Пламя возмездия

Сжав мои волосы в кулак, он оттягивает мою голову, разрывая безумный и порочный поцелуй. Но только для того, чтобы осыпать ласками мою шею.

Он как зверь внюхивается в запах моей кожи и… лижет мою шею. Лижет, касается губами, обжигает горячим дыханием. И так по кругу. Он как ураган, как буря… А я в эпицентре.

– Нэлли, – он зовёт меня и смотрит в глаза затуманенным возбуждением взглядом.

Мои глаза такие же. Мы с Адаровым на одной волне. Его каменный член конкретно в меня упирается, а я умираю от желания поскорее прикоснутся к нему. Но не здесь.

– Пойдём ко мне, – говорю коротко и прячу взгляд.

Адаров чуть медлит, что странно. И притягивает меня к себе для ещё одного глубокого поцелуя.

Мы выходим из машины. Он держит меня за руку, пальцы переплетены. У меня ноги ватные, а между них ноющее и сладкое чувство, сигнализирующее о том, что мне срочно нужна разрядка.

От члена Адарова. И никак иначе.

Мы подходим к подъезду, я набираю код. Раздаётся щелчок.

– Демид, – зову его по имени впервые за сегодня.

– Да, – в его голосе звучит удовольствие. Я знаю, он любит, когда я зову его по имени.

Он спокоен, собран. Но это только внешне. Я знаю, что он тоже хочет секса и как можно скорее. Синие глаза мерцают, он готов меня выслушать. На что только не пойдёшь, чтобы затащить в постель девушку.

Перекладываю сумку в левую руку, а правой…

Замахиваюсь и бью пощёчину. Звонкую такую. Конкретную.

Адаров как стоял, так и стоит. Готова поспорить, что член у него теперь упал.

– Чтобы я больше никогда тебя не видела, – шиплю разъярённо и захожу в подъезд.

Глава 3

Забегаю в квартиру со скоростью ветра. От нервов, дрожащими руками никак не могу попасть ключом в замочную скважину.

Как только оказываюсь внутри квартиры, до меня, наконец, доходит, что я сделала…

Демид не простит. Зная его, точно не простит.

Но какой у меня был выбор?

Вот именно.

Даю себе пару минут отдышаться, а заодно прислушиваюсь к звукам из подъезда.

Он не последовал за мной. Не догнал. Хотя мог.

Я, конечно, надеюсь, что он прислушается к моему требованию оставить меня в покое. Но благородство не его сильная сторона, поэтому придётся ходить и оглядываться.

Оставляю сумку в коридоре и прохожу вглубь крохотной однушки.

По телу сразу же прокатываются болезненные ощущения. Не заходя на кухню, иду прямо в комнату и достав из комода свежее постельное бельё быстро сооружаю себе спальное место.

Сажусь на диван со свежими простынями и пододеяльником. Напротив меня окно, выходящее на подъезд.

Интересно, он уже уехал?

Не включая свет, воровато подхожу к окну. Слегка сдвигаю занавеску, делаю это незаметно.

Как мне кажется – незаметно.

Стоит мне только глянуть на дорогу, черная машина вдруг мигает фарами.

Увидел меня! И даёт об этом знать.

Меня буквально отшатывает от окна. Ну не дура? Сначала дала ему пощёчину, а потом выглядываю его в окно.

Злюсь на себя, с усилием потираю виски.

Поверить не могу, что он снова появился в моей жизни. Я бы очень хотела, чтобы это оказалось кошмаром. Очень.

Чуть позже, в душе стирая с кожи лица и шеи его поцелуи, ловлю себя на мысли о том, что мерзавцу ужалось разжечь во мне то, что так давно спало.

Вернее ту.

Женщину.

Чувственную.

Ненавижу его за это ещё сильнее. Злюсь на себя за слабость. Только всё это совершенно не помогает избавиться от накопившегося напряжения.

Того самого напряжения.

Сколько бы я ни пыталась избавиться от просто дикого возбуждения логикой, у меня не получалось. Наоборот, весь фокус моего внимания снова и снова сводился к Адарову.

Готова поспорить на любые деньги, что теперь, в свои почти тридцать, он занимается сексом ещё искуснее.

Стоит мне хоть на мгновение позволить воображению представить его голым, да еще и рядом с собой, я будто проваливаюсь в зыбучие пески. Возбуждение достигает такого пика, что кажется вот-вот наступит оргазм.

Память предательски подкидывает мне картинки прошлого.

Аж дух захватывает.

