Остатки варварства. Том 1

– Ну, хотябы так – тихо произнёс Феликс.

***

Стивен не стал рассказывать родителям о том, что происходило в больнице, по просьбе Лайлы. Старики спокойно пошли спать, думая, что у неё был очень тяжелый день. Мать оставила им на столе еду, чтобы те поужинали. Стивен взял тарелки и понёс в спальню. Пока Лайла принимала душ, он подготовил постель и мельком просмотрел новости о происшествии в больнице.

Феликс не стал ужинать, сразу поднялся в свою комнату и включил компьютер. Достал из потайного ящика, в глубине шкафа, какую—то флэшку и вставил в процессор. На экране запустилась программа с очень футуристическим интерфейсом.

Лайла не стала сильно намываться, так как врачи вытащили из её левого плеча два осколка от гранаты. Она включила слабый напор и просто стояла под водой. Слёзы подступают, глаза краснеют, губы сжимаются и на лице возникает плачущая гримаса. Лайла закрывает лицо, будто пытаясь подавить это в себе. Даже заперев дверь в ванную, она боится проявлять такие сильные эмоции. Девушка подняла голову так, чтобы вода лилась ей прямо налицо, в надежде смыть с себя усталость, эту печаль, которая сегодня её охватила.

Закончив принимать душ, девушка обработала швы специальной мазью, сделала себе маску для лица и напоследок заглянула в зеркало. Она увидела в себе девочку, которая не довольна своей жизнью. Своим презрительным взглядом будто осуждает её за то, что она с собой сотворила. Во что она превратила свои мечты. В опасность и тревогу. В такой образ жизни, где она может умереть в любой день, просто выполняя свою работу.

– Я не знаю, как так получилось. Я правда, хотела жить в спокойствии. Не понимаю, когда свернула не туда. Прости. Я не пыталась разрушить твою жизнь, слышишь! Я не знала, что всё так получится!

Лайла перешла на крик и даже чуть не ударила зеркало. Он резко сорвала с лица маску и бросила в отражение. Её остановил стук в дверь. Стивен собирался принести ей полотенце, но, когда услышал, как она кричит сразу поторопился.

– Родная, у тебя всё хорошо? Что случилось?

Она успокоилась. Голос любимого человека привёл её в чувство. Она открыла дверь на распашку и увидела Стивена.

– Ты принёс мне полотенце? – со слезами на глазах произнесла Лайла.

Стоя полностью обнаженной и мокрой после душа, она ощутила ту заботу и любовь, о которой она когда—то мечтала. Разглядела это в том, что Стивен просто принёс ей полотенце.

– Я люблю тебя, Стиви. Я тебя очень люблю. Пожалуйста, скажи, что ты тоже меня любишь. Сейчас мне не нужна правда, слышишь? Я просто хочу это услышать – сквозь слёзы сказала Лайла.

– Я тебя обожаю. Я просто живу тобой. Да, я тебя люблю.

Они посмотрели друг другу в глаза. Лайла вытерла слёзы и улыбнулась. Она поцеловала его и затащила в ванную. Её мрачные и депрессивные эмоции сменились на страсть. Они даже не стали закрывать за собой дверь. Слова, которые были произнесены Стивеном, каждый раз спасают её от нервного срыва и заставляют верить в то, что она счастлива.

Тем временем Феликс упорно ищет сведения о том, что он является целью секретной организации. Наконец, он накопал на себя информацию. В секретных данных обнаружилась информация о розыске. Кристофер Кейн сказал правду. Теперь единственное, на что ему остаётся полагаться – это помощь брата. В этом он очень сомневался, так как слышал крики Лайлы и видел страх Стивена. Все эмоции на лицо. Единственное, чем дорожит его брат – это Лайла. С такими мыслями Феликс лег в пастель. Сомнение и страх начали его пожирать, будто завладевая сознанием. За дверью послышались шаги. Это Стивен и Лайла поднимаются в свою комнату. Они громко болтают о всякой ерунде, будто сегодня ничего не произошло, будто никому не угрожает опасность в виде наёмных убийц. Слышно, как Лайле понравились обои, которые Стивен сегодня клеил.

