29 линия

Учительница. По ней сразу было видно: в профессию она пришла по большой любви. К мужу. Потому что купить такие лодочки на учительскую зарплату – задача со звездочкой.

– Десятый «Б», меня зовут Ирина Александровна! Я буду вашим классным руководителем.

Гогот начал потихоньку стихать Ирина Александровна Овечкина стояла перед группой – человек пятнадцать, не больше. В основном, на удивление, пацаны.

– Вы у нас гуманитарный класс, так что чаще всего вы будете видеться со мной и с Павлом Владимировичем. Со мной вы будете много читать и писать, а с ним учить историю и обществознание, – мягко рассмеялась учительница, сверкая белоснежными зубами. Розовая помада на губах сияла так же ярко, как и её энтузиазм. – Классное руководство у нас тоже «на двоих»: он помогает с учебой, а я слежу за порядком.

Толпа снова загудела. Информация о гуманитарной направленности для мужской части класса стала сюрпризом, о чем свидетельствовали многочисленные спортивные сумки с эмблемой молодежного футбольного клуба.

– Давайте сейчас поднимемся на этаж, вы спокойно заселитесь в комнаты, а потом все встретимся в холле и обсудим вашу дальнейшую судьбу.

Толпа послушно потянулась за Ириной Александровной.

– Ден, Денчик, у тебя телефон есть? – толкнул кого-то локтем высокий и лохматый парень в серой толстовке.

– Есть, а твой где?

– Отец еще дома отобрал. Говорил, что здесь все строго, а тут все с телефонами!

– Ну а сейчас тебе телефон зачем?

– Я Никитосу напишу, он мне запасной подтащит.

– Макс, ну я и сам Никитосу написать могу.

– Ты ссышь телефон давать?

– Ну-у… – Данил хитро улыбнулся и выразительно поиграл бровями. – Мало ли, что ты там увидишь.

– Мальчики – в левую часть коридора, девочки – в правую! – звонкий голос учительницы оборвал их разговор.

***

Второе строение, второй этаж. Коридор оказался небольшим – он делился на два жилых крыла, отгороженных дверями. В каждом отсеке всего по пять комнат плюсом шла душевая

– Общие душевые, – отметила блондинка, закатывая глаза. Она резче, чем требовалось, нажала на ручку двери с номером «9» и шагнула внутрь. Следом ввалилась брюнетка.

– Ну зато мы с тобой соседки! – с натянутым оптимизмом выдохнула она. На плечах у школьницы висели две огромные спортивные сумки, а в руках она чудом умудрялась удерживать ноутбук.

– И то правда, – кивнула она, подходя к окну. Резким движением отдернула штору, надеясь увидеть хоть что-то живописное, и тут же скривилась. – Ну конечно. Элитное заведение, комнаты премиум-класса… и шикарный вид на глухую стену столовки.Блондинка повалила на пол свой красный чемодан.

– Кать, чур, моя кровать у окна! – заявила брюнетка и с размаху бросила сумки на матрас.

Блондинка одарила подругу долгим взглядом, но промолчала. Они были слишком близкими друзьями – какой смысл устраивать сцену.

– Тогда моя – рядом с тобой, Даш. – Катя подчеркнуто пассивно-агрессивно произнесла имя подруги, сняла куртку и небрежно кинула её на соседнюю постель у стены.

Напротив их кроватей сиротливо стояла третья – развёрнутая боком к проходу.

– Вот бы соседка нормальная попалась… – отметила Даша, косясь на пустующую постель.

– Если ненормальная – попросим переселить, – безразлично отозвалась Катя. – Слушай, а эта Ирина Александровна не сказала, когда сбор? Мы вещи разобрать успеем?

– Она номер свой дала, обещала беседу в ВК создать. Там, наверное, и напишет, – Даша сразу начала проверять теорию в телефоне. Повисла тишина.