Женщины часто жалуются на ленивых любовников. Обвиняют своих партнёров в том, что те не мог найти их клитор, и ласкают их между ног, не зная толком что делают. Прелюдии слишком короткие. Секс быстрый, пресный.

Демид Адаров полная противоположность всему вышеперечисленному. Он знал меня всю наизусть.

Поправка – знает.

Поэтому и целовал именно так, как я люблю.

Так как мы это делали до и во время секса.

Его расчёт был верным. Он нашёл ключ к моему телу, которое много лет жило без либидо. Без капли сексуального желания.

Я год назад даже обратилась к сексологу. Та посоветовала найти мужчину и «расслабится и ни о чём не думать».

До неё так и не дошло, что мужчины меня не возбуждают. Не возбуждали до сегодняшнего дня и возвращения Адарова.

И он уж точно не про «расслабься и ни о чём не думай»…

Он про «пока я осатанело трахаю тебя раком, думай о том, как насколько глубоко в тебе мой огромный член».

Вот это прямой путь к оргазму.

Я уже битый час не могу уснуть. В голове просто каша из сексуальных фантазий с бывшим. Несмотря на то, что я тщательно помылась, в носу до сих пор стоит его терпкий, сексуальный запах.

Просто. Нескончаемое. Наваждение.

Я так долго не протяну. Адаров обязательно найдёт способ всё обставить так, чтобы у нас для секса было и время, и место.

На один отказ меня хватит. Может, даже два.

Беру из-под подушки телефон и открываю приложений маркетплейса. Быстро нахожу в каталоге товаров то, что мне нужно и делаю заказ.

Посылку можно будет забрать на почте завтра утром.

Кто бы мне когда-то сказал, что я буду покупать такое… Ни за что бы не поверила.

Но, отчаянные времена требуют отчаянных мер.

*

– Я должен знать, чем она живёт. Начни с телефона. Электронные письма, смс-ки. Для начала пойдёт, – говорю Жданову, своему знакомому айтишнику, который только что охренел от увиденного.

Я тоже. Потому что, блядь, вообще не ожидал увидеть её здесь. В ресторане поздно вечером.

Красивую, приветливую, чужую.

Думал, конечно, что по возвращении в этот город, как-нибудь случайно с ней столкнусь.

Но что она сама вот так упадёт ко мне в руки? Никогда. Я не любитель уповать на чудеса.

И всё-таки, Нэлли была передо мной две минуты назад. Из плоти и крови. Пиздец красивая. Настолько, что я сразу же забыл о тормозах.

В голове набатом пульсировала мысль, что она нужна мне прямо сейчас. И желательно навсегда.

Дальше всё прошло быстро и слаженно. Знакомые, с которыми я хотел обсудить дела, поэтому и позвал в ресторан, быстро все поняли и свалили. Хозяйка сразу же согласилась освободить здание, когда тема коснулась денег. Это заняло пару минут.

Я никогда так ничего и никого не хотел, как Нэлли в этот момент.

И ведь был уверен, что за последние семь лет жизнь научила быть терпеливее, контролировать себя, считывать собеседника и находить нужные рычаги.

А увидел её и снова стал пацаном двадцатидвухлетним. Как будто не было всего этого времени.

Хотя оно было. И произошло дохрена всего.

Но Нэлли вдруг снова появилась и все потухло. Вообще всё. Я как будто не жил. Не дышал. И вот она – ценнейший глоток кислорода.

Захотел её сразу же. Целиком и полностью. Трахаться всю ночь, потом весь день. Не останавливаться.

Она попыталась остудить меня пощёчиной. Эффект получился с точностью наоборот.

Я добьюсь её любой ценой.

Любой.

Приехал в гостиницу, зашёл в номер, про себя отмечая, что мне ещё никогда не болел член от недотраха. Потому что в моей жизни его никогда не было.

На телефон приходит сообщение от Жданова. Файл.

Открываю, там чек о покупке на маркетплейсе. Вчитываюсь в мелкий шрифт сам до конца не понимая, зачем мне знать, что именно девушки покупают в интернет-магазинах по ночам.

Читаю:

«Секс игрушка. Вакуумный стимулятор. Водонепроницаемый. Несколько режимов.»

Сууука.

Член снова каменный.

Доставка завтра, в почтовое отделение недалеко от квартиры Нэлли. Что ж, я дождусь, когда она заберёт посылку.

И обязательно наведаюсь к ней в гости.

– Я тебе услугу оказала, а ты возмущаешься! – Вера Павловна, словно уж на сковородке пытается уйти от разговора о вчерашнем.

