Двуликий

– Аурелия, шустрее, – грозно произносит Демьян, оглядываясь назад. Его взгляд полон недовольства и злости.

– Иду. – Из-за мыслей о еде не замечаю, как отстала от мужчины. А он идет быстрее, чем может человек в его состоянии. – К чему такая спешка? Так сильно боишься смерти? – Я догоняю его и иду рядом.

– А ты не боишься ее?

– Нет.

– Почему? – Он с интересом смотрит на меня.

– Меня здесь ничего не держит. – Пожимаю плечами. – Но я боюсь остаться одна в таком темном лесу. Лучше умереть рядом с кем-то, чем бродить здесь одной.

– Тебя здесь ничего не держит из-за ваших строгих правил, – догадывается он. – Клан Дьяковых запирает женщин в клетке, где им разрешается дышать только с позволения мужчин.

У нас действительно очень строгие правила. Женщинам разрешалось выходить из дома только со своей семьей, во главе которой обязательно присутствовал один мужчина. В моем случае – отец. Нам запрещалось как-либо контактировать с другими мужчинами. Никаких разговоров и долгих взглядов. А одно безобидное прикосновение могло стать причиной кровопролития.

– По-твоему, это неправильно? – Мне становится очень интересно услышать мнение Демьяна по этому поводу.

– Нельзя найти что-то правильное в этих строгих правилах. Неважно, мужчина ты или женщина. Каждый волен быть свободным.

Меня удивляет его ответ. Я думала, что Демьян из тех мужчин, которым по нраву такая строгость. Возможно, из-за его грозного внешнего вида я сделала немного неправильные выводы о нем.

– К сожалению, наши мужчины так не считают. – Я грустно улыбаюсь. – Мы даже не в праве выбрать себе спутника жизни. Если выживу, то мне придется выйти замуж.

– Придется? – Демьян хмурится. – У тебя уже есть жених?

– Да. И он мне не нравится, – с отвращением бросаю я.

Папа выбрал мне жениха из семьи Огневых, которая подходила нам по статусу. Радион Огнев занимал должность министра и мог помочь ему стать Префектом. А я являлась средством достижения цели. Именно поэтому папа выдавал меня замуж за Влада, сына Радиона.

– А есть тот, кто тебе нравится? – Власов пристально на меня смотрит, буравя своим пустым взглядом.

– Нет, – шепчу я и прерываю зрительный контакт. – Разве у меня был шанс познакомиться с кем-то и узнать человека, чтобы он мне понравился? Я могла оценивать мужчин только по внешности. Пару раз я даже нарушила правила и заговорила с двумя. Но они оказались слишком трусливыми или заядлыми приверженцами строгих правил Дьяковых. А такие вызывают у меня только неприязнь.

– А тебе нужен тот, кто пойдет против правил и… – Демьян задумывается, – против твоего клана?

– Именно такой мне и нужен, – твердо отвечаю я, на что он никак не реагирует. – Считаешь меня предательницей семьи?

– Я тебе никто, чтобы осуждать.

– Но ты можешь высказать свое мнение.

– Могу. – Он вновь пристально смотрит на меня. – Лучше верши свою судьбу до того, как у тебя появятся дети. Настоящее предательство – это позволить им расти так, как росла ты.

Его слова вызывают у меня мурашки. До сих пор я об этом не думала. Если смотреть далеко в будущее, то моих детей ждет такая же жизнь. А это настоящее наказание. Но что можно изменить? В данный момент я даже не знаю, смогу ли выжить. Однако мне стоит многое переосмыслить.

– Спасибо за совет, Демьян.

Он коротко кивает мне в ответ. Этот человек намного глубже, чем кажется… Или хочет казаться.

Мы идем по лесу до тех пор, пока вокруг не темнеет. Я перестаю видеть перед собой стволы деревьев и пару раз сталкиваюсь с ними. Это, кстати, очень больно. На моем плече и бедре обязательно появятся синяки.

