Ведьма ищет любовь

Книга хранила сосредоточенное, но до того выразительное молчание, что я скривилась.

– И зря! У нас, между прочим, конкурент нарисовался.

Гримуар заинтересованно трепыхнулся, зашуршал листочками, отыскивая чистую страницу, и наконец изобразил крупный вопросительный знак атласной закладкой.

– В Доротивилль заявился еще один светлый колдунишка. Представляешь? Стоял как ни в чем не бывало возле калитки, расспрашивал, когда я последний раз видела соседа. Час от часу не легче! Только от одного избавились, как второй примчался. Им тут что, светлым медом намазано?

Черный гримуар согласно зашелестел страничками, ибо обида обидой, а светлых колдунов недолюбливали мы одинаково.

Наспех перекусив бутербродами, я поднялась наверх, плюхнулась в кресло у окна и перебрала стопку добытой литературы. Отложила загадочное МЖМ до лучших времен и подгребла поближе три-четыре романа потоньше.

– Начнем-с! – сказала я, наугад открывая первую книгу.

Весь остаток дня я агрессивно читала, загибая странички с полезной информацией.

Через час начал дергаться глаз.

Через два тревожную дробь била то одна, то другая нога.

Через три часа я капитулировала перед жанром, отложила книгу и начала конспектировать полученную информацию. В результате поняла, что вконец перестала хоть что-то понимать в этом жестоком мире полном неадекватной любви, и поплелась на кухню за чаем.

Пока на конфорке вскипал чайник, я решила проведать своего гостя. Подняла крышку люка, ведущего в подвал, нагнулась и уточнила:

– Эй, ты там как?!

– Выпусти меня, ведьма! – проорала темнота в ответ.

– Ага. Щаз! – фыркнула я и захлопнула крышку, отрезая похищенного от возможности вдоволь проораться.

Соорудив для себя еще несколько бутербродов, я взяла тарелку, чашку с ароматным чаем и вышла на крыльцо. Пристроив посуду на перилах крыльца, пару минут медитировала на белоснежный дом соседа.

Двухэтажная обитель конкурента хранила молчание, ничем не выдавая того, что в ней вообще кто-то долгие годы жил. И только деревянный голубок на крышке почтового ящика отчего-то выделялся на общем безмятежном фоне.

Я сделала глоток из чашки и задумалась.

Интересно, вчерашний огонек свечи мне показался или нет? И если кто-то в самом деле отважился влезть в дом колдуна, то как прошел все ловушки?

А они там точно есть!

Зная характер старичка, могу смело предположить, что вся территория его участка затянута светлой сетью заклинаний против воров, безумных и любопытных ведьм, а сам дом напичкан как магическими, так и обычными ловушками.

Если кто-то и мог проникнуть в эту крепость старого параноика, то он настоящий профи. Но что-то сомневаюсь, что такие специалисты вот так запросто станут разгуливать по нашему трижды захолустному Доротивиллю.

Но кое-что меня не на шутку тревожило и заставляло хмурить лоб.

Куда мог запропаститься светлый старичок? И почему на его поиски практически мгновенно прислали другого колдуна?

– Корвус Кей, – вслух сказала я, вспоминая брюнета.

Усмехнулась, забрала пустую посуду и пошла спать.

Не к ночи помянутый колдун мне приснился. И снился с какой-то странной навязчивостью. Сперва в качестве сильного и самоуверенного самца, который крал меня, трепетную ведьму, из отчего дома. После в качестве прекрасного принца, за сердце которого случилась настоящая женская драка со мной в главной роли. А ближе к утру коварный Корвус Кей трижды продублировал свой светлый лик и задался целью повторить сцену предварительных ласк с обложки той самой злополучной книги МЖМ.

Подскочив, я с гулко колотящимся сердцем села на постели и мрачно констатировала:

– Надо поменьше читать!

Рухнув обратно на подушку, я схватилась за перегруженную странными фантазиями голову и постаралась мыслить здраво.

Чтобы вернуть себе силу, надо или вымолить прощение у гримуара, или выполнить его пунктик про влюбленность. Первое невыполнимо, а для второго мне нужно…

– Да. Точно! – наконец поняла я и коварно улыбнулась. – Мне нужна жертва.

