День изменивший мою жизнь…

Махир стиснул кулаки. Он смотрел на Лану, которая, задыхаясь от боли, пыталась подняться. Её пальцы скользнули по земле, сжимая горсть грязи, как

последнее оружие.

– Поднимите её, – бросил он. – И быстро. Рану перевязать. Она ещё нужна

мне.

Двое охранников схватили Лану под руки, грубо вздёрнули вверх. Она

застонала, но не потеряла сознание – сквозь пелену боли видела, как Махир

приближается, смотрит на неё с холодным расчётом.

– Вы упрямы, – произнёс он тихо. – Это достойно уважения. Но и опасно.

Он кивнул охранникам:

– В машину. И чтобы ни один волос с её головы не упал – пока я не решу

иначе.

Лану поволокли к чёрному внедорожнику. Она едва держалась на ногах, кровь

стекала по руке, капала на пыльную дорогу. Но в её глазах, несмотря на боль, горел тот же неукротимый огонь.

Она не сдалась.

Даже сейчас, когда её снова тащили в плен, когда мир сузился до боли и тьмы, Лана знала: это не конец. Она найдёт способ. Обязательно найдёт.

9 Глава

Лана очнулась от приглушённых голосов и резкого запаха медикаментов.

Голова раскалывалась, плечо пульсировало тупой болью. Она попыталась

пошевелиться – руки были свободны, но тело сковывала тяжесть бинтов.

Она приоткрыла глаза. Непривычно светлая комната: белые стены, окно с

решёткой, но без плотных штор – сквозь стекло пробивался бледный рассвет.

Рядом – тумбочка с пузырьками и шприцами, чуть дальше – стул, на котором

сидел…

– Доктор Акын? – прошептала Лана, не веря своим глазам.

Пожилой мужчина в халате поднял взгляд. Его лицо, изборождённое

морщинами, осветилось тихой улыбкой.

– Ты в безопасности, Лана. По крайней мере, сейчас.

– Как?.. Где я?

– В подпольной клинике. Мои люди вывезли тебя ночью. Махир думает, что ты

всё ещё у него. Но он ошибается.

Лана попыталась приподняться, но острая боль в плече заставила её

застонать.

– Лежи, – строго сказал доктор Акын, прикладывая к её лбу прохладную

ткань. – Пуля прошла навылет, но задела мышцу. Тебе нужно время.

– Он найдёт меня… – прошептала она.

Второй день восстановления. Лана лежала на узкой койке в укромной клинике, прислушиваясь к мерному тиканью часов. Рана в плече ныла, но боль уже не

оглушала – доктор Акын умело управлялся с перевязками и лекарствами. В

комнате пахло антисептиком и свежезаваренным чаем. На подоконнике стояла

ваза с полевыми цветами – попытка придать этому месту хоть каплю уюта.

Она попыталась сесть. Тело отзывалось ломотой, но воля была крепче боли.

«Нужно двигаться. Нужно быть готовой», – твердила она себе.

Внезапно за дверью раздался шум. Лана напряглась. Шаги. Чёткие, тяжёлые.

Не доктор Акын – тот ходил тихо, прихрамывая.

Дверь распахнулась. В проём шагнул Махир. За ним – четверо охранников, молчаливые, как тени.

– Ну вот мы и снова встретились, доктор, – его голос звучал ровно, но в

глазах горела холодная ярость. – Вы оказались… неуловимой. Почти.

Лана попыталась отползти к стене, но ноги запутались в простыне. Паника на

миг сковала её, но она тут же взяла себя в руки.

– Вас не остановят, – прошептала она. – Даже если заберёте меня – другие

продолжат.

Махир усмехнулся.

– Другие? – он сделал шаг ближе. – Вы думаете, у вас есть союзники? Они

боятся меня. И правильно делают.

Один из охранников схватил её за руки, другой начал наматывать на запястья

нейлоновую стяжку. Лана сопротивлялась – била ногами, пыталась укусить, но

силы были неравны.

– Вы не понимаете, – выдохнула она, когда её рывком подняли на ноги. – Я

не боюсь вас.

Махир приблизился. Его пальцы сжали её подбородок, заставляя посмотреть в

глаза.

– Страх – это роскошь, доктор. Вам она больше не доступна.

Её вывели из комнаты. Доктор Акын лежал в коридоре – без сознания, с

окровавленной головой. Лана вскрикнула, но удар в спину заставил её

замолчать.

Её привезли в старый склад на окраине города. Помещение было пустым, если