Полная версия
Битва империй
– Ясна, ваше императорское величество. – Кивнул генерал.
– Хорошо, идите. – Императрица повернулась к следующему. – Петр Николаевич, вам ставлю задачу, по оптимизации финансов империи. Вы должны дать возможные решения по улучшению налоговых поступлений, экономию казны, оптимизации расходов. Конечно, нельзя просто слепо экономить. Траты неизбежны, но они должны быть обоснованными. Основная задача, это сбор всех видов недоимок. Это ясно?
– Идите. Денис Сергеевич. Вы должны составить вариант законов, которые будут равно действовать на всех подданных империи и вариантов их соблюдения. Барон, князь, граф, рабочий и крестьянин должны быть равны перед законом. Подумайте, какие нужно подправить, а какие принять. Идите. Василий Федорович, вам нужно составить доклад по международной обстановке. Кто нам угрожает, кто нам может быть союзником, кого опасаться, а с кем лучше дружить. Для вас пока всё. Идите.
За столом остался только Воронцов и Головин.
– Андрей Степанович, Сергей Григорьевич, у нас вами будет более долгий разговор. – Сказал императрица. – О вас, Андрей Степанович, мне доложили несколько раньше, этой встречи. Как мне описали, вы не только талантливый инженер, но ещё и хороший организатор. Вы, Сергей Григорьевич, своим докладом заинтересовали меня, особенно в нынешнее время. Я вам скажу сразу честно. Мне многое в вашем докладе понравилось, включая и решения обозначенных проблем. Но у меня должна быть уверенность, что вы специалисты в своем деле. Вы оба. Поэтому никаких докладов через три дня от вас я не жду. Я дам вам более практическое задание. Марина.
Императрица повернулась к своей помощнице и та достала из портфеля несколько бумаг.
– Это официальное распоряжение за моей подписью всячески содействовать вам.
– Содействовать в чем, ваше императорское величество? – Уточнил Воронцов.
– В вашем задании. В Кронштадт переведен старый броненосный фрегат «Адмирал Лазарев». Вы вдвоем должны разработать план по его модернизации, организовать все работы и провести их. Чем быстрее, тем лучше. Чем лучше станет корабль, тем лучше. Вопрос цены тоже важен. Вам ясна задача?
– Уточнить можно, ваше императорское величество? – Спросил Воронцов и после кивка императрицы продолжил. – Как к этому отнесется морское министерство? Не будет ли от него препятствий.
– У меня весьма схожий вопрос, ваше императорское величество. – Заметил Головин. – Модернизация корабля, это довольно обширная работа. Понадобятся усилия разных заводов.
– Любой из них будет оказывать вам содействие. – Сказала императрица. – Те, кто будут чинить препятствия, вызовут моё неудовольствие. Для содействия я вам выделю своего помощника. Вся же организация работ и их ход за вами. Идите, господа, не затягивайте с работой.
Воронцов с Головиным вышли из дворца. Головин покачал увесистой папкой с докладом.
– Тут есть что-то относящееся к нашей задаче?
– Нет, Андрей Степанович, если это копия моего доклада, то в нем общие положения и варианты их решений, от самых простых, до довольно радикальных и жестких. Про работы над кораблями там вообще ни слова. Хотя есть предложение по развитию флота своим путем, не ведя слепое копирование британского.
– Вы же знакомы с британским флотом, неужели думаете, что мы сможем создать что-то более лучшее? – Удивился Головин.
– Всякое может быть. Главная моя мысль, это не вести копирование. Ведь копируя британские корабли, мы всегда будем в отстающих и не развивать свою школу кораблестроителей. Вот вам последний пример. Я собирался устроиться на Адмиралтейские верфи, где вскоре должны заложить новый броненосец. Насколько я знаю, он будет строиться по образу британского «Нила». Вот только «Нил»16 уже спущен и почти достроен. Мы свой ещё даже не заложили. Через лет пять, шесть построим его, только к тому времени британцы построят более новый и совершенный корабль, да и не один. Нет, слепо следовать за британцами, это значит всегда быть позади. Учитывая их промышленность, это значить далеко позади.
