Истинная для тёмного принца

Я заверила девчонок, что буду следовать их советам и, проворочавшись всю ночь без сна, в предвкушении нового этапа в моей жизни, выпила лишь чашку чая натощак.

Надев спортивный костюм тёмно-синего цвета с чёрной водолазкой, я одной из первых выскочила на свежий, промозглый воздух и через несколько минут переминалась с ноги на ногу у кромки площадки, утоптанной до состояния камня.

Нас уже ждал Файрон Нивэн, одетый совсем не по-боевому. Чёрные брюки и белая рубашка были уместны скорее на званом ужине, чем на дрогомейском аналоге физкультуры. Увидев меня, он расплылся в хищной ухмылке, от которой по спине тут же побежали колючие мурашки.

– Ну что, А-ри-на, – приблизившись, он вкрадчиво, по слогам произнёс моё имя, – готова меня развлекать?

Глава 13

Наверное, следовало бы промолчать, игнорируя провокационный вопрос дракона. Я даже сжала губы, чтобы не ляпнуть лишнего, но это не помогло.

– Я пришла сюда не забавляться, а учиться, лаэр Нивэн, – смело выдержав его взгляд, я сделала ударение на последних двух словах.

И не без удовольствия отметила, как по лицу Файрона скользнула неодобрительная гримаса.

– Ну-ну, – хмыкнул он, как мне показалось слегка обиженно. – Посмотрим.

К счастью, дальше он потерял ко мне всякий интерес. Прибывающие к боевому полю первокурсники обступили их нового учителя по боевой магии и принялись заваливать его вопросами.

Стоя в стороне, я наблюдала за поведением пятого принца и была вынуждена признать: выдержки Файрону не занимать.

Он терпеливо выслушал каждого, разъяснил какие-то непонятные мне вещи про щиты, отдачу, атакующие фреймы и ещё много всего, что мне предстоит не только узнать, но ещё и нагнать, чтобы я могла наравне со всеми сдать зимнюю сессию.

Рёв сигнала к началу занятий вернул меня в реальность. Учащиеся выстроились в ряд, и я примостилась с краю, имея возможность внимательно наблюдать за остальными.

– Доброго утра, будущие боевики! – громогласно поприветствовал их Файрон, вскинув вверх руку со сжатыми в кулак пальцами.

– Доброго утра, лаэр Нивэн! – в едином порыве воскликнули студенты, повторив его жест. Замешкавшись, я точно так же вскинула руку, но опоздала всего лишь на секунду.

За что мне тут же прилетел снисходительный смешок от моего учителя и куратора в одном лице.

– Поскольку среди нас есть опоздавшие… – я сполна прочувствовала на себе месть пятого принца, когда он сделал ударение на последнем слове точно так же как я несколько минут назад.

Ещё и указал на меня пальцем, отчего я очутилась под пристальным вниманием всех учащихся.

– Поскольку среди нас есть опоздавшие, – повторил он, наслаждаясь каждой секундой повышенного ко мне интереса, – то в виде исключения, мы бегло повторим пройденную программу, а именно первое занятие в этом учебном году.

По длинному ряду студентов прокатился обречённый стон, и настороженные взгляды вмиг сменились неприязненными.

“О чём это он?” – нахмурилась я, делая вид, что кто-то другой сейчас является центром повышенного внимания.

– Учащаяся Белова, шаг вперёд! – скомандовал Файрон, и я была вынуждена подчиниться.

Стоило мне выйти из строя, как ветер, гуляющий по полю, швырнул в моё лицо грязный жёлтый лист, похожий на кленовый, и остальные студенты тут же зашлись ехидными смешками.

Пятый принц, в идеально чистой, отглаженной рубашке с расстёгнутой верхней пуговицей, неспешно подошёл ко мне, достал из кармана кипенно-белый платок и, протянув, бросил:

– Утрись.

Я ожидала, что студенты разразятся хохотом, поддерживая выходку своего учителя, но никто из них не проронил ни слова.

“Сам утрись,” – обиделась я и, проигнорировав дорогущую вещицу, вытерла вслепую лицо рукавом спортивной куртки.

– Какая самостоятельная, – произнёс он так, чтобы его никто не слышал, убирая платок обратно в карман. – Хороший урок тебе не помешает.

Одарив меня недоброй ухмылкой, он вернулся в центр поля и принялся называть имена, деля учащихся на четыре равные группы.

