Цена равновесия

– Поэтому я и хочу, чтобы вы с Келлой вдвоём отправились. Ему понадобится помощь травницы, а ей – помощь дипломата.

Ролар судорожно сглотнул.

– Если он захочет уехать из долины – пусть едет, не препятствуйте. Но лучше, чтобы он остался и помог с воскрешением. Постарайся уговорить его.

– Но с чего ты взял, что он согласится?

Лён пожал плечами:

– Не знаю. Думаю, он понимает, что сейчас не время для распрей. Мы отбили атаку, но источник проблемы не найден. Неизвестно, что у него в запасе.

Ролар понимающе кивнул.

– Значит, поднять… Ладно. Я же каждый день этим занимаюсь. – Ролар ошарашенно покачал головой. – Если он меня убьёт, я стану беспокойником и буду напоминать тебе об этом всю твою долгую жизнь.

Бросив это, вампир направился навстречу предполагаемой гибели.

Ролар не ответил, лишь показал неприличный жест через плечо.– Я воскрешу тебя, о мой преданный друг!

Маги. Теперь – маги.

Вольха была права. Их было немного, но они пришли. Разных возрастов, разных рас, но все – настоящие маги-практики, а не те зелёные неучи, что сейчас отсиживались в укрытии. Все обступили Учителя, который вводил их в курс дела. Судя по мысленному гулу, они готовились к какому-то ритуалу. Среди них выделялся один маг – высокий, немолодой, но младше Учителя, скорее всего, тоже его ученик. Черноволосый, смуглый, с очень светлыми глазами, которые, казалось, смотрят сквозь тебя. Он первым заметил приближение Лёна.

– Арр’акктур… – Учитель хотел добавить что-то ещё, но отвел глаза и запнулся. От него явно веяло виной. Лён поморщился.

Большинство таращились на Лёна, не скрывая удивления и благоговейного ужаса. Пробежавшись по их мыслям, вампир хмыкнул: «Ну да, „Вампирий справочник“. Я и забыл про этот шедевр».

– Я присоединюсь к вам, – Лён внимательно наблюдал за реакцией окружающих.

– Вы проделали большую работу, обороняясь, – этот хриплый, прокуренный голос принадлежал Катиссе. – Но дальше мы не можем позволить вам рисковать в войне магов.

Было видно, что ей не нравится присутствие вампира в их кругу и что она очень хочет вежливо от него избавиться. «Похвально. Судя по всему, эта женщина нечасто бывает вежлива».

– Это была не просьба, – Арр’акктур прожёг её взглядом. Несколько молодых выпускников отступили назад.

Возникла тягостная пауза.

– Думаю, вам будет полезно узнать, что мы собираемся сделать, – этот голос принадлежал магу со светлыми глазами. – Объединив силы, мы по остаточной энергии определим траекторию магии. Это сложно, но нашей общей силы должно хватить. Если получится, мы найдём источник ворожбы. После столь могучего ритуала у противника уйдёт много времени на восстановление. Мы успеем подобраться к нему до следующей атаки.

– Это не его дело, Верес, – Катисса старалась говорить тихо, но какое это имело значение для телепата?

– Ошибаешься, – его спокойный голос пробирал до нутра. – Из-за того, что Ковен закрыл на это глаза, это дело стало для него личным. Повелитель, мы отправимся в путь не ранее следующего утра. Так уж вышло, что ночью я сильнее. Ритуал я проведу ночью.

Лён кивнул, погружённый в свои мысли. Значит, у него ещё есть время наладить кое-какие дела в долине.

Лён сидел, облокотившись на ствол дерева. Тело сводило лёгкой судорогой – нормальные последствия после нескольких ритуалов воскрешения подряд. Скольких он уже призвал сегодня? Восемь? Двенадцать? И сколько ещё осталось?

