Призрачная больница

И с этими словами образ девочки начал таять, как дымка. Через секунду она исчезла совсем.

Анна осталась одна в холле. Напротив нее, в двадцати метрах, все так же стояла Тень. Ее красные глаза-огоньки теперь были прикованы к Анне.

Она сделала шаг вперед.

Анна отпрянула назад, к своему посту. Ее сердце бешено колотилось. Она ждала, что монстр кинется на нее.

Но Тень не двинулась с места. Она лишь медленно подняла руку – вернее, нечто, напоминающее руку, бесформенный отросток тьмы – и указала на Анну. Жест был не угрожающим, а… обозначающим. Как будто она ставила на ней метку.

Потом Тень развернулась и поплыла вверх по лестнице, растворившись в темноте второго этажа.

Анна стояла, прислонившись к стене, и судорожно ловила ртом воздух. Она видела их. Видела и призрака-девочку, и саму Сущность. Теперь она знала правду. Правду о больнице, о докторе Савельеве, о Тени, что пожирает души.

И она знала, что теперь эта Тень знает о ней.

Вторая глава ее кошмара подошла к концу. Страх сменился чем-то иным – холодной, безжалостной решимостью. Она не могла просто наблюдать. Она не могла убежать. Доктор Савельев открыл ящик Пандоры, и Анна должна была найти способ его закрыть. Ради Лиды. Ради всех остальных душ, запертых в этом аду. И ради себя самой.

Она посмотрела на лестницу, поглотившую Тень. Битва только начиналась.

Глава третья: Черви в свете дня

Следующие несколько часов Анна провела в состоянии, близком к кататоническому. Она сидела на своем посту, уставившись в одну точку на стене, и ее сознание снова и снова проигрывало увиденное. Девочка. Тень. Красные глаза. Запах гари и смерти. Это не было галлюцинацией. Это было реальнее, чем стул, на котором она сидела, реальнее, чем собственные дрожащие руки.

Страх был всепоглощающим, парализующим. Но под ним, как стальной стержень, зрела та самая решимость, что родилась в архиве. Доктор Савельев выпустил джинна из бутылки. Кто-то должен был загнать его обратно. И похоже, что этим «кем-то» была она.