В спальне они поужинали, уже остывшими, макаронами и легли в пастель. Спокойно, без всяких душевных разговоров и душераздирающих монологов. Просто провели время вместе и отдохнули.

***

Утром Стивен приехал по адресу, который ему прислали. Он решил ехать на мерседесе Заура, взял с собой пистолет и пару запасных магазинов. Пунктом назначения оказалось шестнадцатиэтажное здание. Стивен вошел через парадный вход и подошёл к девушке на ресепшене.

– Доброго утра, господин Андергеймс, вас ожидают на одиннадцатом этаже в шестом кабинете. После лифта сразу на право – вежливо произнесла девушка.

Стивен прошёл через турникет и вошёл в лифт. Вокруг все ходят в деловых костюмах и с невозмутимыми лицами. Ощущения, будто он попал в какую—то психоделическую организацию. Вместе с ним в лифт вошли трое. Две девушки и парень. Едут в полной тишине. Они вышли на восьмом этаже. Одна из них, уже выйдя из кабины лифта, обернулась на Стивена и посмотрела ему прямо в глаза. Её взгляд показался ему ужасно пронзительным, будто она что—то знает, будто пытается о чём—то предупредить. Двери закрылись, и Стивен поехал дальше.

На одиннадцатом этаже не оказалось ни одного человека. Справа была дверь с номером шесть. Стивен встал напротив и прислушался. Еле слышимые голоса. Неразборчивые слова с серьёзным тоном ещё больше нагнетали тревоги. Стивен убрал руку за спину и схватился за пистолет. Доставать его сразу он не решился, так как, согласно реформам нового поколения, ему запрещено иметь оружие и участвовать в каких—либо боевых действиях под предлогом военнообязанного. И у него могут возникнуть неприятности, если за дверью окажется что—то, чего нельзя ожидать. Свободной рукой он медленно открыл дверь.

На офисных диванах сидели Буккер и Заур. Они кивнули Стивену, чтобы поздороваться. Рядом с ними сидел избитый наёмник, единственный, кто выжил после вчерашнего допроса. Повернув голову вправо, Стивен увидел Кристофера Кейна и ещё двух незнакомых людей. Мужчина в деловом костюме и тихая девушка, сидящая в стороне. Выглядела, она уставшей и заплаканной. Кейн вел какую-то деловую беседу с мужчиной, постоянно указывая на разные документы. Стивен сел возле Буккера.

– Кто это? – спросил он.

– Вон ту девку мы похитили, чтобы вот этот мужик пришёл поболтать. Об остальном знает только Заур. – ответил Буккер и откинулся на спинку дивана.

– Это один из людей ОВГВ. Кейн пытается договориться насчет твоего брата. – добавил Заур.

Стивен обратил внимание на его сонное состояние. Видимо похищением девушки они занимались всю ночь. И Буккер выполнял всю грязную работу, так как когда Стивен вошёл в помещение, он проснулся от скрипа двери, и уснул, как только ответил на вопрос. Атмосфера царила ужасная, легкое сопение Буккера, всхлипы девушки и неразборчивые голоса Кейна и человека из ОВГВ, крайне утомляли.

Стивен подошёл к панорамному окну и посмотрел на город с высоты одиннадцатого этажа. В голове сразу возникли обрывки из памяти, когда начался самый массовый митинг и вокруг резиденции президента собралось около четырёх миллионов вооруженных человек. В тот день он также стоял у панорамного окна, держа в руках автомат Калашникова в окружении солдат, которые были готовы бросить гранаты в толпу людей. Только сейчас вместо армии из бастующих спокойные и мирные граждане, которые занимаются своими делами, кто—то идет на работу, кто—то гуляет с собакой.