– А Данил этот… ну ничё такой, да? – как бы невзначай бросила Катя, расстегивая молнию на чемодане. – … Я тебе не говорила, но мы с ним уже пересекались. Когда документы подавали. Он с друзьями был, увидел меня, сразу подошёл… Ну, типа, какими судьбами и всё такое.

– Ого, а чего сразу не сказала? – Даша подняла глаза на подругу.

– Да я не подумала, что это важно! Он, кстати, футболист. Сюда, походу, всю молодежку «Ростка» запихнули, чтобы они учились без отрыва от тренировок. – Катя откинула крышку, и на кровать начали перекочевывать её главные сокровища: пухлые косметички, плойка, утюжок для волос, профессиональный фен… – Я ему, кстати, сразу сказала, что с подругой сюда перевожусь.

Даша с интересом следила за действиями подруги, пытаясь подобрать дальнейшую реплику. – Друг у него тоже ничего так, – отметила Даша, улыбнувшись.

– Надеюсь, здесь какие-то дискотеки будут… Мне говорили, это место чем-то на лагерь похоже, только с учёбой.

– Было бы прикольно, – подхватила Даша. – А мне ещё интересно, что тут за преподы. Моим родителям говорили, что они какие-то крутые, чуть ли не университетские.

– Мне мама про это не рассказывала, – отозвалась Катя, уже по-хозяйски занимая полки в шкафу. – Так, я беру среднюю и ту, что над ней.

– Я тогда беру вторую среднюю и нижнюю, – кивнула Даша, но тут же задумалась. – А третьей девочке, получается, не хватит, что ли?

– Ну, её проблемы. Раньше нужно было приезжать! – Катя скорчила довольную рожицу и захлопнула дверцу, но потом серьезно добавила. – Там вроде в той секции, где вешалки, ещё полка есть. Вот пусть туда и кладёт.

***

Таня замерла на лестничной клетке второго корпуса. Справа, за тяжелой дверью коридора, кипела чужая, нормальная жизнь: хлопанье дверей, запах новых кроссовок и предвкушение свободы. Там были те, с кем она не собиралась пересекаться даже взглядом. Слева – лестница вниз, к отцу, который наверняка еще не уехал и ждет у КПП подтверждения, что дочь «пристроена».

Идти к девочкам не хотелось.

Таня подошла к окну и прислонилась лбом к стеклу. Оно было прохладным, но за ним дрожало густое, маревое солнце Ростова – рыжее и безнадежно пыльное.

В этот момент тишина в корпусе изменилась. Она превратилась в давление, какое бывает в самолете при резком наборе высоты. Звуки из-за двери стали ватными, словно их пропустили через слой изоляции.

Вдруг периферийным зрением она заметила движение.

Прямо по подоконнику, разрезая полосу солнечного света, метнулось пятно. Мелкое, размером с монету, оно двигалось рваными, неестественными скачками, так дрожит картинка на старой пленке, которая вот-вот порвется. Таня нахмурилась. Мошка?

В следующую секунду в голову словно вошел раскаленный гвоздь. Резкая, ослепительная вспышка мигрени заставила её зажмуриться. Наверное, это был предел – нервы просто сдали после нескольких дней истерик.

Когда Таня открыла глаза, в голове воцарилась абсолютная, звенящая пустота. Она посмотрела на подоконник: там не было ни мошки, ни пыли. Только солнечный свет.

Таня судорожно глотнула сухой воздух, развернулась и, не оглядываясь, толкнула дверь в сторону комнат. Вскоре она стояла перед дверью с хромированной цифрой «9», крепче сжимая ручку старой спортивной сумки.

Заводить друзей она не собиралась. Общение с соседками виделось ей неизбежным злом, вроде сезонной простуды – главное, чтобы сожительство было терпимым. На большее она не рассчитывала. Всё, что её по-настоящему волновало – это обещанный сильный уровень подготовки к химии и биологи. Ради этого можно было и потерпеть.

