38 дней спустя, Москва

Герои решили не идти напролом. Сначала через вентиляцию: они пошли в техническую комнату, где обслуживалась станция, Руслан открыл вентиляционный люк. Проник Коннор, позже они последовали за ним.

Их обнаружили – завязалась перестрелка. Использовали дымовые шашки, шумовые ловушки. Соня прикрыла Руслана, когда тот споткнулся. Коннор обезвредил одного из командиров. Коммунисты забили тревогу на станции, слышны крики – Враги! Тревога

Ребята делали отход

Уходили по аварийному выходу. В затылок дышал огонь, слышались приказы, бег. За ними послали погоню, но она отстала на станции Менделеевская.

[Путь к Марьиной Роще – железный лабиринт]

Сквозь разрушенные коридоры и боковые тоннели, герои шли к Марьиной Роще. Они прошли складские помещения, мёртвые ветки, наполненные крысами и зловонием. В одном месте нашли старую дизельную электростанцию – с ржавыми генераторами и поломанной техникой.

– Сюда бы руки техника, и мы бы освещали путь, – мечтательно сказал Руслан.

– Лучше бы пиво и рыбку, и я был бы подводной лодкой у Москвы – реки. – счастливо сказал Игорь

У станции Марьина Роща их ждали укрепления. Громкоговоритель вещал лозунги: «Слава народу! Смерть врагам!»

– Нужно обходить, – сказал Игорь. – Нас не примут.

И вот тут появился он – Валера. В грязной форме машиниста, с лицом, испачканным в мазуте.

Валера, он был машинистом электропоезда Московского метро. Его насильно схватили и заставили работать, он бежал с Охотного ряда, когда была буча среди заражённых. Валере предупредили, что идут ребята

– Видел вас, – сказал он. – Идёте к ВДНХ? Я помогу. Есть путь. Старый путь. Через депо.

Они пошли по старому пути.

Депо мрак и страх, кровь и резня.

Страх, страх? Людей стало окружать страх в Московском метро, самое страшное, что мог представить человек, это когда у тебя паранойя, каждый сталкер совершал суицид в тоннелях метро,

В Московском метрополитене воцарилась атмосфера страха, и это было самое страшное, что можно было себе представить. Валера был готов к этому, и их путь должен был привести их к Фонвизинской и Останкино. Это был самый опасный путь к Д6, но выбора не было – на поверхности их ждала смерть.

Марьяна Роща была окружена коммунистами, и их государство шло вплоть до Окружной. Коммунисты часто воевали с анархистами, но самой большой угрозой в Московском метрополитене были фашисты и монархисты.

Фашисты проходили от Новослободской до Петровско-Разумовской Серой линии. Во время волны эпидемии общины не вели бои, были лишь стычки. Но все хотели получить власть, и битва была неизбежна. Вопрос был только во времени.

Тем временем в Марьяной роще собралось командование по гражданской коалиции КПСС. Премьер-министр по московскому метро Зябликова обратился к Москвину.

– Москвин, может быть, ты? Ты его лучше знаешь, – сказал премьер-министр.

– Кто бы сомневался, – ответил Москвин.

Москвина соединили с генералом Рейн-рей Коалиции Петровско-Разумовской Чёрной линии.

– Приветствую, генерал Рейн-рей, – сказал Москвин.

– Погоди, – сказал Рейн-рей. – Москвин? Никогда не подумал бы, что ты заберёшься на такую должность. Поздравляю с повышением! – сказал Рейн-рей Москвину.

– Я хотел бы обойтись без любезностей, Рейн-рей. Нам нужно, чтобы вы поняли, что ваш шантаж ни к чему не приведёт. Через два часа прибудут коммунистические силы нашей линии и элитные оперативные группы, – грозно сказал Москвин.

Рейн-рей ответил с удивлением:

– Два часа? Довольно много. В прошлый раз штурм получения соседней станции Петровско-Разумовская длился порядка часа, и нам почти удалось совершить задуманное. Как думаете, Москвин, сможете ли вы нам помешать, когда до прибытия два часа, когда у нас втрое больше времени?

– Даже не сомневайся в этом, – ответил Москвин.

Рейн-рей предложил Москвину:

– Предлагаю вам последний шанс, либо вы капитулируете на наши условия, либо вся ваша линия будет заполнена нашими великими солдатами рейха! И уничтожим мы вас к чёртовой матери. А Петровско-Разумовскую мы заберём в любом случае.

Москвин ответил с насмешкой:

– Ха-ха! НЕ ПРЫГАЙ ВЫШЕ ГОЛОВЫ! Ты был и есть жадный диктатор.

Рейн-рей спросил:

– Что ты сказал? Война.

Началась осада, войска рейха начали атаковать границы станции, Марьяна Роща объявила о обороне.

