Слепая зона

Я грустно кивнула и поплелась за девушкой по коридору. Как только мы зашли в дамскую комнату, дверь захлопнулась, и она повернулась ко мне. Её тон сменился буквально за секунду, с агрессией она произнесла:

– Оставь Германа в покое, ты явно ему не подходишь. Хочешь сказать, ты, вся такая добрая и хорошая, смогла заполучить его всего за пару дней? Да он просто пользуется тобой, неужели ты этого не видишь? – она немного помедлила, обдумывая, что сказать дальше. – Я год пытаюсь добиться его внимания, но он меня просто игнорирует, а тут ещё ты появилась. Проваливай из этого места, тебе здесь не рады.

Не дожидаясь продолжения её наездов в мою сторону, я вышла из комнаты и двинулась прямиком к выходу, достала телефон из сумочки и вызвала такси. Из-за случившегося я совсем забыла предупредить Германа и решила просто написать ему сообщение и извиниться, что не попрощалась, однако он выбежал из здания следом за мной.

– Агата, что случилось? – с волнением спросил он.

Я повернулась к нему в слезах и ничего не ответила, просто уткнулась в плечо и простояла так до момента, пока машина не подъехала и не начала сигналить, привлекая внимание.

– Поехали ко мне?

Мужчина без раздумий открыл дверь автомобиля и пропустив меня, уселся рядом. Я была рада уехать из этого места подальше даже несмотря на то, что вечер, не считая последнего инцидента, выдался очень удачным.

Глава 7

Совершенно не помню, как мы доехали до дома, в машине меня периодически подташнивало из-за количества выпитого алкоголя, поэтому, зайдя в квартиру, я сразу направилась в сторону ванной комнаты, оставив парня стоять на пороге. Дверь за мной захлопнулась, и я крикнула ему еле слышное:

– Проходи, я скоро вернусь.

Подняв взгляд и устремив его в зеркало, я увидела своё отражение: ранний всплеск эмоций ничуть не испортил макияж, всё-таки он стоил своих денег, раз продержался так долго; укладка, на удивление, тоже не растрепалась, лишь одна прядка выбилась из причёски, но и она не портила мой вид, единственное, что сильно пострадало – мой шикарный наряд. Бордовое пятно лишний раз напомнило о разговоре с той девушкой. Отложив мысли на потом, я принялась расстёгивать платье, однако застёжка никак не поддавалась моим манипуляциям. Помучавшись с ней ещё несколько минут, я не выдержала и решила попросить о помощи Германа, который уже сидел на диване в гостиной и терпеливо ждал моего прихода.

– Извини, ты не мог бы мне помочь, кажется, молния заела.

– Давай посмотрим.

Герман поднялся на ноги и легко подцепил пальцами так называемую собачку, плавно опуская её всё ниже. Тёплая кожа скользила по моей спине, прикосновения отзывались мурашками, а сердцебиение невольно участилось. Казалось, будто весь мир замер в этот самый момент. Чем ниже сползали кисти его рук, тем сильнее к низу живота приливала волна приятных покалываний и щёки заливались румянцем. Я смогла отпустить смущение и уверенно повернулась к парню, подняв взгляд вверх, чтобы установить зрительный контакт. Свет от лампы мягко ложился на его лицо, находившееся в паре сантиметров от моего.

– С твоей молнией всё в порядке, кто-то просто видимо переборщил со спиртным.

Как только он произнёс это, я приподнялась на носочки и обвила его шею руками, наши губы слились в долгом, полном страсти поцелуе. В глубине души я испытывала страх быть отвергнутой, но он рассеялся, как только я поняла, что желание взаимно. Ткань моего платья аккуратно упала с плеч вниз и теперь полностью оголяла руки, ключицы и грудь. Я всем телом прижалась к Герману, и мы плавно опустились на мягкий диван. Нас тянуло друг к другу, и это трудно было описать словами, но несмотря ни на что, Герман аккуратно отстранился и произнёс:

– Агата, я так не могу.

– Как? – с непониманием спросила я, ведь всё шло хорошо.

– Ты пьяна, это всё неправильно.

– Но ты же хочешь этого так же, как и я, так в чём проблема?

– Чтобы у нас не было недопониманий, давай перенесём это на более подходящий день.