– Отдыхаешь? – Ролар присел рядом. Достал из сумки несколько бутербродов и один протянул Лёну. – Как ты… В общем, Вэрд согласился помочь тебе. Я заготовил такую речь, дабы воззвать к его милости во имя спасения расы, а он даже не стал возмущаться. Только грязно ругался, когда гворд из него вытаскивали… Знаешь, когда ты сказал «поднять», я думал, он раненый лежит на поляне, а не то, что ты прибил его к земле. – По голосу слышно было, что он как советник возмущён, но как друг – восхищён. Ролар помолчал. – Он сказал, что сам закончит ритуал воскрешения и останется здесь, пока тебя не будет.

Лён согласно кивнул, продолжая жевать бутерброд.

– Ты будто не удивлён.

– Так и есть. Он начал первый, и явно не по своей воле. – Лён ненадолго замолкает. – Я был в таком состоянии, что был готов его убить, и он это понимал, но не остановился. Она просто не оставила ему выбора.

– Она? Ты сейчас о чём? – Ролар хотел было потрогать лоб друга, но отдернул руку и покачал головой. – Ты можешь объяснить нормально?

– Могу, – Лён встал, потягиваясь. – Но для начала сам во всём разберусь. Где сейчас Повелитель Леска?

– Отдыхает. В гостевых комнатах, в Доме Советов. – Ролар выглядел встревоженным. – Ты уверен, что вам стоит видеться?

– Конечно, – с этими словами Лён удалился.

Солнце почти село. Лён хотел переговорить с Повелителем Леска до темноты. Он надеялся застать мага до того, как тот начнёт свой ритуал поиска.

Вэрд стоял, слегка ссутулившись – видимо, рана, нанесённая гвордом, ещё не зажила и причиняла неудобство.

– Ты доверяешь им? – Лён молча присел на кровать.

– Они сейчас – единственная надежда.

Вэрд согласно кивнул.

– Я должен знать, что наш уговор в силе.

– Арр’акктур, я дал слово. Твоя долина не останется без Повелителя. – Вэрд помолчал. – Я должен был сделать это, Лен.

– Я знаю. Она не оставила тебе выбора.

Молчание затянулось. Оба Повелителя ушли в свои мысли.

– Когда выезжаете?

– Утром.

Посидев ещё немного, Лён встал и направился к выходу.

– Мне жаль, Лен. Правда, жаль.

– Она вернётся. Она всегда возвращается.

– Повелитель… – Верес опустился на землю; после ритуала ноги его не слушались. – Я знал, что вы придёте.

– Вам удалось что-нибудь обнаружить? – Лён был спокоен, ничто не выдавало его чувств. – Кто это?

– Некромант. Сейчас он залёг в двенадцати милях отсюда. Но сигнал очень слабый. – Маг на мгновение прикрыл глаза. – Вы ведь не за этим пришли, Арр’акктур?

Верес был прав. Лён просмотрел мысли участников ритуала и знал, что всё прошло более-менее успешно. О том, что здесь колдовала дюжина магов, свидетельствовала лишь одинокая свеча, догоравшая в нескольких метрах.

– Вы можете найти кого угодно?

Верес грустно улыбнулся и едва слышно прошептал:

– Только мага.

Лён облегчённо выдохнул. Это не укрылось от внимательного взгляда мужчины.

Верес немного помедлил, но затем медленно заговорил:

– Вы ведь не знаете? Учитель не сказал, что произошло на самом деле?

Лён отрицательно покачал головой. Он и не спрашивал.

– Чтобы вызвать «Чёрную Дыру», мало обладать силой. Нужен особый склад ума. Немногие тёмные маги на это способны. Я бы сказал – единицы. Поэтому «Чёрной Дыре» невозможно противостоять. Почти… – Маг замолчал, собираясь с мыслями. – Есть одно средство. Многие называют его контрзаклятьем, но это не так. Это своего рода панацея, способная защитить от любой напасти. Но цена… слишком высока.

Лён судорожно сжал руки.

– Вольха сделала то, что никто не мог сделать много сотен лет. Хотя технику эту знают многие. – Маг снова замолчал. Лён не торопил его. – Принято считать, что резерв среднего боевого мага – 1500 уме. Но эта цифра – лишь та часть магии, что мы можем использовать без ущерба для баланса. На самом деле резерв мага огромен, почти бесконечен. Если высвободить его полностью, можно совершить что угодно. Она принесла добровольную жертву – и породила силу, равную и противоположную

– Она пожертвовала собой?