– Поговорим об этом позже. – Предложил Головин. – Сейчас у нас с вами есть конкретная задача. Думаю, её провал сильно может на нас сказаться. Если даже императрица оставит это без последствий, то для всех мы будем теми, кто подвел императрицу. Что вы знаете об «Адмирале Лазареве»?
– Если честно, то особо ничего и не знаю. – Признался Воронцов. – Кажется, это старый корабль мониторного типа.
– Тогда предлагаю времени зря не терять. Вы знакомы с кораблями. Отправляйтесь в Кронштадт, оцените корабль на месте. Я отправлюсь в Адмиралтейство, запрошу чертежи, затем проедусь по заводам, узнаю, который готов сейчас принять корабль. Завтра утром встретимся у корабля. Согласны с таким планом?
Бумага с подписью императрицы действительно имела огромное могущество. Два часа ушло на то, чтобы на паровом катере добраться до Кронштадта. Там Воронцов нашел искомый корабль и после предъявления бумаги его беспрепятственно пустили на борт. Командир корабля капитан 1-го ранга Ландерг Николай Всеволодович, узнав, что Воронцов будет заниматься модернизацией корабля, лично показал все отсеки, проведя экскурсию по кораблю.
– В целом, я с вами полностью согласен, Сергей Григорьевич. – Согласился Ландерг. – Я думаю, и в Адмиралтействе думает схоже. Нам даже не стали менять орудия в кормовой башне, так как смысла от них нет. Максимум на что они способны, это обстрел берега. Вот только берега вокруг наши, а ни до какого вражеского нам не дойти. Если честно, меня удивляет ваше желание по работам над кораблем. Если уж тратить казенные деньги, то лучше вложить их в тот же броненосец «Петр Великий». Все-таки он солидный корабль и полноценная замена артиллерии на новую существенно повысила бы его характеристики.
– Возможно, дойдет очередь и до «Петра». – Сказал Воронцов. – У вас, Николай Всеволодович, часом нет подробных чертежей корабля.
– Кое-какие есть.
Командир корабля достал с полки свернутые листы бумаги и развернул их на столе.
– Прекрасно. – Обрадовался Воронцов. – Андрею Степановичу нет надобности посещать Адмиралтейство. Впрочем, ту не все, но сгодятся. Что же, Николай Всеволодович, давайте сейчас более подробно о механизмах, нуждающихся в ремонте и замене.
Изучая состояние корабля, Воронцов остался на нем до вечера и принял предложение командира заночевать на борту. С Ландергом он обсудил различные варианты модернизации. Утром на корабль прибыл Головин с подробными чертежами.
– Что скажите, Сергей Григорьевич? Подумали над планом работ?
– Есть кое-какие мысли. Хотя если честно, то этот корабль не стоит вложений средств. Он устарел. Как-никак, а ему больше двадцати лет. Командир корабля считает и я с ним согласен, что лучше было бы вложить деньги в тот же «Петр Великий».
– Возможно, – кивнул Головин, осматривая палубу, – только если мы что-то сделаем не так, неправильно, то пусть это будет на этом корабле, чем на броненосце. Давайте прейдем к делу.
В кают-компании на столе разложили чертежи корабля. На тех, что передал Ландерг, Воронцов уже сделал массу пометок.
– Вижу, вы нашли чертежи. – Сказал Головин, рассматривая пометки Воронцова. – Тут у меня нет особого опыта, так что, дело за вами, Сергей Григорьевич.
– Хорошо. – Кивнул Воронцов. – Считаю, если и модернизировать столь пожилой корабль, то придется использовать все достижения науки. Чтобы хоть как-то повысить характеристики корабля, нужно использовать не просто самое новое, но и то, что ещё никто не применяет.
– Например?
– Самое первое, это заменить котлы. Вместо традиционных, жаротрубных, установить водотрубные.