Глава 7. В которой ведьма объявляет охоту на симпатичного самца

Погода стояла замечательная, поэтому свой новый день я решила начать с легкого завтрака и небольшой прогулки в город. И угадайте, кого встретила на главной улице Доротивилля!

– Доброе утро, – сказал мэр Гудворд, противореча этому высказыванию как мрачным тоном, так и угрюмым видом.

– Доброе, – даже не соврала я.

Мужчина испустил долгий протяжный вздох. И если раньше он чем-то напоминал мне громкого бульдожку, то теперь бульдожка выглядел крайне озабоченным и грустным.

Чуть не ляпнула: «Кто отобрал у шалунишки мячик?», но, к счастью, вовремя прикусила язвительный язычок.

В конце концов, мне в этом городе еще жить и жить.

Желательно счастливо.

А расположение мэра этому ой как способствует.

– Какие-то проблемы?

– Проблемы, – эхом повторил мэр Гудворд и начал жаловаться черной ведьме на других исчадий зла. То есть на малолетних курсантов военной академии, примчавшихся в наш тихий и спокойный Доротивилль на летнюю практику.

Курсанты были бичом всех городов королевства. Причем никто заранее не знал, какой из городов осчастливят своим присутствием неучи на этот раз. В ход шла лотерея, а в некоторых случаях беспощадный случай: в какую точку укажет палец командующего, туда и нагрянут воинствующие лбы.

Все последние десять лет Доротивиллю крупно везло – курсанты военной академии обходили его стороной, предпочитая проводить летнюю практику в других, более опасных местах, но этот год для города можно было смело записывать в самые черные и невезучие.

– Будто мало нам было гарпий и… – быстрый взгляд в мою сторону, – других неприятностей. Так теперь ходи и думай, чтобы эти молодцы не перевернули наш город вверх дном!

Я сочувственно улыбнулась и увела тему в нужную для себя сторону:

– Мэр Гудворд, а до прибытия курсантов кто считался в Доротивилле самым тестостерованным самцом?

– Чего?

– Говорю, кто был первым парнем на деревне? – перефразировала я для непонятливых.

Мэр задумался. Надолго так задумался. Снял котелок, почесал намечающуюся лысину на затылке, прикрыл ее от чужих взглядов головным убором и посмотрел на меня.

– Так из холостых парней только трое и осталось. Пекарь, помощник кузнеца и Дрю Старк, что сейчас работает на стройке.

– Премного благодарна за совет.

Развернувшись, я с благодушным выражением на лице направилась в центр города, намечая маршрут. Сперва заглянем в пекарню, после к кузнецу и на горячее припасем загадочного Дрю. Может, кто из них и приглянется моему черствому черному сердцу.

– Госпожа ведьма! – понеслось мне вслед. – А что с курсантами делать?

– Пригрозить мной, господин мэр! – крикнула в ответ. – Просто пригрозить мной!

Денек для прогулки выдался что надо.

Солнечно, но не жарко. Одно удовольствие взять холодный лимонад в ближайшей кофейне и неторопливо гулять по суетящемуся городу.

Пекарь оказался молодым парнем с по-детски пухлыми щечками и трогательными пушистыми ресничками. Я пару минут полюбовалась на то, как он пытается отодрать от стены здания многострадальную вывеску, которую гарпии по ошибке повесили вверх ногами, и решительно отошла.

Парень будил во мне древний инстинкт напечь булочек и накормить страдальца, а там недалеко и до материнских чувств. Я же следовала указаниям прославленных авторов и знатоков любви, которые все как один утверждали, что от того самого мужчины должно что-то екнуть или сжаться.

Я пока плохо понимала, что конкретно, но верила, что в процессе разберусь.

Допив лимонад и выкинув стаканчик в ближайшую урну, я свернула от главной площади и направилась в рабочие кварталы. Здесь располагались мастерские и небольшие производства, разрешенные в черте города. Дом кузнеца удалось опознать еще издалека по громкой ругани и стуку молота о наковальню.

Помощник кузнеца на вид был на пару лет старше меня и крупнее раз эдак в пять. Вот уж не представляю, чем там кормила его матушка в детстве, но деточка перерос медведя. Помимо размеров, которые воистину пугали даже такую храбрую ведьму, как я, от молодца шел такой мощный дух, что кружившие мухи замертво падали на подлете.

– Теперь понятно, почему желающих на такую тушу не нашлось, – вслух подумала я и направилась на поиски третьего кандидата.