Вдруг подошёл Заур и принёс запах крови и пороха, видимо ночью довелось пострелять. Он снова надел свой белый костюм и синюю рубашку. Стивен оделся в гражданскую одежду. Легкая куртка, удобные штаны. По дороге сюда он готовился к худшему.

– Впервые на такой высоте? – спросил Заур.

– Нет. Я ведь военный. – Стивен посмотрел на собеседника и заметил царапины на лице.

– Ах да, забыл. Ветеран. Доводилось летать на самолете, значит? А с парашютом прыгал? – спросил Заур.

– Прыгал. Много чего делал. – Стивен вернулся в кресло.

Заур остался наблюдать за городом. Со спины было видно, что он на что—то озлоблен. Его скрещённые руки выпрямились, а плечи расправились. Пальцы сжались в кулак и даже Стивену было видно, что что—то нездоровое происходит у него в голове. Почти у всех в этом кабинете по внешнему виду можно было заметить какие—то психические отклонения и только спящий Буккер выглядел очень даже вменяемо.

Вдруг Кристофер Кейн поднялся и подошёл к девушке. Оказывается, она была пристёгнута наручниками. Она обняла мужчину, что пришёл за ней и из её глаз потекли слёзы. Кейн почти сразу прервал их и попросил её выйти в коридор. Она вопросительно посмотрела на мужчину и тот кивнул ей. Девушка вышла за дверь, осторожно посмотрев на Стивена. Не понятно, что она подумала в этот момент. Возможно, посчитала, что он здесь самый адекватный, с чем Стивен был не согласен, а возможно, она испугалась его ещё сильнее в силу того, что он тут самый незнакомый и загадочный. Человек, который пришёл сюда с лицом, которое будто кричит, что он готов убивать. Но когда она обернулась, чтобы закрыть дверь, её озлобленный взгляд упал на Заура. Как только дверь закрылась, мужчина заговорил.

– Господа, наши переговоры окончились. И я пошёл на компромисс. Мы проспонсируем вашу спецоперацию по вывозу Канадских технологий из острова Джерси. При условии, что все они будут предоставлены правительству. И вся ваша миссия пройдет незаметно. В случае, когда кто-то узнает, что в этом замешана Антанта, обязательная ликвидация. Если вздумаете нас обмануть или как-то подставить – ликвидация. Не забывайте, Джерси – это жалкий остров, который нам не составит труда уничтожить. И мы не побоимся дипломатических последствий. И последнее условие. Я отправлю вам своих агентов, они будут вас сопровождать и проследят, чтобы все технологии были доставлены нам. А я в свою очередь, сделаю всё, чтобы дело на вашу организацию отложили. По крайней мере на пару лет. Но если мы с вами сработаемся, эта сделка может продлиться на долгие годы. На этом всё.

Мужчина вышел из кабинета, также посмотрев на Стивена. Наверное, он узнал в нём ветерана, который положил конец третьей мировой войне. Кристофер Кейн сел в кресло, напротив.

– Ну что, господин Андергеймс, вы подумали над предложением?

Стивен посмотрел ему в глаза. Злость от безысходности просто распирает. Пойти в полицию не вариант. Даже правительственная организация вынуждает соглашаться. А Кейн продолжает смотреть на Стивена.

– Послушайте, ваш брат будет ходить, у государства появятся технологии, которые улучшат нашу медицину, строительство, робототехнику, ваша семья получит безопасность не только на законодательном уровне, вас будет защищать секретная правительственная организация.

– Если я выступлю, как наёмник, то сколько составит моя доля в денежном плане? – осторожно спросил Стивен.

– Десять тысяч евро упадут на дополнительный счет. Налоговики ничего не заподозрят, даже если вы себе дом купите. Новый Лексус в этот гонорар не входит. Это будет подарок от меня – с улыбкой произнес Кейн.

