Тени Элидрии

Анжелика Урманчеева

Тени Элидрии

Эпилог: Ночной кошмар

Фиолетовый свет заливает всё вокруг. Он будто живой – переливается, дышит, ползёт по коже. Холод такой сильный, что кажется, тело вот-вот рассыплется. Я не понимаю, где я. Хочу, чтобы стало тепло. Хочу к маме. Но ответом – только тишина, пропитанная шорохом. Где-то рядом двигается тень. Одна. Высокая. Надо мной. Под капюшоном – ничего, только чёрная пустота, как дыра в воздухе.

Я хочу спросить, кто он, но губы не слушаются. Изо рта выходит только тонкий стон. Тень шепчет что-то. Слова не похожи ни на один язык, что я слышал. Воздух становится вязким, тяжёлым, пахнет железом и дымом. Надо мной струится фиолетово-чёрное сияние – оно движется, как змея, сворачиваясь кольцами, а потом опускается на грудь.

Сначала холод. Потом – боль.

Такая, что кажется, будто кости ломаются одна за другой.

Я хочу кричать, но голос тонет в свете.

Шепот становится громче, превращается в рев. Крик разрывает воздух. Я не понимаю, кто кричит – я или кто-то другой. Всё тело горит, как будто его выворачивают наизнанку. Мир исчезает в фиолетовом пламени, и я вижу, как тень поднимает руки, а магия завихряется вокруг меня, чернея до полной тьмы.

И в этот миг слышу отрывок фразы.

– Varen…

Всё внутри рвётся. Свет вспыхивает.

Я пытаюсь вдохнуть – и просыпаюсь.

Грудь сжимает спазм. Воздуха не хватает. Всё тело в поту, будто я горел изнутри. В глазах ещё пляшет фиолетовый свет, и где-то в глубине сознания эхом звучит чужой голос – короткий, обрывающийся:

Varen.

Глава 1 Королевский некромант

Меня зовут Элиан Торн. Мне двадцать пять, и вчера я получил должность королевского некроманта.

Кошмары приходят ко мне с детства, сколько себя помню. Первый начался ещё в приюте. Тогда я думал, что это просто обычный кошмар. Потом понял: нет. Они с периодичностью повторялись. Особенно если были какие-то тяжелые дни. И каждый раз одно и тоже: фиолетовый свет, тень в капюшоне, холод, и резкая боль, и я просыпаюсь. Иногда добавляются новые образы, обрывки фраз, подробности локации. Однажды я даже видел в этом сне, как умирает человек.

Сажусь на кровати, жду, пока дыхание выровняется. Сердце всё ещё бьётся слишком быстро. Глубокий вдох. Длинный выдох. Реальность возвращается вместе с болью в рёбрах и влажной тканью на коже.

Рассвет ещё далеко, но уснуть уже вряд ли выйдет.

Встаю, открываю окно – холод бьёт в лицо. Пахнет мокрым камнем и ночным воздухом. Хорошо.

Я надеваю чёрную рубашку и боевые штаны, затягиваю ремень, беру мечи.

Самое время пойти на тренировку.

Когда тело занято, разум замолкает.

А сегодня именно это мне и нужно.

На тренировочном поле

На тренировочном поле разумеется никого.

Начинаю с базовых движений. Удар. Уход. Парирование. Мышцы помнят каждое движение, доведённое до автоматизма годами тренировок. Дыхание ровное, контролируемое, все как учили.

Но фантомная боль в груди из сна еще не отпускает.

Ускоряю свои удары. Мечи рассекают воздух с резким свистом. Манекен, изготовленный из плотного дерева и усиленный магией, вздрагивает от каждого удара.

Удар. Удар. Ещё удар.

Спустя пару часов мысли наконец-то пришли в порядок. Теперь намного лучше и собраннее. Сегодня я получу свое первое задание, а уже через несколько дней мне предстоит работа с щитом над городом.

Небо над тренировочным полем медленно начинает светлеть. Рассвет приходит. Ещё один день начинается.

Раздевалка Ордена всегда была местом, где тишина нарушалась остротами, смехом и редкими вспышками магии, когда кто-то из новобранцев экспериментировал с заклинаниями. Сегодня, как всегда, здесь царила шумная атмосфера. Пока я, переодеваясь после тренировок, слушал разговоры вокруг. Дверь распахнулась, и в раздевалку ворвался Адриан, с ухмылкой, которая могла бы довести до бешенства даже святого. Его рыжие, слегка волнистые волосы казались растрёпанными, как и весь его вид. Обычно так он приходит на тренировки только после бурной ночи с кем-то. Адриан излучал столько энергии и уверенности, что атмосфера в комнате будто стала немного оживлённее.