Процесс этот усложнялся тем, что я понятия не имела, где в Доротивилле кто-то что-то строит. Теперь представляете мое удивление, когда добрые горожане указали в сторону набережной?

Вдумайтесь в это страшное слово!

Набережная…

Обмелевшая и оттого медленно ползущая речушка с одним единственным перекидным мостом на ту сторону, видимо, тоже не считала, что достойна иметь на одном из своих берегов что-то настолько масштабное, поэтому с позором откатилась к противоположной стороне.

Освободившееся место быстро заросло высокой осокой и было облюбовано лягушками. Парочка дворняг тоже сочла участок пригодным для послеобеденного сна и развалилась прямо поперек тропки, ведущей к небольшому причалу, который неспешно сколачивала бригада рабочих.

Дрю Старка удалось вычислить без дополнительных сложностей. Начнем с того, что он был единственным молодым и крепким, а закончим тем, что остальные обращались к нему не иначе как «эй, красавчик Дрю» или просто «красавчик».

К слову, приставка парню подходила.

Выгоревшие на солнце волосы были собраны на затылке в короткий хвостик, но часть мелких прядок непокорно свисала на широкий лоб. Мягкие черты лица создавали интересный контраст с мощной нижней челюстью с аккуратной ямочкой на подбородке.

Я очень кстати вспомнила, что у главного героя из прочитанной накануне книги была такая же отличительная черта, и уверенно двинулась на перехват жертвы.

– Добрый день, – пропела я, старательно улыбаясь.

Мужчина моментально опознал во мне черную ведьму, вздрогнул и несколько неуверенно уточнил:

– Добрый?

Я величественно кивнула, вспомнила, что ресницы в таких случаях должны трепетать, и попыталась повторить задуманное.

Жертва любви испуганно попятилась. Пришлось сделать шаг вперед и схватить красавчика за руку, чтобы тот не сбежал раньше времени от привалившего ему счастья.

– А кто сегодня пригласит одну фантастически прекрасную ведьму на незабываемое свидание?

– Кто? – придушенно уточнил Дрю.

– Ты.

– Я?

– Ага, – кивнула и обеспокоенно глянула на побледневшего мужчину.

Хлипкий какой. Как бы в обморок ни рухнул. Или, чего хуже, в мир иной не отошел раньше времени. Стой потом оправдывайся перед мэром и местными жителями, что это не я красавчика укокошила, а слабое сердце подвело.

Красавчик тем временем оправился от первого шока, сделал глубокий вдох и попытался возразить, но вышло не шибко убедительно.

– Но… но… но… – заклинило светловолосого бедолагу.

Я тяжело вздохнула.

Что-то в последнее время я начала замечать, что прекрасные незнакомцы остаются прекрасными ровно до тех пор, пока все еще незнакомцы.

Этот с виду весь из себя смельчак, а как ближе подойдешь, так сразу заикающийся заяц. Другой вообще вон светлый колдун!

– Сегодня в девять вечера, – поторопилась я выдать парню нужные инструкции. – Прогуляемся по набережной, ты осыплешь меня комплиментами и подаришь розу. Обязательно красную, как символ твоей пылкой страсти. Жду возле своей калитки. Все ясно?

– К-к-конечно.

– Чудненько, – просияла я, отпустила мужчину, пошатнувшегося от перспектив погулять с ведьмочкой, и в самом приподнятом настроении заторопилась домой.

К свиданиям ведь надо готовиться.

Волноваться.

Предвкушать!

Короче, дел по горло: ванна не принята, голова не вымыта, гардероб не перемерен, а ведь еще плотоядную рассаду надо в открытый грунт высадить, а то все откладываю и откладываю, а бедным клыкастикам тесно в махоньких горшочках. Вон уже листики повесили. Того и гляди комаров откажутся ловить, что я тогда делать буду?

Погруженная в свои архиважные мысли на животрепещущую тему «как успеть все и сразу», я отперла калитку и даже не сразу заметила подозрительную активность на светлой стороне, а когда подняла голову и встретилась взглядом с колдуном, то приросла к месту.

– Доброго дня, соседка, – помахал из-за сетчатого заборчика радостно скалящийся Корвус Кей.

Неприлично довольный жизнью Корвус Кей!

Глава 8. В которой ведьму ждет неприятный сюрприз

«Да он издевается?» – подумала я.

