Счастье в каждом взгляде

После разговоров с близкими, я почувствовала себя немного лучше. Затем решила принять душ и лечь спать, чтобы завтра с новыми силами вернуться к работе и своим обязанностям. Но уснуть никак не получалось. В голове, как заезженная пластинка, крутились обрывки разговоров, его прикосновения, его взгляд. Заставила себя не думать о нем и сосредоточиться на Егоре. Завтра вечером я лечу домой, и мне нужно быть в отличной форме.

Утро началось в хаосе. Лера металась по номеру, собирая свои вещи в чемодан с такой энергией, что казалось, будто она участвует в каком-то соревновании. Я же сидела на краю кровати, пытаясь справиться с пульсирующей головной болью и тёмными воспоминаниями о вчерашнем дне. Образ Дмитрия, как назойливый призрак, не покидал меня.

- Тась, у нас до самолёта ещё целый день! — произнесла она, поправляя свои волосы, которые непослушно выбивались из прически. Её глаза светились энтузиазмом, словно она была готова к приключению. — Как насчёт аквапарка? Это должно нас развеселить!

Я представила, как мы будем весело скакать по водным горкам, смеяться и кричать от восторга.

- Звучит потрясающе! — ответила я с улыбкой, которая сама собой расползлась по лицу.

Идея развлечься показалась мне отличным способом отвлечься от навязчивых мыслей. Мы быстро собрались. В аквапарке я старалась забыть обо всем, кроме веселья и беззаботности.

Мы плескались в бассейнах, скатывались с горок, смеясь во весь голос. Лера уговорила меня попробовать самый крутой аттракцион – горку с почти вертикальным спуском. Сначала я боялась, но затем решилась и ни разу не пожалела об этом. Адреналин бил ключом, а страх сменился восторгом. После аквапарка мы пообедали в уютном кафе. Лера заметила, что на меня приятно смотреть, и предложила и впредь практиковать развлечения.

К вечеру мы обе были уставшие, но счастливые. Вернувшись в гостиницу, быстро собрали остатки вещей и отправились в аэропорт. И там мы столкнулись с неожиданной задержкой рейса.

- Какой же это бред! — мгновенно отреагировала Лера. — Пойду-ка я поищу информацию о других вариантах. Так хочется скорее домой!

- Да успокойся, Лер, давай немного посидим, отдохнём, — предложила я, стараясь её успокоить.

- Нет уж! — с решимостью ответила она. — Сидеть тут три часа — ни за что! Я лучше пойду искать альтернативы, чем бездействовать!

Я кивнула и устроилась на кресле в зале ожидания, погружённая в свои мысли.

Вдруг краем глаза заметила знакомую фигуру. Моё сердце забилось быстрее, как будто кто-то резко ударил по нему кулаком. Это был он — Дмитрий. Он стоял неподалеку, разговаривая по телефону, и казалось, не замечал меня.

Я попыталась отвернуться, но он уже повернулся в мою сторону. Наши взгляды встретились, и я почувствовала, как кровь приливает к лицу. Он медленно подошёл ко мне, и я поняла: избежать разговора не удастся.

- Тася, — тихо произнёс он, подойдя ближе. — Я хотел извиниться ещё раз за вчерашнее и пожелать тебе счастливого возвращения домой.

Я молчу, не зная, что ответить. В голове всплывали обрывки вчерашнего вечера — его слова и прикосновения. Я хочу убежать, скрыться от него, но ноги словно приросли к полу.

- Дмитрий Александрович, — наконец произнесла я, стараясь говорить как можно спокойнее. — Всё в порядке. Забудьте об этом.

Он внимательно посмотрел на меня, словно пытался разгадать мои мысли. В его глазах читалось искреннее сожаление.

- Я знаю, что поступил неправильно. И мне очень жаль, что заставил тебя чувствовать себя некомфортно. Надеюсь, ты сможешь меня простить.

- Вы уже исправили свою ошибку, позволив мне решить проблему без вашего условия в отмене моего брака, — старалась говорить как можно более сухо, чтобы скрыть нарастающее волнение.

Он сделал шаг вперёд. Я инстинктивно хотела отступить назад, но позади меня не было свободного пространства. Воспоминания о том моменте в отеле накрыли меня волной. Я начала поправлять своё платье, чувствуя его ткань на теле — оно прижималось к коже, словно напоминание о том моменте.

