Ничего себе ягодки

Ирина Николаева

Ничего себе ягодки

Глава 1

– Тай, быстрее снимай панталоны, Драш с проверкой по шаликам направился, мне Элька успела через Сура сообщить! – ворвалась в наш домик, где мы с ней жили вдвоем, запыхавшаяся Ксю.

Шаликами в этом мире именовали маленькие домики, по типу земных дач, состоящих из двух комнат – кухни-гостиной и просторной спальни. К моему величайшему удовольствию небольшой душ и туалет находились не на улице, а в доме, попасть в них можно было через узкий коридорчик, который протянулся за входной дверью во всю длину крыльца-веранды.

Я в отчаянии уставилась на молочный потолок, где в торчащих из поперечных светло-коричневых балок декоративных штырях-светильниках намертво застряли мои красные ажурные панталоны.

Кто, вот кто этот чертов декоратор-извращенец, придумавший вместо обыкновенного плафона или люстры натыкать вдоль всех балок небольшие светящиеся благодаря магии огня колбы, которые давали вечерами рассеянный мягкий свет? В темноте эти балки до дрожи напоминали мне длинных противных сороконожек, шевелящих своими лапками по потолку. Да знаю я, знаю уже, что о люстрах и светильниках на пультах в этом мире слыхом не слыхивали, хотя технологии тут некоторые достаточно развиты и прекрасно уживаются с магией.

Ксю, она же Кассия Айн-Тангор, юная дочь шамана из клана Лунных лис, которые славились магией целительства, порывисто подхватила табурет на трех ножках и грохнула им по полу передо мной.

– Лезь быстрее! – смахивая рыжую прядь с лица, посмотрев на панталоны, все-таки прыскает со смеху Каська.

Я послушно задрала до колен пышную юбку, которую ненавидела всей душой, и полезла на неустойчивый табурет.

А началось все достаточно безобидно – тренировалась я в бытовой магии по конспектам добродушной Кассии, чтобы уметь наводить порядок в шалике не только с помощью своих слабых белых рученек, но и с помощью магии, которую тут активно применяли, развивали и восстанавливали. Только длинные пальцы снова непослушно начертили не ту руну в воздухе и все мое нижнее белье мало того, что окрасилось в красный цвет, так еще и разметало его по всей комнате, придав бежево-сливочным тонам обстановки шалика ярких красных акцентов. Переизбыток в мире магии огня и почти полное отсутствие магии воздуха все-таки сказались даже на таком слабом заклятии. Ну, и кто ж спорит, что хозяйка «ручек-из-жопоньки» тоже причастна ко всему этому бардаку.

Запас моих сил после такой подлянки со стороны магии иссяк и собирала я уже все красно-кружевное богатство по комнате собственными ручками, а хохочущая Ксю рванула во двор собирать со своих грядок нужные травки, чтобы меня, непутевую, отпаивать целебными отварами и настойками для скорейшего восстановления. В травках Ксю разбиралась в совершенстве, сказывались отцовские гены. В качестве консультанта она прихватила с собой Сура, этакого летающего аналога земного голосового помощника Алисы, по которому и получила своевременное сообщение от нашей третьей подруги, Эллии Айн-Миронэ, юной демонессы, которая проживала в первом шалике, ближайшем к двухэтажным шале, где расположились наши кураторы.

И вот он, результат – балансирую я на неустойчивом табурете, который удерживает и настороженно шевелит лисьими ушками прислушивающаяся и оглядывающаяся на входную дверь нервно хихикающая Кассия. С модистками в этом мире тоже неудача – пышные юбки, корсеты-удавки мучают юное тело, мешают свободно дышать и передвигаться. Одной рукой я удерживаю пышную юбку, прижимая часть шелестящей ткани к груди, второй рукой тянусь к балкам-сороконожкам, чтобы снять наконец-то красные панталончики. Мысленно матерюсь, вытягиваясь в струнку и наконец-то мне удается подцепить кончиками пальцев нижнее белье. Фух! Облегченно выдыхаю, старательно сохраняя равновесие, когда сзади раздается скрип входной двери.