Я не стала больше задавать никаких вопросов, немного отодвинулась от парня и накинула платье обратно на плечи, после чего прилегла на его колени и тяжело вздохнув, перевела тему:

– Ты даже не спросил, почему я ушла и что случилось.

– Догадался, – тихо произнёс он, – увидел, как Майя выходила из уборной вслед за тобой, и всё стало понятно.

– Твоя коллега?

– Не совсем, дочь начальника. Я много раз отказывал ей, но она продолжала добиваться моего внимания, всегда находилась где-то неподалёку, порой мне даже казалось, что она преследует меня. Надо было сразу тебя предупредить, моя вина, что всё так получилось, – с сожалением ответил Герман. – Что она тебе сказала?

– Если пропустить оскорбления и наезды, то ничего.

– Не принимай её слова близко к сердцу, они не стоят твоих слёз и нервов. Я поговорю с ней, можешь не переживать, больше она тебя не побеспокоит.

– Спасибо, Герман, – с этими словами я позволила себе закрыть глаза и погрузиться в глубокий сон.

Проснувшись уже утром, я не сразу вспомнила, что было ночью, но как только воспоминания начали возвращаться, чувство стыда накрыло с головой. Германа рядом не было, поэтому я медленно поднялась с дивана и прошла на кухню. На столе стояли чашка кофе и лёгкий завтрак в виде омлета и летнего салата. Подойдя ближе, я заметила записку, которая не сразу бросилась мне в глаза: «Позволил себе немного похозяйничать, надеюсь, не будешь злиться. Приятного аппетита», текст завершался улыбающимся и немного корявым смайликом.

Прежде чем приступить к трапезе, я переоделась в домашнюю одежду. Состояние было, честно говоря, ужасным, поэтому об учёбе и речи не шло, приняла решение остаться дома и восстановить свои силы. День шёл долго и мучительно, я не знала куда себя деть и чем заняться, поэтому большую часть времени просто спала. К вечеру самочувствие ухудшилось, поднялась высокая температура, подняться с кровати было практически невозможно. Приложив все усилия, я лишь слегка приподнялась, чтобы дотянуться до телефона, лежащего неподалёку на тумбочке, набрала номер Германа и попросила его привезти мне лекарства. Спустя минут 20 он уже бегал по квартире, суетился, должно быть, очень переживал.

– Держи, это от температуры, может всё-таки скорую вызову, не нравишься ты мне.

– Нет, не нужно, скоро мне станет полегче.

– Хорошо, но если лекарство не поможет, то извини, мне придётся это сделать.

– Договорились. Может посмотрим фильм?

Парень устроился рядом, нашёл какую-то комедию, слегла приобнял меня, я почувствовала себя в безопасности, рядом с ним мне было гораздо спокойнее, и уже через полчаса состояние начало улучшаться, и я, незаметно для себя, снова уснула.

Герман осторожно, чтобы не разбудить, встал, поправил одеяло и развернулся, чтобы выйти из комнаты, но сквозь сон я пробормотала:

– Останься, пожалуйста…

Так мы и проспали вторую ночь в обнимку, грея друг друга теплом наших тел.

Так странно было открывать глаза и вновь не видеть его рядом, казалось, будто он и не приходил, однако вторая сторона кровати до сих пор оставалась тёплой и говорила об обратном, он ушёл совсем недавно. Я протянула руку к телефону и увидела от него сообщение: «Доброе утро, надеюсь, ты выспалась, не стал тебя будить. Я уже на работе, дай знать, когда проснёшься». Я собиралась ответить ему, но моё внимание привлекло другое сообщение. Рядом с пометкой «Незнакомый номер» светились какие-то фотографии. Я зашла в чат и увидела там… себя? Вот я выхожу из дома, а здесь гуляю с Лесей в парке, на этой фотографии рядом со мной Герман, что это вообще может значить? Дышать стало тяжело, страх пробирал до глубины души, трясущимися руками я в спешке набрала номер Германа:

– Кажется, у меня проблемы.., – произнесла я, как только в трубке послышался мужской голос.

– Что случилось, Агата?

Я переслала ему сообщение.

– Посмотри, я скинула тебе фотографии.

– О господи.. – он помедлил, прежде чем произнести следующее, – Кажется, пора раскрыть тебе подробности своей жизни.