“Бр-р-р, холодина, – поёжилась я, глядя на серое пасмурное небо, предчувствуя скорый дождь. – А этому тирану хоть бы хны.”

Файрон Нивэн, одетый не по погоде и совершенно не по-боевому, весьма быстро сгруппировал учащихся.

Осталась лишь одна я.

– Арина Белова представляет собой пятую группу, – припечатал он, а затем обратился непосредственно ко мне. – Мне безумно интересно узнать, чего стоит сестра моей бывшей однокурсницы Валери Беловой. Она была второй в рейтинге лучших боевиков нашей академии. После меня, разумеется. Поэтому, Арина, постарайся не опозорить вашу фамилию.

Подождите, что?

Валери бывшая однокурсница Файрона? Уж не поэтому ли она отзывается о нём с неприязнью? Хотя они же вместе учились в столичной академии, чему я удивляюсь?

– Постараюсь, лаэр Нивэн. Что я должна делать? – спросила я, внутренне подобравшись и готовая к любому повороту событий.

– Сейчас узнаешь, – ответил драконище и повернулся к остальным. – Каждая группа делит между своими участниками тридцать кругов вокруг боевого поля, двести приседаний, пятьдесят отжиманий, сто прыжков в высоту и столько же прыжков в длину. Та группа, которая справится быстрее всех, получит высший балл в табель. Вторая – на балл ниже и так далее. Пять групп, включая Белову – пять баллов. Того, кто займёт последнее место, ждёт особое наказание. Начали!

Глава 14

Четыре группы, немного посовещавшись, принялись выполнять задание, разделив объём работы поровну на каждого участника. Я же неторопливо подошла к Файрону и, глядя ему в глаза, спокойно произнесла:

– Не знаю, чего вы этим добиваетесь, но сразу скажу – не выйдет. У вас не получится меня сломить, лаэр Нивэн.

И, не дожидаясь ответа, трусцой побежала наворачивать круги. Уже на пятом в боку начало покалывать, к одиннадцатому я прокляла всё на свете, но упрямо бежала, выбросив из головы все мысли. На пятнадцатом по счёту, участники одной из групп уже закончили упражнения и с видом победителей стояли в центре поля, насмешливо глядя на остальных.

Двадцать девятый круг я преодолела на морально-волевых, подбадривая себя тем, что не дам Файрону чувствовать себя победителем. Под пристальными взглядами всех четырёх групп я уже не бежала – а шла, едва переставляя ноги и шатаясь из стороны в сторону.

Лаэр Нивэн, чёрт бы его побрал, смотрел на мои старания с каменным лицом и после тридцатого круга рыкнул на меня, не дав перевести дух:

– Время, Белова! Приседания!

Горло пересохло так, что больно было глотать. Взмокшие волосы прилипли ко лбу и щекам, пот крупными каплями стекал по позвоночнику, отчего водолазка начала колоться и неприятно натирать влажную, разгорячённую кожу.

“Заболею, точно!” – яростно шмыгнула носом, сгибая одеревеневшие от нагрузки ноги. Мышцы, не привыкшие к запредельным для меня физическим упражнениям, взрывались острой болью всякий раз, когда я сгибала колени. На сорок восьмом приседании голени дрожали с такой силой, что ученики в открытую смеялись надо мной, ожидая поощрения учителя-садиста.

Все уже догадались, что выходка пятого принца была жестоким, унизительным наказанием для опоздавшей первокурсницы. Правда, пока ещё они не знали за что. Но раз лаэр сказал – значит, так и должно быть.

Когда с неба упали первые капли дождя, я лишь горестно усмехнулась, но вскоре он усилился, а отдыхающие студенты спрятались вместе с Файроном под большой купол, защищающий их от льющейся с неба воды.

– Ускориться! – рявкнул на меня дракон, и я чудом сдержалась, чтобы не показать ему средний палец.

“Придурок! Козёл с крыльями! – ругалась я как обиженный ребёнок, обзывая его при каждом новом приседании. Так было проще. Совсем чуть-чуть, но я довольствовалась и этой малостью. – Негодяй! Подлец! Шовинист!”

Форма быстро промокла до нитки, но мне было невыносимо жарко. Надо будет спросить у моих новых подруг, как дела обстоят с медициной. Боюсь, без помощи дрогомейских врачей мне не обойтись.

Или пойду на крайние меры и доложу о местечковой дедовщине ректору Кьяртону. Пусть знает, какого мне подсунул куратора. Хотя… Если Файрон является его племянником, наверное, стоит сначала посоветоваться с Марго.

