Лия Грант и легенды Эоландии

Иногда Лия помогала Адриану с подработкой. Чаще всего он выгонял кобольдов – сельских вредителей, оставляющих после себя кучки земли и подземные туннели на месте исчезнувших овощей. За эту работу он получал небольшую плату и копил на путешествие в город. Хотя по местным меркам семья Гоуди и считалась обеспеченной, Мэри и Гарольд не давали детям карманных денег. По их мнению, в деревне в этом не было нужды, а если ребёнок хотел заработать, он мог принять предложение от соседей: выполнить поручение или обменять помощь на товар. Однажды измученный фермер заплатил Адриану за избавление от прожорливых кобольдов целый золотой лакен – сумму, равную десяти серебряным снутам. Это было неслыханно много для юного чародея. На вырученные средства Адриан повёл друзей в лавку Сахарная звезда. Его любимым развлечением там были ускользающие батончики – сомнительная, по мнению Лии, игра, но Адриан с упорством пытался поймать сладости, несмотря на цену: два снута за пять попыток.

В огромном серебряном чане по спирали кружились карамельные батончики с орехами. Стоило конфете оказаться в центре, как она поднималась в воздух в прозрачном пузыре. Вереница переливающихся пузырей тянулась под самый потолок, дожидаясь ловца сладостей. Если никто не успевал притянуть пузырь, тот истончался, и батончик падал обратно в чан. Адриан объяснил, что это не просто игра, а настоящая тренировка чар перемещения: если действовать слишком резко, пузырь лопнет и сладость ускользнёт. Адриан забывал обо всём на свете, пока не добивался успеха. В очередной раз он потратил шесть снутов, прежде чем Лия остановила его, сказав, что пяти батончиков им вполне достаточно.

Друзья устроились в своём укромном местечке – на окраине деревни, между камнями и зарослями кустов калины у старого въездного указателя. Там, вдали от посторонних глаз, можно было спокойно поговорить и съесть добытые лакомства. Указатель, увитый высохшим вьюнком, изображал статую старого чародея с посохом и лежащей у его ног собакой. Стоило подойти ближе, как пёс поднимался и тянулся носом к рукам, а старец склонял голову и гулко произносил: С прибытием в Линдсхольм. Эти же слова были выбиты на табличке внизу, но Лия не смогла их прочитать. Хотя чародеи редко путешествовали пешком, указатель стоял там ещё со времён основания деревни.

За повседневными делами и развлечениями Лия не замечала, как летят дни, но порой, лёжа в кровати и глядя в круглое окно на рассыпанные по небу яркие звёзды, она тосковала по родителям, по Алто и Уле, друзьям и даже по школе. Ей снились родной дом, любимые уголки Санларкса и старый дуб в парке, через который они с Кукой попали в Эоландию. Мысли о том, что родители, возможно, безуспешно ищут её, причиняли боль. Ещё обиднее было осознание того, что, несмотря на доброту Гоуди и дружбу Адриана, она здесь чужая. В отличие от Куки, Лия чувствовала, что не принадлежит этому миру и никогда не станет его полноценной частью. Иногда она зарывалась в подушку и плакала, не в силах сдержать чувств. Кука, просыпаясь от её всхлипов, шептал слова утешения, и они, обнявшись, засыпали.

Даже сейчас, сидя на Жемчужном мосту и наслаждаясь живописным видом реки, Лия размышляла о своей судьбе. Они с Кукой уже достаточно долго пробыли в Линдсхольме, а информации об открытии прохода в Эланвиль на ярмарку всё не было. Освободившись от домашних дел, Адриан пришёл к ним и предложил заглянуть на почту перед ужином, чтобы ещё раз проверить доску объявлений.

Помимо чар полёта, доступных лишь немногим, высшие чародеи, возглавляющие гильдии и Совет Четырёх, создали зачарованные проходы между поселениями с помощью связующих камней. Это стало необходимой мерой безопасности: на дорогах путникам угрожали не только дикие зачарованные существа, но и куда более опасные тёмные чародеи – чернокнижники. Они владели чарами скверны, входящими в перечень запрещённых.