– Здарова, приёмный! – бодро воскликнул он, оглядываясь.

Я медленно поднял взгляд, холодно посмотрев на друга.

– Адриан, – начал я. – Сколько раз я должен тебе повторять, что я не приёмный? Чтобы быть приёмным, нужно, чтобы тебя хотя бы усыновили.

– А разве Орден тебя не взял на попечительство? В десять лет, если память не изменяет? – Адриан театрально поднёс палец к подбородку. – Считай, усыновили.

Боги, он своими шуточками меня когда нибудь доведет.

– Полагаю, сегодня ты ночевал не один? – спросил я, убирая вещи в шкафчик.

– Почему сразу “не один”? – притворно возмутился он. – Может, я просто не спал всю ночь, оттачивая боевые заклинания.

– Угу. А на тебе след от укуса – это, видимо, побочный эффект заклинания?

Адриан глянул на себя, улыбнулся шире.

– Честно говоря, не успел уточнить, чей это был побочный эффект.

Я закатил глаза.

– Боги, Адриан. Твоя любвеобильность когда-нибудь сведет тебя в могилу.

– И что, по-твоему, будет написано на моей могиле? “Пал смертью храбрых и очаровательных”?

– Скорее «пал от рук возмущённой общественности».

Он рассмеялся, громко и заразительно.

– Вот за это я тебя и люблю, Торн. Ни намёка на романтику, только холодная оценка реальности.

– А ты всё такой же безответственный.

– И всё так же красивый, – добавил он, подмигнув.

– Это спорно.

Адриан лишь пожал плечами, устроившись на лавке.

– Ладно, хватит о моих достижениях. Сегодня ведь особенный день.

– И что же за день?

– Элиан, скажи, что ты шутишь, – Адриан изобразил искренний ужас. – Сегодня тебе 25! День рождения! А еще ты теперь не просто некромант, а королевский некромант. Молодейший в истории Ордена.

– Надеюсь, ты никому не рассказывал об этом?

– О дне рождения или о королевском некроманте?

– Адриан…

– Да ладно тебе…

Когда мы вышли в общий зал, всё вокруг выглядело подозрительно спокойно. Но я знал, что что-то не так. Внезапно раздались аплодисменты. Люди начали собираться вокруг, поздравляя его с днём рождения и новым званием.

– Только не говори, что ты устроил сюрприз.

– Я? Конечно нет, – сказал Адриан с той самой улыбкой, которая значит «да, именно я».

– Молодой королевский некромант! Поздравляем! – раздавалось со всех сторон.

Я мрачно взглянул на Адриана. Ненавижу сюрпризы. И просто так я Адриану это не спущу.

Толпа расходилась медленно, и я уже почти продумал план мести, когда в дальнем углу зала появилась Мерет Кайр. Она направлялась прямо о мне, изящно неся небольшой торт. Её улыбка сияла, а походка выдавала уверенность в том, что она была центром всеобщего внимания. Мерет была красивой женщиной, хоть и совсем не в моем вкусе. Высокая, с пышными формами, светлыми волосами и абсолютно всегда ходила в обтягивающих платьях и своей красной помаде. Черт. Надо как-то от нее избавиться срочно.

– Милый Элиан, – пропела она, остановившись передо мной. – Я так счастлива поздравить тебя лично. И отдельное спасибо Адриану, если бы не он, я бы пропустила такой важный день.

Я бросил на Адриана взгляд, который обещал беды. Тот ответил неуклюжей улыбкой, явно понимая, что оправдания уже бесполезны.

– Дорогой, нельзя так напрягаться, – продолжала Мерет, грациозно приближаясь. – Ты итак выглядишь, как человек, который вообще не отдыхает.

– Спасибо за заботу, – ответил я, сделав шаг назад. – Но, если бы я отдыхал, то вряд ли стал бы королевским некромантом в 25.

Она улыбнулась – слишком широко, чтобы это выглядело искренне.

Я постарался всем видом показать, что разговор исчерпан. Но, разумеется, Мерет сделала вид, что не поняла.

С тех пор как стало известно о моём назначении, она не даёт мне покоя. Ни на собраниях, ни в коридорах, ни даже в библиотеке – святое место, где обычно даже Адриан держит язык за зубами.