Стивен задумался. Посмотрел на Заура, который продолжал любоваться городом, на Буккера, который усердно борется с желанием поспать.

– Я хочу в четыре раза больше. Мне нужно сорок тысяч евро. Прямо сейчас. И я соглашусь – сказал Стивен. Заур обернулся и с недоумением посмотрел на него.

– Не думаю, что в данной ситуации ты можешь диктовать условия. – сказал Заур.

– Знаете, я отлично провел вечер, хорошо выспался и пришёл сюда с пистолетом, будучи готовым к перестрелке или какой-нибудь облаве. И этот адреналин до сих пор не прошёл. А вы я смотрю, всю ночь пытались похитить слабую девочку и не выспались. Ваш босс явно не владеет никакими навыками боя. Мне не составит труда вас всех тут убить, а потом уже решать проблемы. Я один из лучших солдат страны. Но не потому, что участвовал в заключительной операции в Оттаве, нет. Потому что я в одиночку, проник в убежище революционеров и убил там, тридцать семь вооруженных человек, при этом не получив ни одного ранения. И вы, Кристофер Кейн, точно об этом слышали. Я варвар, для меня убийство – это легкое решение проблемы.

Буккер отсел подальше. Заур убрал руку за спину, будто планирует достать пистолет. Лицо Кейна сменило выражение. Он стал намного серьёзнее.

– Не надо, Фрэнк. Я знаю, на что он способен. Именно поэтому я хочу вас видеть в своём отряде. И знаете, вы стоите этих денег. – сказал Кейн.

Он встал с кресла, подошёл к своему столу и достал пачку денег. Посмотрел на Стивена и сказал:

– Это честные деньги, их не нужно отмывать. Считайте это моим подарком. Здесь тридцать тысяч. Ещё десять получите вместе с остальными.

Стивен подошёл к нему, взял деньги и направился к выходу, ощущая на себе ненавистные взгляды со всех сторон. Такое смелое решение пришло ему в голову совершенно неожиданно. Вся безысходность ситуации просто вынудила его пойти ва-банк.

***

Стук в дверь прерывает сон Лайлы и светлый дом с родителями плавно перетекает в лучи света, проникающие через окно прямо в спальню.

– Лайла, тут к тебе полицейские пришли. Что—то случилось?

Послышался голос женщины. Лайла сразу проснулась и начала одеваться.

– Да, сейчас выйду.

Быстро переодевшись из ночнушки в домашнюю майку и трико, спустилась по лестнице и увидела мужчину в гражданской одежде и сопровождающего полицейского. Именно он вчера привез ее домой. Они спокойно пьют чай и ведут обычную беседу с родителями Стивена. Но в отличии от отца, у матери очень взволнованное лицо.

– Здравствуйте – сказала Лайла и подошла к столу.

Мужчина оглядел её и поздоровался в ответ.

– Как ваше самочувствие? – спросил полицейский.

– Всё хорошо.

Мужчина, который скорее всего был следователем, встал из—за стола и подошёл к Лайле, левой рукой осторожно прикоснулся к её спине, а правой вытащил из внутреннего кармана своей коричневой джинсовой куртки блокнот и ручку. Он повернулся к столу и внимательно оглядел лица стариков.

– Не волнуйтесь, арестовывать вашу дочь мы не будем. Я просто хотел задать ей несколько вопросов, как к свидетелю.

В ответ он получил одобрительный кивок от отца. Лайла вместе со следователем направилась в гостиную и уходя она поняла, что совершила глупую ошибку, надев майку, а не кофту или хотя бы футболку, чтобы закрыть швы на плече. И мать конечно же их увидела. Лайла подметила, что родители не стали поправлять следователя и говорить, что они не её родители, видимо сильно взволнованы.

В гостиной у самого входа стояло старое, но все ещё хорошее кресло. Следователь присел на него и показал рукой на диван, который стоял вдоль правой стены. Лайла села, облокотившись на спинку, но сразу же передумала из—за швов, которые до сих пор приносили дискомфорт от любого прикосновения.