– Что здесь происходит? – ледяной тон, как ушат воды, враз стирает слабые улыбки с наших напряженных лиц и мы с Каськой перепугано замираем. Думаете, что я рухнула с табуретки в руки прекрасному куратору и с этого места начнется наш слюняво-романтичный роман? Черта с два! Дарша может полюбить только сама смерть, если она имеет олицетворение в этом мире. Для простых смертных попаданок, коей «повезло» стать мне, Драшман Сорэй Джаг – тиран и деспот, способный своими занудными лекциями и заданиями довести до состояния умертвия без убийства. А умертвиям в руки Дарша тоже лучше не попадаться, потому что был он еще и некромантом.

– Порядок наводим, – как можно невозмутимее ответила я, осторожно сползая с табурета на пол.

Драшман перевел взгляд на мою руку, в которой я сжимала злополучные панталоны. Затем поднял глаза вверх, словно пытаясь понять – что общего может быть у потолка и женского белья. У некроманта слегка дернулся глаз и недоуменно приподнялась бровь. Затем он сместил глаза на мои ноги, сверкающие тощими коленками из-под приподнятой юбки. Я торопливо отпустила и одернула голубую ткань, возвращая себе приличный вид. Рядом тихо кашлянула Каська, шаловливо шевельнув лисьими ушками.

– Вам замечание, юная леди, – наконец произнес Дарш, придирчиво осмотрев нашу кухню-гостиную, в которой, к моей радости, нижнего белья больше не было. Я успела убрать все, кроме панталон. – Дежурство в столовой и на кухне вне очереди. Обеим. – жестко добавил изверг и, развернувшись, покинул наш шалик.

Мы с Каськой, обреченно простонав, опустились на пол в ворох из своих пышных юбок. Дежурство на кухне ненавидели все восемь девушек, которые жили в этом странном лагере вместе с нами. Меня-то кухней и веником не испугать, а вот местные барышни от вида кастрюль и тряпок почти все бледнели, краснели и пытались упасть в обморок. За исключением нашей Эльки и еще одной загадочной барышни, соседки нашей демонессы – Абринаэль. С виду и по поведению – эльфийка, тощая, ушастая, зеленоглазая, заносчивая. Но почему-то отменно умеющая отмывать кастрюли и сковороды от жира и прекрасно владеющая шваброй.

Как я вообще оказалась в этой непонятной компании и еще более загадочном мире? Все просто и банально. Я уснула и не проснулась в день своего юбилея. Мне было сорок пять.

Глава 2

Ноги в новых туфлях устало гудели. Натанцевалась с коллегами в кафе на сто лет вперед. Не доехала на такси до самого дома – почему-то захотелось пройтись пешком, хотя подошвы измученных ног просто огнем горели. Праздник удался на славу – вздыхала удовлетворенно я. И ползла потихоньку по пустой улице домой. В руке держала недопитую бутылку с вином. Хотелось вспомнить молодость, отпить из горла, опрокидывая в себя прохладный игристый напиток. Голова начинала привычно болеть. Она всегда болела после того, как в организм попадал алкоголь, словно наказывая за сиюминутную радость и опьянение.

Сорок пять лет нагрянули внезапно. Еще вчера казалось, что юность вечна, и вот сегодня мне уже не так воодушевленно желали любви, поздравляя с днем рождения, но таинственно подмигивали и напоминали, что ждут меня уже не цветы, а сразу ягодки.

– Таисия Николаевна, до дна, за здоровье, – шумели за столом коллеги, и меня, дав допить шампанское, утаскивали за руку на танцпол.

«Не вернется уже назад, кто хоть раз со мной покатается» – надрывалась в колонках Аллегрова, а девчонки из бухгалтерии пьяно перемигивались и отчаянно виляли бедрами в такт музыке.

Да уж, только вот для меня эта песня звучала, как проклятие. Не складывалась моя личная жизнь абсолютно. Были свидания, встречи, но потом куда-то тихо исчезали пылающие страстью кавалеры. То ли не выдерживали моих язвительных комментариев, то ли их не устраивало то, что в первую же встречу не приглашаю к себе домой. В соцсетях мне старательно строчили комментарии любвеобильные женатики, жалующиеся на запустивших себя жен и обещающих развестись «как только, так сразу, но сначала же надо понять, что мы друг другу подходим в постели». И со временем я так устала от поисков и этих опостылевших и унизительных встреч-собеседований, что твердо решила жить одна, но еще не созрела до того, чтобы завести кошку или кота, как положено «старой деве».