Глава 8

Казалось, что всё то время, которое я провела дома одна, в ожидании Германа, длилось вечно. По телефону он отказался рассказывать обо всех подробностях, сказал, что такое обсуждается только лично. Должно быть, он хотел посмотреть на мою реакцию, на эмоции, отражающиеся на лице в момент разговора. Голову заполняли догадки, одна была страшнее другой. Что же он мог скрывать от меня? Кто тот человек, что отправляет мне эти странные фотографии? А главное – стоит ли мне опасаться за себя и свою жизнь? Пока я не получу ответы на все эти вопросы, я не смогу чувствовать себя в безопасности даже будучи в своей квартире. Я ходила по комнатам кругами, пыталась занять себя делами по дому, но как только бралась за что-то, бросала всё и подолгу зависала в одной точке, снова забивая голову дурными мыслями, которые лезли, закреплялись в моём в сознании, словно корни дерева в почве. В какой-то момент от раздумий меня отвлёк звонок в дверь, звук которого я не сразу услышала. Паранойя к тому моменту достигла своего пика. Медленно встав с дивана и очень тихо подкравшись к двери, я посмотрела в глазок, опасаясь, что увижу кого-то незнакомого, пришедшего по мою душу, однако, приблизившись к холодному маленькому стёклышку, я улицезрела родные очертания, это был не кто иной, как Герман. В нетерпении впустила его на порог и пригласила войти, и уже через пару минут мы сидели друг напротив друга.

– Не медли, пожалуйста, я вся на нервах. Ты можешь объяснить мне всё, что сейчас происходит? – с волнением в голосе произнесла я и уставилась на него, широко распахнув глаза.

– Агата, постарайся успокоиться. Если я просто скажу, что тебе ничего не угрожает, этого будет мало?

– Ты не хочешь делиться тем, что происходит в твоей жизни? Мог бы тогда просто по телефону об этом сообщить, чтобы я не терзала себя своими умозаключениями.

– Не заводись, я понял. Просто не хотел загружать тебя своими личными проблемами, – он положил мою руку в свою и накрыл её ладонью, – всё дело в моей маме.

– Мама? А она здесь причём?

Я задавала риторические и глупые вопросы только для того, чтобы он не успел передумать насчёт полной версии. Короткие ответы и попытки меня успокоить в данный момент только вывели бы на эмоции, а этого я точно не хотела.

– Всё началось с раннего детства. Наша семья была довольно бедной, мать всё время проводила на работах, их у неё было несколько. С утра уходила на одну, возвращалась со второй, успевала лишь быстро перекусить, сходить в душ и отправиться в ночную смену на третью. Сестра родилась с заболеванием, почти все деньги тратились на поддержание её жизни, требовалась операция, поэтому оставшиеся средства уходили в накопления.

– А где был ваш папа?

– Отец ушёл от нас, когда узнал, что ребёнок болен, побоялся ответственности. Так вот, я заменил сестре обоих родителей, учился ухаживать за ней, вовремя давал лекарства. Школу приходилось очень часто прогуливать, но я старался не запускать учёбу, выполнял все задания, отрабатывал свои пропуски после занятий, когда мама была свободна. Шли дни, месяцы, годы, я, к тому моменту, уже переходил в старшие классы и мог сам помогать семье в финансовом плане. Постепенно сбережения росли, оставалось не так много, я брался за любую работу, которую мне предлагали. В тот вечер я вернулся домой поздно, принёс круглую сумму и подменил маму. Сутки без сна изрядно вымотали мой организм, я не смог сдержать подступающий сон и отключился, сидя на кресле, совсем забыв про лекарства, – Герман остановился, чтобы собраться с силами и продолжить историю; я не давила на него, понимала, насколько это тяжело и к чему всё ведёт, спустя минуту он продолжил: – Когда на утро я зашёл в комнату, она уже не подавала никаких признаков жизни, а в этот момент мама как раз вернулась со смены и позвала меня на разговор. Радостно она сообщила о том, что теперь у нас есть полная сумма, и мы можем договориться об операции; сказала, что коллеги во главе с директором собрали недостающие средства. В ответ на это мама услышала лишь «слишком поздно», увидела слёзы и ринулась к моей сестре. Теперь мы переходим к твоему вопросу «что это за фотографии, и кто за нами следит». Мать начала пить, поднимала на меня руку, кричала, что это я во всём виноват, что она меня ненавидит, пришлось переехать в другой район. Я начал учиться в университете, нашёл свой круг общения и даже обзавёлся своей первой девушкой. Всё шло хорошо, пока в один момент она, также, как и ты, не получила по почте фотографии.