Сердце колотилось так сильно, что казалось, его слышно всем вокруг. Я поймала себя на мысли о том, как он выглядит сейчас: его уверенная осанка и лёгкая небритость придавали ему особый шарм. Я заставила себя отвлечься от этих мыслей и сосредоточиться на том, что происходит здесь и сейчас. Но даже это оказалось сложным; его присутствие было слишком сильным и притягательным.

- Как-то жарко стало, — пробормотала я, обмахиваясь рукой и ощущая, как пот капает по спине. Удушающее тепло зала ожидания лишь усиливало моё волнение.

В этот момент Дмитрий ухмыльнулся, его взгляд поднялся к потолку, и он рассмеялся так, будто наш разговор был всего лишь игрой. Этот смех резанул по нервам, и я почувствовала, как сердце забилось быстрее, словно предвещая бурю. Я стояла снова на грани — между желанием уйти и необходимостью остаться.

Его смех вывел меня из оцепенения. Что он себе позволяет? Насмехается надо мной? Вся ситуация казалась абсурдной, как дурной сон. Я уставилась на него в упор, пытаясь понять, что творится у него в голове. Но его лицо оставалось непроницаемым, лишь в уголках губ играла едва заметная усмешка.

- Вы очень странно себя ведете, Дмитрий Александрович, — произнесла я, стараясь сохранить спокойствие в голосе. Мои руки нервно теребили край платья, и я чувствовала, как по коже пробегает холодок. — Сначала чуть не целуете меня, потом извиняетесь, а теперь смеетесь. Определитесь уже, чего вы хотите.

Он прекратил смеяться и посмотрел на меня серьезно. В его глазах промелькнула какая-то неведомая мне эмоция — что-то между растерянностью и желанием. Затем он сделал глубокий вдох, и я уловила запах его одеколона — свежий и немного древесный.

- Я просто не знаю, что со мной происходит, Тася. Ты ворвалась в мою жизнь и изменила её до неузнаваемости. Я стараюсь держаться от тебя подальше, но у меня не получается.

Мое сердце заколотилось ещё сильнее. Я заставила себя говорить спокойно, но в горле стоял ком.

- Дмитрий Александрович, вы говорите глупости, — произнесла я с усилием, стараясь сохранить твердость в голосе. — Между нами ничего не может быть. У вас своя жизнь, у меня — своя. Мы должны забыть о том, что произошло, и двигаться дальше.

В этот момент к нам подбежала счастливая Лера.

- Тася, я нашла билеты на другой рейс! Вылетаем через пятнадцать минут, успеваем! Ой, Дмитрий Александрович, здравствуйте! А что вы здесь делаете?

Дмитрий быстро посмотрел на неё, а затем снова обратил своё внимание на меня, явно не желая расставаться.

- Просто хотел попрощаться с Таисией Андреевной. Что ж, тогда не буду вас задерживать. Счастливого пути!

Он слегка поклонился и направился прочь. Я проводила его взглядом, чувствуя, как внутри нарастает смятение. Лера потянула меня за руку, увлекая за собой.

Мы быстро прошли регистрацию и направились к выходу на посадку. В голове всё еще звучали его слова: «Ты ворвалась в мою жизнь и изменила её до неузнаваемости…» Но у меня такие же ощущения! Я чувствую себя потерянной, словно стою на краю обрыва и не знаю, куда шагнуть дальше.

Сквозь шум дороги я ощущала легкое покалывание в животе — это был страх перед тем, что ждет меня впереди. Я понимала: теперь мне предстоит разобраться не только в своих чувствах к Егорю, но и в том странном притяжении к Дмитрию, которое ещё долго будет терзать мою душу.

Ещё и Лера не унималась, постоянно подталкивая меня локтем и многозначительно подмигивая.

- Ну что, признавайся, что между вами произошло, пока меня не было? — шептала она, не давая сосредоточиться на книге.

Я отмахнулась, стараясь перевести разговор на другую тему, но её любопытство было неистребимо.

- Ты же слышала, просто хотел попрощаться.

- Но ты не можешь отрицать, что между вами явно есть какая-то химия.

На мгновение я замерла, ощущая, как сердце забилось быстрее. Почему меня так трясёт от этих слов? Вроде бы всё просто: есть жених, интересная работа, налаженная жизнь. Но при мысли о Дмитрии в груди разгоралось что-то горячее и беспокойное. Его слова и взгляды преследовали меня даже во сне, как тень, которая не оставляет покоя. Я боялась признаться в этом даже самой себе.

Когда мы приземлились в родном городе, я сразу почувствовала облегчение. Знакомый воздух наполнил лёгкие, а привычные улицы успокоили – всё говорит о том, что я дома.