Не понимаю, откуда у мага, отвечающего за торговлю и поставки, столько интереса к королевскому некроманту. Хотя, зная Мерет, причина возможно куда менее возвышенная.

– Элиан Торн, вас вызывает Габриэль Ренфорд. Срочно, – голос вестника эхом ударился о стены коридора.

Я быстро впихнул торт в руки Адриану, пообещав ему медленную смерть, если он его съест, и уже через несколько минут стоял перед массивной дубовой дверью кабинета Габриэля. Вдох. Короткий стук.

– Войдите.

Кабинет Габриэля был его продолжением: высокие шкафы, пахнущие старой кожей, безупречные стопки пергамента и тяжелые шторы, сквозь которые свет пробивался неохотно, словно боялся нарушить тишину. Габриэль сидел за столом, прямой и суровый. Седина теперь почти полностью вытеснила прежний цвет его волос, но серо-зеленые глаза за стеклами очков оставались пугающе живыми.

Для меня он не был просто начальником. Он был тем, кто вытащил меня из безвестности приюта, разглядев в мальчишке с нестабильной магией не угрозу, а потенциал. Я смотрел на него с уважением, которое обычно приберегают для отцов.

– Элиан, проходи, – Габриэль не поднял глаз от свитка. – Поздравляю с назначением. Я надеялся дать тебе пару дней на обустройство, но цифры не терпят.

Я подошел к столу.

– Случилось что-то серьезное?

– Пока что – только странное, – он потер переносицу. – Ты знаешь, что мы обязаны снабжать Ксаэль кристаллами по мирному договору. Это цена нашей безопасности: мы даем им энергию для барьеров, они нам своих некромантов. Но вчера я перепроверил отчеты.

Габриэль развернул свиток.

– По документам Ардейла за последнее время, мы несколько раз отправили в Ксаэль на тридцать процентов больше кристаллов, чем обычно. Тем временем, наши склады пустеют так, будто мы снабжаем целую армию уже год, – Габриэль постучал пальцем по свитку. – А от них пришла депеша: щиты города на грани коллапса из-за дефицита. Ксаэльцы обвиняют нас в нарушении договора. Они говорят, что мы намеренно оставляем их без защиты, пока их лучшие некроманты учатся в наших школах.

Я нахмурился, изучая колонки цифр.

– Вы хотите сказать, что груз исчезает по дороге? Но путь до Ксаэля охраняется нашими лучшими патрулями.

– В том-то и дело. По официальным сводкам патрулей – происшествий нет. Но есть кое-что еще, Элиан, – Габриэль поднялся и подошел к карте Ардейла, висевшей на стене.

– Меня пугает не только Ксаэль. Посмотри на окраины нашей столицы.

Он указал на красные пометки у самых границ Ардейла.

– Количество разломов за последние полгода выросло вдвое. Нежить уже не просто бродит по пустошам, она атакует наши внешние посты. Стража захлебывается, а маги не успевают закрывать щели. И при этом… – он обернулся ко мне, – никто не может найти причину этого всплеска. Разломы открываются там, где их никогда не было.

– Это может быть связано с пропажей кристаллов? – спросил я.

– Математически – нет, – отрезал Габриэль. – Даже если бы активность разломов выросла вдесятеро, это не должно было сказаться на логистике поставок в Ксаэль. Кристаллы везут по защищенным трактам. И всё же, моя интуиция кричит, что это части одного пазла. Кто-то раскачивает лодку с двух сторон: создает хаос у нас под носом и провоцирует Ксаэль на открытый конфликт.

Он тяжело оперся о стол.

– Маркус и Совет делают вид, что это просто «временная вспышка активности». Но я не верю в совпадения такого масштаба.

Он тяжело посмотрел на меня.

– Официально ты возглавишь миссию по аудиту барьеров Ксаэля. Тебе нужно будет подтвердить, что их щиты действительно истощены. Поэтому, скорее всего вам надо будет отправится к ним с поставкой, чтобы поддержать и успокоить их власти. Но на деле, Элиан… я хочу, чтобы ты нашел дыру, в которую проваливается наша энергия. Если Ксаэль не при чем и кто-то в Ардейле создает теневой склад кристаллов – это подготовка к чему-то похуже, чем просто воровство.

– Я разберусь, – коротко ответил я.