– Вы издеваетесь?! – продублировала голосом.

Колдун разыграл пантомиму «А? Что? Ничего не слышу!», поднес к уху руку, сделав вид, что прислушивается, отрицательно качнул головой и пошел в сторону сетки, разделяющей участок на светлую и черную стороны.

И все это с мерзкой дружелюбной улыбкой.

У-у-у… убила бы! Да закон не позволяет даже проклясть.

– Ну, светлый, погоди, – проворчала я.

Бросила пакеты с покупками возле крыльца, перешагнула через клумбу, на которой как раз и планировала высадить своих прожорливых клыкастиков, приблизилась к сетке и без предварительных «здравствуйте, чудесная погода» сразу перешла к делу.

– Что вы здесь забыли, Корвус?!

Кей благодушно улыбнулся. Сегодня он сменил дорожную одежду на более простые черные штаны и свободную рубашку, отчего чисто внешне стал казаться более домашним и расслабленным.

Но в том и загвоздка, что только казаться.

Глаза колдуна оставались расчетливыми и холодными.

– Как это что? – делано удивился мужчина и начал загибать пальцы. – Крышу над головой. Уютную беседку на заднем дворе. Аптекарский огородик перед окнами.

Я тупо уставилась на дом за его спиной. Заметила, что у крыльца стоит парочка дорожных сундуков. Двери в сарай и мастерскую распахнуты настежь, а часть садового инвентаря уже раскидана по участку.

– Но вы не можете сюда вселиться! – воскликнула я, отказываясь верить в такую грандиозную подставу от судьбы. – Этот дом принадлежит другому светлому колдуну!

– Который пропал при невыясненных обстоятельствах, – напомнил Корвус Кей.

Я на миг заткнулась и пригасила градус праведного негодования.

Еще раз повнимательнее присмотрелась к серьезному и сосредоточенному виду собеседника, сопоставила связанные с ним странности и наконец поняла.

– Ах вот в чем дело, – усмехнулась я, скрещивая на груди руки. – Вы решили поиграть в детектива и самостоятельно найти моего соседа?

– Нет, – огорошил меня Корвус, оперся одной рукой о сетку, подался вперед и, призывно глядя в глаза, добил: – Я получил официальный приказ от светлого ковена на поиски Томаса Крузо.

– Ну так искали бы! – вновь психанула я, тоже придвигаясь к сетке. – Зачем для этого вселяться в его дом?

– В таверне «У Мо» слишком много постояльцев, а я, знаете ли, не выношу шума.

«А я, знаете ли, не выношу светлых колдунов», – зло подумала я, но вслух, разумеется, ничего не сказала. Зачем?

Зачем тратить слова, если можно возмущенно цокнуть, демонстративно развернуться на каблуках и уйти в дом, а клятый колдунишка пусть сам додумает, чего я там хотела сказать и в какой форме.

– То есть за солью мне к вам лучше не приходить, госпожа Блэк? – решил оставить за собой последнее слово Корвус.

– Отчего же! – ехидно отозвалась я в ответ. – Для вас, господин Кей, у меня всегда готов огромный выбор ядов.

– Учту.

Подобрав пакеты, я ворвалась в дом, недовольно хлопнула дверью и посмотрела на гримуар.

– Нет, ты это слышал?

Магическая книга щелкнула замочком и раскрылась на разделах с ядами, как бы говоря, что не только слышала, но и всецело на моей стороне.

Я с надеждой пробежала взглядом по рецептам, рассчитывая, что перед лицом общего врага, гримуар на время зароет топор обиды и вернет мне способность нормально колдовать.

«…для активации заклинания необходимо, чтобы ведьма была влюблена». – Гримуар был последователен, беспощаден и никогда не отступал от задуманной мести.

– В который раз убеждаюсь, что слово «отходчивый» – это не про тебя, – мрачно подытожила я и вместе с пакетами ушла собираться на свидание.

Нет, не то чтобы я никогда на них не ходила.

Ходила.

Раза четыре так точно.

Но раньше это всегда были приличные ведьмаки, с которыми мы творили крайне неприличные вещи, как то: маленькая диверсия в банкетном зале, где отмечали день рождения какого-то крайне влиятельного политика. Еще был срыв выпускного экзамена в военной академии и массовое истребление крыс, на которое почему-то среагировали белочки и поспешили дать деру из городского парка.