Она толкнула дверь. В комнате стоял плотный, почти осязаемый запах лака для волос и дешевых ванильных духов. Две девушки уже по-хозяйски осваивали пространство: брюнетка заполняла тумбочку хаотичным набором из книг, блокнотов и клубков проводов; блондинка пыталась втиснуть пухлый чемодан под кровать.

– Привет, я Таня, – неловко выдавила она, поджимая губы.

– Привет! Я Даша! – отозвалась брюнетка. Она весело помахала рукой, не поднимаясь с колен.

– Привет, меня зовут Катя. Надеюсь, мы подружимся, – дежурно улыбнулась блондинка. Резким, расчетливым ударом ноги она наконец загнала красный чемодан под койку. – Твоя кровать вот эта.

Длинный палец с безупречным алым маникюром указал на одинокую койку у прохода. «Вполне сносно», – решила про себя Таня и молча бросила сумку на матрас. По сравнению с соседками, вещей у неё было пугающе мало. Она убеждала себя, что это практичность: ноутбук, пара толстовок, джинсы да кроссовки. Ничего лишнего, за что могла бы зацепиться память.

– Ты в десятый «А» или в «Б»? – спросила Даша, с неприкрытым любопытством изучая новую соседку. Её интуиция подсказывала: Таня не из тех, кто будет до фанатизма зубрить даты. В гуманитарные классы «Б» обычно шли либо те, кто метил в кресла чиновников, либо идейные. Себя Даша, несмотря ни на что, причисляла ко вторым.

– В естественно-научный, – ответила Таня. Она заметила, что девочки ходят в носках, и тоже принялась стаскивать кроссовки.

– Ага, мы решили: раз уж тут ковёр лежит, почему бы не сделать обстановку более домашней? – прокомментировала Даша. – Ты тапочки брала? – И тут же, не дожидаясь ответа: – Значит, ты в «А». А мы из «Б».

Таню такой расклад даже обрадовал: не придется объяснять домашку, да и втягивать её в свои дела девочки будут реже. Она аккуратно поставила свои беговые кроссовки у двери – серые и строгие на фоне суперстаров соседок.

В этот момент смартфон Даши ожил на тумбочке коротким вибросигналом. Прочитав сообщение, она резко вскочила.

– Я сейчас вернусь! – бросила она и, быстро сунув ноги в кроссовки, выскочила из комнаты.

– Ой, мне тоже нужно! – спохватилась Катя и выпорхнула следом, словно привязанная невидимой нитью.

Таня даже не обернулась. Она была слишком занята – методично и старательно заправляла постель, стараясь выровнять складки на покрывале до идеала. Тишина, внезапно накрывшая комнату, казалась ей подарком, но в глубине подсознания всё еще зудело то странное «дальнее» давление, которое она почувствовала на лестнице.

***

– Слушай, она что, аутистка? – Катя едва дождалась, когда за ними захлопнется дверь на лестничную клетку. Она вцепилась в Дашину руку так крепко, словно Таня могла выскочить из стены и укусить их.

– Не знаю, Кать! – Даша прыснула, и этот смех эхом разлетелся по бетонному колодцу лестницы. Они почти бежали вниз. – Но это всяко лучше, чем какая-нибудь Крастельникова.

– Ой, фу-у! – Катя театрально скривилась. – От той пахло так, что глаза слезились. А эта…

– Зато чистая, – пожала плечами Даша, вылетая из подъезда в сумерки. – Короче, забей. Ты лучше скажи, куда эти твои футболисты написали подойти?

– Написали, что будут ждать у входа в корпус.

На улице было свежо – по-ростовски, с привкусом пыли и речной сырости. Дон был совсем рядом, и его невидимое присутствие ощущалось в тяжелом, влажном воздухе. Уже темнело.

Троица ждала их у входа, вальяжно оккупировав пространство. Широкие серые штаны, белые оверсайз-футболки. Но обувь выдавала их с головой: светоотражающие шнурки и рефлективные вставки на кроссовках вспыхивали в сумерках, как глаза хищников. Ни единого залома на носах.