– Хуже. Намного хуже. Она пожертвовала своей силой. Когда маг добровольно и осознанно отказывается от силы, он получает полный доступ к своему резерву.

Лёну казалось, он разучился дышать. Мягкая рука легла ему на плечо.

– Я не смогу найти её. Она больше не маг.

Лён смотрел на угасающий огонёк свечи, чувствуя, как в нём гаснет надежда.

– Но она жива?

– Не знаю. Маги, лишённые силы, либо умирают, либо сходят с ума. Других я не встречал. К тому же мы не можем предположить, куда её выбросил портал. – Он медленно поднялся, собираясь уйти. – Простите, Повелитель.

– А вы… смогли бы сделать то, что сделала она?

Верес машинально потер запястье. Взгляд его стал отстранённым, унося в далёкое прошлое.

Свеча погасла, выпустив едкий дымок. Они стояли будто на краю пропасти – два незнакомых существа, переживающих разные, но одинаково сильные эмоции.

Маг заговорил, когда Лён уже и не ждал ответа:

– Нет. Я бы не смог.

Часть вторая.

Глава первая

– Что ты там приволок, Нардэр? На охоту ходил?

– Можно и так сказать… – Мужчина равнодушно глянул на свёрток, замотанный в шкуру. – Кто знает, сколько Анхуман даёт за мертвечину для волдака?

Не обращая внимания на вспыхнувший интерес к свёртку, он бросил корчмарю монету и сел в ожидании заказа.

Один из вышибал откинул шкуру.

– Фу… Нардэр, на кой это тебе? Ты перёшь её ради золотых, чтобы волдак Анхумана покушал? – Он брезгливо опустил шкуру обратно. – Я был о тебе лучшего мнения.

Раздался пьяный смех, хотя и осторожный. Было видно, что этого человека и уважают, и побаиваются.

– Я нёс её в правление, хотел сдать за незаконное проникновение. Подобрал в горах, за проливом. Она нарушила границу.

– Судя по виду, у неё сломана большая часть костей, да и живых органов нет. Это ты её так?

– Вышибала задорно хохотнул. – Сильно сопротивлялась?

Снова раздался смех, на сей раз ещё более сдержанный.

Нардэр поморщился, отпивая пенный напиток.

– За кого ты меня принимаешь, Говорд? Она была уже такой. Появилась, судя по всему, из портала, нарушив оба запрета наших земель.

– Она ведьма? – Говорд подозрительно посмотрел на свёрток; в голосе звучало благоговение.

– Нет! – Нардэр покачал головой. – Я проверил специальным амулетом. В ней нет магической силы.

– А как тогда…

– Да откуда я знаю? – Охотник начал терять терпение. – Не моё это дело. Моя задача – доставить её к правлению и получить гонорар. – Он отпил ещё, словно досадуя на ситуацию.

– А она сдулась в дороге.

– И давно ты тащишь труп?

– Уже на въезде в город пульс остановился. Хотел выкинуть в канаву, но решил отнести Анхуману. Зря что ли тащил? – Сплюнул на пол. – Лучше бы козу подстрелил. Пользы больше было бы.

– Отдай её мне.

Никто не заметил вошедшую женщину, поэтому большинство вздрогнули от неожиданности.

Казалось, все приросли к месту, наблюдая, как она идёт через корчму. Она же не обращала внимания на взгляды, полные страха. Спокойно обратилась к корчмарю:

– Я принесла твой заказ. Мази и порошки – всё, как просил. – Стала раскладывать на стойке баночки. – Пять золотых.

Женщина не смотрела, как корчмарь, бормоча что-то под нос, бросился отсчитывать деньги.

– Можешь продать или обменять, – невозмутимо сказала она, будто торговалась за кусок ткани, а не просила продать труп. Словно делала это каждый день. – Ну, так что?

Нардэр подозрительно сощурился.

– Зачем тебе труп? – Голос его стал жёстче. – Засолить собралась? Или думаешь, я не знаю, чем ты занимаешься, «лесная баба»? Не боишься, что сдам тебя и заработаю состояние?