Ох, и крику же тогда было…

Однако любовные романы все, как один, настаивали на том, что первое свидание влюбленной парочки должно происходить несколько по иному сценарию.

Пришлось даже выписать основные пункты, чтобы ничего не перепутать и не запороть процесс.

Начнем с того, что свидание обязан был организовать мужчина. Ему же предполагалось отдать бразды правления и только глупо хихикать и наслаждаться процессом ухаживаний.

– Никакой инициативы с моей стороны, – зубрила я, попутно наполняя ванну горячей водой и благовониями. – Женщина на свидании обязана радоваться и принимать все знаки внимания, оказываемые мужчиной.

Тщательно вымывшись и высушив светлые волосы, я вытащила из пакета новое нижнее белье, купленное по этому случаю платье и аккуратные туфельки в тон.

Покосилась в сторону открытого окна и выпустила черную искру. Проем заволокло серой дымкой от подглядывания, которая не раз спасала меня от прошлого колдуна, проживающего по соседству, а теперь убережет от взглядов Корвуса Кея.

Натянув комплект, а за ним и платье, я покружилась вокруг зеркала, придирчиво оценивая себя со всех сторон, и села за макияж.

– Женщина должна как можно больше интересоваться своим собеседником, чтобы мужчина имел возможность пустить ей пыль в глаза, – повторяла я, нанося на ресницы тушь, видимо чтобы подчеркнуть для загадочной пыли область попадания.

– Следите за тем, что и сколько вы пьете, чтобы не попасть в затруднительное положение, – озвучила я новый обязательный пункт свидания, обводя рот помадой, чтобы этот самый рот вообще не смел злоупотреблять алкоголем.

– И главное… Свидание считается крайне удачным, если партнер спасает вас от какой-то неожиданной неприятности, – зачитала я последнее наставление мастеров слова и смяла уже ненужную бумажку. – Надеюсь, что эти авторы знают, о чем говорят.

Преисполненная радостного предвкушения от новых, доселе неизведанных для себя чувств, я открыла дверь и вышла на крыльцо.

Со стороны светлой части послышался судорожный кашель колдуна, пораженного до глубины светленькой душонки моим ослепительным видом. Я благосклонно улыбнулась, давая понять, что в кои-то веки всецело разделяю мнение колдуна, и неспешно ступила на первую ступеньку.

Не знаю, кой черт дернул меня немного скосить взгляд, чтобы полюбоваться озадаченной мордой светлого. Правда, не знаю! Но идея была однозначно ужасная.

Я была достаточно симпатичной ведьмочкой и частенько ловила на себе заинтересованные взгляды противоположного пола. Но светлый умудрялся смотреть как-то иначе.

Начнем с того, что он не скрывал своего восхищения и даже не помышлял о том, чтобы смущенно отвести взгляд, а закончим тем, что я крайне неправильно отреагировала на восторг идейного врага.

Вместо того, чтобы горделиво приосаниться, я тоже с интересом пробежалась по замершему мужчине оценивающим взглядом и – вот уж точно ужас! – внезапно обнаружила, что мне нравится и этот домашний вид, и эти подкатанные рукава рубашки, которые обнажили мускулистые руки, и самоуверенная поза Корвуса Кея.

Шокированная собственной реакцией, я промахнулась мимо ступеньки и едва не скатилась кубарем с крыльца. От позора и перелома шеи меня спас резной столбик, поддерживающий козырек. Вцепившись в него, как в спасительную руку проведения, я зажмурилась и подавила настойчивое желание постучаться лбом о твердое дерево.

– Саманта, вы в порядке? – с искренним беспокойством осведомился светлый.

– Да! – рявкнула я, взяла себя в руки и отпустила столб.

Дальнейший спуск прошел без сучка и задоринки. Я старательно игнорировала Корвуса Кея, тот не сводил с меня заинтересованного взгляда, от которого становилось жарко, невзирая на прохладу вечера.

Дойдя до калитки, я распахнула оную, рассчитывая обнаружить за ней нетерпеливо переминающегося красавчика Дрю с розой в руке, но вместо симпатичного блондинчика обнаружила молодого вороненка, упоенно выклевывавшего что-то в траве.

Больше перед калиткой никого не было.

– И как это понимать? – злобно пропыхтела я, поняв, что свидание накрылось медным тазом.