Егор с Дамиром встретили нас в аэропорту с букетами цветов. Его объятия были такими теплыми и надежными, что на мгновение я забыла обо всех своих переживаниях.

Лера буквально светилась от счастья, когда увидела своего Дамира. Мне казалось, что их взгляды были настолько полны страсти, что они могли бы сжечь все вокруг.

По дороге домой, на заднем ряду звучали их тихие шёпоты и смех, а поцелуи сливались в нечто большее, чем просто нежность — это было настоящее безумие любви. Егор же старался отвлечь меня от них, рассказывая о новостях с работы и планах на выходные. Он говорил с такой искренностью, что мне хотелось слушать его, но мысли всё равно возвращались к Дмитрию. Каждый раз, когда я ловила себя на том, что отвлекаюсь, мне становилось неловко.

Домой мы вернулись поздно, и пока отвозили влюблённую парочку в их уютное гнёздышко, в воздухе витала напряжённая тишина. Затихнувший мотор у моего подъезда звучал как предвестник чего-то важного, словно он знал, что нас ждёт. Я повернулась к Егору, и в его взгляде заметила нечто тревожное. Он крепче сжал руль, и я почувствовала, как его пальцы побелели от напряжения.

- Что Дима сделал? — его вопрос прозвучал неожиданно и резко.

Я опешила, не ожидая такой прямоты. Внутри меня всё заколебалось, но я старалась не выдать своего смятения.

- Ты об экранизации? Он сказал, что ничего… — попыталась уйти от темы, но Егор не собирался меня отпускать.

- Не притворяйся… — перебил он настойчиво и уставился вперёд.

Я ощутила, как по спине пробежал холодок. Его настойчивый взгляд заставлял сердце биться быстрее.

- О чём ты? — переспросила я, пытаясь сохранить спокойствие.

- Тася! Я же вижу, что ты изменилась.

- Егор, ты с чего взял? Я просто устала после перелёта, — соврала я, хотя сама чувствую, как внутри меня всё закипает от противоречивых эмоций.

- Тася, он был моим соперником, — произнёс он с тяжёлым вздохом.

- Вот именно, был! — выделила последнее слово, стараясь звучать уверенно. — Он женится, мы тоже. — Я натянула улыбку, но она была скорее защитной маской. — Ты ревнуешь? — произнесла с легким вызовом в голосе.

Егор не ответил, лишь снова тяжело вздохнул, и тишина в салоне стала почти осязаемой. Он резким движением выключил зажигание и повернулся ко мне и его глаза потемнели.

- Тася, я люблю тебя. И боюсь потерять,— тихо проговорил он, протянув руку и нежно коснувшись моей щеки. Его прикосновение было горячим и нежным. – Скажи мне честно, между вами что-то было? Мне нужно знать.

Сердце забилось так быстро, что я едва могла дышать. Воспоминания о Дмитрии нахлынули на меня: его слова, взгляды, тот момент в отеле — всё смешалось в голове. Я понимаю, что должна быть честна с Егором, но страх разрушить наше счастье сковывал меня, как цепи.

Я ощутила как горло перехватило от волнения. Внутренний конфликт бушевал: одна часть меня хотела сказать правду, а другая — защитить то хрупкое счастье, которое мы строили вместе.

- Ничего не было, Егор, — наконец выдавила я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно — Он — мой бывший писатель, а я его бывший редактор. Между нами ничего не может быть. Просто я устала и, наверное, слишком впечатлилась этой поездкой. Забудь об этом, хорошо?

Егор, казалось, поверил мне. Он обнял меня крепко, прижимая к себе. Напряжение медленно отступало, но в глубине души оставалось чувство вины и предчувствие того, что эта история еще не закончена.

Я прижалась к нему в ответ, вдыхая его знакомый аромат. Однако даже в его объятиях я не могу избавиться от ощущения неловкости. Слова, которые произнесла, казались мне чужими, словно я говорила от имени кого-то другого. Сердцем я желаю верить в то, что между мной и Дмитрием ничего не может быть, но разум упорно твердит обратное.

Отстранившись, я посмотрела на него и заметила легкую тень беспокойства на его лице.

- Егор, я пойду домой, ладно? — произнесла я как можно более спокойным тоном. — Я очень устала и ужасно хочу спать…

Мои слова звучали почти как просьба, но в них скрывалась надежда на понимание, но вместо этого увидела лишь растерянность.