– Надо поесть и сделать место для сна. – Демьян останавливается у дуба, ветки которого низко свисают. Он рубит их своим посохом и бросает на землю. Я внимательно наблюдаю за ним и запоминаю все, что мужчина делает. Это может пригодиться мне в будущем.

Демьян сооружает нечто, напоминающее матрас. Он не такой толстый, как хотелось бы, но для сна в лесу вполне годится. Однако появляется беспокойство, что среди этих веток может прятаться паук. Я слишком сильно их боюсь.

– А там нет насекомых? – прочистив горло, спрашиваю я. – Пауков, например?

– Это лес, Аурелия. – Демьян садится на ветки и развязывает мешок, в котором осталась рыба. – Здесь везде насекомые.

– Спасибо. Ты меня утешил.

– Не стоит благодарности. – Он указывает взглядом на ветки и хочет, чтобы я села.

Я неохотно плетусь к нему и сажусь на матрас, внимательно оглядываясь по сторонам. Сомневаюсь, что замечу тут насекомых, но страх не позволяет оставаться спокойной. Лучше изучить все вокруг, чтобы наконец-то выдохнуть.

– Паук! – неожиданно кричит Демьян, заставив меня подпрыгнуть.

– Где?!– Я вскакиваю и начинаю кричать, стряхивая шапкой маленькое чудище со своей одежды. – Убери его! Убери!

Власов смеется в голос и наблюдает за мной с озорством в глазах. До меня поздно доходит, что он пошутил. На мне нет никакого паука.

– Прости. Я не смог удержаться. Ты так рассматривала все вокруг. – Он запрокидывает голову назад, прерывая свой баритонный смех, и просто улыбается.

Немного теряюсь и озадаченно смотрю на Демьяна. До этого момента я думала, что этот мужчина не способен подшучивать над кем-то. Но, видимо, это не так.

Замечая мой пристальный взгляд, он меняется в лице и снова становится серьезным, отстраненным. В его глазах проскальзывает что-то вроде чувства вины, сменившееся раздражением. Похоже, он злится на себя, потому что позволил эту слабость.

– Садись и поешь, – равнодушно произносит Демьян.

Я вновь опускаюсь на ветки и забываю о паучках и других насекомых. Взяв протянутую рыбу, начинаю есть. Рядом раздается цоканье. Белочка стоит перед нами и грызет орех. Либо этот орех бесконечный, либо она прячет их по всему лесу. Потому что я еще не видела ни одного орехового дерева.

Перед сном Демьян закидывает себе в рот таблетку. Он ложится на спину и ставит посох рядом.

– Я думала, что ты принял обезболивающее еще утром, – говорю ему.

– Вечером боль усиливается. Лучше принять его перед сном. – Он прикрывает глаза.

– Я бы могла дать тебе еще одну таблетку.

– Мне достаточно и одной, Аурелия. Не стоит быстро заканчивать всю упаковку. За месяц обезболивающее может понадобиться и тебе.

– Но сейчас тебе оно нужнее.

Демьян открывает глаза и впивается в меня взглядом. Власов разглядывает мое лицо, будто ищет во мне что-то.

– Почему ты так смотришь? – Я немного напрягаюсь.

– Пытаюсь понять, какая ты. – Он закидывает руку за голову и щурится.

– И какая же я?

– Пока не разобрался.

– Как и я в тебе. – Я слегка улыбаюсь и ложусь спать рядом с ним.

Между нами с Демьяном остается достаточное расстояние, но я чувствую, как его аура касается меня. Это что-то странное и необъяснимое. Словно между нами есть связь, о которой пока рано говорить. Хотя, возможно, я просто все выдумываю.

– Если ночью будет холодно, прижмись ко мне, – говорит Демьян. – Я не могу разжечь огонь. Дроны должны летать по всему лесу. Нас могут найти, пока мы спим.