Отжимания стали последней каплей.

Упёршись ладонями в ледяную грязь, от которой моментально заныли пальцы, я согнула руки в локтях и, не удержавшись, упала всем телом в размоченную землю. Слёзы злости брызнули из глаз, смешиваясь с дождевыми каплями, но я нашла в себе силы подняться и опуститься ещё раз.

– Ненавижу Файрона Нивэна, – бормотала вслух, облизывая потрескавшиеся губы и медленно выпрямляя трясущиеся от нагрузки руки. Снова, и снова, и снова. – Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу!

Непонятно каким чудом, но я сделала пятьдесят отжиманий, хотя на уроках физкультуры не могла отжаться больше десяти – ну максимум пятнадцати раз. И то последние несколько делала с колен. Выпрямившись, обтёрла красные, замёрзшие пальцы об штанину и кое-как приковыляла вплотную к защитному куполу, за которым уже никто не смеялся.

Откуда у меня взялось такое упорство? Неужели помогает тот самый скрытый во мне дар?

– Лаэр Нивэн, – из горла вырвался хрип, и я тут же закашлялась, согнувшись пополам. Голова закружилась, и я почувствовала, что заваливаюсь набок. С неимоверным трудом мне удалось удержаться на ногах, и выпрямившись, я закончила фразу. – Напомните, что дальше?

Его ответ потонул в рёве сигнала к окончанию пары, но никто даже не шелохнулся. Только когда Файрон махнул рукой и объявил, что все свободны, студенты накинули куртки на головы и храбро выбежали под дождь.

На секунду я сомкнула веки, чтобы стереть с лица дождевую воду, а в следующий момент почувствовала сильный удар и острую боль, пронзившую затылок. Голос принца зазвучал близко-близко, но я едва могла расслышать:

– Белова, немедленно открой глаза!

Глава 15

Не знаю, сколько времени я пробыла без сознания, но из тихой, уютной темноты меня безжалостно выдернули чьи-то негромкие голоса. В первом из них я без труда и без всякого удовольствия узнала Файрона, другой – более тонкий и капризный, был мне не знаком.

– Тебе вообще за что платят, тупица? – вполголоса возмущался пятый принц. – Совсем разленился, сидя на повышенном окладе? Так я могу это исправить. Одно слово Кьяртону, и ты вылетишь из академии пинком под зад.

Второй голос безуспешно пытался оправдаться:

– Я сделал всё, что в моих силах! Занялся ею лично, а не передал студентку в руки практикантов. Угробил пять часов и три четверти дневного резерва, а она не просыпается. Ты точно не причём?

– Вы, – мгновенно поправил его Файрон. – То, что ты, Лайонс, являешься главным лекарем Горинской Академии, ещё не значит, что тебе разрешено со мной панибратство. В подобном тоне будешь разговаривать со своими подопечными, а не с членом королевской семьи.

"Да что здесь происходит?" – думала я, пытаясь пошевелить хотя бы мизинцем, но как бы я ни старалась – раз за разом терпела неудачу.

Следующая мысль вспыхнула в голове ярким факелом. Файрон назвал собеседника главным лекарем. Но как я оказалась в больнице?

Попыталась открыть глаза – не получилось.

“Что со мной такое? – я жутко испугалась, осознав, что не чувствую рук и ног. – Вдруг меня парализовало? Да нет, не может быть. Меня же не могло парализовать от… А собственно, от чего? Я не помню!”

Голоса тем временем не умолкали. Учитывая то, что я быстро пришла в сознание, без труда смогла распознать, что Файрон с лекарем стоят возле меня и, скорее всего, не спускают с меня глаз.

– Получается, человеческая магия на неё не действует, – нахмурился лекарь.

– Либо так, – процедил сквозь зубы Файрон, – либо кое-кому пора на переаттестацию.

Я изо всех сил пыталась подать хотя бы малейший знак, чтобы показать, что я их слышу. Но как бы ни старалась, не могла отделаться от ощущения, что меня заперли в клетке собственного тела.

Ледяная волна паники накрыла с головой. Сердце забилось так быстро, что вот-вот могло вырваться из груди. Горло сдавило, и я почувствовала, что не в состоянии сделать малейшего вдоха. Лёгкие начали гореть, впору было прощаться с жизнью, но, к счастью, жуткое состояние прошло так же быстро, как и началось.