– Услугу? А если бы он меня убил?! – утрирую я, чтобы отстоять свою точку зрения.

– То-то ты стоишь передо мной живая, и в кои веки, хоть глаза сверкают. На шее вон засос красуется.

Резко прикладываю к шее ладонь, туда, где прошлой ночью были его губы. Я ведь старалась замазать эту отметину тональником, и у меня получилось.

Только в середине рабочего дня он слез, а я так забегалась, что не заметила. Стыд!

– Это не то, что вы подумали, – категорически заявляю я.

– Послушай опытную женщину, – Вера Павловна подходит к окну, распахивает его и закуривает тонкую сигарету. – Ты что думаешь, я такой бизнес отгрохала от большого счастья? Нет. Как раз наоборот. И будь у меня на примете такой, – она выпускает струйку дыма изо рта и смотрит на меня чуть ли не с укором, – кавалер…

– Он мне не кавалер.

– … красивый как киноактёр, да и с такими деньгами! Да я бы днём и ночью была готова на всё. Подчёркиваю, всё. Эскортницам столько не платят, сколько он попросил меня передать тебе.

Она тушит сигарету, закрывает окно и идёт к встроенному в стену сейфу. Набрав код, она достаёт оттуда пачку денег.

– Это тебе. Он был настойчив. И поверь, я кое-что о мужиках знаю. Он в тебе очень заинтересован.

– Его проблема.

– Нэлли, возьми деньги. И засунь гордыню куда подальше. А то, как и я, останешься у разбитого корыта, когда кроме себя больше не на кого рассчитывать. Это несчастная жизнь, – дрогнувшим голосом произносит начальница. – Врагу не пожелаю такого. А тебе уж тем более. Вижу, как ты бьёшься.

Спасибо Вере Павловне за её откровение.

Но я Адарова знаю наизусть. От и до.

Это не принц на белом коне, который увозит принцессу в закат под аплодисменты. А потом они женятся и рожают погодок.

Он антигерой. Порочный и властный. Который тоже увозит принцессу в закат. Только конь у него чёрный. И принцессу потом находят в слезах, брошенную.

– Это я возьму, – забираю деньги.

– А вот это правильно, – поощряет Вера Павловная.

– Чтобы вернуть ему, – говорю чистую правду. Это не первый раз, когда он пытается меня купить, или же от меня откупиться.

– Нэлли, ну ё-моё! – закатывает глаза начальница. – Поступай как знаешь, но я очень тебе советую не повторять моих ошибок.

– Я вас услышала, – улыбаюсь ей. – Спасибо.

Выхожу из кабинета. Осталось доработать ещё три часа и тогда домой. Сегодня я снова остаюсь в городе. На это есть причины. Мне нужно проветрить голову, прежде чем вернуться к маме с Кириллом. Мама сразу заметит, что со мной что-то не так. И если она узнает, что он вернулся… То найдёт его и прибьёт.

На моём пути коридор, в котором Адаров держал меня за запястья и требовал покориться. Странно, но я как будто до сих пор могу чувствовать его присутствие. Энергетику. Просто дикую. Он как ходячий секс, страстный, крышесносный, незабываемый.

Повезло, что сегодня он не заявился в ресторан. Остается наедяться, что и следующие три часа пройдут также гладко.

Работу я покидаю в хорошем настроении, пусть и устала не на шутку. Назад домой иду пешком, на улице вечереет, но всё ещё многолюдно.

Взгляд то и дело обращается к дороге. Я не могу понять, почему так делаю. Хочу убедиться, что он не преследует меня?

Или, наоборот, убедиться, что он где-то рядом?

Мотаю головой снова и снова, будто это поможет мне избавиться от наваждения. Я просто не могу не думать о вчерашнем.

Я сегодня отработала за двоих. Специально!

Чтобы выбить из себя его.

Измотать тело.

Не возбуждаться до предела от череды воспоминаний.

Один только поцелуй в его машине сводит меня с ума! Сколько бы я ни напоминала себе о том, что это было продуманным ходом с его стороны – не помогает.

– Здравствуйте, я хочу посылку забрать. На имя Нэлли Золотарева.

Работница почты удаляется в служебное помещение и скоро возвращается с небольшой посылкой в ярко-розовой почтовой упаковке.

Внутри я просто умираю от стыда. Пришла на почту за секс-игрушкой.

Вся процедура на почте занимает минут пять и вот я уже в квартире. Несколько раз убеждаюсь в том, что дверь заперта. Мало ли.