«Ну, реально футболисты», – отметила Даша, машинально поправляя челку-шторку.

Данил выделялся сразу. Высокий, с наглой улыбкой и темным чубом, который он то и дело зачесывал назад пятернёй. Рядом с ним сутулился Максим – тощий, заросший, с руками, спрятанными глубоко в карманах. Едва девочки подошли, Максим вскинул голову, впиваясь в Дашу быстрым, оценивающим взглядом.

– Ну наконец-то, – Данил отлип от стены. – Мы уже думали, вы решили с концами в своих кельях забаррикадироваться.

– А мы не торопились, – Катя изящно убрала волосы за ухо. – Привет.

– Привет, – Максим выдал свою фирменную хищную ухмылку, от которой у Даши по спине пробежал холодок, но приятный.

– Это моя подруга, Даша. Я вам про неё рассказывала.

Данил быстро просканировал Дашу. Пухленькая, сутулится… зато формы что надо. «Зачёт с пометкой», – мысленно усмехнулся он. На контрасте с Катей Даша казалась «утешительным призом», но вполне аппетитным.

– А это Саня, – Данил толкнул в плечо низкого, жилистого парня. Тот мгновенно пригладил волосы и, подмигнув Кате, выдал напускным баритоном: – Если у вас возникнут вопросы, проблемы или… желания, я Саша.

Пацаны загоготали. Саша довольно осклабился, чувствуя себя центром внимания.

– Ну хорошо, Александр, буду иметь в виду, – ответила Катя, но тут же, словно выключив Сашу из реальности, переключилась на Данила. – Слушайте, а вас уже добавили в чат класса?

– Да нет ещё. Классуха сказала, после ужина всё будет… – начал Данил, лениво почесывая затылок, но закончить ему не дали.

– А у меня вообще телефона нет! – Максим сложил руки на груди.

Данил осекся на полуслове и возмущенно уставился на друга.

– А почему у тебя нет телефона? – Даша вопросительно подняла глаза на Максима.

– Да, отец у него лютует, – быстро вставил Данил, пытаясь вернуть себе контроль над ситуацией. – Решил, что Максу полезно будет пожить в девятнадцатом веке.

Максим промолчал, но его челюсть заметно сжалась. Он продолжал смотреть на Катю.

– Макс, хорош косплеить немого, – Данил попытался разрядить обстановку, ударив локтем друга по плечу, но тот даже не шелохнулся. – Короче, девочки, не обращайте внимания. У него сейчас период «сложного художника», ищет вдохновение в страданиях без Ютуба.

– Я не ищу, – глухо отозвался Максим, наконец переводя взгляд с Кати на Данилу. В его голосе прорезались неприятные, скрежещущие нотки. – Я просто хотел сказать, что чат в ВК – это не моя проблема.

– Ой, да ладно тебе, – Катя игриво повела плечом. – Будешь у нас эксклюзивным персонажем. Как в тех книгах про закрытые школы, где у главного героя всегда есть какая-то мрачная тайна.

– В этих книгах главные герои обычно плохо кончают, – вставила Даша, пытаясь пошутить, но под тяжелым взглядом Максима шутка вышла какой-то вялой.

– Ладно, народ, хватит душнить, – Данил решительно махнул рукой в сторону заросшей тропинки. – Погнали на речку, чекнем причал. Мне Рома из медиаотдела затирал, что там на закате вайб как в «Твин Пиксе».

– О, ты смотрел «Твин Пикс»? – оживилась Даша, поправляя дужку очков.

– Только слышал! – загоготал у неё над ухом Саша, едва не задев её плечом в узком проходе между кустами.

– Саня, завались, а, – засмеялся Данил в ответ, и компания медленно побрела к южной границе острова. – Там типа туман, сосны и всё такое загадочное. Для сторис – самый сок.