Скрип двери помог мне отвлечься, и я смогла переключиться на то, что происходит рядом со мной. Уши уловили мягкую, уверенную поступь и вкрадчивое:

– Том, что-то срочное? – голос, определённо принадлежащий мужчине, был невероятным! Низким, плавным, бархатным, с лёгкими вопросительными интонациями.

Обладателю неземного тембра я могла бы доверить самое ценное. Да что там ценное – собственную жизнь!

– Лайонс, и нахрена ты его позвал? – хрипло прорычал Файрон, обращаясь к лекарю.

– У меня не было выбора, Ваше Высочество! – в голосе местного медработника я отчётливо уловила неподдельную тревогу.

– Выбор есть всегда, – не знаю, чем мог насолить незнакомцу пятый принц. Хотя, Файрон не похож на того, кто хоть как-то умеет дружить. – А ты решил пойти по лёгкому пути, притащив сюда Сайзора. Кьяртон за это по головке не погладит.

Сайзор? Ни разу не слышала это имя.

Ещё один врач?

Что такого могло со мной случиться, раз решили собрать целый консилиум?

– Фай, ценю твою братскую любовь, но я потратил время, прибыв к вам из столицы, и…

– Ложный вызов, – перебил его пятый принц. – Томас перетрудился и сделал глупость, вызвав тебя из Драгены. Можешь возвращаться под крылышко отца, а Лайонсу пришлёшь счёт за… Да за что хочешь.

Судя по недовольному тону, Файрон был не рад увидеть гостя, но тот лишь усмехнулся. Я почувствовала, как чья-то тень заслоняет мягкий дневной свет, а нос улавливает слабые отголоски аромата можжевельника и цитрусов.

Всё тот же необыкновенный тембр прошептал что-то на ухо, едва касаясь губами чувствительной мочки – немного щекотно, но безумно приятно. Слова были мне не знакомы, видимо, какой-то местный диалект.

Но стоило ему закончить длинную, заковыристую фразу, как меня тут же бросило в жар, охватывающий с ног до головы и проникающий в каждую клеточку неподвижного тела.

Все страхи и тревоги растворились в моём сознании, вместо этого мысли уловили отголоски чего-то светлого, воздушного. Я будто вылетела из собственного тела и воспарила в облаках, раскинув руки, словно крылья.

Как наяву я грелась под ласковыми лучами летнего солнца, любовалась зелёными островками лесов и полей, смотрела на крошечную, как спичечный коробок, территорию Горинской академии.

Мне было так хорошо, что я протестующе замычала, когда неведомая сила настойчиво потянула меня обратно.

“Не хочу, – твердила я про себя. – Оставьте меня здесь! Не хочу, не хочу, не хочу! Пустите меня!”

Сама не заметила, как выкрикнула в голос последние слова и распахнула глаза.

Растерянно похлопала ресницами, недоверчиво вглядываясь в лицо мужчины, склонившегося надо мной.

Кажется, это ещё один сон.

Его пепельные волосы были убраны в высокий хвост, серые глаза искрились россыпью драгоценных камней, обрамляющих тонкий, почти невидимый вертикальный зрачок. Установив со мной зрительный контакт, незнакомец лукаво улыбнулся и подмигнул мне, а затем приложил кончик указательного пальца к моим губам.

– Ш-ш-ш, – он помотал головой на мои слабые попытки оглядеться по сторонам. – Расслабься и отдохни. Больше никто тебя не обидит.

– Что значит не обидит? – возмутился Файрон Нивэн, бесцеремонно втиснувшись между мной и пепельным блондином, и как бы невзначай отталкивая его от меня. – Арина – моя ученица. Будущая опора и защита твоей целительской задницы, между прочим. Поэтому ближайшие пять лет я просто обязан её третировать и обижать. Имею на это право, как штатный лаэр.

– Вот как, – загадочно усмехнулся… как его там зовут? Сайзор? – С повышением, братишка. Значит, это твоих рук дело?

– Нет, – уверенно ответил Файрон, смело глядя в глаза блондину.

– Точно? Не обманываешь? – насмешливо вскинул брови Сайзор, а затем повернулся ко мне. – А что ты скажешь, Арина? По чьей вине ты оказалась в лекарском крыле?

Глава 16

На секунду в помещении воцарилось гробовая тишина. Три пары глаз выжидательно смотрели на меня, в ожидании ответа:

– Не помню, – вздохнула я и, поморщившись, коснулась затылка. – Кажется, упала, но где и как – хоть убейте, не могу вспомнить. Честно.