– Она что, следила за вами? Но зачем?

– Не лично, наняла человека. Считала, что я не достоин быть счастливым. Сама страдала и меня на дно тянула. Конечно, никаких действий кроме слежки она не предпринимала, но этого было достаточно, чтобы отпугнуть тех людей, которые стали мне близки. Девушка со мной рассталась, друзья постепенно отстранились, никто не хотел чувствовать себя «под прицелом», один остался, и тот предал.

– Про которого ты мне рассказывал тогда?

– Да, он очень помог мне пережить все эти события. Кстати, именно после них я перестал выпивать, боялся стать таким же, как моя мать.

– Интересная ситуация… я даже не знаю, что и сказать.

– Если ты захочешь прервать отношения, которые уже успели выстроиться между нами, я пойму.

– Я перестала бояться после того, как ты мне всё объяснил, однако это не может продолжаться вечно.

– Да, больше я не собираюсь игнорировать её выходки, пришло время поговорить по душам. Я поеду к ней на выходных.

– Я с тобой. Это ведь и меня касается. Может выпьешь со мной чаю перед уходом?

-Почему нет, позволь мне помочь.

Парень молча встал, не дожидаясь моего согласия, взял чайник, чтобы наполнить его, пока я доставала кружки с верхней полки ящика. Пауза в разговоре в этот момент очень давила, я хотела узнать как можно больше подробностей о жизни Германа, но при этом боялась сказать лишнего.

– Ты скучаешь по ней?.. По сестре.

– Каждый день я думаю, а как бы мы жили, родись она здоровым ребёнком? Чем бы она занималась? Где бы работала? Сейчас я могу лишь предположить. Например, часто, проходя мимо её комнаты, я слышал, что она подражает манере речи телеведущей, это звучало весьма забавно, но с каждым разом близилось к оригиналу; а когда я гулял с ней, она не могла оторваться от своего старенького фотоаппарата, вечно что-то снимала. На вопрос почему она не может просто наслаждаться моментом и так жаждет запечатлеть каждое мгновение, сестра отвечала: «Ты же так редко со мной гуляешь, я буду пересматривать и представлять, что ты рядом, а не на какой-то там своей работе». Как-то раз она даже разбила копилку и насыпала мне в руку целую горсть монет со словами: «Останься сегодня дома, я тебе заплачу, как за работу, ты только не уходи».

– И ты остался?

– Как я мог уйти после этого?.. Весь день мы чем-то были заняты: играли, слушали музыку, представляли, что снимаем свою передачу, вот только ведущим был я, на моё удивление. Видимо, роль оператора ей всё-таки нравилась больше. Вечером накупили разных снеков, включили фильм, под него же и уснули. Это были лучшие мгновения нашего совместного прошлого. Может поэтому они до сих пор мне снятся.

Я повернулась к Герману и крепко прижала его к себе, разделив всю горечь воспоминаний. В тот вечер я поделилась с ним историей своего детства. Мы открылись друг другу ещё больше, ведь каждый из нас знал, каково это – терять любимого человека и терзать себя мыслями о нём изо дня в день. Разговор подействовал как своего рода терапия, а сон в обнимку закрепил действия лечения. С того момента ни я, ни он не чувствовали себя пленниками своих обсессий, найдя утешение в обоюдной поддержке.

Глава 9

Весна выдалась непредсказуемой: буквально ещё вчера солнце заполняло всё видимое пространство, пробираясь даже в самые тёмные закутки своими цепкими лучами, а уже сегодня небо затянулось серыми облаками и на улице стало заметно холоднее. Я шла по лесной тропинке, вслушиваясь в шелест молодых листьев, спасавших меня от резких порывов ветра. В такие моменты единения с природой тревожные мысли отступали на второй план, а над ними главенствовали лишь ощущения. У меня не было определённой цели, я никуда не спешила и ничем не была обременена. Единственное, чего я хотела в данный момент – вернуть привычный ритм жизни. В последнее время практически каждый день был наполнен эмоциями, событиями, всё это немного давило; желание хоть на мгновение побыть вне этой суеты и насладиться минутами спокойствия было реализовано. Я напоследок вдохнула в себя свежий поток воздуха, наполненного древесными нотками, и вернулась на свой изначальный маршрут.