Первым делом пытаюсь распаковывать «покупку», но без ножниц это невозможно. А я не могу их найти. В голову приходит идея проткнуть коробку ключом. Сработало.

Ставлю покупку на зарядку, и, просто утопая в чувстве стыда, иду в душ.

Да, мастурбация – это то, чем я никогда не занималась. Но я либо удовлетворяю свои потребности таким образом, либо…

Даже думать боюсь об этом «либо».

Потому что оно завязано на Адарове, и стоит мне позволить мыслям о нем занять голову, всё непременно скатывается к тому, что у него в штанах.

Проходит несколько часов. Если верить инструкции, то игрушка должна быть готова к применению. Протираю её специальной гигиенической салфеткой, и…

Я просто без понятия что делать дальше.

Хотя нет, не так.

Я отказываюсь кончать, представляя, как Адаров насаживает меня на свой член.

Как там говорят? Аппетит приходит во время еды?

Ложусь на диван поудобнее, накрываюсь одеялом. Включаю вакуумный стимулятор на самый маленький режим и прикладываю к клитору.

Приятно. Но не то.

Увеличиваю скорость, в надежде, что стимуляция сама по себе спровоцирует оргазм и даст мне такое необходимое облегчение.

И снова не то.

Ладно.

Адаров, ты никогда об этом не узнаёшь, но я, кажется, близка к тому, чтобы кончить от секс-игрушки, пока представляю тебя.

Это работает словно волшебство! В моей голове мы с Демидом дошли до одной только прелюдии, а я уже чувствую, как начинают сокращаться мышцы между ног. Так сладко…

Переключаю игрушку на более сильный режим.

Представляю, как Адаров ставит меня на колени и не церемонясь вставляет в меня свой толстый и длинный член.

И вбивается, шлёпая меня по ягодицам. Сжимая их горячими руками.

Вбивается. Вбивается. Вбивается…

Морок возбуждения испаряется, когда я отчётливо слышу, как открывает входная дверь.

В полном ужасе вскакиваю с дивана в одних трусиках и майке, и…

Взглядом встречаюсь с тем, кто только что имел меня раком в моей же сексуальной фантазии.

– Адаров… – шиплю, пока ноги дрожат от сильнейшего возбуждения. – Какого чёрта ты здесь делаешь?!

Он по-хозяйски закрывает дверь на замок и кладёт ключи в карман. Те самые ключи, что я дала ему семь лет назад. Я узнала брелок.

– Выглядишь нереально, – он осматривает меня с ног до головы, звонко выдыхает через нос.

– Свалил из моей квартиры!

– У тебя торчат соски и это дико заводит, – сбивает меня с толку он. – И губы красные, распухшие. Чем ты занималась?

– Выйди отсюда и ключи отдай! Не твоё дело, чем я тут занимаюсь.

– Моё, – наступает на меня он. Я пячусь. – Ещё как моё, Нэлли. А теперь я хочу, чтобы ты показала мне, как удовлетворяешь себя.

– Что?.. – шепчу потерянно.

– Что слышала. Ложись обратно, доставай вибратор и покажи мне, как ты себя ласкаешь.

Глава 4

– Откуда ты..? Боже… – отшатываюсь от него, осознав страшное.

В голове одна мысль. Одна-единственная. Раз он уже следит за мной, то сколько времени ему займёт узнать о моей самой сокровенной тайне?

О том, что у нас есть сын.

– Демид, ты сошёл с ума, – хватаюсь за голову. – Ты не имеешь права так со мной поступать. Я тебе не принадлежу. Смирись уже наконец.

– Нет, – безапелляционно отвечает.

И приближается, сокращая расстояние. Остаться с ним наедине в запертой квартире… что может быть хуже?

Или лучше?

Это место пропитано нашими отношениями.

Мы будто снова в прошлом.

Мне восемнадцать, ему двадцать два.

Я ещё ничего не знаю о любви, о мужчинах, о чувственности. А он заполняет собой эти пробелы.

Не спеша. Дразня. Распаляя.

ЛЮБЯ.

Чёрт, я же верила, что между нами именно она – любовь. Да, первая. Но настоящая. И навсегда.

Я смаргиваю слёзы, не веря в то какая, между нами, сейчас пропасть. Мы не должны были закончить вот так…

Финал, где я остаюсь без него, да ещё и с малышом под сердцем.

А он играет роскошную свадьбу с королевой красоты. Не удивительно, что он выбрал её. Никогда не забуду те фото. На её фоне у меня не было даже шанса.

