы не смотреть, – невольно вырвалось у него.

– Она все равно мертва.

– Она все еще моя жена.

– В ближайшем будущем вас ждет много неприятных открытий, лорд Росс. Будьте к этому готовы. И не обращайте внимания на пустяки.

Гра Ферт все-таки махнул рукой, и Рут прикрыло туманное облако. Теперь очертания ее тела лишь угадывались.

– А почему камень в ее кольце все еще красный? – Мед, наконец-то, понял, что его удивило не меньше, чем внезапная смерть жены. И такая странная.

– Догадался? Молодец! – похвалил его гра Ферт. – Да, камень должен был потерять свой цвет после смерти леди и стать белым. Но Рут хотела, чтобы ее нашли и опознали. Она держалась до конца. Моя кровь, – сказал генерал с гордостью. – И снять кольцо с руки у Рут могу только я.

Гра Ферт и в самом деле это сделал, тут же, при Меде. Бережно и с неподдельной грустью. Хотя, казалось, что все чувства генерала заморожены навеки. Как только архимаг стянул кольцо с руки у леди Росс, камень в нем погас и стал белым. Стекляшка. Абсолютная пустышка, без всякой магии.

– Но почему вы мне не скажете правду, ваше первосвятейшество?! – в отчаянии спросил Мед. – Как она погибла на самом деле?!

– Вот, держите, – генерал протянул ему кольцо. – Теперь оно ваше. Память о жене. А я узнал все, что хотел.

– Она ведь не утонула? – не унимался Мед. – Это совсем не похоже на Рут.

– Все, что вам надо знать – вы теперь вдовец. Остальное – не ваше дело. Вы даже не боевой маг. И от того, что вы узнаете правду, не изменится ничего. Уезжайте из столицы, в свое имение. Или нет. Я открою вам портал, лорд Росс. Как своему родственнику.

– Но она сказала, что поедет к маме!

– Теперь ее тайна – ваша тайна. Живите с этим, – загадочно сказал генерал, и дверь в потайной ход открылась вновь. Теперь уже на выход.

Мед понял, что аудиенция окончена. И его жизнь уже никогда не станет прежней. Спокойная провинциальная жизнь оранжевого лорда, который блаженствует в унаследованном от титулованных предков имении со своей маленькой семьей, любимой женой и обожаемым сыном, закончилась со смертью Рут.

Потому что в спальне у жены, под подушкой, Мед нашел адресованное ему письмо. Рут написала его почти за год до своей такой странной и преждевременной для красной леди смерти. Они тогда провели осень и зиму в столице, и леди Росс увиделась со своим пращуром-граалем. Лорд Росс об их беседе ничего не знал, он тогда поехал в закрытый мужской клуб, к своим приятелям.

Видимо речь зашла об обряде обретения магии для сына. Потому что в письме кроме слов о вечной любви и благодарности за пятнадцать лет безупречного брака, которые тронули сердце Меда, была еще и просьба.

«Выполни мою последнюю волю, любимый. Если я не доживу до шестнадцатилетия Раяна, обряд должен пройти на острове Сантофино и без свидетелей».

Мед всю жизнь любил только одну женщину: свою жену. Других у него не было. И не выполнить последнюю волю Рут не мог.

Только в этот день, на острове Сантофино, несчастный лорд Росс понял все. И, вернувшись в свое имение, предпочел стать затворником.

Глава 2

восемь лет спустя

– Дождитесь, когда вырастут внуки, и тогда вы будете везде желанной гостьей, – ехидно сказала пожилая леди в напудренном парике и окатила Констанс, как холодным душем, взглядом своих почти что выцветших льдистых глаз. – Особенно, если все трое оправдают ожидания императора и станут боевыми магами.

Леди Котисур и без того уже было не по себе. Она приехала на бал одна! Лердес недавно родила второго сына, причем, на юго-западной границе, в гарнизоне Арвалон! Совсем обезумела от любви к мужу, бедняжка! Стоило выходить за красного графа, чтобы похоронить себя в глуши!

Нет, чтобы родить такого ценного ребенка в столице! И жить здесь, блистая на светских раутах. Как это принято у высшей знати: раздельное проживание супругов, которые свой долг перед империей выполнили, одарив ее наследником великого магического рода. Дочь и Рона на границу забрала, старшего внука Констанс!

Само собой, никто не запрещает леди теще, как зовет ее Генрих, обосноваться во вверенном ему гарнизоне и жить одной семьей. Но даже, несмотря на то, что граф Руци лорд-командующий, дом у Генриха небольшой и скромный.