– Мне… не холодно. Спасибо. – Я чувствую себя неловко, пока говорю эти слова.

В нашем клане запрещено даже смотреть на мужчин, а я сплю рядом с ним. За два дня было нарушено столько правил. Если отец узнает об этом, то может убить меня, чтобы очистить с себя черное пятно позора или же запрет в доме на всю жизнь. Я никогда не смогу выйти на улицу.

Думаю обо всем этом и тревожусь. Через три месяца должна состояться моя свадьба. Возможно, если я выживу, то Влад откажется жениться на мне.

Зачем ему девушка, которая целый месяц провела в лесу с незнакомым мужчиной?

– Спи, Аурелия, – прерывает мои мысли Демьян. – Хватит так громко думать.

– Ты читаешь мои мысли? – Я вопросительно смотрю на него. Он лежит с закрытыми глазами и ровно дышит.

– Ты спросила последнюю фразу вслух.

– Ой! – Я взволнованно чешу голову. – Прости.

– Сколько времени ты помолвлена? – скучающим тоном спрашивает он.

– Два месяца, – отвечаю я, посчитав в голове.

– За два месяца твой жених звонил тебе? Писал? Приходил в ваш дом, чтобы увидеться?

– Нет. Он не нарушает правил, хоть и не из нашего клана.

– Тогда спроси у себя, зачем тебе такой трус.

Я сглатываю слюну и пристально разглядываю Демьяна. В темноте это дается очень сложно, но мне удается увидеть черты его лица.

– Что такое, Аурелия? – Он открывает глаза и смотрит на меня.

– Ты бы нарушил правила из-за женщины? – шепчу я.

– Никогда, – без колебаний отвечает он.

– Почему?

– Потому что я никогда не доверюсь женщине и не подпущу слишком близко, чтобы нарушить из-за нее правила, – цедит он. – А теперь спи.

– На это должна быть веская причина. Тебя предала женщина? – Я не смогу уснуть, если не получу ответ на свой вопрос.

– Это не твое дело, – сухо бросает он.

– Ладно. – Отворачиваюсь от него и ложусь на другой бок. – Спокойной ночи, Демьян. Но знай, не все женщины – предательницы.

Власов не отвечает мне, но я ощущаю, что он прожигает взглядом мою спину. Не похоже, что я ему нравлюсь или вызываю большой интерес. Он держит дистанцию между нами. Мне стоит брать пример с мужчины. Он мне не друг. Мы просто попутчики. Если завтра на меня нападет зверь, Демьян не поможет мне.

Глава 6

Я открываю глаза, и первое, что вижу, это пустующие ветки рядом. Испугавшись, резко встаю и проверяю, на месте ли упаковка с таблетками. Обнаружив, что она все еще находится в моем кармане, я оглядываюсь по сторонам.

– Демьян, – громко зову я его, но он не отзывается. Мое сердце учащенно бьется в груди. Страх окутывает со всех сторон. В голову закрадывается мысль, что мужчина бросил меня. В этом не было бы ничего удивительного. Но я не могу контролировать чувство разочарования, подступающее к горлу огромным комом. Как он мог оставить меня?

Я начинаю судорожно искать следы Демьяна или что-то, указывающее направление, в котором он ушел. Возможно, я смогу догнать его. Мой взгляд цепляется за наручные часы, лежащие возле веток, где я спала. Их кожаные ремешки сложены в один и указывают в сторону реки.

Я хватаю часы и бегу к реке сломя голову. Мой страх не исчезает до тех пор, пока взгляд не цепляется за высокую фигуру Власова. Облегченно вздохнув, останавливаюсь и накрываю ладонью грудную клетку. Глаза слезятся, но я не позволяю себе плакать и давать слабину.

Он не бросил меня.

Сглатываю ком в горле и скольжу взглядом по Демьяну. Его одежда сложена у дерева, а сам он находится по пояс в воде. Мужчина внимательно смотрит на поверхность реки и крепко держит в руке посох. Видимо, ловит рыбу нам на завтрак. Вчера мы съели все, что осталось.