Меня тогда придавило гранитной плитой. Раз, и Нэлли больше нет. На её месте призрак.

Но вдруг в моей жизни снова появился он, и я воскресла.

– Что я тебе сделала, что бы ты так меня не уважал, Демид? Так ненавидел?!

Смахиваю с лица непрошенные слёзы.

– Отвечай! – срываюсь на крик, а он молчит.

Красивые губы сжаты в линию, синие глаза сверкают в полумраке. Он напряжён до того, что на шее проступают вены. Но молчит. Проходит вслед за мной в большую комнату.

Я так и пячусь, а он преследует. Вздёргиваю подбородок. Держусь из последних сил.

И не могу отвести от него взгляда.

На нём белая футболка, контрастирующая со смуглой кожей, и чёрные штаны из мягкой на вид ткани. Он какой-то чертовский домашний. Свой.

Он надвигается. А я вся дрожу.

– Ты должен оставить меня в покое, – умоляю, когда он подходит так близко, что я кожей чувствую его тепло. – Пожалуйста.

Если только он сейчас сорвётся… Сорвусь ли я?

Кусаю нижнюю губу, пока тело бьётся в ознобе.

– Смотри мне в глаза, – приказывает он, а я подчиняюсь. И сразу же падаю на дно синей бездны. – Ты ещё не поняла? Я не могу… – он скользит лихорадочным взглядом по моему лицу. – Я не могу оставить тебя в покое, Нэлли.

О мой бог.

– Семь, сука, лет думал что могу, – усмехается он. Снова смотрит на меня диким, голодным взглядом. – И как наркоман сорвался на дозу, стоило только увидеть тебя.

– Демид…

– Молчи, – он обнимает мои дрожащие плечи ладонями и целует в лоб.

Демид Адаров целомудренно целует меня в лоб. Это сон?..

Нет, не сон.

Его тёплые губы невесомо скользят по моей линии роста волос. Горячие сильные пальцы чуть сжимают плечи. Он как будто действительно держится из последних сил.

– Ты сам сказал, – отстраняюсь и не даю ему больше прикасаться к себе, – прошло семь лет.

– И? Хоть сто, – он чуть задирает голову, а я не могу им налюбоваться.

Боже.

– Ты не понимаешь, – мотаю головой.

– Не понимаю что? Нэлли, я знаю, что поступил как мудак. Последний.

– Прошу, давай не будем о прошлом, – обнимаю себя руками. – Просто прими факт того, что, между нами, ничего не может быть. Ничего. И никогда. Так будет лучше для нас обоих.

– Правда? – обманчиво заинтересованно спрашивает Адаров.

Отходит от меня, садится на диван, где я ещё недавно лежала и достаёт из-под одеяла секс-игрушку.

– Между нами ничего не будет, но по ночам я буду мастурбировать, представляя тебя? Ведь у тебя такая логика? Я прав? – он ждёт моего ответа, а я стою в ступоре, онемевшая. – Прав, – делает вывод он.

– Тебя в моих фантазиях не было, не беспокойся.

– Фантазиях, – повторяет он сказанное мной слово и откидывается на спинку дивана.

Ноги широко расставлены. Смотрит на меня, не сводя глаз.

– Ты имела в виду сексуальных фантазиях?

– Не твоё дело, – машу рукой, мол, неважно. – Верни мою вещь на место.

– Как ты можешь предпочесть «эту вещь» сексу со мной? Серьёзный вопрос, между прочим. Я правда не понимаю.

Молчу, лихорадочно продумываю пути отступления. Лучше нам ругаться. Потому что альтернатива скандалу это… интим. Любая его форма, к которой он решит меня принудить.

Я не выстою. Потому что хочу его. В голове даже мелькает мысль о том, что может одноразовый секс с ним не такой уж и грех?

Переспим, и меня, глядишь, отпустит…

Из последних сил держу себя в руках.

Но тут взгляд цепляется за Адарова.

Вернее, за то, как через ткань брюк я вижу очертания возбуждённого члена. Большого, мощного. А ещё ненасытного, это я знаю точно. Он никогда не позволял себе кончить раньше меня. Это было его пунктиком, и наверняка до сих пор осталось.

Сглатываю, понимая, что ничего хорошим эта ночь не закончится.

– Знаешь, о чём фантазирую я? – замечая, куда именно направлен мой взгляд он кладёт руку на свой член и чуть сжимает у основания.

Он демонстрирует мне то, от чего я отказываюсь.