– Иди к Алану Фелтону в архив. Его люди ведут реестры всех магических отгрузок. Возможно, там вы найдете зацепку. Можешь наверное идти сразу к Серене, я сам свяжусь с Аланом. И Торн… – он на секунду задержал на мне взгляд. – Будь осторожен. Ксаэль сейчас – это пороховая бочка, а мы только что дали им повод поднести спичку.

Выйдя из кабинета, я направился прямиком к Архиву. Это здание было гордостью Ардейла – здесь технологии Ордена переплетались с древними знаниями. Огромные залы, где в стеклянных колоннах перерабатывали Эхо в гудящие энергией кристаллы, всегда внушали мне трепет.

Я шел мимо лабораторий к кабинету Серены Вельт. Мы учились вместе в Высшей школе Ордена, куда, согласно тому самому договору, привозили и лучших детей Ксаэля. Но Серена была нашей – ардейлской до мозга костей: дисциплинированной, острой на язык и педантичной до безумия.

Архив встретил меня привычным холодом и запахом чернил. Я вошел к Серене без стука. Она сидела за столом, обложенная картами маршрутов и таможенными листами. Светлые волосы затянуты в безупречный пучок. Она выглядела так, будто готова прямо сейчас вступить в бой с любой ошибкой в документе.

—–

– Элиан, – она не подняла головы, узнав мой шаг по звуку. – Если ты за отчетами по нежити, то они еще в сверке. Мои помощники заканчивают южный сектор.

– Я по личному поручению Габриэля, – я опустился на стул напротив неё. – Нам нужно поднять реестры поставок в Ксаэль за последний год. Каждую отгрузку, каждый кристалл.

Наконец Серена подняла глаза. Она окинула меня долгим, нечитаемым взглядом и тяжело вздохнула, откладывая перо. – Ты выглядишь отвратительно, Торн.

– Спасибо, – буркнул я. – Всегда рад конструктивной критике в начале рабочего дня.

– Плохо спал? Опять те же кошмары? Я лишь коротко кивнул. Серена нахмурилась. Она знала о моих «ночных гостях» больше, чем кто-либо другой, и её это беспокоило не из простого любопытства.

– Что-то стряслось у Габриэля? – спросила она, переходя к делу.

– Старик на взводе. Говорит, нежить уже подбирается к окраинам Ардейла, а кристаллы, которые мы шлем в Ксаэль для их щитов, испаряются по дороге. Тридцать процентов разницы между нашими отчетами и их жалобами. Совет винит Ксаэль в саботаже, но Габриэль подозревает, что все не так просто.

– Тридцать процентов? – Серена задумчиво прикусила губу. – Не похоже на простую погрешность. Знаешь… – она встала и подошла к массивным стеллажам, – мы тут в архиве как раз разгребаем завалы после квартальной проверки. И я наткнулась на кое-что, что не дает мне покоя.

Она вернулась с охапкой свитков и с глухим стуком вывалила их на стол.

– Все смотрят на границы, где нежить беснуется. Но посмотри на отчеты из Эльмирена. – Она развернула карту, указывая на мертвые земли северо-запада. – Там всегда была самая высокая концентрация разломов. Бури, хаос, выжженная земля. Но за последние месяцы магический фон там… просел.

– Просел? – я придвинулся ближе. – Хочешь сказать, разломов стало меньше?

– В том-то и дело. Потоки ослабли. Словно кто-то или что-то вытягивает энергию из самой земли Эльмирена. Если это не ошибка в замерах, то мы имеем дело с чем-то новым. Кто-то забирает силу из старых разломов и, возможно, использует её для открытия новых – прямо у нас под носом. Но чтобы доказать это, нужно перелопатить горы данных. В одиночку я закопаюсь здесь до следующего столетия.

– Мы с Адрианом поможем, – предложил я.

– Помощь Адриана в архиве – это как помощь лавины в библиотеке, – Серена слабо улыбнулась. – Мне нужен профессионал. Кто-то, кто видит цифры так же ясно, как ты – нити смерти.

– У тебя есть кто-то на примете? Не хотелось бы впутывать лишних.

– Есть одна девочка. Лина. Работает у нас около года. Тихая, почти невидимая – иногда она кажется мне даже жутковатой, так бесшумно она передвигается. Но она разбирает завалы с такой скоростью, будто у неё под рукой десяток невидимых помощников. Алан её очень ценит.

– Уважение в глазах Серены Вельт? – я приподнял бровь. – Это почти историческое событие.

– Отвали, Элиан, – она беззлобно фыркнула и забрала свою кружку с кофе. – Алан уже выдал ей доступ к секретному сектору. Раз старик ей доверяет, значит, с ней можно работать. Я поговорю с ней, введу в курс дела.