Я ненароком задерживаю на нем взгляд, разглядывая мускулистое тело. Прячусь за деревом и смотрю, как по твердым мышцам стекает вода. Широкие плечи и сильные руки напряжены из-за позы, в которой он стоит. Вены на бицепсах сильно выделяются. Смугловатая кожа покрыта множеством шрамов, которые хочется рассмотреть поближе. Демьян сложен как мужчина, уделяющий огромное время спорту. Его накаченное тело говорит о немыслимых нагрузках. Иначе я не знаю, как Власову удается выглядеть, словно он сам Зевс, спустившийся с Олимпа.

Я перестаю подглядывать за ним и выхожу из-за дерева. Мне стоит сделать пару шагов к реке, и Демьян тут же оборачивается. Заметив меня, он хмурится и, ничего не сказав, продолжает ловить рыбу. Я подхожу ближе и кладу его часы на одежду.

– Спасибо, что оставил часы, – шепчу, чтобы не спугнуть рыбу.

Он не отвечает, но бросает на меня мимолетный взгляд. Кажется, что Демьян зол из-за чего-то. Это немного напрягает, вызывая чувство неловкости. Я не желаю мешать ему и иду вдоль реки. Мне тоже не помешает разок окунуться в воду. Хотя она очень холодная. Голову лучше не мочить. Пусть у меня и есть шапка, но рисковать не стоит.

Я не успеваю пройти и трех метров, как вдруг Демьян подает голос:

– Куда? – спрашивает он грозным тоном.

Я оборачиваюсь и встречаюсь с его пристальным взглядом. Он будто смотрит мне в душу и кромсает ее в пустоте своих глаз.

– Хочу помыться, – прочистив горло, отвечаю я.

– Мойся здесь и быстрее. Дроны могут появиться в любой момент.

– Но здесь… – Скольжу по нему взволнованным взглядом.

– Я не буду смотреть на тебя, Аурелия, – раздраженно говорит он, словно хочет придушить меня за такие мысли. – Пройди к тому дереву. Там мелководье и нет рыбы.

Демьян указывает мне направление, и я киваю ему. Прячусь за дерево, ветки которого свисают над рекой и закрывают вид сверху. Быстро раздеваюсь до нижнего белья и подхожу к краю, обнимая себя за плечи.

– Будет холодно, – бубню я под нос, прежде чем зажмурить глаза и решиться прыгнуть в реку.

Начинаю дрожать, как только ощущаю на себе низкую температуру воды. Зубы стучат друг о друга, а холод иглами впивается в кожу. Я опускаюсь на колени, чтобы вода дошла мне до груди, и начинаю быстро мыть лицо. Провожу мокрыми руками по волосам, кончики которых оказались в воде. Хорошо, что мы не попали в лес зимой. Не представляю, как бы я мылась.

Быстро купаюсь и выхожу из реки. Нужно подсохнуть, прежде чем одеться. Я стою на прохладном воздухе минут пять, пока с меня капает вода. Сняв нижнее белье, выжимаю его и надеваю обратно. Я натягиваю на себя одежду, по которой скольжу взглядом. Она, конечно, не так чиста, как хочется. Но выбора у меня нет.

Я возвращаюсь к Демьяну, успевшему выйти из реки и одеться. Он внимательно смотрит на меня и проходит мимо, держа в руке мешочек с рыбой.

– Я разожгу огонь, – сухо бросает он. – Согреешься и поешь.

Я готова похлопать ему от радости. Меня все еще пробирает до костей от холода, и я с удовольствием погреюсь у костра.

Демьяну требуется время, чтобы разжечь огонь. Я хожу из стороны в сторону и буравлю его взглядом, пока он старательно и терпеливо ждет появления дыма.

– Аурелия, – низким голосом зовет Власов, посмотрев на меня исподлобья. Его взгляд кажется темным и глубоким.