С этими мрачными размышлениями я доползла до своего дома. Подняла голову на свои окна – темно, дома никто не ждет. У соседей еще кое-где горел свет, кто-то звенел посудой – видимо, поздний ужин или чаепитие, у кого-то работал телевизор, вещая очередные новости. Ночью слышимость была прекрасная, можно было, сидя на лавочке, стать невольным слушателем как ночных бесед соседей, так и просто, прикрыв глаза, послушать очередное бормотание диктора новостей.

Голова болела все сильнее, боль сдавливая виски, перекинулась на глаза. Надо подниматься домой и доставать из аптечки лекарство, которое если и не избавляло полностью от мучений, то хотя бы облегчало состояние на столько, что можно было уснуть.

Я тяжело вздохнула и потопала в подъезд, чтобы, поднявшись на третий этаж, окунуться в темную духоту квартиры. Поставила на обувницу вино и с облегчением скинула с ног новые туфли. Уфф… Вот это – настоящий кайф. Включила свет в коридоре и невольно прищурилась, простонав, – свет полоснул по глазам, вызвав очередную усилившуюся волну боли. К горлу подкатила легкая тошнота. Чертова мигрень, как она меня достала. А алкоголь еще больше усугублял и так паршивое состояние. Осторожно двигаясь, стащила с себя красный пиджак и брюки, раздеваясь прямо там, где стояла, завтра все уберу, а сейчас хотелось в душ – смыть с себя всю косметику, подставить голову под прохладные струйки воды. К брючному костюму на пол через минуту полетела белая атласная маечка и красные стринги с бюстгальтером. На секунду задержала взгляд на своем отражении в зеркале – еще относительно стройная брюнетка с короткой стильной стрижкой, подтянутой грудью третьего размера и уставшими печальными карими глазами. Меня можно было бы назвать даже красивой, но толку от этого лично мне было мало. Самолюбованием я не страдала, к женской красоте относилась спокойно, а от романтичных розовых очков меня отвадили еще в юности, когда кавалер, набивающийся в женихи, изменил мне с лучшей подругой.

В висках заломило сильнее. Лениво ступая босыми ногами, прошлепала в ванну и достала из аптечки обезболивающее, запивая его прямо из крана, подставив под него ладонь. Переключила воду на душ и потихоньку переступила бортик ванны, подставляя затылок под массирующие прохладные струйки. Ноги с благодарностью отозвались на освежающую воду, которая стекала по телу к пальцам ног.

Постояв несколько минут, просто наслаждаясь душем, осторожно смыла косметику и промыла волосы после праздничной укладки. На автомате помылась и осторожно выбралась из ванны, кое-как вытираясь пушистым большим темно-зеленым полотенцем. Неожиданно маленькая комната вокруг качнулась, а в глазах помутнело. Я уперлась руками в стену, медленно вдыхая влажный воздух. Так, спокойно, сейчас немного постоим и пойдем в кровать. Жара, алкоголь, усталость – все это завтра пройдет, скоро подействует обезболивающее и я смогу уснуть.

Я вышла из ванной комнаты и придерживаясь рукой за стену, направилась в спальню, где медленно села на кровать и осторожно откинулась на спину, закрывая глаза. Постель показалась нереально мягким облаком, которое окутывало мое тело. Затошнило сильнее. Черт, до унитаза я уже не доползу – пронеслось в голове. А спальня начинала вращаться вместе с кроватью. Да что такое? Не так уж много я и выпила. Меня так даже в молодости не «вертолётило», что сейчас происходит? Попыталась открыть глаза – но на них давила боль, они слезились, все вокруг расплывалось, и только кровать уютно обволакивала и словно погружала в себя все глубже и глубже. Это так, что ли, люди засыпают? – озадачилась я. Или это очередной кошмар, когда ты спишь, а думаешь, что это реальность? Откуда у меня такая мягкая кровать и такое пушистое одеяло – метались лениво мысли, а что-то пушистое и нежное невесомо касалось уже висков и добиралось до глаз. В голове зазвенел тревожный звоночек – что-то не так, куда я проваливаюсь? От накатившей паники стало трудно дышать, но руки и ноги не слушались, тело безвольно проваливалось в серую мягкость, и с трудом разлепив глаза, я увидела лишь вращающиеся яркие разноцветные круги и засасывающий меня серый густой туман. Мелькнула ненужная последняя мысль – какой странный сон, надо срочно проснуться – и все вокруг исчезло.