Лайонс шумно выдохнул, привалившись спиной к стене, Файрон прищурился, не сводя с меня странного взгляда, а Сайзор, ослепительно улыбнувшись, произнёс:

– Убивать мы тебя точно не планируем, даже не надейся. Набирайся сил и отдыхай, Арина. Завтра будешь как новенькая.

Затем, обращаясь к брату, поманил его пальцем и кивком указал на дверь:

– Фай, на пару слов.

Пятый принц нехотя подчинился, скупо велев Томасу присматривать за мной.

Лекарь Горинской Академии, поклонился двум королевским особам, а когда те скрылись за дверью, его лицо приобрело крайне недовольный вид.

– Значит, так, Арина Белова, выпишу вам лекарства, принимать строго по графику.

Томас взял с прикроватной тумбочки пухлый блокнот в кожаной обложке, вытащил ручку из-под корешка и что-то размашисто в нём написал. Отложив его в сторону, ушёл в соседнее помещение, разделённое хлипкой на вид дверцей, а когда вернулся, выложил рядом со мной несколько ярких блистеров.

– Это примите сейчас, запивать исключительно водой. Можете налить из-под крана, она чистая. Вот эти принять вместе, через час. Красные таблетки строго натощак три дня подряд. Вопросы есть?

– Есть, – кивнула я. – Даже не один. Во-первых, что со мной произошло? Во-вторых, как я здесь очутилась?

– Перетрудились на своём первом занятии по боевой магии, вот лаэр Нивэн и принёс тебя. Заметь, лично. Тащил на руках, так что поблагодари его как следует за то, что не оставил тебя под кустом. Шутка!

“Фу, какой грубиян,” – обиделась я и демонстративно отвернулась в другую сторону, разглядывая серое безрадостное небо. Но как только до меня дошёл смысл услышанного, я едва не подскочила с койки.

– Томас, подождите!

– Для тебя, студентка, я не Томас, а господин Лайонс – главный лекарь Горинской Академии, – занудно поправил меня местный врач.

– Простите, господин Лайонс, – покладисто согласилась я, пытаясь разложить в голове всё по полочкам. – Вы хотите сказать, что меня сюда принёс Фай… то есть лаэр Нивен, значит…

Задумчиво прикусив губу, я начала вспоминать события сегодняшнего утра. Помню, как проснулась, в спешке надевала спортивную форму, бежала к боевому полю. Затем бегала, прыгала, дико устала! Потом начался дождь и похолодало, а потом… На этом всё.

– Лаэр Нивэн принёс вас в лекарскую, сообщил, что вы с непривычки переутомились, и попросил привести вас в сознание, чтобы вы не опоздали на следующую пару, – снизошёл до пояснений вредный Лайонс.

– Точно! Пары! – испуганно вскрикнула я и попыталась встать с кушетки.

Но стоило мне принять сидячее положение, как голова закружилась, и я была вынуждена снова лечь обратно.

– Да что такое? Мне же надо на занятия, – всхлипнула я и попыталась подняться ещё раз, после чего обессиленно откинула голову на подушку и закрыла лицо руками.

– Какие уж тут занятия, – недовольно хмыкнул лекарь. – Скоро уж обед закончится, учебный день окончен.

– Мне конец, – горестно застонала я, с ужасом думая о том, что пропустила свой первый день в академии.

Как мне теперь в глаза смотреть учителям? Мало того что я пропустила почти два месяца и непонятно, каким образом мне догонять остальных учащихся, так ещё и пропустила самый главный день! Какое обо мне сложится впечатление?

– Вы можете выдать мне справку, что я пропустила не специально? – без особой надежды попросила я у Лайонса. На что тот выдавил кривое подобие улыбки:

– Ваш лаэр уже позаботился об этом. Всё, Белова, у меня своих дел навалом. Лежите и отдыхайте. Если станет лучше, можете идти. Не станет, соответственно, не идите.

Опасливо покосившись на дверь, за которой стояли Файрон и Сайзор, он шустро скрылся за боковой дверцей и судя по громкому щелчку, закрылся изнутри.

Сомкнув веки, я прислушалась к голосам принцев и не могла не заметить, что они с каждой минутой становились все более громкими и резкими. Неуместное любопытство твердило мне перестать подслушивать, но стоило лишь несколько раз подряд услышать фамилию “Белова”, как я решила, что обязана знать, что происходит.

“Речь идёт обо мне или о сестре. Значит, это и моё дело тоже.”