Там, кроме Лердес с двумя сыновьями проживает еще и управляющая, леди Эвандер. А у нее аж трое! Трое маленьких, крикливых, требующих постоянного внимания детей! И где там местечко для тещи? А главное: чем ей заниматься-то? Когда бразды правления походным хозяйством графа в руках у подруги его бурной молодости.

А Лердес даже не ревнует! Нет, чтобы выставить леди Эвандер из дома и поселить в освободившихся апартаментах родную мать!

Что касается падчерицы, Мэйт, она почти безвылазно живет на юге со своим сыном. В ожидании мужа, герцога гра Калверта, который бывает дома также редко, как дождь в пустыне. И как только Мэйт это терпит?!

Констанс категорически отказывалась понимать молодежь! Этих безгранично уверенных в себе женщин, которые селят у себя бывших пассий мужа, вместо того, чтобы глаза им выцарапать, и отпускают за границу умопомрачительного красавца-герцога, причем, без поводка! Еженедельных писем и хотя бы ежемесячных визитов! Безобразие!

Но Боги им судьи, и Мэйт, и Лердес. Пусть живут, как хотят. Ту, кто их вырастила, они обеспечили, нищета и неприкаянность для Констанс позади. А также неопределенность. Живи и радуйся.

Сначала Констанс и обрадовалась такой безграничной свободе. Обе леди пристроены, и падчерица, и дочь, детей своих воспитывают сами, в столицу не рвутся, долги не делают. Ну, почти. Генрих неисправим. Никогда он не отличался практичностью, поэтому и доверил управление всеми своими имениями леди теще. А она весь штат прислуги держит в строгости.

Хотя пришлось приложить немалые усилия, чтобы навести порядок в запущенных делах зятя. Генрих, конечно, мощнейший боевой маг, потомок древнейшего рода, безупречный лорд щита. Но в голове у него гуляет ветер, который насквозь продувает и карманы!

Граф даже финансового отчета никогда не требует! Хорошо, что леди теща не намерена разорить свою дочь и внуков. Констанс выросла в беспросветной бедности и денежки считать умеет. Ее не надуешь, как донельзя беспечного Генриха!

Констанс почему-то решила, что перед ней, тещей красного лорда и близкой родней самого грааля открыты теперь все двери. Но даже не думала, что крайне неприлично явиться на бал одной! Не сопровождая юную леди, которую необходимо выдать замуж или пожилую знатную родственницу, присматривающую выгодную партию для внука. Оказалось, что это не просто моветон! Это позор-позор!

– Сразу видно деревенщину, – сказал кто-то в спину. – Ни манер, ни знания имперского этикета!

– Всего лишь бытовая магичка! Синий камень! Явилась одна! Она даже не села, представьте себе! И пьет шампанское!!!

– Неужто она сама пришла искать мужа?! – прокатилось по особняку девятым валом, по всем его трем этажам, смыв благопристойность и радушие. Казалось, даже стулья ощетинились резными спинками. Позор-позор! – Вы только посмотрите! Собирается танцевать!

– В таком возрасте?!

– И с таким камнем в кольце?!

– Кто эта леди? Покажите ее! Как зовут?!

И даже те, кто не имел еще чести быть знакомым с леди Котисур, узнали ее, причем, с худшей стороны! И никогда теперь не забудут!

Приехала на бал одна! О, боги! Дама приехала не по делу, а развлечься! Все матери незамужних юных леди посмотрели на Констанс с осуждением. Мол, чего тебе здесь надо?! Эти сезоны балов и придуманы императором для того, чтобы устраивать свадьбы! А тебе уже несказанно повезло!

Вот и не крутись под ногами! Не позорь свою дочь! А не то подумают, что ее брак с Генрихом Руци трещит по швам, и ты подыскиваешь новую партию красавице-графине! Констанс и не предполагала, что ее появление на балу можно именно так истолковать!

Ну да, она просто приехала развлечься. А что еще прикажете делать сорокапятилетней женщине, которая вырастила и выдала замуж двоих?! А сама лет пять, как овдовела. Уж и башмаки истлели, в которых Констанс шла за гробом мужа, и письма его пожухли, как опавшие осенние листья!

Да и любви у них с лордом Котисур не было. Констанс, бытовая магичка с синим камешком в перстне, ухаживала за тяжело больной женой оранжевого лорда, а потом взяла на себя заботы о быте его милости и воспитании его дочери.

Брак даже не по расчету: по необходимости. Более выгодной партии Констанс в гарнизоне не нашла бы: красные лорды в ее сторону даже не смотрели. И любовницей стать не предлагали! Любовниц надо содержать, да и на внебрачную связь с леди полагается испросить разрешение у императора. Хлопот гораздо больше, чем удовольствия! Пришлось выйти за вдовца.