Все затихли – назревал конфликт.

Женщина равнодушно приняла деньги из дрожащих рук трактирщика. Казалось, она не слышала злобных обвинений.

– Нет. – Пожала плечами. – Ты вспыльчив, жаден, нетерпелив. Но ты не кретин. – Скривилась в издевательской усмешке. – Подумай, сколько бы у тебя осталось конечностей, обратись ты после последней неудачной охоты к местному лекарю? Где бы ты был сейчас без моих зелий ночного видения? – Обвела корчму насмешливым взглядом. – Где были бы вы все?.. Так что давай не будем попусту сотрясать воздух. – Позвенела монетами. – Бери золото и пару тонизирующих зелий. И это моё последнее предложение. Не хочешь – тащи на корм волдакам.

Женщина молча повернулась к выходу.

– Стой! Я согласен! – Нардэр был жаден и расчётлив – это знали все, потому он и брался за любую работу. – Но если всплывёт что-то – сдам тебя! Поняла?!

Женщина окинула его брезгливым взглядом. Достала из сумки пару пузырьков, положила на стол и бросила пять золотых.

– Эй, парни, сгрузите это в мои сани. – Кинула по серебряной монетке на ближайший столик и двинулась к выходу. – Поживее, мне ещё клиентов до темноты объехать.

Вышибалы схватили свёрток и потащили на улицу.

– А что ты будешь с ней делать? – Видимо, Говорд был самым любопытным. – Да не зыркай ты! Просто интересно.

– Пущу на органы.

С этими словами женщина вышла, оставив посетителей в почтенном ужасе.

Когда дверь закрылась, а Нардэр снова принялся пить, все облегчённо выдохнули. Хотя её и побаивались, все понимали: без этой женщины они бы подохли от обычной простуды.

Глава вторая.

Удар – спина. Удар – плечо. Кажется, я кувыркалась, как тряпичная кукла. Тело совсем не слушается. «Да открой же ты глаза!» Снова удар – на сей раз в шею что-то хрустнуло. Такими темпами я развалюсь на куски ещё до приземления. Почему я не могу открыть глаза? Хотя бы смягчить падение… Я должна сопротивляться. Должна вернуться. «Лен!»

Хотя бы смягчить падение… Я должна сопротивляться. Должна вернуться. «Лен!»

Удар. Темнота…

Очнулась я от мелодичного звука – то ли свист, то ли мычание. Было бы даже уютно, знай я, что происходит. Правую половину лица не чувствовала совсем. Во рту – вкус крови.

Попыталась пошевелиться – тело будто переломали пополам, а потом кое-как собрали. Глаза не открывались. По ощущениям понимала лишь, что жива – и куда-то движусь. На этом – всё. Пустота.

Глаза открылись не сразу – и лучше бы не открывались. Их выжигало огнём. Сухо, противно, мучила жажда. На груди лежало что-то тяжёлое. Левая рука вроде цела, но шевелить ею было трудно. Правая не слушалась и дико болела. В какой-то момент я подумала, что её вообще нет. Ног не чувствовала совсем – хуже, чем если бы они болели: тогда бы я хотя бы знала, что они на месте.

– Очнулась! Хорошо.

Голос был неприятным, лающим, женским.

Мою голову приподняли, и в рот потекла тёплая вода с травяным привкусом. Я жадно глотала. «А если это яд?» От этой мысли закашлялась, начала задыхаться. «Кажется, с лёгкими что-то не так». Меня резко перевернули на бок. Рука ушла за спину, причиняя невыносимую боль, но сдвинуть её обратно я не могла. В лёгких булькало и хрипело. Снова во рту появился вкус крови. Я провалилась в темноту. Или в смерть.

Я была лёгкой и невесомой. Бежала сквозь заросли папоротника, пружиня всеми четырьмя лапами. Сколько силы в этом теле! Казалось, могу бежать без конца. Знакомые тропинки, знакомые запахи… И свобода. Что ещё желать после смерти, кроме как стать белым волком? Тем самым – вернуться. Вернуться к тебе, Лен.

— Sargere! (Очнись!)

«Нет, не нужно… Я ведь умерла. Оставьте меня».