Война, именно в те времена, когда люди голодны и безвыходны, они готовы вцепиться, война между красными и черными было эхо чего-то.

Также дальше Петровско-Разумовской был союзник черных, Оренштанд-Лэс. Они мучали людей, и даже черные так не издевались, как они, они создали газовые камеры и ядовитые пытки, Оренштанд было марионеточным союзным государством Рейха, у власти был бывший председатель рейха, его оттуда выгнали из-за попытки переворота рейха, председатель Райнхард был влиятельным человеком, и попытка его убить могло обернуть в хаос, тогда лично Рейн-Рей, генерал рейха, создал отдельную зону-государство, где будет находиться председатель и его солдаты, Райнхард был против, но ему некуда было деваться. Как тогда у красных не было союзников, в отличие от рейха, но они были втрое сильнее.

Москвин приказал развернуть на поле боя 35 дивизию красной армии, так и поступили, с двух станций шла беспрерывная атака.

В тем временем Руслан с Соней, Игорем, Коннором обсуждали план с Валерой, была проблема в том, что они не могут по-другому пройти, только по красной линии, а там шла война, и как быть? спросил себя Валера, Игорь придумал план, он сказал всем, и все на него посмотрели, он четко указывал пальцами на карту метро – А в чем проблема просто прям через линию фронта перескочить и там до депо? Там от депо рукой падать. Сказал Игорь,

Валера ему ответил грубым тоном

– Рукой? Рукой падать до твоего пустого мозга! Как мы сможем проехать на поезде, когда они на танках едут.

Ответил Валера, Руслан, перебив их спор, сказал

– А хули проблема-то, можем взять и просто на танке поехать! А там и до ДЕПО. Все посмотрели на него как на глупого, но Валера увидел в этом гениальную идею, он поддержал Руслана и сказал – Он прав, больше никак, и нас так не заметят, есть, конечно, один танк списанный, но восстановить можно, но нужен механик, а его мы сможем найти только на базаре.

Базар, базар называли так крупные станции, как Киевская, Савеловская, улица 1909 года. Либо же внутренние базары мелкие на своих станциях.

На Марьиной роще они разошлись по делам, Игорь должен был отыскать механика, Руслан – боеприпасы и медикаменты, Соня – исследовать путь обхода, а Коннор с Валерой должны были ждать их у перехода.

Тем временем Руслан блуждал по базару, в базаре были еда и своя свиноферма, оружие. Руслан наблюдал за всем, оглядываясь, он оглянулся наверх и увидел надпись наверху станции (бордель «Марьянка»). Руслан, ухмыляясь, сказал про себя

– Почему бы и нет?

Сказав, он пошел по лестнице, там он увидел проституток, в метро их не называли и в принципе никак, к нему подошла девушка обнаженная, приближаясь, она прижалась и сказала нежным голосом

– Сладкий, 5 патронов и V.I.P танец.

Она повела его, Руслан, подумав, решил согласиться, но когда проходили военные Красной армии, Руслан резко сам затащил ее в комнату, чтобы не попадаться на глазах, тогда Красная армия была осведомлена о них и нелегальном прибытии, Руслан присел на кресло и снял ремень и чутка опустив штаны, обнаженная девушка начала эротический танец и, прижимаясь к нему, она делала нежные и четкие движение своих изгибов, и даже целовав его в эротических зонах.

Тем временем Игорь, проходя по станции, ища техника, не заметил Руслана, как же пропал? Они же по факту недалеко были, мог Игорь и дальше думать, пока он не увидел бордель, он начал подниматься вверх, одновременно смеясь, он присел в общий зал танцев и смотрел на танец обнаженной девушки, рядом также сидели жители/гости станции Марьиной роще.

Тем временем Соня шла по станции, также ища карты обхода, и она также заметила, что никого нету, где же они? Могла так думать, но она решила пропустить мимо ушей и дальше идти, тем временем Руслан уже развлекался и тратил патроны как ветер, и обнаженная девушка предложила интимный характер взамен на 40 патронов, Руслан отказался, танец закончился, Руслан ушел, заплатив ей 5 патронов. Он пошел через другой выход к базару.

Руслан тогда шёл, задумываясь, а правильно ли он сделал? Изменил же, но поздно, Руслан как мог быстрым темпом уходил, тогда у выхода базара 2 выхода стояли коммунисты, они тщательно проверяли всех сограждан метрополитена, Руслан развернулся, ополченец перешагнул перила и подошёл к Руслану, тот сказал громко и чётко, целясь автоматом АК-47А:

«Документы! Кто таков? Почему на тебе нету ленты коммунистической?»

К ополченцу подошёл комбат роты охраны, тот крикнул:

«Что за дела? Почему в гражданских целишься?»