Картина порочная настолько, что мышцы внизу живота пульсируют, отзываясь.

Что бы он ни задумал, это работает, пусть вслух говорю я совсем иное.

– Мне неинтересно.

– Я представляю себе, как ты становишься передо мной на колени, – он всё-таки решил меня добить. – Расстёгиваешь молнию, – говорит, смотря мне в глаза. – Своими красивыми руками достаёшь мой член и… начинаешь меня ублажать.

– Отвратительно, – вкладываю в голос всю правдоподобность, на которую только способна.

А у самой озноб по коже. Я изголодалась по нему до того, что рациональный мозг вот-вот уйдёт в спячку.

– Да? – спрашивает и слегка склоняет голову набок.

– Я не буду стоять перед тобой на коленях. И фантазии свои можешь засунуть себе сам знаешь куда.

Он смеётся. Сдержанно. Не в стиле «ты меня повеселила», а скорее «смеётся тот, кто смеётся последним, Нэлли».

– Уходи, Демид, – вот так просто и холодно говорю я. – А для удовлетворения своих потребностей поищи себе другую. Уверена, ты без проблем найдёшь немало женщин согласных провести с тобой ночь.

– Я останусь здесь до утра.

– С чего это?! – вспыхиваю.

– Хочу так, – отвечает как ни в чём не бывало.

Мы молча смотрим друг на друга. Я испепеляю его взглядом, а он – кремень.

Ничего его не берёт. Бессовестный хозяин жизни.

Знает, что я с ним словно в запертой клетке.

Где он – голодный тигр, а я – это я. И пока, всё, что мы делаем, это ходим по кругу.

Моя безопасность целиком и полностью в руках Адарова. Это не преувеличение. Он сам до конца не осознаёт, насколько сильно его влияние.

Для него это игра. Затащить меня в постель. Убедиться в том, что я ни капли не поумнела за много лет. И снова уйти в закат…

Тишину нарушает звонок на мой телефон, и я сразу же впадаю в панику!

Потому что в это время он в беззвучном режиме для всех контактов.

Кроме одного. Моей мамы.

С которой сейчас Кирилл.

Я бросаюсь к злосчастному дивану, на котором где-то среди постельного белья затерялся мой смартфон. Адаров не препятствует, слава богу.

Хватаю телефон и поднимаю трубку. Дрожащими пальцами получается принять звонок только с третьего раза.

– Алло! – в голове мысли о том, что с Кириллом беда.

– Мам, привет! – радостным голосом говорит сын.

Просто не могу сдержать улыбку. Мой родной, мой хороший. Как же я скучаю.

В эту же секунду на меня с подозрением смотрит его отец.

Внутри меня разливается океан агонии. Всё могло быть иначе, но Демид своим предательством решил за троих.

Стараюсь выглядеть так, будто всё нормально. Усыпить бдительность бывшего.

Отхожу к окну.

– Привет родной, – почти шепчу, чтобы мой голос не долетел до Адарова. – Всё хорошо?

– Да, всё хорошо, – деловито звучит любимый голос. – Бабушка смотрела кино и уснула, а вот мне не спалось. Я взял её телефон и решил тебе позвонить. Когда ты приедешь?

– Завтра, – заверяю его и не могу не улыбаться. – Когда договоришь со мной обязательно разбуди бабушку, – говорю шёпотом.

И тут же спиной ощущаю присутствие Демида.

Рядом. Совсем рядом.

Оборачиваюсь.

Он практически стоит надо мной, руки скрещены на груди.

– Хорошо! Я буду ждать. Привезёшь мне киндер? Мама?

– Конечно, – не могу позволить себе вложить в голос всю ласку, которую хочу передать Кириллу.

– Я люблю тебя, мама. Спокойной ночи.

– И я тебя, – тут Адаров просто прожигает меня острым взглядом. – Спокойной ночи.

Кладу трубку. И с облегчением убираю телефон, кладу на подоконник.

– Кто это был?

Не знай я, что Демида интересует только секс, решила бы, что он ревнует. Одни только поза и тон уже внушали страх.

– Вот уж не жди, что я буду перед тобой отчитываться…

Договорить мне он не даёт.

Вихрем сносит меня, вырывая почву из-под ног. В прямом смысле слова.

Тигр, наконец, устал ждать и решил полакомиться добычей.

Я оказываюсь над землёй, в его руках. Он усаживает меня на комод, закидывает ноги себе за спину. Фиксирует ладонью подбородок, чтобы не отвернулась.