– У нас их не производят. – Заметил Головин.
– Придется произвести. – Пожал плечами Воронцов. – Только этого мало. Я предлагаю полностью поменять машину. Точнее, установить две, каждая на свой вал.
– Довольно радикальная перестройка. – Сказал Головин, рассматривая чертежи. – У корабля один винт и корма построена так, что установка двух винтов невозможна.
– Я знаю, – кивнул Воронцов, – придется корму перестроить. Установим два винта нового типа. Как на византийских пароходах. Это позволит использовать всю мощность машин. Чтобы поднять мощность машин, помимо водотрубных котлов, увеличим и давление пара. Чтобы этого добиться предлагаю использовать нефтяное топливо.
– Жидкое топливо. – Сказал Головин. – Это довольно неизведанная область, хотя могу заметить, что свои достоинства в этом есть. Хорошо. Новые машины и котлы определенно дадут результаты.
– Сама конструкция корабля не может обеспечить ему хорошую мореходность. На высокой скорости будет заливать палубу. – Заметил Ландерг.
– Согласен. – Воронцов сделал несколько набросков на чертеже. – Придется немного перестроить нос. Верхнюю часть разберем, опираясь на литой форштевень, построим новый из мягкой корабельной стали. Наподобие клиперского носа с развалом бортов. С бортами ничего нельзя сделать, но хоть нос заливать не будет.
– Что с вооружением? – Спросил Головин. – Корабль существует именно из-за него.
– Тут тоже предстоит много работы. Прежние башни придется полностью убрать. Точнее переделать под орудия 8-мь дюймов. Ставить меньшие, нет смысла, более крупные слишком тяжелые. Орудия 8-мь дюймов легче тех, что стоят. Это позволит уменьшить вес башен.
– У 8-ми дюймовых орудий длиннее стволы. – Сказал Ландерг. – Средняя башня не сможет поворачиваться, да и другим будут мешать мачты.
– Мачты уберем, это без обсуждений. – Пояснил Воронцов. – Сами башни будут немного другие, из-за меньших орудий. Дымовую трубу сместил ближе к рубке, а мостик надвинем над носовой башней. Кормовую рубку уменьшим. От носовой, до кормовой рубки протянем узкую палубу над средней башней. На этой палубе установим две шлюпбалки со шлюпками и малые орудия.
– Вижу, вы все уже продумали. – Сказал Головин. – Хотя много сложных решений. Хотя, если получится, то уже будет огромный опыт для модернизации других кораблей.
– Вы осмотрели заводы?
– Да. Правда, я не учитывал перестройку части корпуса. Нужен сухой док.
– Местный свободен. – Подсказал Ландерг.
– Это хорошо. – Кивнул Головин. – Идемте, Сергей Григорьевич, дадим распоряжение Кронштадтской верфи. Вы, Николай Всеволодович, готовьте корабль для перехода к доку.
Управление верфи сначала с непониманием встретило Головина и Воронцова. Они готовились к принятию для достройки броненосца «Император Константин», а тут пришли какие-то штатские и говорят, что нужно срочно вводить «Адмирала Лазарева» в сухой док и начинать работы над ним. Верфь подчинялась морскому министерству, поэтому штатские были им вообще не указ.
– Василий Иванович. – Вежливо обратился Головин к начальнику верфи флагманскому инженер-механику Афанасьеву. – Посмотрите на бумаги, которые подтверждают наши полномочия.
– Бумага, это всего лишь бумага, – недовольно сказал Афанасьев, беря документ у Головина, – без указа министра Шестакова мне все равно никак нельзя.
– Обратите внимание на подпись и печать. – Указал Воронцов.
Увидев подпись императрицы, да и внимательно прочитав текст приказа, Афанасьев поменялся в лице. Далеко не каждый человек в России мог держать в руках императорское распоряжение с императорской подписью и печатью.
– Теперь вы понимаете, что у нас не просьба, а прямое распоряжение императрицы. – Сказал Головин, забирая документ.