– Там вообще-то про убийство школьницы, – тихо добавила Даша.

На секунду в группе повисла липкая тишина. Шум листвы над головой внезапно стал громче, агрессивнее, а воздух у реки сделался по-осеннему колючим, хотя на календаре еще стоял август.

– Ну, спасибо за позитив, Даш, – Катя нервно хмыкнула и ускорила шаг, почти переходя на бег.

– О, смотрите чё видно! – закричал Саня ещё громче, указывая пальцем куда-то в сторону зарослей камыша.

Далеко-далеко, прямо возле левого берега Дона, из воды выступал массивный, пугающий силуэт. Это был старый разрушенный дебаркадер. Он не просто стоял – он догнивал, напоминая обглоданный речными гадами скелет. Надстройка дебаркадера завалилась на бок, вперив в небо пустые глазницы выбитых окон. Казалось, если прислушаться, можно услышать, как река перемалывает внутри него остатки советского паркета.

– Жесть, – выдохнул Максим, который впервые за вечер перестал смотреть на Катю и уставился на чернеющую махину. – А чё это за штука вообще?

– Вот тебе и «Твин Пикс», – Катя нервно передернула плечами, кутаясь в тонкую ветровку. – Только вместо сосен – какая-то помойка на плаву.

Данил, сделав пару кадров и прищурившись, добавил с видом знатока.

– Это дебаркадер, ребят. Мне мать про такие рассказывала. Может, даже про этот самый… Говорила, в девяностых здесь тусы были, ресторан, все дела. А потом он типа сгорел или просто на мель сел.

– В девяностых? – Даша усмехнулась, поправляя очки. – Да он тут еще твоих дедов пережил.

На её комментарий никто не отреагировал.

– Было бы классно на него с другой стороны посмотреть, с Левого берега… – добавила она, почти про себя.

– Ну так в чем проблема? – Саша игриво толкнул её в плечо. – Станем выпускниками, купим яхту и будем флексить вокруг этой заброшки.

***

02.09.19

– Наташ, дети сегодня будут получать учебники. Комплекты готовы? – Кристина Сергеевна подняла усталый взгляд от смартфона, который, казалось, врос в её ладонь.

Наташа активно печатала обеими руками и одновременно шумно втягивала через трубочку банановый латте. В стёклах её очков мелькали вкладки: таблицы, сканы паспортов, шаблоны договоров. Ветровку сменила новая толстовка с лаконичной цифрой «29» на груди – официальный мерч, пахнущий складом и свежей типографской краской.

– Угу, – закивала она, не отвлекаясь.

– Может, ты тогда там доделаешь договоры? – Кристина мило улыбнулась. Её идеальная матовая помада была чуть смазана в уголке губ – единственная деталь, выдававшая утреннюю спешку. – Просто дети начнут идти к тебе уже с минуты на минуту. Посидишь в библиотеке, там спокойнее.

– Договоры? Прямо там? – Наташа оторвалась от монитора. – Но там же будет поток детей, шум… Я могу ошибиться.

– Наташа, – Кристина улыбнулась той самой улыбкой, от которой становилось холодно. – Ты же у нас, как говорят, «слишком умная для простой работы». Вот и прояви чудеса мультизадачности.

Наташа помедлила. Укол про "слишком умную" больно резанул.

– Хорошо. А компьютер мне там уже установили? – девушка наконец оторвалась от монитора.

– Если не установили, то установят прямо сейчас, – улыбка Кристины стала ещё шире.

Наташа помедлила.

– Кристина Сергеевна, – девушка сделала глубокий вдох, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Я хотела уточнить по поводу нагрузки. В библиотеке сейчас завал, учебники – это только начало. Там еще картотеку нужно с нуля заводить, плюс старые книги, как вы сказали, перебрать надо…

– И? – коротко бросила блондинка.