Не знаю, как так вышло, что я свернула с тротуара, ноги сами повели меня в другом направлении; видимо, моему организму действительно был важен этот «ритуал перезапуска», и я не стала сопротивляться сиюминутному порыву. После такой расслабляющей прогулки я твёрдо решила, что этот день пройдет размеренно, без внутренней спешки, даже несмотря на мои долги по учёбе, о которых мне сегодня напомнили преподаватели в университете. Сперва я подумала о том, что хочу провести свободное время в полном одиночестве, но вспомнила, что Леся звала меня как-нибудь прогуляться вместе. У неё, в отличие от меня, была прекрасная успеваемость, и я всегда поражалась факту того, как грамотно она совмещает учёбу, работу и личную жизнь. Расставив приоритеты, я набрала номер подруги.

– Лесь, ты свободна сейчас? Не хочешь составить мне компанию?

– Занята. Размышляла о том, когда же ты соизволишь вспомнить, что с подругой можно видеться не только во время пар? – с наигранной надменностью произнёс голос из трубки телефона. – Конечно хочу, правда у меня сегодня вечерняя смена, но я попрошу, чтобы меня заменили.

– В таком случае я забегу домой и сразу к тебе, а там уже решим, куда идти.

– Договорились.

Звонок закончился воздушным поцелуем по ту сторону экрана, настроение было на высоте. Не желая терять ни секунды драгоценного времени, я поймала такси и быстро добралась до заданной точки, а спустя час стояла на ближайшей к Лесе автобусной остановке. Подходя к нужному подъезду, заметила, что подруга уже спустилась вниз, не дождавшись моего приезда, и разговаривала с незнакомой мне ранее девушкой.

– О, Агата, ну наконец-то! Познакомься с Евой, это моя коллега. Оказалось, что мы живём в соседних домах.

Я неосознанно проанализировала её внешность: волнистые русые волосы, прикрывающие плечи; мягкие черты лица, светлая кожа с лёгким румянцем на щеках, идеально сочетавшаяся с голубыми глазами, которые она умело подчёркивала чёрным карандашом, что ещё больше завораживало. Всё в ней притягивало взгляд и вызывало доверие, с другой стороны – пугала наша схожесть, я будто смотрела в отражение и видела себя с некоторыми изменениями.

– Привет, рада знакомству. Как так получилось, что вы за всё это время вы ни разу не пересекались?

– Я переехала на днях, ещё только осваиваюсь в новом месте. Вот, прогуляться вышла, увидела знакомое лицо, – мягко ответила Ева и улыбнулась Лесе; в её взгляде читалась некая благодарность, должно быть, она радовалась тому, что рядом живёт приятельница, способная как минимум составить компанию в минуты скуки.

– Ага-ата, ты же не против, чтобы Ева присоединилась к нам? – её глаза засияли, вид чуть ли не вымаливал моё одобрение; подруга часто упоминала Еву, они уже довольно давно работают вместе и, скорее всего, успели сдружиться.

– Конечно, втроём будет веселее, отвлечёмся от проблем и повседневной рутины.

– Неподалеку отсюда открылся бар, все его очень нахваливают, что думаете?

– Лесь, я настолько сильно замерзла, что готова идти куда угодно, – произнесла я, после чего мы с Евой сразу направились вслед за нашей общей подругой.

По пути в выбранное заведение я узнала некоторые подробности. К примеру, Ева раньше жила в одном районе со мной, но так как до работы добираться было долго, пришлось сменить привычную обстановку на более дорогую квартирку в центре города. Я также узнала об истории знакомства Евы и Леси. Всё было, мягко говоря, не радужно. Изначально они не поладили; звёзды сошлись так, что обе девушки, по разным на то причинам, чувствовали себя не очень. Леся не выспалась, приближались первые экзамены, времени не хватало элементарно даже на то, чтобы приготовить себе завтрак, а тут ещё «новенькую» подсунули на обучение. Ева, скромная по своей натуре девушка, боялась сделать лишнее действие, дабы не создать плохое впечатление, всё-таки, им ещё долго пришлось бы работать вместе. Вот и получилось так, что одна злилась на малейшее промедление, а вторая ещё сильнее закрывалась в себе. Лёд тронулся уже на первом корпоративе, когда обе девушки оказались в неформальной обстановке и приятной атмосфере праздника, лишённые мыслей о работе.