– Как вам будет угодно. Что именно вы хотите делать с «Адмиралом Лазаревым»? Корабль весьма пожилой. Машины старые, слабые, артиллерия никудышная, да и не полная.
– Знаем. – Согласился Воронцов. – Прежде всего, нужно работы проводить быстро. Сроки работ ограниченны. Вот вам общий план работ. Завести корабль в док. Демонтировать все мачты, демонтировать все башни, разобрать палубу, демонтировать машину и котлы, разобрать верхнюю часть бака до 5-го шпангоута. Разобрать нижнюю часть кормы до 27-го шпангоута, демонтировать винт, вал и шахту вала.
– То есть оставить голый корпус? – Уточнил Афанасьев.
– В целом, верно. – Кивнул Головин. – Сколько на это уйдет времени?
– Сложно сказать. Если добавить рабочих, то за полгода справимся.
– Месяц. – Строго сказал Головин. – Я найду вам рабочих и дополнительный инструмент.
– Господа! – Удивился Афанасьев. – Месяц, это невозможный срок.
– Это крайний срок. – Добавил Воронцов. – Императрица ждет результатов. Я не думаю, что вы хотите её подвести.
– Приступайте к работам. – Головин направился к выходу. – Идемте Сергей Григорьевич, у нас много работы.
На паровом катере они направились назад в столицу.
– Разобрать корабль не сложно. – Сказал Головин. – Вот что мы будем ставить в него? Нет ни машин, ни котлов, ни вооружения.
– Орудия закажем на Обуховском заводе, может они есть в резерве флота. – Предложил Воронцов. – Зная размеры «Лазарева» сделаем модель башенных установок. Допустим из дерева, затем по шаблонам уже изготовим в металле.
– Тогда машины предлагаю заказать на Балтийском заводе. Котлы на Путиловском. Раз вы предлагаете делать водотрубный котел с высоким давлением, то паровые трубки нужны хорошего качества.
– А как вы поможете Афанасьеву с рабочими и инструментом? – Спросил Воронцов. – Рабочие, это одно, но инструмент совсем другое.
– Вы работали на верфях «Армстронга» в Британии, я правильно понял?
– Верно.
– Как там осуществляют клепку?
– Как и у нас. В печах раскаляют заклепки и забивают молотами. Клепальная бригада, это четыре человека.
– А вы знаете, как сейчас клепают в Византии? Там клепальная бригада три человека, но скорость клепки более высокая. Они начали применять пневматические молоты17. Причем, эти молоты очень универсальны. Легко сменить насадку для забивания заклепок на зубило. Тогда довольно просто сбивать заклепки или срезать тонкий металл. Также византийцы сейчас не чеканят соединения листов металла.
– И как они добиваются герметичности?
– Довольно просто. Перед соединением металла они промазывают его специальным составом. Это специальный раствор на основе каучука. Хоть и дорого, в целом выходит экономнее, так как не тратится время на чеканке.
– Интересное решение, хотя в некоторых случаях спорное. Что касается пневмомолотов, то это существенно может повлиять на скорость работ. Конечно, зависит от скорости их работы.
– Хорошо они работают. Я видел их сам. Опытные клепальщики тратят минуту, полторы на одну заклепку. Пневмомолот забивает её секунд за десять. Сейчас византийцы могут построить пароход за полгода.
– И давно у них появились эти пневмомолоты?
– Нет, точнее первые образцы появились ещё года три назад, но они были довольно тяжелыми и уходило много времени на их перемещение. Новые появились в прошлом году и вот с ними может работать один человек.
– Хотите их приобрести?
– Несомненно. Это поможет и в будущем. К тому же, я вижу им и другое применение. Византийцы их используют только на верфях, я же вижу их как прекрасный инструмент для шахтеров.
– Если вы, Андрей Степанович, сторонник новейших инструментов, то советую обратить внимание на новый метод соединения металлов, который опробовали в Перми, на Пермском пушечном заводе.
– Что за метод?