– Спокойно, всё позади. Назовите, пожалуйста, ваше полное имя. – спокойно произнес следователь.

– Лайла Эйлин Лесли.

– Вы из английского края? – спросил он.

– Да. Шотландия.

– Мне всегда было интересно, почему люди, которые приезжают с запада, так хорошо владеют русским языком?

Все что записал следователь, так это ее имя и ничего больше. Лайле показалось, что он страдает ерундой и несерьёзно относится к делу. Но он не стал закрывать свой блокнот. Наоборот, выглядит так будто вот—вот что—то напишет.

– Ну, там проживает много русскоязычных. В школах дети его изучают. Все вывески, все документы переводят. Наверное, поэтому. – с сомнением ответила Лайла.

– Интересно. А как там у вас дела с образованием?

Лайла поняла, что он просто пытается наладить контакт и подойти к допросу из далека.

– Я училась на врача общей практики в университете имени Александра Крайтона.

– Значит вы родились в Эдинбурге? Так?

– Нет. Там я только училась. – сразу поправила Лайла

– Понятно. А в армии как оказались?

– Была мобилизована.

– Что-же благодарю за службу.

Следователь провел черту под написанным именем, ниже поставил единицу и закрыл её скобкой.

– Ну, и часто у вас происходят случаи, подобные вчерашнему?

– Нет. В основном моя работа заключается в том, чтобы оказывать медицинскую помощь после ДТП или прочих несчастных случаев. На перестрелку я попала в первые.

Наконец, начался допрос. Лайла рассказала обо всём, что происходило вчера. Описала преступников, их лица, телосложение, одежду, повадки, отметила, что девушка применяла приемы из бокса, а ее напарник владел армейским рукопашным боем.

– Спасибо вам за содействие и такое подробное описание. Уверен благодаря вам мы найдем преступников. Теперь можете не волноваться, вам ничего не угрожает. Я может быть вызову вас на опознание и всё. Постарайтесь не забыть их внешность. Всего доброго.

Следователь поднялся и направился к выходу.

– Стойте – резко остановила его Лайла.

– Можно мне какое-нибудь сопровождение, пока дело не будет закрыто? Боюсь, что девушка может прийти прямо сюда.

– Вы ведь сказали, что им нельзя было вас убивать.

– Просто, она была очень эмоциональной и менее покорной. Что если она наплюет на последствия и решит действовать?

По лицу следователя было не сложно понять, он удивлен тому, что не подумал об этом.

– Хорошо. Договорюсь о защите свидетеля.

Она кивком его поблагодарила и встала, чтобы провести. Полицейский на кухне сунул в рот последний кусок от кекса и вместе со следователем покинул дом. Из окна было видно, как они обсуждают записи в блокноте, уезжая из поля зрения.

Родители позвали Лайлу. Налили чай и подвинули чашу с кексами.

– Деточка, что произошло вчера? – спросила мать.

– Всё хорошо.

– Какой хорошо? Мы знаем, кого-то убили у тебя в больнице. Давай рассказывай, а то этот голодный гаишник с набитым ртом толком ничего не сказал – добавил отец.

– Это был патрульный. Он вообще хороший парень, пытался вести со мной успокаивающую беседу, пока мы ехали домой.

Лица родителей продолжали вопросительно смотреть на Лайлу.

– Вчера в квартале Узлов началась перестрелка. Я спасала раненого и меня слегка зацепило. В этом плане все в порядке, там ничего серьезного. Просто к вечеру в больницу пришли, чтобы добить спасённого. И я там была. Прям там.

– Они били тебя? – спросила мать.

– Да. Я пыталась не пускать их, но не смогла. – ответила Лайла, переведя взгляд на кружку, на которой было каллиграфическим подчерком написано её имя.

