Золотая Книга Махараджа Дэва Дэва Анупама

Так вот, Барановичи были реальной такой индустриальной социалистической дырой. В то время зимой, когда вы шли вечером под фонарем по военному городку, купить что-нибудь в магазин или погулять – ваша прогулка могла закончиться избиением каких-нибудь молодчиков, поджидающих в темноте бараков. Они кишили хулиганами, и хулиганы постоянно нападали на людей. Я жил и набивал кулаки. То били меня на улицах, то бил я на улицах. Так катилась жизнь в этом сером стремным городе, одним словом, от колхозников можно было получить в любой момент. Какие-то хулиганы колхозники даже приходили в школу, и били детей. Раньше не было никакой охраны, и они ходили бандами, вымогали деньги или бутылку, и могли бить детей прямо заходя, когда учителя даже были в школе. Учителя как всегда баловались в глазки. Они ничего не видели, и всем не было никакого дела до этих избитых детей, а менты прикрывали этих хулиганов и боролись за их моральный облик. И их нужно было давно отправить в колонию. Но вместо этого, менты их брали на поруки и спасали, позволяя дальше продолжать свои преступления, поэтому мы в горе проживали в этом сером городе, напоминающем чем-то один из кругов Ада, который описывает Данте в своем произведении, где он путешествовал с Вергилием.

Началась перестройка и к нам хлынули видекассеты. Началось время видео салонов. Фильмы про Брюс Ли, шваршнегера и боевики всех мастей стали доступны к просмотру. Все дрались стенка на стенку, отрабатывали удары рукопашного боя и разных стилей карате. Мы засматривали кассеты до дыр, не о чем больше думать не могли. И вот такое было у меня обучение.

Первое кровавое жертвоприношение я совершил, когда убил несчастное существо ещё на Сахалине. Но тут оглядываясь на года, я вспоминаю более глобальные кровавые жертвоприношения, которые происходили в Барановичах. Вы скажете, что такого мол нету, и не может быть, и не могло быть кровавых жертвоприношений в советском Союзе. Про железные кочели для детей, которые были установлены в каждом дворе, и которые почти в каждом дворе разбивали детям головы, а некоторые из детей, уезжали с пробитыми головами на скорых. Если качели спиливали родители, то они опять появлялись во дворе и колечили детей снова. Я про это расказовать не буду. Власти у нас сами понимаете, зимой снега не допроситься, а чугунные игрушки детям – в первую очередь. Интересно кто давал указания такие. Я думаю вы и так поняли. Но я вам расскажу,как дети приносили кровавые жертвы.

В конце сквера ведущего от школы был большой круг, он был срыт, это просто был обычный большой круг, типа фундамента. Туда дети бегали постоянно вызывать друг друга на драку. Я тоже дрался в этом круге много раз. И проливали мою кровь и чужую, после того как мы все дрались там. Когда-то мы даже дрались 20 на 20 человек, и там был один маленький горбатый, Карло была его кличка, он постоянно подбегал ко мне, и бил мне под глаз или в лицо. И я ну ничего не мог сделать с ним, хотя был неплохой боец, когда мы дрались стенка на стенку – я был в ярости. Мы дрались где-то неделю каждый день по вечерам между классами. Я был в ярости, я не мог ему ничего сделать. Он настолько быстро появлялся и быстро исчезал, что я презирал его со всей силы, но ничего не мог сделать. Остальных крепких ребят я мог побеждать нормально. Через некоторое время я узнал, что электрокара на работе на него наехала, и он оказался на операционном столе. Я не придал никакого значения, что это случилось из-за моей персоны, но потом произошло еще одно происшествие. На стадионе ходили всякие стрёмные извращенцы под трибунами, и в какой-то момент мы поймали одного негодяя. На него жаловались женщины и мы его поймали, начали его бить. Били мы его не сильно, а потом приехала милиция, и мы его сдали туда за то, что, шаря под трибунами, он там демонстрировал свои гениталии. Оказалось, что это старший родной брат этого Карло, которого увезли на операционный стол, который постоянно мне бил в лицо. Я тогда не задумывался, что это могло быть. Я не понимал, что это колдовская защита моя в действии. У махараджей и служителей всегда есть защита чего и вам желаю, дорогие мои читатели.