- Давай завтра встретимся и прогуляемся? — добавила я быстро.

На мгновение он замер, совно искал ответ на вопросы, которые он не осмеливался задать.

- Ты уверена? — наконец произнес он. Его рука легла на моё бедро, и я ощутила тепло его кожи сквозь ткань платья. Это прикосновение вызвало мурашки по всему телу.

- Да, — кивнула я, хотя сама уже не была в этом уверена. — Ужасно хочу спать.

Он медленно убрал руку с легким разочарованием. Я почувствовала, как в груди что-то сжалось, и, наклонившись, быстро чмокнула его в губы, стараясь передать хоть каплю поддержки. Выскочив из машины, поспешила к подъезду, ощущая, как его взгляд словно прожигает мне спину, оставляя за собой горячий след.

Когда я оказалась в квартире, машинально разделась и приняла душ. Тёплая вода смывала остатки чужого города и неловкие моменты. Я чувствую, как капли стекают по телу, но они не могут смыть мои мысли. Закрыв глаза, я вновь увидела образ Дмитрия: его проницательный взгляд и ухмылку, от которой сердце колотилось быстрее. В то же время в груди разгоралось чувство вины перед Егором — человеком, который доверяет мне и любит.

Забравшись под одеяло, уснула моментально. Спасибо аквапарку, он сделал своё дело.

Глава 17

На следующий день в редакции меня встретили с таким восторгом, что я на мгновение потеряла дар речи. Как только я вошла, меня буквально окутали аплодисменты и радостные крики. Коллеги образовали круг, а Лера, моя верная подруга и соратник, стояла в центре этого урагана эмоций с широкой улыбкой.

- Мы все знаем, что ты сделала для этой книги! — произнесла она, и я заметила, как её глаза искрятся от гордости. — Они просто не представляют, сколько мы пережили, пока искали Берестова!

Она начала рассказывать о наших приключениях: как мы бесконечно бродили по книжным магазинам, расспрашивали продавцов о возможных автограф-сессиях. Вспомнила, как мы с ней смеялись, когда пытались представить, где он мог бы быть в этот момент, и как поразительно было узнать, что он сидит всего в нескольких метрах от нас в ресторане.

И спасибо, что Лера умолчала о нашей эмоциональной перепалке с Берестовым и о той сделке, которую он предложил. Я была ей за это благодарна. Она знала, что для меня это было важно — сохранить в тайне ту уязвимость, которую я испытала. Вместо этого она рассказала о том, как мы с ней искали его следы, как у нас не было ни одной зацепки, но мы продолжали верить в удачу.

Слушаю её, и на губах появляется лёгкая улыбка. Чувствую сладкий привкус успеха и тепло единения в груди. Ради этого стоило бороться.

Когда аплодисменты стихли, я подняла голову и взглянула на своих коллег.

- Спасибо вам всем! Это было нелегко, но вместе мы справились!

В этот момент вышел Игнат Михайлович. Моментально повисла гнетущая тишина, и все взгляды обратились ко мне. Я ощутила, как сердце забилось быстрее, а ладони стали холодными. Игнат Михайлович, наш строгий директор, всегда умел создавать напряжение одним своим присутствием.

- Да, верно, наши девочки молодцы, никто не спорит, — произнес он с легкой усмешкой, но в его голосе слышалась нотка недовольства. — Но ты почему Ковалёва к нам его не вернула? — не дожидаясь моего ответа, продолжил. — Ты же знаешь, как нам нужны его книги! Его последний роман — это же просто золото! Почему ты не попыталась убедить его вернуться?

После этих слов внутри меня всё задрожало, как будто кто-то резко дернул за струну. Я знаю, что объяснять ему гордость Берестова, его характер и личные мотивы — бесполезно. Да и не хотелось выносить сор из избы. Лера, сидевшая рядом, попыталась вступиться за меня:

- Игнат Михайлович, это было не так просто… У Дмитрия Александровича свои причины…

Но он отмахнулся от неё, как от назойливой мухи, и в комнате вновь воцарилась тишина.

- Причины причинами, а план выполнять надо! Тася, я надеюсь, ты понимаешь серьезность ситуации. Надо что-то придумать.

Его тон был непреклонен, и я почувствовала, как по спине пробежал холодок. Взяв себя в руки, я постаралась собраться с мыслями.

- Я… я знаю, Игнат Михайлович, — пробормотала, стараясь скрыть смятение. Внутри все сжалось, и горло перехватило от волнения. — Мы говорили об этом, но… он отказался.