– Там сваривают металл электричеством.
– Кажется, ранее были подобные опыты, сварка металла угольным стержнем.
– Не то. – Покачал головой Воронцов. – В Перми сваривают металл металлом. Прочность соединения очень высокая. Я думаю, что при развитии этого направления можно будет существенно сократить работы с металлами.
– Непременно обращу на это внимание. Что по нашей работе, давайте разделим усилия. Работы много и нужно делать все одновременно, иначе перестройка «Лазарева» затянется. По опыту работы на наших заводах я знаю, что там не спешат работать. Одну деталь могут делать месяцами, ошибаться, переделывать, а потом требовать платы, как за готовое изделие, так и за работы над браком. Займитесь артиллерией и машинами. Я займусь котлами, инструментом и обеспечением вас всем необходимым.
– А что с корпусом?
– Это пока неспешно. Без машин и котлов все равно там нечего делать. Меня больше беспокоит ваша идея о нефтяном питании котлов. Нужна система подачи нефти. Она ведь не может поступать в котлы самотеком, да и не будет, если давление на выходе повысится из-за температуры. К тому же, нефть, это не вода. Она погуще.
– Есть у меня одна идея.
– Вот и займитесь ею.
Далее мужчины начали работы отдельно друг от друга. Изредка они встречались на Балтийском заводе, где решено было делать две машины. Из-за конструкции корпуса корабля, они могли быть только горизонтальными. За основу были взяты прежние машины «Лазарева», но не двухцилиндровые, а трех. Чтобы использовать все достоинства такой конструкции, решено было делать их двойного действия и многократного расширения. Две более крупных машины, несомненно, были тяжелее прежних, поэтому вес решили отыграть на котлах. Сама конструкция должна была дать более высокое давление, поэтому количество котлов решено было уменьшить до четырех. Для пробы решено было собрать один опытный котел на Балтийском заводе. В основу котла легли два цилиндра соединенных пятью десятками паровых трубок. В верхней части котла установили ещё два цилиндра, соединенными сорока тонкими трубками. Для обеспечения прочности все трубки были сверленными и соединялись с цилиндрами резьбовыми соединениями через медные шайбы. Получилась этакая лесенкоподобная конструкция. Пока Балтийский завод делал опытный образец котла, Воронцов приступил к работам над артиллерией корабля. На Обуховском заводе он узнал, что инженер Савичев ведет работы над новым орудием калибра 8-мь дюймов. Новое орудие обещало быть на тонну легче прежнего, длина ствола 45 калибров, вместо 35. На нем отсутствовали цапфы, а новый затвор обещал вдвое увеличить скорострельность. Воронцов решил использовать именно это новое орудие, которое ещё даже не было сделано. Правда, работы над ним продвигались довольно быстро. Чтобы не ждать его производства, Воронцов решил работать с макетом, как и планировал ранее. Начальник Обуховского завода генерал-майор Резников весьма заинтересовался этими работами. Они сулили заказ на три башенных установки и шесть орудий. Все что требовалось Воронцову, ему тут же предоставляли. С ним работала бригада рабочих, два артиллерийских офицера с несколькими матросами. В цехе из дерева сделали модель части корпуса «Лазарева» с башенной установкой. На деревянной модели отрабатывали оптимальную установку орудий и размещение всех механизмов. В качестве основного привода башни решено было использовать электромотор с редукторным механизмом. Вертикальную наводку ради простоты решили сделать механическую ручную. Для надежной опоры башню решили установить на опорные катки с коническими бортами. Это должно было обеспечить надежность всего механизма и гарантировать стабильность всей установки. Чтобы упростить изготовление опорного круга его решили делать не монолитным, а сборным и скрепленным множеством болтов. Схожая конструкция должна была быть и у опорного круга самой башни. Такое решение требовало больше работ, но было дешевле, так как не нужны были большие отливки из прочной стали с последующей трудоемкой обработкой. Детали меньших размеров было гораздо проще сделать. Когда весь макет установки прекрасно вращался и поднимал