Глава 3

Глухая серая ватная пустота окутывала меня или то, чем я была, в том месте, где оказалась. Я медленно парила в невесомости, пытаясь сориентироваться. Тишина, не звенящая, а давящая, обволакивала и словно сдавливала, всасывала каждую попытку движения. Хотелось оттолкнуть ее, создать хоть какое-то действие или звук, разорвать этот омертвевший вакуум.

– Где мои руки и ноги? – попыталась опустить вниз взгляд. И, словно, отвечая на мой бессловесный вопрос, в сером тумане начали проявляться тонкие белесые конечности. Эмоций почти не было. Ни страха, ни удивления. Лишь слегка начинал создавать какой-то дискомфорт ватно-серый туман, который навязчиво облеплял полупрозрачные руки и ноги.

– Это где я оказалась? – прозвучал во мне и отозвался и погряз в вязкой серости вопрос, на который мне тут вряд ли кто-то ответит.

Серая мгла неожиданно заволновалась, задвигалась вокруг меня, словно стремилась приблизиться, пощупать. Я старательно попыталась отодвинуться, сталкиваясь с серым маревом с другой стороны. Сизые сгустки все наступали, наплывали, раздражая, тревожа бесшумным напором и давлением. Я попыталась раскинуть руки, чтобы оттолкнуть это навязчивую непонятную субстанцию, когда почувствовала, как что-то мягко схватило меня за пальцы левой руки. Непроизвольно дернулась, вызвав очередное колыхание вокруг. Внутри вспыхнула злость, первая знакомая эмоция, пересекающаяся со страхом. Где я и сколько мне тут находиться? Я умерла? Я в коме? Я сплю? Вместе со злостью вернулось четкое ощущение своего тела. Лица, рук, ног, тело обретало очертания. И почти одновременно впереди меня появилась яркая искра, которая летела в серой мгле, разгоняя туман и приближаясь ко мне.

– Еще одна найдена, – разрезал вязкую атмосферу металлический голос, а по глазам ударила яркая вспышка, отозвавшаяся легким покалыванием и царапанием в пальцах левой руки. По инерции я прижала заболевшую руку к груди, правой прикрывая глаза. И взвизгнула, чувствуя, как стремительно падаю вниз, пролетая сквозь серое, колыхающееся марево. На миг сознание померкло и мне показалось, что я снова исчезаю и растворяюсь в полете.

Удар, словно слабый толчок в спину, встряхнул все тело, заставив меня прийти в себя, и я села, растерянно осматриваясь по сторонам.

– Где я и какого черта тут происходит? – простонала я, потирая глаза.

– Вопрос не ясен, прошу переформулировать, – я подпрыгнула от раздавшегося над головой голоса и уставилась вверх.

Надо мной парил небольшой светящийся шарик, периодически пульсирующий серебристым светом.

– Ты кто? – сдавленно выдала я.

– Суррий, помощник и консультант, – услужливо отозвался шарик. – Готов ответить на любые вопросы.

– Летающая Алиса, – мгновенно создалась у меня ассоциация с домашним виртуальным ассистентом.

– Вопрос не ясен, прошу переформулировать, – незамедлительно повторил свою заученную фразу, как попугай, шарик Суррий.

Я потерла руками лицо, выдохнула и снова осмотрелась по сторонам. Сидела я на низком ложе, в небольшом шатре с окошком вверху. Кроме своеобразной кровати в шатре из скудной обстановки был низенький столик, на котором стоял поднос с глиняным кувшином и накрытым белой тканевой салфеткой блюдом, возле ложа лежал большой цветастый пушистый ковер. Напротив стояли два небольшие мягкие кресла на низких гнутых ножках. Не густо.

– Где я, Сур? – повторила вопрос, сократив по привычке длинное имя.

– Вы в Крионжвиле, королевство Сантайнзберг, мир Айунар, – мгновенно отрапортовал шарик.

Интересно, когда крыша уезжает, человек это осознает или плавно к сумасшествию адаптируется? Какой еще Айунар? Может мне в вино что-то подсыпали? Но то, что это не сон, я была уверена на все сто – украдкой себя за руку пощипала. Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления, а пока что надо добывать информацию, используя любую возможность.

– Как я сюда попала? – прикинувшись невинной овечкой, задала светящемуся шарику очередной вопрос, потянувшись к подносу и приподнимая белую салфетку. То ли на нервной почве, то ли еще почему, но есть хотелось неимоверно. Под салфеткой к моей радости лежала румяная булочка, в которую тут же вцепились мои пальцы.