Его нахмуренные брови сдвинулись еще сильнее, а губы сжались в тонкую линию.

- Отказался? А ты просто так и сдалась? — его голос звучал как удар молота по наковальне, от чего в груди стало тяжело. — Ты должна была уговорить его, надавить, предложить более выгодные условия! Он же его бывший редактор, Таисия! Ты понимаешь, какую прибыль мы могли бы получить?

Я молчала, опустив глаза. В голове проносились обрывки разговоров с Дмитрием, его слова, его взгляды… Я понимаю, что он прав, но не могу же я ему объяснить, почему не настояла на его возвращении.

Лера, стоявшая рядом, почувствовала мою растерянность и попыталась поддержать меня.

- Игнат Михайлович, Тася сделала все, что могла! — проговорила настойчиво. — Берестов очень упрямый человек, его невозможно заставить делать что-то против его воли.

В ответ Игнат Михайлович бросил на Леру гневный взгляд, а затем снова обратил внимание на меня.

- Все могли! Главное — захотеть! Ладно, не будем сейчас об этом. Ты — моя лучшая сотрудница, но на этот раз ты меня разочаровала. Надеюсь, ты сделаешь выводы и в следующий раз исправишь ситуацию. А сейчас — за работу, бездельничать некогда!

С этими словами он развернулся и ушёл к себе в кабинет. Я осталась стоять на месте, чувствуя, как комок в горле становится все больше. Коллеги смотрели на меня с сочувствием, но я не могу поднять глаза. Чувство вины и беспомощности сжимало меня в своих цепях. В ушах звенело от напряжения, а руки дрожали от стресса.

Лера подошла ко мне и обняла за плечи. Её тепло немного успокоило меня.

- Не бери в голову, он всегда такой, ты же знаешь! — попыталась она поддержать. — Главное — мы все знаем, что ты старалась.

Я благодарно улыбнулась ей, но слова утешения не могут развеять ту тягостную тяжесть внутри. Всё утро ходила как в воду опущенная, словно тень, бродящая по офису. Слова Игната Михайловича преследовали меня, а мысли о Дмитрии не давали покоя. Я машинально перебирала бумаги, но мысли были далеки от редакционных дел.

В обед мне позвонил Егор, и в груди что-то сжалось. Его голос звучал напряжённо, и я сразу поняла: что-то не так.

- Тась, мы сегодня не сможем встретиться. У меня назначена встреча с влиятельным человеком в сфере IT.

Я старалась скрыть облегчение, которое накрыло меня.

- Понятно, — ответила я, стараясь звучать максимально расстроенно. — Удачи на встрече!

- Спасибо, — он тяжело вздохнул. — Как ты себя чувствуешь? Ты, наверное, очень устала после вчерашнего.

- Всё хорошо, — произнесла я, хотя на самом деле не очень. — Просто немного переживаю из-за работы. Не волнуйся, всё наладится. Ты лучше сосредоточься на своей встрече.

- Ладно, как освобожусь, сразу позвоню, — пообещал он. — Люблю тебя.

- Я тебя тоже, — ответила я и отключилась. Сердце немного успокоилось, но чувство вины не покидает меня. Я знаю, что не честна с ним, и это тяготило.

Вечером, уходя из редакции, я почувствовала себя опустошённой. Лера предложила выпить кофе, чтобы развеяться, но я отказалась, сославшись на усталость. Мне хотелось побыть одной, разобраться в себе и понять, как двигаться дальше.

Дома меня никто не ждал. Егор был на встрече, и я осталась наедине со своими мыслями. Заварив себе чай, я села на диван и уставилась в окно на спящий город. В голове вопросы, на которые нет ответов. Должна ли я поговорить с Дмитрием еще раз? Попытаться убедить его вернуться в издательство? Или лучше оставить всё как есть и забыть об этом?

Внезапно зазвонил телефон. На экране высветилось имя «Егор». Я взяла трубку и постаралась говорить как можно более непринужденно.

- Тась, привет, — прозвучал в трубке уставший голос. — Я закончил раньше, чем ожидал. Могу сейчас заехать?

Моё сердце ёкнуло. С одной стороны, мне хотелось увидеть его, почувствовать его тепло и поддержку. С другой — я боялась, что наша встреча только усугубит моё чувство вины.

- Егор, я… я не очень хорошо себя чувствую, — пробормотала я, надеясь, что он поверит в мою ложь. — Наверное, немного простудилась.