– Что?

– Сядь уже. Не мельтеши перед глазами.

– Я пытаюсь согреться, – равнодушно бросаю, обняв себя за плечи.

– Сядь, – цедит он.

– Не сяду. – Я хмурюсь. – Если ты зол на что-то, то срывайся свой гнев на неодушевленных предметах, а не на мне.

Демьян делает глубокий вздох и, прервавшись, снимает с себя ветровку. Он протягивает ее мне.

– А тебе… разве не холодно? – Я чувствую себя неловко из-за этого.

– Надень, Аурелия.

Я молча забираю ее и надеваю. Мне становится намного теплее. От тела Демьяна идет такое тепло, что даже вещи пропитаны им. Правда я тону в его ветровке, которая достаточно велика, и достает до самых колен. Но так даже лучше.

– А в этом лесу нет ничего вроде домика лесника? – Сажусь у дерева, чтобы не мешать Демьяну.

– Есть. Но он находится ближе к трассе.

– Далековато, – разочарованно произношу я.

– А что, ты уже соскучилась по дому?

– Скорее по кровати, расческе, зубной щетке, свежему белью и сладостям.

Демьян думает о чем-то, наконец-то сумев разжечь огонь. Он ломает несколько веток и натягивает на каждую из них рыбу. Свесив ветки над костром, мужчина ждет, пока наш завтрак будет готов.

Я сажусь поближе к огню и греюсь. Все тело потихоньку оживает, вызывая у меня улыбку и облегчение.

– Хорошо, – выдыхаю я.

Спустя некоторое время Демьян снимает рыбу с огня и дает ей остыть. Мы потихоньку едим, и я возвращаю ему ветровку, искренне поблагодарив его за заботу, на что он никак не реагирует. Впрочем, мне не привыкать. Надо просто смириться с тем, что он не любит разговаривать.

Мы собираем оставшуюся рыбу в мешок и продолжаем наш путь. Дорога к трассе становится все ужаснее и ужаснее. Мы перешагиваем через толстые корни деревьев, которые моментами переплетаются между собой. В некоторых местах корни обвивают большие булыжники. Приходится перелезать и через них. Мне не сложно это делать, хотя я быстро устаю. Но Демьяну приходится непросто. Его тело еще восстанавливается, и такие нагрузки только препятствуют процессу заживления ран.

– Скажешь мне, когда проголодаешься. – Демьян перелезает через очередной булыжник. – Я не хочу останавливаться, чтобы перекусить. Мы и так задержались утром.

– Хорошо. – Бросаю взгляд на множество корней, через которые нам предстоит пройти и жалостливо хныкаю. – А нет другого пути?

– Нет. – Он встает рядом со мной и мрачно разглядывает нашу "тропинку". – Придется идти этой дорогой.

Я запрокидываю голову назад и смотрю на ветки деревьев, закрывающие вид на небо. Они словно обещают, что мы не выберемся отсюда. Все вокруг становится таким одинаковым, что начинает кружиться голова. Я пячусь и, споткнувшись, лечу назад.

– Осторожнее. – Демьян ловит меня за талию, прижимая спиной к своей твердой груди. Я оборачиваюсь и замечаю его бегающий взгляд. Он вслушивается в тишину леса и хмурится.

– Что-то не так? – шепчу и получаю легкий кивок в ответ.

Неожиданно по стволу дерева, у которого мы стоим, спускается белка. Я совсем позабыла о ней. Она появляется, когда ей вздумается. Тоже мне "свободная пташка".

– Где ты была? – Я делаю шаг к ней, но Демьян хватает меня за талию и останавливает.

– Надо бежать. – Он подталкивает меня вперед.

Я понимаю, что что-то происходит, но бежать нам некуда. Мы застряли посреди корней деревьев. Единственный путь – перелезть через них, а это долго. Власов тоже понимает это. Он бегает взглядом вокруг и пытается найти выход.