стволы макеты, приступили к механизмам подачи снарядов и зарядов. Морские офицеры предложили сделать их как на броненосцах. Решение было отработанное, но Воронцова не устраивало. Оно не давало нужной скорострельности, требовало дополнительных работ в самой башне и ограничивало длину снаряда. Если сделать подачу снарядов, как на броненосцах, то снаряды должны были подаваться в горизонтальном положении. После подачи к орудию, их нужно было переместить на загрузочный лоток и только после этого задвинуть в казенную часть орудия. Следом также поступить с зарядом. Именно подъемный механизм и ограничивал длину снаряда. Если вдруг появятся новые снаряды, большей длины, то их уже нельзя было использовать. Воронцов хорошо знал британские методы строительства кораблей и понимал, что прежние русские снаряды уже плохо подходили для борьбы с современными кораблями. В Британии и Франции уже начали внедрять бездымный порох, это вскоре должно было привести и к созданию новых снарядов, поэтому ориентироваться на прежние образцы Воронцов не хотел. Он предложил сделать подачу снарядов и зарядов вертикальными шахтами и в вертикальном положении. В самой башне снарядная шахта оканчивалась поворотным лотком. Снаряд вставал вертикально. Когда орудие становилось на угол заряжания, то заряжающий снимал стопор лотка. Снаряд опускался вместе с лотком в горизонтальное положение и становился на стопор. Шарнирный досылатель с приводом от электромотора задвигал снаряд в казенник. После этого рядом опускался лоток с зарядом, заряжающий перекатывал заряд на загрузочный лоток и шарнирный досылатель задвигал его в орудие. Далее оба лотка поднимались в вертикальное положение, готовые принять новые снаряд и заряд, а замковые закрывали затворы. Чтобы уменьшить внутреннее пространство башни, решили отказаться от замковых, а затворы снабдить электродвигателями. Целый месяц работали над всеми башенными механизмами с утра до вечера, отлаживая всю их механику. Когда макет заработал без нареканий, начали работы над внешней частью башни. Для её основы, вдоль башни пустили три опорных полупереборки. Одна между орудиями, две с внешних сторон. Внешние были под углом, расширяющиеся к торцу башни и обеспечивая больше места обслуге. От цилиндрической формы башни Воронцов решил отказаться. Во-первых, для простоты производства бронеплит, во-вторых, для оптимизации внутреннего пространства. Он считал, что незачем делать круговую защиту одной толщины. Передняя часть должна была быть самой толстой в двести миллиметров, но и площадь была небольшой. Бока башни, расширяющиеся к задней части башни имели разную толщину. От толстой в сто пятьдесят миллиметров, с уменьшением толщины до ста миллиметров. Передняя часть крыши башни тоже была под небольшим углом и имела толщину 80 миллиметров, остальная часть сорок. Тыльная часть башни должна была иметь толщину в сорок миллиметров и два кармана для балансировки башни. В действующем образце их бы заполнили чугуном или бетоном. Между карманами поместили место командира башни, а за ним бронированный люк. Когда общая модель уже была почти готова, один из морских офицеров озвучил очень существенное замечание. Места обслуги хоть и были вполне удобными, но все же, башня была довольно тесная, а при стрельбе в ней будет просто нечем дышать из-за пороховых газов. Это было очень важное замечание. Воронцов его даже не учитывал ранее, так как работал на верфи, строя корабли, но, не плавая на них и тем более, не стрелял. Он обсудил этот вопрос с конструктором орудия Савичевым и начальником завода генерал-майором Резниковым. Резников большой проблемы в этом не видел. Он предложил снабдить орудие продувкой воздухом под высоким давлением перед открытием затвора. Дополнительно установить два электродвигателя с воздухонагнетателями. Один бы выгонял воздух из башни, удаляя поступившие в неё пороховые газы, второй стоял бы гораздо ниже и подавал воздух в башню из боевого погреба. Савичев обещал доработать орудие под установку продувке его воздухом. Эти меры давали нужный эффект, но требовали дополнительного оборудования. Три башни с