- Ох, прости, я не знал, — обеспокоенно ответил он. — Может, привезти тебе что-нибудь? Лекарства, фрукты?

- Не стоит, спасибо, — постаралась отказаться мягко. В горле пересохло от лжи. — Просто хочу отдохнуть и выспаться. Завтра будет видно.

Он помолчал немного, и я почувствовала его взгляд даже сквозь расстояние. Он пытался разглядеть меня за словами.

- Хорошо, тогда не буду мешать. Выздоравливай, любимая. Позвоню завтра.

Я положила трубку и закрыла лицо руками. Чувство вины давит на меня с новой силой. Я понимаю, что обманываю его, но не могу ничего с собой поделать.

Посмотрев на часы, я поняла: у меня еще есть время позвонить сестре и попросить её совета как психолога. Набрала номер и замерла в ожидании — она быстро ответила.

- Тасечка, привет! — произнесла тёпло и ободряющи.

- Ангелина, привет, — произнесла я, чувствуя, как внутри всё сжимается.

— Что-то случилось? Ты какая-то не такая, — заметила она с тревогой.

- Сестричка… — протянула я, собираясь с мыслями, и ощутила лёгкое дрожание в руках и глубоко вдохнула. — Мне нужен твой совет.

- Слушаю тебя...

- Помнишь, я рассказывала тебе о Дмитрии, бывшем писателе, которого я курировала? — произнесла я, стараясь не дать волнению охватить меня целиком.

- Конечно! Это тот, который признался тебе в чувствах, потом уволился, чтобы вы начали встречаться, но в итоге уехал в Столицу?

Я кивнула, хотя она этого не видела.

- Да, именно он. Но дело не только в этом. Он снова дал о себе знать.

- Что случилось?

Я глубоко вздохнула, ощущая, как воздух наполняет лёгкие и одновременно давит на грудь. Рассказала ей всё: о шантаже, о том, как он прижал меня к себе в ресторане, о смешанных чувствах, охвативших меня в тот момент. Как его близость заставила моё сердце биться чаще, а ладони вспотели от волнения. Я вспомнила, как он чуть не поцеловал меня у себя в номере, когда я пришла посмотреть документы на экранизацию его книги. И его признания звучали в моей голове как эхо, возвращаясь с каждым словом.

- И самое главное, — продолжила я, чувствуя, как слёзы подступают к глазам и горло сжимается от волнения, — он сам женится. И теперь я не знаю, как рассказать об этом Егору. Игнат Михайлович требует вернуть Берестова в издательство. Это так сложно… — произнесла я, ощущая тяжесть на душе. Внутри всё колотилось от противоречивых эмоций.

Ангелина молчала несколько мгновений. Я могла представить, как она обдумывает каждое слово.

- Ты не одна в этом, Тасечка. Испытывать такие эмоции — это нормально. Но важно понять, что ты хочешь для себя.

- Если до Столицы у меня была хоть какая-то ясность, то сейчас… — я потёрла виски, словно пытаясь избавиться от мигрени, что накатывала на меня.

- Егор любит тебя, и ты любишь его. Это основа ваших отношений. Но ты должна быть честна с ним, Тася. Не держи в себе этот груз. Расскажи ему о встрече с Берестовым, о его предложении и о том, как ты себя чувствовала. Егор заслуживает знать правду. Да, будет сложно, но доверие — это фундамент крепких отношений.

Она вздохнула в трубку, и я почувствовала её поддержку даже на расстоянии.

- Что касается Дмитрия… — продолжила Ангелина. — Похоже, он запутался в своих чувствах. Ему нужно время, чтобы разобраться в себе. Твоя задача – дистанцироваться от него. Не пытайся понять его мотивы и не ищи оправданий его поступкам. Он выбрал свой путь, а ты должна идти своим.

Я почувствовала легкое покалывание в пальцах — это была реакция на её слова. Я знаю, что она права.

- А что касается Игната Михайловича… — тут Ангелина помолчала. — Похоже, он просто манипулирует тобой и использует твои способности. Не позволяй ему этого делать. Объясни ситуацию: скажи, что ты сделала всё возможное и не собираешься идти против своей совести. Если он не поймёт — это его проблема.

- Ангелин… — произнесла я с трудом, чувствуя, как комок застрял в горле. — Знаешь, что самое странное? Я не люблю Егора. Честно говоря, я даже не понимаю, чем думала, когда согласилась выйти за него замуж. Мы ведь встречаемся всего нечего, а я уже так быстро приняла такое серьёзное решение… Хотя ответила ему не сразу.