– Что происходит? – Я начинаю нервничать.

До ушей доносится вой. От страха прижимаюсь к Демьяну, впиваясь пальцами в его ветровку. Он накрывает ладонью мою спину, будто пытается уберечь от чего-то.

– Взбирайся на дерево, – как можно спокойнее говорит он и отстраняется.

– А ты? – Я с тревогой в глазах смотрю на него.

– Взбирайся, – приказывает он, резко развернув меня к стволу. – Вперед.

Я моментально хватаюсь за свисающие лианы и ветки, взбираясь по ним вверх. Демьян удерживает меня снизу, чтобы не упала. Внезапно я слышу громкий женский крик и вздрагиваю. Он раздается по всему лесу и не прекращается. От страха тело перестает подчиняться мне. Я застываю, не в силах шевельнуться.

– Аурелия! – Громкий голос Демьяна выводит меня из ступора. – Поторопись!

Я сглатываю слюну и продолжаю подниматься. Душераздирающий женский крик резко обрывается. Женщина мертва. Ее просто разорвали звери. Я представляю, каково ей. Какую боль она испытала перед смертью. Мне бы не хотелось так умереть. Оказавшись на достаточном расстоянии от земли, я смотрю вниз. Демьян стоит на месте, сжимая в руке посох.

– Демьян! – Я со страхом в глазах наблюдаю за ним. Наши взгляды встречаются, и он хмурится. – Ты же не останешься там стоять?

– Ветки деревьев тонкие. Они не выдержат мой вес. К тому же я не смогу взобраться, – объясняет Власов.

– Но ты не можешь там оставаться. – Мои губы начинают дрожать. – Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. Мне страшно остаться здесь одной.

– Аурелия… – Он будто не знает, что мне ответить.

– Я помогу тебе взобраться. – Протягиваю ему руку. – Пожалуйста.

Демьян озадаченно смотрит на меня несколько секунд. На мгновение его губы трогает грустная улыбка.

Рядом раздается рычание. Я вздрагиваю и бегаю взглядом вокруг. На одном из булыжников замечаю огромного серого волка. Из его пасти капает слюна, а глаза краснеют. Он голодным взглядом смотрит на Демьяна и скалится.

Наверное, я сошла с ума, раз за секунду принимаю решение умереть. Хватаюсь за лиану и прыгаю с дерева. Приземлившись рядом с Демьяном, смотрю ему в глаза. Он явно удивлен, но шок быстро сменяется гневом.

– Релли! – разъяренно кричит он.

Глава 7

– Релли! – вырывается из моего горла.

– Умирать так вместе, – испуганно заявляет Аурелия.

Она стоит рядом со мной, бегая взволнованным взглядом от меня к волку и обратно. Я не до конца понимаю, зачем она спрыгнула с дерева. Но ее поступок приводит меня в бешенство. Если бы не рычание хищника, я наверняка придушил бы эту девчонку.

– Ты не умрешь, – цежу ей.

Я хватаю ее за локоть и прячу за спину. Ее руки в ту же секунду оказываются на моей пояснице, а пальцы впиваются в ветровку. Ощущаю ее страх и крепче сжимаю в ладони посох, собираясь проткнуть им волка. Это единственный способ спастись. Бежать – не вариант. Надо бороться.

– И ты тоже? – шепотом спрашивает Аурелия, прижимаясь всем телом к моей спине.

Я ничего не отвечаю, сфокусировав внимание на изголодавшемся звере. Он медленно приближается к нам и принюхивается, раскрыв свою пасть. Одно его ухо оторвано наполовину. Это наталкивает меня на мысль, что я знаю его.

Перед Лудусом в лесу всегда вылавливали разных хищников. Но порой в клетки попадали одни и те же. В особенности волк с оторванным ухом, которому я даже дал имя.

– Амарок. – Вытягиваю руку вперед, показывая жестом, что не наврежу ему. Он должен узнать меня. Я надеюсь на это.