Мы просидели над бумагами до глубокой ночи, пытаясь связать затухающий Эльмирен и «прожорливые» поставки в Ксаэль. Когда глаза уже начали слезиться от мелкого почерка, Серена отложила пергамент и достала из сумки небольшой сверток.

– Чуть не забыла. Поздравляю с должностью. И… с днем рождения, Торн.

Внутри лежал серебристый амулет в форме диска, испещренный тончайшей вязью рун.

– Защита от подчинения разума? – я узнал работу лучших мастеров Ардейла. – Серена, это очень дорогой подарок.

– Я надеюсь, он тебе никогда не пригодится, – она серьезно посмотрела на меня. – Но твоя новая должность… и твои кошмары… В общем, носи его. Не снимая.

– Спасибо, – я искренне обнял ее. – Это правда важно.

– Ладно, иди уже. И забери кристаллы для барьера, завтра тебе снова латать дыры в защите города. А я поищу, что там с Ксаэльскими накладными.

Я вернулся к себе глубокой ночью, чувствуя себя выжатым до последней капли. Казалось бы, ничего толком за день не сделал – только разговоры и бумаги, – а ощущение было такое, словно я в одиночку отбивал атаку легиона нежити.

Подойдя к кровати, я заметил на столике утренний торт в специальном морозящем боксе. Адриан всё-таки донес его и не съел по дороге. Я невольно ухмыльнулся, вспомнив его вечную ухмылку и дурацкие поздравления, но пробовать угощение не захотелось. Желудок стянуло узлом от усталости.

Я лег на бок, засмотревшись на то, как в темноте тускло мерцает серебро на тумбочке. Амулет Серены. Защита от вторжения в разум. С тех пор как в моей жизни появились эти двое, дни перестали быть бесконечной чередой серых ритуалов и стали… живыми.

На этой мысли, согретой редким чувством покоя, я провалился в сон.

Глава 2 Звон тревоги

Проснулся я раньше рассвета – и, к счастью, без кошмаров.

Может, амулет, подаренный Сереной, ещё и от них защищает? – усмехнулся я про себя.

Холодный воздух в тренировочном дворе бодрил лучше любого кофе.

На арене уже был Адриан – бодрый и довольный.

– Торн! – крикнул он. – Как спалось нашему мертвецу сегодня?

– Спал без кошмаров, – ответил я. – И, напомню, я некромант, а не мертвец.

– А выглядишь всё равно как мертвец, – парировал Адриан. – Может, это последствия старости? Говорят, после двадцати пяти всё начинает разваливаться. Так что стоит ли мне сегодня тебя пощадить?

– Спасибо за заботу, – буркнул я. – Некроманты в целом редко светятся здоровьем.

– Да-да, фирменный мертвецкий шарм, – ухмыльнулся он, поднимая кинжалы.

Я достал мечи.

– Посмотрим, как долго ты продержишься с моим мертветстким шармом.

Адриан засмеялся, шагнул вперёд, и воздух наполнился звоном стали.

Два меча против двух кинжалов – вечный спор длины, скорости и терпения.

– Всё-таки ты стал медленнее, – сказал он, ловко уходя от очередного удара.

– А ты всё так же переоцениваешь свои рефлексы, – ответил я, вынуждая его отступить.

Мы двигались синхронно, привычно, без слов.

Каждый удар, каждый блок отточен годами тренировок и боёв.

Через полчаса мы остановились. Дыхание ровное, мышцы гудят, мысли – наконец на своих местах.

Спарринги с Адрианом всегда возвращали мне фокус, даже несмотря на разницу в оружии.

– Я сегодня иду на встречу с Маркусом, – сказал я, убирая мечи. – А вечером нужно заглянуть к Серене, у нас новое задание. Приходи, сразу как освободишься. Она введёт тебя в курс дела, а я подойду позже.

– Великолепно. Я как раз мечтал провести вечер среди пыли и язвительных комментариев. – закатывая глаза почти прокричал Адриан

– О, да ладно, – заметил я. – Я думал тебе нравится поддерживать эти перепалки.

Он усмехнулся в ответ. Но никак не прокоментировал это заявление. Пока Адриан остался тренировать новичков, я, переодевшись, направился к Маркусу.

Коридоры Ордена имели удивительное свойство чем больше в них торопишься, тем больше вероятность, что из-за угла выйдет кто-то, с кем ты меньше всего хотел пересечься.