Очередная попытка сесть на кушетке, наконец, увенчалась успехом. Придерживаясь за гладкие оштукатуренные стены, я начала медленно подбираться к двери, продолжая вслушиваться в драконьи голоса.

Тело раскачивалось из стороны в сторону. Голова вновь закружилась, но я упрямо шла, стиснув зубы, и призвала все внутренние силы, чтобы ровно держаться на ногах. Добравшись до двери, я приложила ухо и затаила дыхание, боясь обозначить своё присутствие.

– Не лги мне, Фай. Даю слово, что не выдам тебя дяде и отцу, но я должен знать правду! – допытывался до Нивэна пепельный блондин. – Ты уверен, что она человек?

– Да я тебе в сотый раз говорю, что она сестра той самой Беловой, – тихо, но яростно огрызался Файрон.

– Мы оба знаем, что драконья магия не действует на людей, – мягко возражал Сайзор. – Может ли такое быть, что в ней течёт драконья кровь?

– В глупой иномирянке из земного мира? – язвительно хохотнул пятый принц. – Никогда в жизни! Я в этом точно уверен.

– Тогда остаётся лишь одна версия, и если я окажусь прав в своих предположениях, тебя ждут огромные неприятности. – В голосе его брата появились стальные нотки. – Она могла стать невосприимчивой к человеческой целительной магии только в том случае, если некто, а именно дракон, воздействовал на неё ментально. Единственный известный мне ментал – это ты. Так что спрашиваю в последний раз и жду честного ответа: ты воздействовал на неё ментально Файрон Нивен?

Глава 17

Я не успела расслышать, что ответил Файрон своему брату. Из-за двери, за которой скрылся Лайонс, послышался скрип отодвигаемого стула, и я поспешила лечь обратно на койку.

Вовремя успела!

Главный лекарь Горинской Академии открыл дверь и, насвистывая какой-то нехитрый мотивчик, отправился на выход, бросив напоследок:

– Всё, Белова, мой рабочий день окончен. Если возникнут какие-то проблемы, найди дежурного практиканта.

– Спасибо, – машинально ответила ему, хотя мои мысли блуждали за пределами этой крохотной палаты.

Я закрыла глаза и попыталась вновь воспроизвести в голове подслушанный разговор драконьих принцев.

“Кажется, Сайзор упомянул про ментальное воздействие. Что это может означать? Менталисты – это же те, кто пробираются в головы других и способны покопаться в их мыслях? Или те, кто работает с человеческим мозгом?”

Голоса братьев незаметно стихли. Видимо, они пришли к какому-то согласию и с чистой совестью ушли.

– Ладно, – прошептала вслух, разглядывая трещинки на потолке. – При случае спрошу у Рози с Марго. Если не забуду.

Сама не заметила, как задремала. Кажется, кто-то заходил в палату, а может – мне показалось. По ощущениям, я проспала часов пять, не меньше, потому что когда снова открыла глаза, за окном было уже темно.

Осторожно привстала на локтях – вроде бы голова не кружится и не болит. Поморгала, покрутила шеей и приняла сидячее положение.

Чувствую себя прекрасно.

– Раз так, можно смело возвращаться в общежитие, – обрадовалась я и сгребла выписанные мне лекарства в карман спортивной куртки.

Лишь выйдя в слабоосвещённый коридор, я заметила, что форма, надетая на мне, сверкает чистотой. Будто бы не я валялась сегодня в грязи, а кто-то другой.

“Наверное это какая-то местная чистящая магия,” – подумала, направляясь к сидящему за маленьким столом практиканту.

– Куда? – строго спросил меня парнишка в белом халате, неловко пряча под столешницу томик в яркой обложке, и тут же придвинул к себе толстенный фолиант “Альманах лекарственных трав”.

– В общагу, – честно ответила я и, подумав, добавила. – Господин Лайонс разрешил.

– Фамилия? – практикант взял потрёпанную тетрадь и раскрыл её на середине.

– Белова. Арина Белова.

– Есть такая. Свободна, – смилостивился он и тут же потерял ко мне всякий интерес. Даже книжку достал, не дожидаясь моего ухода.

– Легенда о Конраде-варваре и волшебном кольце? – хмыкнула я. – Надо же, даже в магических мирах любят сказки.

– Не сказки, а исторические документальные романы, – обиженно поправил меня студент. – Всё, не мельтеши, а то не выпущу до завтра.

– Пока!

Дважды уговаривать не пришлось, и я выпорхнула за дверь, полная свежих сил.