Благодаря таким непринуждённым разговорам мы поймали общую волну и уже в самом баре общались как давние подруги, которые увиделись спустя большой отрезок времени. Все смеялись, немного сплетничали, пили «женские» алкогольные коктейли и делились историями из жизни. Никто из нас даже не заметил, как с освежающей Мимозы мы перешли на кисло-сладкий Космополитен, а затем добрались и до той самой Белой Леди, славящейся своей крепостью среди такого рода коктейлей.

– Знаешь, Агата, мы действительно с тобой похожи, – начала говорить Ева, путая слова и меняя окончания из-за опьянения.

– Ты про внешность? Я тоже это заметила.

– Нет, ты также быстро напиваешься, как и я, – с этими словами Ева покинула наш стол и направилась в сторону уборной.

– Думаю, она преувеличивает, я, по крайней мере, сижу на месте, – продолжила я уже в компании подруги.

– Ага, давай вспомним наш выпускной, на котором ты…

– Не продолжай, меня до сих пор передёргивает от воспоминаний того вечера, – мы обе засмеялись.

В тот день я впервые попробовала алкоголь, хотелось почувствовать, какого это, понять, действительно ли люди настолько сильно меняются под его влиянием, да и белой вороной быть тоже такое себе удовольствие. Одноклассники поддержали эту идею и начали всячески спаивать мой «девственный» организм. Эффект не заставил себя долго ждать, я ощутила прилив тепла, щёки залились багровым румянцем, сознание начало туманиться. Хотелось обнять каждого, кто встретится на моём пути, и я правда думала, что обнимаю, на деле же просто висла на человеке, перекинув руки через его шею, не в силах поднять их. В таком состоянии я кое-как добрела до нашего домика, предварительно споткнувшись буквально на ровном месте. Уже там меня приняла Леся, уложила на кровать, и я вроде как уснула. Казалось бы, на этом всё могло закончиться, но спустя полчаса я снова побрела к друзьям, выдернула из рук чей-то телефон, набрала тому самому бывшему молодому человеку, который так жестоко поступил со мной, и высказала всё, что думаю, в грубой форме. Так сказать, закрыла гештальт. Крики и истерики были слышны каждому, в том числе моей маме, которая приехала забрать свою «блудную дочь». Как же мне было стыдно за своё поведение перед всеми, а особенно перед ней. Она не ругалась, не злилась, наоборот приняла этот момент как должное, но я всё равно несколько раз извинилась на всякий случай. Думаю, не нужно говорить о том, что происходило с моим организмом всю оставшуюся ночь, и какая фраза крутилась в моей голове на повторе ещё несколько дней после инцидента.

***

Леся, устало опустив руки на стол и положив на них голову, измученно произнесла:

– Агата, сколько времени?

Я взяла в руки телефон и уже была готова ответить, как вдруг увидела большое количество пропущенных звонков от Германа.

– Извини, Лесь, я отойду.

– А время..? – донеслось до меня в момент, когда я уже начала отходить от подруги в сторону выхода.

Как только я переступила порог заведения и убедилась, что музыка не будет заглушать мои слова во время разговора с Германом, кто-то с силой впился пальцами в моё запястье. От неожиданности по улице раздался мой вскрик, голова автоматически повернулась в нужную сторону. Звонить не пришлось, он уже стоял передо мной, а на его лице читалась агрессия.

– Ты хоть знаешь, как я переживал?

От его интонации я немного опешила и единственное, что смогла из себя выдавить:

– Что ты здесь делаешь?

– Что я здесь делаю? Ты издеваешься?! Я столько раз звонил и писал тебе, думал, что с тобой что-то случилось, раз ты не отвечаешь, а ты, оказывается, развлекаешься?

– К чему такие претензии? И отпусти уже наконец мою руку, мне больно.

Герман ослабил хватку, но руку не отпустил.

– Я просто хочу знать, почему так сложно было предупредить меня о своих намерениях пойти в такое место? Я бы не стал беспокоить тебя и знал, где ты, чтобы в случае чего успеть приехать вовремя.