– Я думаю, было бы логичнее, если бы я сосредоточилась на библиотеке. Как мы и обсуждали изначально. На две ставки физически невозможно работать стабильно качественно, я боюсь где-нибудь накосячить в договорах…

В кабинете воцарилась тишина, нарушаемая только низким гулом системных блоков. Кристина медленно отложила телефон на стол экраном вниз.

– Наташ, – она сделала паузу, и её лицо снова приняло то самое неподвижное выражение. – Я ценю твой труд. Но мне очень жаль, что ты сама не можешь прийти и сказать, что тебе здесь тяжело, а вместо этого ищешь для этого какие-то отговорки про библиотеку.

Сердце Наташи упало в пятки. Ей не тяжело, ей скучно до зубовного скрежета! Губы поджались.

– Мне не тяжело, – выдавила она.

– Ой, не рассказывай, – перебила Кристина. – Я знаю, о чем вы там с коллегами шепчешься. Что ты переросла эту должность, что тебе скучно, что мы твой потенциал не используем…

Наташа замерла. Коллегам? Она жаловалась Роме на усталость, но никогда не говорила, что "переросла". Неужели Рома передал их разговоры? И в каком свете?

– Я такого не говорила… – голос Наташи дрогнул.

– Неважно, что ты говорила. Важно, с каким лицом ты это делаешь.

– Кто это замечает? – голос Наташи дрогнул.

– Когда найдем еще одного администратора – пойдешь в свою библиотеку. А пока этот вопрос закрыт, – подытожила Кристина, окончательно возвращаясь к монитору.

Наташа опешила.

***

– Даш, ну скажи, он классный! – восторженно повторяла Катя, натягивая узкие джинсы.

– Ну да, – кивала Даша. Она стояла перед зеркалом, разматывая самодельные бигуди из тряпочек.

– Интересно, а у нас физкультура будет с ними общая? Наверное, нет, у них же тренер тоже здесь теперь живет… – Катя плюхнулась на кровать, и пружины жалобно скрипнули. Она тут же принялась листать беседу класса в ВК в поисках новых сообщений.

– Я думаю, их вообще в гуманитарный класс засунули, чтобы они от тренировок не отвлекались. Вот увидишь, на занятия они вообще ходить не будут, – рассудительно заметила Даша, беря в руки расческу.

– Ну, может, это и к лучшему… – многозначно протянула Катя и вдруг сменила тон: – Мне, кстати, Денис писал.

– Реально? – Даша мгновенно оживилась.

– Да. Писал, что я дура, раз ушла в эту школу. И что он меня всё равно добьётся. – Катя демонстративно открыла чат.

– Покажи! Покажи! – Даша тут же перескочила на кровать подруги и выхватила телефон. Её глаза быстро забегали по строчкам переписки. – Жестко… Так вот на что ты отвлекалась, пока мы вчера по причалу ходили?

Ага. Я уже думала телефон совсем отключить, – вздохнула Катя, беря в руки косметичку.

– Ну ты жёсткая, конечно, – восхищенно протянула Даша, возвращая гаджет подруге.

В комнате на мгновение повисла тишина.

– А где Таня? – вдруг спросила Даша, глядя на пустую, подозрительно аккуратно заправленную кровать. – Просто уже скоро восемь, завтрак начнется…

– Таня… которая соседка? – уточнила Катя, поправляя лямку топика. – Я когда вчера вернулась, она спала, может просто проснулась раньше.

Даша задумчиво посмотрела в окно. Сентябрьское солнце уже вовсю слепило, заливая комнату жестким, почти белым светом. С их этажа было отлично видно, как над бетонными плитами у входа в столовую начинает дрожать воздух – день обещал быть по-настоящему жарким. Отведя взгляд, она посомтрела на свой телефон. Палец сам нажал на сообщение: «Привет) ну че ты?». «Че-че? Ничего!..» – пронеслось в голове. С аватарки на неё смотрел обаятельный парень в очках. Максим. Он был онлайн. Теперь отвечать нужно было быстро.