– Iubeo te redire in corpus! (Приказываю вернуться в своё тело!)

«Нет, ведьма, не сможешь… Я уже далеко».

Сознание пронзило огнём. Яркий свет. Боль. Столько боли! Крик… Кто кричит? Убейте меня, только бы не слышать этого душераздирающего звука!

Потребовалось время, чтобы понять: кричу я.

Доносились обрывки незнакомой формулы. Я отчаянно сопротивлялась – чему, сама не знала. В рот потекла противная, тягучая и приторная жидкость. Дыхание перехватило.

— Respirare! (Дыши!)

Резкий, болезненный вздох – и всё тело сковала судорога.

– Вот уж упёртая. Спи теперь.

Я хотела возразить, но, как собачонка, повиновалась.

Где-то далеко, возможно, в другой жизни, белый зверь сбился с бега, закрутился на месте, ловя внезапное видение. Но оно ушло. Показалось? Возможно…

Пронзительный вой пронёсся над долиной.

Глаза открылись резко, от испуга. Сердце бешено колотилось. «Где я?» Тело ныло, хотелось пошевелиться, но не получалось. Чернота. «Я ослепла?» А потом – дикая мысль: «Я в гробу!» Возможно, именно она дала мне силы закричать.

– Закрой рот! Что ты такая горластая!

Я повернула голову на звук, но ничего не увидела – только черноту. Вдох… выдох… Сознание прояснялось.

– Где я? – Голос был слабым и хриплым. Тело оставалось свинцовым. – Почему я не вижу?

Где-то над ухом раздался тихий смех. Резкий свет ударил в лицо. Пальцы принялись прощупывать лицо, бесцеремонно опустились ниже, сгибали суставы, давили на рёбра. Боль была жуткой – казалось, слышала хруст костей. Всё закончилось так же внезапно, как началось. Я выдохнула, пытаясь разглядеть, кто так бесцеремонно меня осязал.

– О-о-о, даже не отключилась, – голос был противным, хриплым. – Уже что-то. А я-то думала, зря за тебя взялась.

«Этот голос я слышу не впервые». Пыталась вспомнить – в голове лишь обрывки и ощущения.

Единственное, что твёрдо и нерушимо жило во мне: я должна вернуться.

– Сожми пальцы в кулак.

Я послушно попыталась – они едва шевельнулись.

– Так… Хорошо. – Ничего хорошего. Сознание металось: почему я не могу двигаться? – А теперь ноги. Попробуй пошевелить

Я начала шевелить ногами, слегка суетливо. Это отняло последние силы; на лбу выступила испарина.

– Да я молодец, – тот же голос рассмеялся. – И ты живучая, как нежить.

Я выдохнула. «Шевелятся… Это лучшая новость с тех пор, как я открыла глаза».

– Думаю, хватит с тебя зелий и настоев.

Она поставила на табуретку металлическую кружку с чем-то непонятным. «Надеюсь, я не должна это есть». Желудок заурчал – видимо, он был со мной не согласен.

– Почему мне так тяжело? Почему я не могу двигаться как следует?

Женщина присела рядом, внимательно посмотрела в глаза.

– Что последнее помнишь?

Я задумалась. В основном – несвязные обрывки и ощущения. Боль, безысходность… и распахнутые серые глаза. «Боги, Лен… Как я могла забыть?»

Женщина скривила лицо – видимо, усмехнулась.

– Ты умирала.

«Это я поняла и по обрывкам памяти, и по нынешнему состоянию. Выжила чудом». Видимо, мысли отразились на лице, потому что женщина пояснила:

– Ты не была при смерти. Ты умирала несколько раз. – Я смотрела на неё во все глаза, не понимая, шутит ли она. Иначе не могла в это поверить. – В последний раз мне пришлось постараться, чтобы вернуть тебя. Ты ушла очень далеко.

Она замолчала, машинально помешивая содержимое кружки. Я тоже молчала, мысленно переваривая информацию. Теперь те обрывки, что всплывали в памяти, обретали смысл. Хотя до конца верить ей не решалась. Теперь я точно знала: она ведьма. И довольно сильная.