– Программа переселения душ. Адаптивная миграция, – отозвался Сур.

– Миграция?– выронила булочку на поднос я. – Незаменимых специалистов?

Мысли заметались в голове, накидывая различные варианты. Меня продадут в рабство и я буду строить светлое будущее в непонятном мире? Или из меня сделают некое подобие инкубатора и заставят плодиться и размножаться? Так, стоп. Сур сообщил о каком-то переселении душ. То есть я не в своем теле?

Левой рукой я все-таки подхватила булочку, а правой – металлический поднос и поднесла его к лицу, пытаясь себя рассмотреть. Но до зеркальной глади подносу было ой как далеко, и все, что мне удалось понять, рассматривая и ощупывая себя – я блондинка с длинными, ниже лопаток, волосами, щупленьким телом, слабыми руками с тонкими пальцами, но больше всего расстроил почему-то тот факт, что от моей роскошной груди осталось только некое ее подобие. Даже до первого размера не дотягиваю. Мда. Попала попаданка. Хороший подарочек в день рождения.

«В сорок пять, в сорок пять, баба – ягодка опять» – память услужливо подкинула слова поздравлений от коллег, которые в данной ситуации как-то издевательски прозвучали в голове.

С тоской посмотрела на почти плоскую грудь, подумав, что с такими данными я не ягодка, а бледная поганка какая-то. Организм напомнил о себе громким урчанием в животе, оторвав от печальных размышлений, и я на автомате откусила булочку, одобрительно замычав – ну хоть еда вкусная.

Снаружи раздался топот, какой-то шум, кто-то негромко переговаривался, а затем полог, прикрывающий вход в шатер-палатку, распахнулся, впуская первого гостя, на которого я настороженно уставился.

– Светлого дня, айна, – поприветствовал меня вошедший высокий широкоплечий незнакомец, на которого я смотрела, забыв про булочку.

Неплохое начало – подумалось мне. На вид гостю было около тридцати, серебристые волосы до плеч обрамляли мужественное лицо с светло-синими глазами, ростом посетитель был около метра девяносто, гладко выбрит, волевой подбородок, губы только немного тонковаты. А так экземпляр – хоть сейчас хватай и в койку. Обратила внимание на необычную одежду – почти белый облегающий камзол, узкие брюки, отливающие серебром и заправленные в серые кожаные сапоги до колен. Сквозь ткань плаща угадывалось наличие скрытого вооружения – вероятно, короткие мечи или кинжалы. Поскольку я совершенно не смыслю в местных видах оружия, оценить точнее было невозможно.

Молчание затягивалось. Я рассматривала гостя, тот – меня. Наконец я сообразила, что сидеть с набитым ртом неприлично, быстро прожевала булочку, проглотила и несмело кивнула в ответ. Гость слегка усмехнулся, отводя взгляд и прошел к креслам, в одно из которых уселся, откинув одним элегантным движением плащ.

– Разрешите представиться, айна. Стайнтклафт Норт Второй, ледяной лорд королевства Сантайнзберг.

Имя визитёра звучало настолько непривычно, что повторить его вслух казалось невозможным, не говоря уже о запоминании. Про себя я мысленно окрестила его Стэном.

– Таисия, – пролепетала я и зачем-то добавила, – Николаевна.

Стэн смерил меня взглядом, нахмурившись, и жёстко произнёс:

– Здесь ваше имя будет другим, айна. Теперь вы будете известны как Тайиури Айн-Стэл.

Глава 4

Господи Боже, не дай мне выпить лишнего в этом мире, потому что свое имя я теперь тоже не смогу выговорить. Да почему же все сложно-то так. Я задумчиво покусала губы, а потом решила, что раз уж довелось мне стать попаданкой, то попробую извлечь максимум из данной ситуации. Ведь не прибьют же меня за дерзость в самом начале моего существования в новом мире?

– Простите, Норт, можно повторить мое новое имя? – решительно потребовала я, дерзко глядя ему в глаза.

Блондин заинтересованно приподнял бровь и понятливо хмыкнул.

– Тайиури Айн-Стэл, айна.

– Айна? – ненавязчиво подталкивала его к разъяснениям я.

– Обращение к незамужней. В имени приставка показывает, что девушка свободна и не связана брачными обязательствами. При вступлении в брак приставка «айн» исчезает и заменяется на фамилию мужа.