– Ой, бедняга. – ахнула мать и пихнула мужа локтем.

– Посмотри, у ней всё лицо опухшее. На шее вон синяки.

Лайла даже и не знала, что от удушения у нее останется след.

– А ну сними майку. – сказал отец.

– Зачем? – настороженно спросила Лайла.

– Увидеть, как эти уроды над тобой издевались. – сказала мать.

– Но, у меня нет лифчика сейчас.

– Ничего страшного – громко сказал отец.

– Я тебе дам! – женщина замахнулась на мужа. Тот засмеялся.

– А почему ты кричала вчера? Вы со Стивом не ссорились?

– Нет, всё хорошо, он меня поддержал. Я, просто, устала и у меня нервы сдали. – сразу ответила Лайла.

– Где он вообще? Лайла вон избитая вся сидит, а он где-то шляется. – раздраженно произнес отец.

Как-то незаметно родители начали спорить друг с другом из—за того, что Стивен куда-то ушёл. Но Лайла быстро их успокоила, сказав, что его срочно вызвали по работе.

– Ладно, пойдём, дочка, в вашу комнату, покажешь мне всё.

Они прошли в спальню и заперлись. Лайла сняла майку, и женщина увидела ещё несколько синяков на теле. Два на ребрах и один в области таза. Лайла и сама не подозревала, что у ней столько следов останется.

– Боже мой – сказала мать. – А ну ка повернись.

На спине оказался ещё один синяк. Он расположился чуть выше поясницы и возник, когда мужчина откинул её, ударив спиной об тумбу.

– А ты говоришь всё у тебя хорошо. Да, эти побои нужно фотографировать, потом в суде будем предъявлять. – сказала мать.

Лайла об этом подумала только сейчас, ведь вчера всех этих гематом не было. Она врач и прекрасно знала, что синяки сразу не проявляются, но думать об этом совсем не было времени. Женщина сфотографировала каждый из них и вот дошла до шрамов на плече.

– Дочка у тебя швы не разошлись? С них будто кровь сейчас просочится.

Она сфотографировала её заднюю дельтовидную мышцу и показала.

– Ничего страшного. Я просто на диван плечом облокотилась, вот он и начал кровить. Я их должна каждый день обрабатывать, поможете мне?

– Конечно, у меня ещё есть мазь от синяков. Надо будет поискать.

Они пришли ванную, чтобы аккуратно промыть раны. Лайла достала из шкафчика мазь и протянула женщине.

– А с руками у тебя что? – удивленно спросила мать.

Она схватила её за ладонь. Костяшки указательного и среднего пальца были не то, чтобы разбиты, но не слабо повреждены. Лайла посмотрела на левую руку. Она была не так сильно повреждена, но все равно было видно, что этот кулак тоже участвовал в драке.

– Такое часто бывает, не обращайте внимания.

Женщина не стала говорить девушке, что швы на плече совсем не косметические. В который раз она ужаснулась. Сегодня она впервые увидела старые шрамы Лайлы, которые она получила в ходе боевых действий на войне. По всему животу были разбросаны атрофические рубцы от пулевых ранений. Женщина остановилась на них и даже слегка коснулась этих небольших по меркам руки, но просто гигантскими по сравнению с кожей ямочки. Она уже видела шрамы своего сына. Там были такие же рубцы, от вида которых у неё наворачивались слёзы, но сейчас видеть их на симпатичной и нежной девушке было просто ужасно.

– Это было в Чехии.

Женщина испугалась и резко убрала руку.

– Где-то на третий месяц войны. Наша часть была расположена на Карпатах и была атакована. Я, как и вчера, вытаскивала раненых бойцов из-под обстрела. Не знаю, зачем я туда полезла. Местность была неудобной, чтобы сделать это незаметно. Парню уже оторвало ноги, и он был на последнем издыхании. Я прекрасно понимала, что уже нет смысла спасать его, но всё равно побежала. Ну и… В меня была выпущена очередь. Я даже не сразу поняла, что произошло. Просто резкая боль в животе, будто сильный удар. А потом из меня начала сочиться кровь. Я просто легла на спину и посмотрела в глаза тому солдату. Ему было страшно и больно, а мне стыдно. Я дала ему надежду на спасение и вот так глупо облажалась.