электромоторами уже требовали установки на корабле мощной динамо-машины18. К этому добавлялись моторы вентиляции, плюс компрессор и запас воздуха для продувки стволов. Это все, не считая ещё системы подачи жидкого топлива, над которой Воронцов все это время пока только думал. Когда закончили все работы над макетом башенной установки Воронцов дал указания просчитать её вес и начать воплощать в металле. Сам он решил более плотно заняться системой подачи топлива. У него было два варианта. Первый, это установить насос или насосы с приводом от электромоторов. Свои плюсы в этом были, но электромоторов и так уже на корабле слишком много, особенно учитывая их высокую стоимость и закупку заграницей. К тому же нельзя было допустить, чтобы основная система корабля зависела от подачи электричество. Второй вариант и он же основной, это установить дополнительную машину для привода дополнительных механизмов. Одна такая машина уже была в плане работ как привод новой динамо-машины. Вторая, меньшего размера, должна была работать на систему подачи топлива и компрессор. Все дополнительные механизмы должны были занять место в котельном отделении. Там из-за новых котлов должно было освободиться треть пространства. Небольшой котел для второй вспомогательной машины должен был иметь смешанное питание, то есть работать, как на угле, так и на нефти. Ведь запустить его нужно было именно на угле. Далее начались работы над самой системой подачи топлива. Изначально Воронцов хотел применить поршневой насос с подачей топлива на несколько распылителей. Система обещала быть эффективной, но сложной. После недели обсуждений с инженерами Балтийского завода и разных вариантов, пришли к более простому решению. Перед подачей в котлы решили установить цилиндрический бак из толстого металла. В этот бак два шестеренчатых насоса подавали топливо с расходного бака. Насосы создавали в баке высокое давление, а два клапана обеспечивали его регулирование и сброс излишков в расходный бак. По топливопроводам из толстостенных трубок топливо шло к котлам и перед подачей на распылители проходило через сам котел, нагреваясь почти до пара. В расходный бак топливо поступало самотеком или с помощью двух небольших центробежных насосов. Всем заводам были указаны кратчайшие сроки работ над механизмами. В тоже время Воронцов и Головин лично следили за качеством работ и требовали строгое соблюдение всех размеров. На Кронштадтской верфи уже вели работы по переделке барбетов под новые башенные установки и собирали новую носовую часть. Как и обещал Головин, он перевел пятьдесят дополнительных опытных рабочих с других заводов. Самим работникам он обещал дополнительную плату в качестве командировочных. В августе из Византии доставили пять пневмомолотов с двумя компрессорами сменными зубилами. Рабочие их опробовали и новые инструменты им очень понравились. В сентябре собрали первый опытный котел. Его решили делать меньших размеров. В случае удачного испытания его решено было использовать для дополнительной машины. Основание котла и стенки обложили огнеупорным кирпичом. Испытание сжатым воздухом котел прошел, выдержав 20 атмосфер19. Инженеры Балтийского завода заметили, что если поднять давление пара даже до 10 атмосфер, понадобится высокая температура и тяга в котлах. Кроме этого понадобятся холодильники20, для конденсации пара. Это добавило новых проблем. К тому же Воронцов уже знал, что предварительный расчет по башенным установкам показал излишек веса. Тут решение было вполне очевидным. Корабль, по сути, был просто опытным, поэтому он дал указание уменьшить толщину бронеплит. Тем более, что к их изготовлению ещё не приступали. Кронштадтская верфь доложила, что при существующем весе башенной установки, барбетная часть будет тоже тяжелой. Тут вариантов особых не было, и Воронцов указал отказаться от бронирования барбетного колодца. Броню оставить только у боевого погреба. Корабль и так был низкобортным, и попасть в него было не просто. Конечно, лучшим вариантом было бы отказаться от старой брони пояса, но это значило бы переделать весь корабль. Тогда уж проще было построить новый.