– Почему имена здесь такие сложные? – не удержалась я от вопроса, искренне недоумевая.

Норт посмотрел на меня долгим испытующим взглядом, будто взвешивал целесообразность дальнейшего общения.

– Имена отражают принадлежность к роду, статус и происхождение, – терпеливо объяснил он. –Чем значительнее положение семьи, тем сложнее имя.

– Почему Норт Второй? – поинтересовалась я.

– Использование одинаковых имён допустимо исключительно в высокородных домах, – последовал строгий ответ.

Эта информация лишь усилила мое замешательство. А мужчина-то из аристократов. По всем правилам романтичных книг мне полагался в пару сильный альфа-самец, которого по закону жанра должна была спасти я, или спасал он. Но сердечко пока что не екало, видимо закаленное неудачами на личном фронте в прошлой жизни. Значит пока что придётся привыкать к новому телу и к новым правилам игры.

– А как принято обращаться к представителям сильного пола? – задала я очередной вопрос.

– Для мужчин предусмотрено обращение по титулу или добавляют к имени формальное «айн», – продолжил объяснять Стэн.

Я открыла рот, чтобы задать следующий вопрос, но мужчина остановил меня жестом руки. Угу, заболтала я мужичка, утомился, видимо.

– Для первого знакомства достаточно, вечером мы выдвигаемся к месту расположения постоянного лагеря. Как все землянки вы хорошо адаптируетесь, – удовлетворённо подметил он. – Остальное узнаете постепенно.

Я настороженно замолчала, наблюдая как он встает и направляется к выходу. Уже почти переступив порог, Стэн остановился, бросил последний внимательный взгляд в мою сторону и обратился к кому-то снаружи:

– Пусть Кассия останется с ней, – распорядился он и покинул шатёр, оставляя меня наедине с собственными вопросами.

Через несколько минут вход в шатер снова приоткрылся, пропуская стройную рыжеволосую девушку, которая осторожно несла в руках поднос с угощениями. Я заинтересованно наблюдала за ней, а она доброжелательно мне улыбнулась, кивнув в знак приветствия, и поставила поднос прямо на ковер, усевшись со мной рядом.

– Привет, айна, я Кассия Айн-Тангор, – представилась улыбчивая гостья, а я зачарованно уставилась на пушистые лисьи ушки, которые шевелились у нее на макушке.

– Таисия, – автоматически представилась я, а затем ойкнув, в замешательстве уставилась на рыжеволосую – свое новое имя я все-таки забыла.

Кассия весело захихикала, успокаивающе похлопав меня по плечу.

– Ты – Тайиури Айн-Стэл, – понятливо прощебетала, напоминая, она, – Но я могу называть тебя Тай или Тайра, если тебе так проще.

Я заторможено кивнула, наблюдая, как лисьи ушки игриво зашевелились на рыжеволосой голове.

– Кассия, – наконец взяла себя в руки я, – А они настоящие?

Лисичка снова тихонько рассмеялась и кивнула, забавно двигая ушками. А затем взяла с подноса два пирожка и протянула один мне.

– Поешь, дорога предстоит дальняя, – сказала она, с аппетитом откусывая от второго пирожка большой кусок. За фигуру, похоже, она вообще не волновалась. – А я расскажу тебе где ты оказалась и постараюсь ответить на твои вопросы. По мере моих сил, – снова расхохоталась она, увидев, как вспыхнули от любопытства мои глаза.

Именно так состоялась наша первая встреча с Ксю – прелестной девушкой-оборотнем, дочерью великого шамана клана Лунных Лис. Эта обаятельная рыжеволосая красавица унаследовала редкие способности к врачеванию и восстановлению жизненных сил, правда, ограниченные дисбалансом стихий. Из-за нехватки энергии Земли, необходимой для полноценного лечения, сила её дара значительно снизилась.

Среди множества народов загадочного мира Айунар её клан занимал особое место. Местные жители почтительно называли представителей клана Лайнами – хранителями природного равновесия и гармонии. Их уникальные знания и умения высоко ценились всеми жителями Айунара. Однако вследствие утраты связи с энергией Земли лечебная магия заметно ослабла, создавая серьёзные трудности для исцеления обитателей Айунара. Чтобы компенсировать дефицит земной магии, целители и маги активно использовали мощь водной стихии. Вода, наряду с огнем, оставалась единственной доступной силой, функционирующей на Айунаре в полную мощь.