Вот и скажите, как бедной черной ведьме влюбляться, если и влюбляться-то не в кого?!

Глава 9. В которой ведьма таки идет на свидание

У вас бывали дни, когда все идет не по плану?

Причем это всегда случается резко, без предупреждений из небесной канцелярии. Вот еще минуту назад все хорошо было, а потом хлоп, и удача, словно неверный супруг, ушла от вас к другой, более интересной и доступной красавице.

Чует мое сердце, это светлый со своим кашлем и восхищенным взглядом.

Вот почему меня в жар бросило: Корвус тишком проклял неугодную ему ведьму!

И плевать, что светлые так не умеют.

Я сказала: проклял.

И точка.

– Да где ж тебя носит, Дрю?! – в сердцах выпалила я, но, потоптавшись у калитки еще минут десять, поняла, что ждать бессмысленно. Окончательно психанула и маленькой взбешенной пумой решила выйти навстречу опаздывающему возлюбленному.

Искренне надеюсь и верю, что просто опаздывающему, а не поспешно линяющему из Доротивилля. Ибо опоздание я пусть с натяжкой, но готова простить, а вот трусливый побег – никогда!

Но не успела черная ведьма запереть калитку и выйти на середину дороги, как с тихим скрипом пружин отворилась соседняя, выпуская наружу Корвуса Кея.

– Что?! – рявкнула вконец обозленная на весь мир я.

– Да вот решил чай попить, а сахар закончился, – «обрадовал» он всю такую злую меня своими бытовыми проблемами. – Придется прогуляться до ближайшей лавки. Саманта, вы же не против, если я составлю вам компанию до города?

Я была зла.

Я была категорически против чего бы то ни было.

А еще жаждала слить весь негатив, скопившийся в результате постигшего меня разочарования, и светлый колдун подходил для этого как никогда кстати, но банально не успела.

– Эге-гей! – донеслось до нас издалека, а следом из пыльного облака на горизонте возникла громыхающая по дороге карета.

Я слегка приободрилась и испепелила нового соседа взглядом.

– Корвус, придется вам идти за сахаром в гордом одиночестве. Я, знаете ли, сегодня иду на свидание, а мой кавалер очень ревнив и скор на…

На что там скор красавчик Дрю, так и осталось загадкой. Ведь стоило экипажу подъехать чуть ближе, а мне присмотреться повнимательнее, как стало очевидно: это не карета. Это, мать его, катафалк!

Пришел уже мой черед зайтись в судорожном кашле.

– Какая оригинальная подача транспорта, – не удержался от подколки светлый колдун, за что был тут же удостоен моего мрачного взгляда.

Нет, где-то очень глубоко в своей душе я была с Корвусом согласна, но вслух ругать безголового Дрю при конкуренте не стала, ибо помнила правило про пыль в глаза и старалась не мешать блондинчику производить на меня впечатление.

Тем временем черный катафалк неумолимо приближался.

Запряженная лошадь беспокойно мотала головой, то и дело сбиваясь с шага, но ее никто не одергивал, ибо тройке сидящих на козлах мужиков было откровенно не до того. Они пьяно размахивали руками, хохотали, выкрикивали несвязные глупости и так увлеклись, что едва не проскакали мимо ожидающей их ведьмы.

Пришлось незаметно дернуть рукой, выпуская из перстня черную искру. Лошадь покорно застыла на месте, отчего сидящие на козлах с дружным «А-а-а!» завалились вперед.

Не обнаружив среди пьяной тройки красавчика Дрю, я обошла карету.

Задняя часть транспортного средства оказалась полностью видоизменена под нужды покойных. Комфортабельные диванчики для пассажиров подменял плоский пол с направляющими для погрузки и выгрузки деревянной домовины. Место стенок кареты заняли четыре опорных столба со стеклянными окошками от пола до потолка. Некоторую приватность создавали симпатичные белые шторки, но чья-то незримая рука сдвинула их некрасивой гармошкой в самый дальний угол. И только обитая изнутри черным бархатом и украшенная венками снаружи крыша кареты оставалась на положенном ей месте.

Внутри катафалка стоял массивный гроб.

Блондин был в нем. Лежал на шелковой белой подушечке с закрытыми глазами и скрещенными на груди руками. В переплетенных вместе пальцах на манер свечи была зажата початая бутыль самогона.