Так вернёмся к кругу. Кровь на круге лилась постоянно и каждый день все дрались на этом месте. Он был пролит полностью кровью детей, наверное сотни килограмм крови были вылеты на этом круге. Как я узнал позже, через многие годы, когда я повзрослел и начал разбираться в этих делах, я узнал, что этот раньше в том самом месте, где был этот круг, стояла какая-то католическая церковь, и в сквере были массовые расстрелы несчастных людей. Говорят, что если церковь разрушают или в ней никто не молится – в ней поселяются бесы и демоны. Так скорее всего было и на этом круге, на котором постоянно лилась кровь. И дети не шли никуда в другое место, очень редко из 100 драк может две три драки случалось, где-то за школой вне круга, остальное все происходило там, на этом демоническом круге. Не знаю построили теперь там храм на крови детей или нет, но крови туда вылилось очень много. Возможно я удивлюсь, увидев, что там стоит какой-нибудь храм.

Живя в Барановичах мне время от времени начали попадаться всякие книжечки: «Практическая магия» Попьюса или другие книги. Во время перестройки книги, как и видео, уже нормально поступали на полки магазинов. Советская власть ослабляла свою хватку. Какие-то друзья иногда приходили и приносили «Некрономикон» и всякие книги по магии. Их было мало, но их интересно было читать. Это не программа средней школы, и мы чувствовали, что мы не хабзайцы и не хотим быть быдлом, и считали, что мы будем чёрными магами или ещё кем-то. Ну так и шутили. Мы были просто пацаны обычные, которые ничего не знали, браминов рядом не было, не было тех мудрецов, которые могли реально чему-то научить, из совковой обезьяны обучить и превратить в человека.

Потом я начал лазить с какими-то боевиками. Компаниями мы занимались всякими стремными делами в школе. Мы очень часто хулиганили и меня оставили на второй год. В принципе, я ребёнок был не тупой. Оставили меня за поведение, но опять же, вмешалась судьба. Я должен был быть униженным среди всех детей школы, и все должны были на меня тыкать пальцем, как на Иисуса Христа, которые шел на Голгофу и издеваться над мной. Но судьба поступила по-другому, сейчас я не буду об этом рассказывать подробно.

Расскажу ещё про Барановичи, чем мы там занимались. Да, я почитывал всякую оккультную литературу, и бабушка тоже мне подгоняла какие-то книжки из Москвы. Вообще я был слабым ребёнком в чтении, и ну максимум, если я не хотел учиться в школе, то сами понимаете, что я мог максимум прочитать 3-5 листов в книге, а потом её закинуть на полочку, сидеть там как бы думать о чем-то, потом через три дня или через пять дней опять прочитать 3-5 листов. Поэтому например какую-то магию Попьюса, в которой честно говоря я ничего не понял, но что-то всё равно мои глаза и ум видели из этой книги. Я в ней увидел другую реальность, не ту стройную марширующую стройным шагом по команде какого нибудь кукловода: ты слесарь – слесарем помрешь, ты милиционер – миционером помрешь, ты из власти – будешь всеми владеть всегда.