– Но тебя ведь вытащили, значит и его можно было спасти. Просто не повезло. – добавила женщина, натирая синяк мазью в области таза.

– Из меня тогда вытащили шесть пуль. Ещё две прошли на вылет. Вы знали, что выходное отверстие больше входного. Иногда даже в несколько раз.

Лайла повернулась спиной и показала рукой на два шрама с перетянутой кожей. Он уже не напоминал пулевое ранение, скорее тот неаккуратный шов, что и на плече.

–У меня ещё здесь есть кое-что.

Лайла сняла трико и показала огромный заживший порез на всё бедро.

– Нас обстреливали с самолёта и вот чиркнуло по ноге.

Женщина вытерла слезы и осторожно обняла её. Сегодня они стали намного ближе.

– Ладно. Мы уже закончили. Иди, отдыхай. – сказала мать Стивена, протянув Лайле одежду.

– Нет. Сколько уже времени? Одиннадцать, наверное.

– Ты что на работу собралась? – возмутилась мать.

– Нет, я хотела повесить шторы на втором этаже.

– Ты что сума сошла? Сегодня отдыхай, Стиви придёт и повесит. Всё иди кушай и выздоравливай. А я пойду Феликса разбужу, он, наверное, опять всю ночь в компьютере сидел.

***

До дома Стивену осталось проехать пару перекрестков. Он всё ещё не привык к поворотникам на машине Заура. Из—за чего они его больше злят, чем успокаивают. Стивен дождался зелёного сигнала светофора и поехал прямо. Впереди у обочины стоял Фрэнк Заур возле Лексуса, который пообещал Кристофер Кейн. Вид у него был уже не такой доброжелательный, как при первой встрече. Стивен припарковался рядом. Выйдя из машины, он оглядел крупногабаритный автомобиль.

– Один в один. Даже диски.

– Ты оставил мой Мерседес без присмотра. – недовольно произнёс Заур.

– Думал, ты будешь меня отслеживать.

Заур поправил галстук и тяжело выдохнул. Достал из бокового кармана на пиджаке ключи с логотипом Лексуса.

– Сначала, верни мои.

Стивен вернулся к своей машине, достал из бардачка связку ключей и протянул Зауру. После обмена он осмотрел Лексус, проверил салон, места, где можно было бы внедрить прослушку или отслеживающие устройства. Ничего не обнаружилось. Вслед за этим он проверил повортники и довольным лицом протянул руку Зауру.

– Ну, спасибо за тачку.

Заур сунул руки в карманы и злобно посмотрел Стивену в глаза.

– Думаешь, можно прийти, пригрозить всем своими невероятными навыками ведения боя и забрать кучу денег прямо на глазах у тех, кто эти деньги действительно заслужил?

– Нет, это ненормально. Знаешь, любая ситуация, которая просто вынуждает угрожать, автоматически будет ненормальной. – ответил Стивен.

– Я слышал о тебе раньше. Особо не придавал значения, но знал, что тебя революционеры боялись больше всего. Ты, можно сказать, был тем, из-за кого восстание начало сходить на нет. Безжалостный, жестокий убийца. Расчетливый и суровый солдат. Я и представить не мог, что когда-то мы будем с тобой в одном отряде. Но это случилось. И я не увидел величайшего бойца. Это скорее пафосный и слегка туповатый, семьянин. Кейн утверждает, что ты стоишь этих денег, что ты сможешь вытащить нас из любой задницы. Я в это не верю. Ты обычный человек, самозванец, который присвоил себе заслуги настоящих героев. Скажи, кто остановил войну?