Волк останавливается и опускается на задние лапы. Он точно голоден, но нападать не решается. Животное могло узнать меня раньше, чем я его. Скорее всего, это и послужило причиной того, что он так медлит.

– Ты знаешь его? – Аурелия все так же встревоженно прижимается ко мне.

– Кажется, да. – Я осторожно открываю мешок, пока волк пристально следит за каждым моим действием. Бросаю ему рыбу, и он тут же набрасывается на нее, утоляя свой голод.

Я спокойно выдыхаю, осознав, что все обошлось. Напряжение в теле немного спадает, но ненадолго. Если животных выпустили раньше срока, то отец меняет правила игры. Причиной этого мог послужить только я. Он хочет избавиться от меня и сделает для этого все.

– Откуда ты его знаешь? – спрашивает Аурелия, далеко отгоняя мои мысли.

Я сжимаю челюсть и, убирая ее руки со своей ветровки, оборачиваюсь. Желание придушить эту девчонку возвращается. Ее глупый поступок не укладывается в моей голове. Она могла умереть, но девушку это не беспокоит от слова совсем.

– Зачем надо было спрыгивать с дерева? – раздраженно спрашиваю я, вглядываясь в ее сине-голубые глаза.

Она скрещивает руки на груди и хмурится. Поза явно не говорит о том, что Аурелия сожалеет о своем поступке. Скорее гордится и готова повторить эту глупость.

– Я должна была смотреть, как тебя разорвут на кусочки?

– Ты должна была сидеть на дереве, Релли! – бросаю ей холодным тоном.

Аурелия отводит взгляд и прочищает горло. Она будто ощущает себя неловко. Меня немного озадачивает резкая смена ее настроения.

– Благодарю за заботу, Демьян, но я лучше умру с тобой, чем буду прятаться на дереве. Для меня это не так страшно, как остаться одной в незнакомом лесу. – Она поджимает губы и смотрит на меня снизу вверх. – И, тебя ведь не должно беспокоить, жива ли я или нет. Мы просто идем рядом. Я – не твоя ответственность.

Ее слова заставляют меня задуматься. В них присутствует доля правды. Я не должен о ней беспокоиться. Но почему меня переполняет гнев из-за ее поступка? Мне с самого начала известно, что Дьякова не продержится и недели. Я вообще не обязан печься о ее жизни.

Отрываю от нее взгляд и запрокидываю голову, услышав тихое жужжание. Над нами летает белый дрон. Это вызывает у меня усмешку. Отец точно огорчится, увидев меня живым. Он наверняка надеялся обнаружить мое бездыханное тело. Но отцу не повезло. Я не собираюсь умирать. Не сегодня.

– Нам не следует бежать? – интересуется Аурелия, тревожно поглядывая на дрон.

– Бежать – нет. Но и стоять на одном месте тоже не вариант. Пора идти, – отвечаю я ровным тоном.

Она кивает мне и идет вперед, перешагивая через корни деревьев, которые торчат из земли и переплетаются между собой, создавая препятствия на пути. Подобных преград в Черном лесу достаточно. Нам еще предстоит многое пройти. Если, конечно, Аурелия сможет дойти до конца.

Я смотрю на Амарока, который заканчивает есть. Он делает несколько шагов в мою сторону и запрыгивает на булыжник. Что-то подсказывает, что у меня появился еще один попутчик. На самом деле это не так плохо. Он может отпугивать других хищников. А таких в этом лесу немало.

Я шагаю вперед, помогая себе посохом. Мое тело еще не восстановилось, поэтому некоторые движения причиняют жгучую боль. Это замедляет мой темп, но я намереваюсь ускориться, как только приду в себя полностью. А на это потребуются несколько дней.

– Послушай, – Аурелия перелезает через очередной корень и, сдувая с лица прядь волос, пристально смотрит на меня, – откуда ты знаешь этого волка? – Она настороженно смотрит на Амарока.