Я потихоньку начал ходить в спортзалы. Начал подкачиваться хотя был совсем слабым ребёнком. Ну драться я умел хорошо и качался лёгкими весами, но потихонечку приучался к спорту, и хотел быть культуристом. Забыл сказать, на Сахалине я начал курить где-то в классе четвёртом, и главным моим другом везде в Барановичах – это была сигарета. Так как мой отец был заядлым курильщиком – у него всегда можно было украсть пару штучек каких-нибудь сигарет Стюардесса или ту-134. Когда я начал курить – страсть к табаку у меня только пробуждалось всё сильнее и сильнее. Тогда я ещё не знал, что в Индии балуется сигаретами и табачком только курящие садху или курящие йоги бабы. Я курил хорошо и перекурил все сигареты, я не мог остановиться, потому что настолько курение меня увлекало. Это не было курением наркотиков – это был обычный никотин, но я без него не мог жить. Да и повторюсь, таскал у отца сигареты постоянно, либо копил деньги и покупал себе курево. Это была моя личная свобода, моя личная медитация, простая табачная сигарета могла моментально доставить меня в далекие миры, как ракета космонавта. Я мог куда-то убежать, спрятаться покурить, кайфануть. Эта была моя зона комфорта, как сказали бы сейчас, моя линия защиты от злобного мира окружающего меня, а потом вернуться на занятия или домой. И таким образом шла моя жизнь курильщика хулигана.

Йога в те годы меня несильно интересовала. Бабушка занималась своей йогой, мать моя видела свои пророческие сны,и очень часто меня предупреждала. Я очень часто видел, что это реально. Если она скажет, то так и будет. Вот и я нарывался, когда мать мне говорила: «Не ходи туда сейчас, колхозники тебя побьют.» И точно, матери слова сбывались и я нарывался на какие-нибудь нападения.

Тянулись такие же спокойные и обычные дни из барановичской дыры. Ничего особенного со мной не происходило, не могу описать что-то такого из ряда вон выходящего. Пока не случилось очень важное событие в моей жизни: на чем я остановился, когда описал школу. Они хотели меня унизить перед всей школой. Учительский коллектив и директор оставили меня на второй год. Как они себе представляли, я должен был ходить униженный по этой школе и раздавленный, то есть они хотели меня сломать переломать меня через колено, сделать меня таким же звероподобным человеком, каких выпускали они из этой школы тысячами. Они думали, что у них это получится, но Господь решил по-другому. В один из дней, отец вернулся домой и сказал, что его отправляют в Афганистан. Мать расплакалась, тогда шла война в Афганистане. Она сказала: «У нас трое детей, а если тебя убьют?» И это было не беспочвенно. Помните, я вам рассказывал рассказ, как в Хабаровске один за одним умирали ветераны от старости, и их выносили чуть ли не раз в неделю в гробах. Так вот, в Барановичах происходило то же самое во время войны в Афганистане. Сначала хоронили одного кого-нибудь раз в неделю или раз в две недели. Но Афганистан жал свою кровавую жатву, и Моджахеды сдаваться не хотели. Произошло это в конце лета или осенью. Убили очень много молодых парней почти в каждом доме, в южном микрорайоне были похороны. Какая-то операция наших Бойцов пошла не по плану, и погибло много ребят, и их хоронили прямо пачками. Их выносили, гробы ставили на табуретки на улицу. Рядом стоял оркестр и провожал в последний путь. Так что ещё раз повторю, эти опасения были не беспочвенные. Мать пошла разбираться с его командиром части. Начала скандал. Мать любила писать всяким маршалом и генералам в министерство обороны. Написала в приемную ЦК КПСС и в приемную министерства обороны. В какой-то момент, вы думаете в советском Союзе никто не слышал советских людей, это неправда. Ей присылали письма из приемной центрального комитета КПСС, писали: «Уважаемая Матрёна Афанасьевна. Мы услышали ваш сигнал. Мы примем меры.» Понимаете, ей писал ответ министр обороны сам лично, когда она писала ему по поводу всяких выходок высшего начальства. Мой отец сначала смеялся и говорил: «Какой смысл писать?» Но потом удивлённо говорил: « Ничего себе!», говорил, «ты добилась того, что я не могу добиться годами.» Так вот, вместо Афганистана после очередной жалобы моей матери, я не помню куда нажаловалась матрена Афанасьевна, либо в министерство обороны, либо опять писала своим друзьям в ЦК КПСС. Ей пришёл ответ, что они разберутся обязательно с этим делом по отправке многодетного отца в Афганистан. И через некоторое время отец пришёл и сказал: «Нас отправляют в Германию ГДР.»