«Собираюсь на завтрак», – быстро напечатала она, чувствуя, как горят кончики ушей. Нажала «отправить» и тут же отложила гаджет экраном вниз.

– Пошли, а все разберут, пока мы тут марафет наводим, – Даша подхватила сумку, стараясь скрыть волнение за суетой.

– Ага, – отозвалась подруга, кидая последний взгляд в зеркало.

Девочки вышли из комнаты, оставив идеально заправленную кровать Тани в полосе яркого, равнодушного света.

***

– Наташенька, здравствуйте! – Ирина Александровна буквально просияла, заходя в помещение на цокольном этаже.

– Здравствуйте, Ирина Александровна! – Наташа мгновенно вскочила из-за стойки. Увидеть здесь своего бывшего куратора было сродни глотку чистого воздуха после душного кабинета Кристины. – Я видела в списках, что вы тоже оформляетесь, всё ждала, когда встретимся.

– Взаимно! Я слышала, что и Роман сюда устроился? – поинтересовалась учительница, с любопытством оглядывая стеллажи.

– Да, он в медиаотделе, – Наташа постаралась, чтобы голос звучал ровно. – С конца августа его не видела, но, судя по обновлениям на сайте, загруженность у него высокая.

– Это да, школа пытается прямо сильно о себе заявить, – понимающе закивала Ирина Александровна, поправляя жакет. – Вы мне лучше скажите: вы теперь официально хозяйка книжного царства?

– Да. Я работаю на полставки ассистентом у Кристины Сергеевны, а полная ставка у меня здесь.

– Какая Вы молодец! Ну, раз так, я тогда к Вам сразу после завтрака с ребятами загляну.

– Хорошо, буду ждать! – Наташа натянуто улыбнулась, провожая преподавательницу взглядом.

Как только дверь закрылась, улыбка мгновенно сползла с её лица. Ирина Александровна была прекрасным педагогом и когда-то очень помогла Наташе в университете, поэтому неудивительно, что в такой «звездной» школе ей сразу доверили классное руководство… Но какого класса?

Наташа зажмурила глаза и чуть ли не ударила себя по лбу. Она начала быстро искать контакт Ирины Александровны в телефоне. Нужно же узнать, на какие фамилии первыми карточки заводить!

Пальцы нервно скользили по экрану. В голове всё перемешалось: таблицы Кристины, ядовитые замечания про «халтуру», Рома, который почему-то стал обсуждать её за спиной… Другим она и не рассказывала ничего! И вот теперь она стоит посреди новенькой библиотеки и не знает, какой именно класс сейчас ворвется в эти двери.

– Только бы не девятый «А», только бы не девятый «А», – бормотала она, пролистывая список контактов. – Там же сплошные дети спонсоров, они меня живьем съедят, если я буду искать их фамилии по пять минут…

Наконец, нужная строчка нашлась. Наташа быстро набрала сообщение: «Ирина Александровна, простите, забыла уточнить – а какой у Вас класс? На кого готовить карточки?»

Ответ пришел почти мгновенно, сопроводив вибрацию телефона коротким звуком.

«10 "Б", Наташенька. Мы уже заканчиваем завтракать, через пять минут будем у Вас!)»

– Десятый «Б», – выдохнула Наташа, откладывая телефон на край стойки. – Ладно. Справимся.

Она выпрямила спину и обвела взглядом стеллажи.

***

– Пупсик, ну смотри, мне ассистентка нужна, – Кристина Сергеевна сидела в своём кабинете, по-хозяйски закинув ноги на стол. Сквозь тонкие черные капроновые колготки просвечивал её идеальный бордовый педикюр. Дверь была предусмотрительно заперта.

Она прижала телефон плечом, придирчиво изучая свои туфли.

– Студентка-заочница нужна какая-нибудь, попроще. А то эта слишком "талантливая", как мне тут доложили.