Сегодня это был Ардис Дрейвен. Следователь и ближайший подручный Маркуса.

Он шёл, как обычно, с тем видом, будто ему принадлежит не только коридор, но и все, кто по нему ходит. А в руках он держал коробку, перевязанную алой лентой.

– Торн, – протянул он, – рад тебя видеть.

Слова «рад» и «видеть» явно находились в сложных отношениях, но держались вместе ради приличия.

– Дрейвен, – ответил я. – Интересный выбор. Давно ты подался в сладкое?

– Это не мне, – уточнил он

– Я вижу. И кому же они предназначены?

– Одной даме, – сказал он с театральным вздохом. – Очаровательной, загадочной, непредсказуемой.

– Ага, – кивнул я. – Ты так говорил и про Серену, пока она не попыталась тебя поджарить мощным разрядом.

– В этот раз всё иначе. Эта – мягкая, как цветок. Красивая. Спокойная. С ней я чувствую себя почти святым.

– Ты и святость, – заметил я, – вещи несовместимые даже в альтернативной реальности.

Ардис ухмыльнулся, перекинул коробку из руки в руку и сказал небрежно, но с тем особым тоном, от которого обычно начинаются неприятности:

– Между прочим, скоро мы будем видеться чаще. Так что завязывай со своими язвительными шутками.

– С чего бы это? – спросил я.

Он чуть наклонил голову, словно оценивая, стоит ли говорить.

– Скажем так, Маркус скоро всё сам объяснит. У него на тебя большие планы.

– Прекрасно, – произнёс я сухо. – Ничто так не поднимает настроение, как мысли о нашем будущем партнерстве.

– Вот и отлично, – сказал Ардис, улыбнувшись. – Рад, что мы понимаем друг друга.

Он кивнул и пошёл дальше по коридору, оставив за собой лёгкий запах дорогих духов и предчувствие проблем.

Я посмотрел ему вслед и подумал, что день, начавшийся без кошмаров, не гарантирует их отсутствие в течении дня.

Интересно, кто же его так заинтересовал. Помнится кроме Серены ему вообще никто не нравился за все время в ордене. Да и не то чтобы он вообще проявлял интерес к женщинам. Видимо, стоит посочувствовать бедняжке, кто бы она ни была. Не то чтобы Ардис был плохим человеком. Просто… не тем, кого можно назвать добропорядочным.

Он умел обаянием скрывать цинизм, улыбкой – расчёт, а дружелюбием – намерения.

И если он вдруг проявил интерес к кому-то, это всегда означало, что у этого интереса есть вторая сторона.

Скорее всего, не романтическая.

Ладно, пусть Ардис сам разбирается со своими “очаровательными дамами”.

У меня и без того дел хватает – надо узнать у Маркуса, что же за задание нам досталось.

Маркус руководил городской охраной так же, как часовых дел мастер управляет механизмом: строго, расчетливо, не прощая ни единой лишней детали. Он не был некромантом, но считался одним из сильнейших боевых магов Союза. Его уважали даже враги – за ледяной ум и эффективность, граничащую с жестокостью.

Я всегда ощущал рядом с ним странное внутреннее напряжение. Словно стоишь рядом с натянутой струной, которая может лопнуть в любую секунду и рассечь тебя пополам.

Он сидел за массивным столом, заваленным картами и рапортами. Когда я вошел, Маркус поднял взгляд – тяжелый, изучающий, будто он прикидывал, насколько я годен для его будущих планов.

– Поздравляю с должностью, Торн, – произнес он, и в его голосе не было искренности, лишь формальное признание факта. – Совет возлагает на это расследование большие надежды. И я – в том числе.

– Благодарю, – я слегка наклонился, соблюдая протокол. – Габриэль ввел меня в курс дела. Я так понимаю, основная цель – Ксаэль?

Маркус отложил перо и скрестил пальцы. – Именно. Разломы и нежить – это последствия, Торн. А причина всегда кроется в ресурсах. Ксаэль засыпает нас жалобами на дефицит кристаллов, в то время как наши архивы показывают избыточные отгрузки. Это создает… опасный политический климат. Мы кормим их энергией, а они обвиняют нас в саботаже.

Он сделал паузу, его глаза сузились. – Орден поручил мне курировать логистику и безопасность в этом деле. Чтобы вы не погрязли в отчетах и не тратили время на споры с ксаэльскими чиновниками, я прикрепляю к вам следователя Дрейвена. Вы уже работали вместе.