Безрадостный брак для скромной бытовой магички. Потому что муж, похоронив единственную свою любовь, застыл в глубокой скорби, будто изваяние!

Удивительно, что Лердес вообще родилась! Ночи, проведенные в одной постели с лордом Котисур, Констанс могла бы пересчитать по пальцам одной руки! А уж удовольствие, которое она от этого получила, и вовсе никакое! Просто надо было консумировать брак, и оставаться девственницей, будучи замужем, стыдно. А вдруг узнают? В гарнизоне каждая пара на виду, тем более лорды и их жены.

Ребенок все подобные вопросы исключает. Поэтому Лердес стала для леди Котисур настоящим спасением от пересудов, сплетен, сомнений в статусе, и не удивительно, что Констанс на своей дочери буквально помешалась!

И вот теперь Лердес несказанно далеко! А высшее общество смотрит на леди Котисур с недоумением. Чего тебе еще?!

Пришлось уехать рано. Под осуждающими взглядами не только хозяев жизни, но и их лакеев, леди Котисур прошла к своему экипажу, заботами зятя роскошному, и с благородным гербом на двери.

«Может, у меня и синий камешек в кольце, зато моя дочь графиня! И внуки будут лордами щита! Лет через двадцать вы все ко мне в очередь выстроитесь, за самыми завидными женихами империи!» – негодовала Констанс.

В душе все кипело. Ох уж эта иерархия! Раз у тебя всего лишь синий камешек, так что ж теперь? Сидеть всю жизнь под столом, за которым другие проводят дни в нескончаемых праздниках?! Поехала развлечься и опозорилась! Ну откуда Констанс знать о правилах этих древнейших столичных особняков?! Гарнизонной жене, а потом вдове!

Она всерьез опасалась, что больше приглашения на бал ей никто не пришлет. Небось, рассчитывали, что леди Котисур притащит с собой свою сватью, графиню Руци! У которой нет таких проблем, она не то, что одна может приехать в любой дом, да хоть в рубище!

«Ищу мужа?! Я?! Да как такое вообще могли подумать! – бушевала Констанс в своей спальне, когда горничная убрала под ночной чепец освобожденные от шпилек волосы леди и оставила ее одну. – Да что вообще может быть хорошего в браке?! Тем более в моем возрасте!»

А когда-то Констанс была почти такой же красавицей, как ее дочь. Просто работала много, и руки у нее были не такие мягкие и белые. А волосы не такие пышные и не золотые, а пепельные. И взгляд усталый. Ее такие же большие и голубые, как у Лердес глаза, никогда не сияли от счастья.

С шестнадцати лет – работа и только она. Отец и мать – бытовые маги, у нее синий камень, у главы семьи вообще фиолетовый. Констанс еще повезло! Что она могла и кухню привести в порядок, и с грязным бельем разобраться. Лорд Котисур и наградил сиделку супруги браком за ежедневный тяжелый труд.

Когда Констанс узнала о несметных богатствах своего будущего зятя, то не нашла ничего лучше, как грохнуться в обморок. С мыслью: и как я буду со всем этим огромным хозяйством управляться?!

А для себя-то что?!

Ей просто хотелось танцевать и пить шампанское. После того, как все счета оплачены, а кладовые наполнены провизией. Слуги построены, сват со сватьей морально и материально удовлетворены. Вот же злыдни! Могли бы разделить радость Констанс и поехать с ней на бал! Тогда бы леди Котисур стала его королевой! Рядом с кем-нибудь из Руци. А вместо этого – позор!

Но наступило утро, и мрачные мысли развеял аромат обжигающего черного кофе. Констанс по натуре ыла бойцом, она никогда не сдавалась. И, позавтракав, припудрила носик и ринулась в бой.

Сначала она попробовала и в самом деле заинтересовать балами сватью. Хотя бы светскими раутами, без танцев. Но графиня без обиняков заявила, что ноги ее в доме оранжевых лордов не было и не будет! Много чести!

Но красные лорды приглашение леди Котисур так и не прислали! Вот если бы у нее была еще одна незамужняя дочь… Зато в комнате у графини Констанс заметила серебряный поднос, заваленные визитками и пригласительными письмами на самой дорогой бумаге. Которые даже не были распечатаны! Капризничает сватья.

Оно понятно: когда ты родилась в семье у высшего лорда, боевого мага, и с раннего детства считалась сокровищем, это дело одно. Тебе давно уже все приелось: первые лица империи и их богатые особняки вкупе с роскошными загородными имениями. А Констанс родилась и выросла в военном гарнизоне, в бедной семье! И для себя никогда не жила! Сначала заботилась о младших братьях, потом об умирающей женщине! И страсть как охота насладиться своим нынешним положением! Деньгами и гербами!