Когда-то эти знания были использованы в войне с троллями – древним народом, добывавшим драгоценные камни и редкие металлы, столь нужные чародеям. Тролли, обладавшие уникальными знаниями и чарами, помогали строить столицу Эоландии и работали бок о бок с чародеями, но Совет Четырёх отказался признать троллей равными, не допустив их короля к управлению страной. Это вызвало раскол и восстание.

Благодаря врождённой защите от большинства чар, тролли стали серьёзным противником. Тогда чародеи, неспособные одолеть их обычными средствами, прибегли к ужасным ритуалам, породив чары скверны. С их помощью чернокнижники подавили восстание и изгнали остатки древнего народа на север, но расплатой стало собственное падение. Владение чарами, способными убивать или подчинять даже каменных гигантов, развратило их, и многие чернокнижники позже были казнены. А запрещённые знания – вернее, то, что от них осталось, – теперь хранились на самых недоступных полках Чертогов Мирознания. Некоторым чернокнижникам всё же удалось избежать расправы, и они скрылись в руинах северного города Грэйхолм. Совет Четырёх построил сторожевые башни по всей округе, особенно вблизи Эланвиля, и основал Гильдию Смотрителей для защиты от новых угроз.

Адриан с нетерпением ждал возможности попасть в столицу на ярмарку ко Дню Зелёного Дракона: в ярмарочные вечера и праздники проход открывался для всех бесплатно. Лия же мечтала попасть в Чертоги Мирознания. Друзья регулярно проверяли доску объявлений на почте. В первый раз Лия и Кука даже не поняли, что место, куда их привёл Адриан, и есть почта, – огромное старое дерево, лежащее между двух холмов на окраине Линдсхольма. Его выкорчеванные корни, тщательно подстриженные и очищенные от земли, торчали в разные стороны, образуя вход. Рядом висела доска объявлений, украшенная резной птицей со свитком в клюве. На ней почтальон Рино Линней размещал объявления. Лия и Кука не понимали письменности чародеев, поэтому приходили на почту только с Адрианом. Он внимательно изучал доску, вчитываясь в приглашения на шабаши, объявления о ярмарках, сводки о переименовании улиц и продаже вещей, но информации об открытии прохода в Эланвиль всё не было.

За ужином Адриан не скрывал своего негодования. И тут, к удивлению всех, Берна предложила помощь.

– Я тоже хочу в Эланвиль, что тут удивительного? – бросила она, игнорируя взгляды. – Мне нужно отправить письмо в Гильдию Знахарства. Попробую снова вступить в неё, а заодно напишу друзьям. Возможно, они знают, когда откроется связующий камень.

– Можешь использовать домашнего стрижа, – предложила Мэри. – Сэкономишь на отправке.

– Не хочу. Сама разберусь, – буркнула Берна, не желая это обсуждать.

– Твоё рвение похвально. Только попроси рекомендательное письмо у Никса Тальвиса. Он мой давний друг и хороший алхимик, несмотря на свои причуды. Я уверен, что это повысит твои шансы… – начал было Гарольд, но не успел договорить.

– Я же сказала, что сама разберусь! – резко перебила Берна и отодвинула тарелку. Повисла неловкая тишина, и до конца ужина никто не проронил ни слова.

Как обычно, Лия и Адриан взяли десерт с собой, и, чтобы Кука мог поесть в своё удовольствие, отправились в комнату. Они заранее договорились, что так будет удобнее: Кука мог спокойно, не скрываясь, есть то, что сам незаметно стащил с кухни. Устроившись на кровати Лии, друзья уплетали миндальный пирог и запивали его чаровным ликёром.

– Что с ней? Никогда бы не подумала, что Берна решит помочь, – сказала Лия.

– Ей просто нужно попасть в город. Вот увидишь: её ещё заставят за нами присматривать. Да и Кристиан тоже наверняка пойдёт – прибавит хлопот, – мрачно отозвался Адриан, откидываясь на подушки.