Но все что Констанс удалось – это тайком умыкнуть поднос. С которым она направилась вечером на половину старого графа. Может быть, он заинтересуется визитами? Констанс охотно стала бы его сопровождать. Может, и ее на танец пригласили бы. Один из давних друзей его милости. Небось, не рассыпаются еще от старости!

Констанс вышла замуж без всяких ухаживаний и балов. И теперь ее тоже этой радости лишают! Чудовищная несправедливость!

Но старый граф притворился глухим и принялся нудно жаловаться на остывший жидкий суп, который подали к обеду.

– Надеюсь, ужин, который вы мне принесли, выглядит гораздо лучше, – и сват кивнул на серебряный поднос в руках у Констанс.

– Боюсь, что это не съедобно, ваша милость, – со вздохом сказала она. И тут не повезло!

– Тогда отправьте все это в камин, – и старик уткнулся в фолиант, размером и весом с надгробную плиту.

Констанс ничего не оставалось, как последовать совету: все эти приглашения были адресованы не ей. Когда конверты занялись огнем, она направилась к двери, буркнув под нос:

– Старый трухлявый пень.

И вот странность! На этот раз ее услышали! От камина, где сват не только с наслаждением читал, но и попивал двадцатилетний портвейн, раздалось:

– Дождитесь, когда вырастут внуки, и вам все будут рады. А пока не советую ездить с визитами. Вы всех только насмешите.

«Тогда я и сама уже буду старухой! Какие уж тут танцы!» – она в сердцах бухнула дверью, надеясь, что капли расплескавшегося портвейна смочат свалявшую пыль веков на древней книге. Хоть немного досадить зануде.

Который отказывается понимать сорокапятилетнюю женщину, не утратившую, несмотря на то, что она уже дважды бабушка, ни здоровья, ни внешней привлекательности. Не говоря уже о бодрости духа и страстном желании наконец-то потанцевать.

Глава 3

Прошло три дня. Констанс, вняв словам старого графа, сидела вечерами дома тихо, как мышка в норке. Все еще надеясь, что злодейка-судьба одумается, и не будет вечно стоять к бедняжке Констанс попой. И кто-нибудь из высокородных Руци сжалится над труженицей. Над леди-пчелкой. Решив порадовать ее шикарным балом у одного из красных лордов и парочкой бокалов шампанского.

Но вместо этого услышала:

– Уже весна, и этот сезон балов скоро заканчивается. А солнышко припекает.

Сватья всегда говорила намеками. И Констанс напряглась:

– Вы это к чему, ваша милость?

– Скоро все разъедутся из столицы по своим имениям. Прошлым летом Рону в деревне было хорошо. Вы же хотите вновь увидеть внука, Конни?

– Похоже, что и вы его хотите увидеть.

– О! Разумеется! Мне хотелось бы увидеть и его, и Герарда! Но я слишком стара, чтобы поехать в Арвалон. Здоровье мне этого не позволяет.

Ага! Констанс едва удержалась, чтобы не съязвить. Сватья постоянно жаловалась на здоровье. То у нее мигрень, то печеночные колики, то туман в глазах.

А меж тем вчера за ужином ее милость почти в одно лицо слупила шоколадный торт! Видать, туман в глазах тому виной: леди подумала, что перед ней – блюдо со шпинатом. И печеночные колики графини тоже так подумали. Она спокойно все переварила, включая жирный шоколадный крем!

Что касается свата, тот хотел бы питаться одним портвейном, если бы здоровье позволяло. Старый граф ест овсянку с таким лицом, будто мумифицируют перед погребением! Вот же достались в нагрузку к громкому титулу любимой дочери подарочки!

– И что делать-то? – прикинулась дурочкой Констанс.

– Вы должны поехать в деревню и подготовить наше загородное имение к приему гостей, – сказал за жену старый граф. Который, по крайней мере, не был лицемером.

– То есть, вас?

– Нас всех, милочка, – соизволила улыбнуться сватья. И подчеркнула: – Всех Руци. Но вы поедете первой.

– Потому что я не Руци?

– Вы практичная. И умеете обустроить быт.

– Ну да. Я ведь бытовой маг. И мои обязанности прислуживать всем, кто по статусу выше меня.

– Вас что-то не устраивает?

– Да как я могу жаловаться? Заканчивается сезон балов, где меня не удостоили ни единым танцем. Непонятно, зачем я вообще проторчала всю зиму в столице. И впрямь: лучше уж поехать в деревню. Готовить особняк и усадьбу к летнему сезону. В кладовых, небось, мышь удавилась. А в комнатах толстый слой пыли на всех поверхностях. Постельное белье не стирано, котлы немыты. Коровы не доятся, куры яйца не несут…