Ополченец крикнул:

«Никак нет, комбат! Он лазутчик! Пытался удрать».

Руслан, понимая, что его убьют прям сейчас, он достал Макаров с заднего кармана и открыл огонь по комбату и ополченцу, они упали оба, другой ополченец объявил тревогу, Руслан рванул к выходу со всех ног, он бежал по станции как угорелый, солдаты открывали огонь по нему, Руслан забежал за угол, за углом было общежитие работников военного комплекса в тех. помещении за станцией, Механик, распахнув дверь, взял за шкирку Руслана и спрятал у себя, Механик дал знак ему заткнуться, в коридоре бежал отряд красных.

«Затихло?» – сказал механик, он открыл рот Руслану, механик, перебив Руслана, который не успел даже рот открыть:

«Я знаю о вас, ты чокнутый псих! Убить комбата! Сейчас такой кипиш будет, чёрт ты, а не Руслан, тьфу! Сейчас быстро переодеваешься».

Руслан, не успев сказать, кивнул, пошёл одеваться. Тем временем Игорь ушёл с базара, он шёл по центральному залу станции, станция была оборудована от «Тифани», для метро-государств это невозможно было, они были дорогими и их негде не достать, коммунисты этим и прославились чистотой, в отличие от Рейха, там хуже были станции, или же от Конфедерации «Бабушкинская».

У центрального зала стояли арки, блестели! В конце зала выступал Москвин, а в начале зала, где уже туннель, выступал агитационная пропаганда, Москвин чётко кричал, поднимая левую руку, над Москвиной весили флаг метро-государство Советский союз, Москвин кричал речь народа:

«Послушайте меня! Враги наступают в наше сердце станции, мы обязаны дать отпор, Священная Война!

Друзья, братья и сестры!

Настал час, когда тишина разорвана громом правды, когда каждый из нас должен сделать выбор – не между миром и войной, но между рабством и свободой, между позором и честью!

Сегодня начинается Священная Война – не ради крови и разрушения, но ради справедливости, ради будущего, которое у нас пытались украсть. Это битва не только мечей и щитов, но духа и воли!

Наш враг силён, но наша правда – сильнее. Они имеют доспехи и стяги, но у нас есть вера, которая сокрушает горы. Они имеют страх и ненависть, но у нас есть любовь к своим близким, к родной земле, к заветам предков.

Пусть каждый, кто возьмёт в руки оружие, помнит:

мы – не захватчики, мы – освободители.

Мы идём не грабить, а вернуть украденное.

Не убивать, а защищать. Не сеять хаос, а восстанавливать справедливость. Речь закончилась, все кричали: «УРА! УРА! Красные поднимали руки вверх, держа автомат.

Метро-государство Советский союз или же новая красная линия Новая Советская Империя.

Родился 1976, он жил в семье, отец – полковник КГБ, мать – библиотекарь Ленинской библиотеки.

Он научился вещам от отца, как собирать информацию о людях и как проводить обыски, Москвину это поможет в будущем, 1987 вступил в партию не по убеждениям, а по расчёту. В 1992 он вышел с парламента, по мнению Москвина, они потеряли совесть перед советским идеалам, он ушёл в тень. Тогда с декабря 1992 произошёл конституционный кризис.

2019 Москвин смог собрать вокруг себя элиту, он активно критиковал парламент, он стал безумцем.

2020 год, когда произошла вспышка, люди бежали, умирали, прятались. Он собрал своих собратьев и военных, бронетранспортёры и бронетехника выехали, военные строили из любого мусора баррикаду, Москвин пытался свергнуть мандат и установить власть в красной линии, война шла вплоть 3 месяца, мандат оттеснил красных до Марьино роще, но потеряв некоторые кусочки. Москвин был премьер-министром главкома, лидер был Воздвиженский, ближе к новому осени он умирал и передал власть Москвину, его правила были безумнее:

«Хлеб – по карточкам, правда – по рангу».Он образовался как не страна не на красной линии, причина простая, военный мандат изгнал их отсюда после попытки свергнуть мандат. Великий верховный лидер Москвин… Кто же он такой? – Андрей Владимирович Москвин —

«Красный Паук». Биография последнего комиссара подземного ада

«Кто не работает – тот не ест…».

«Враг везде. Особенно внутри тебя».

Его методы:

«Суд чести»

«Тоннели молчания» – куда исчезали враги.

В этот момент Игорь, выслушав тревожные вести, осознал, что Руслан может оказаться в опасности. В срочном порядке он направился в сторону общежития.

В это же время коммунисты, маршируя к поезду, подвергались воздействию агитационной пропаганды, осуществляемой красными агентами. Военкоры, стоящие у перил перед загрузкой, оформляли военнослужащих.

Толпа красных направлялась к поезду, а агитационная установка непрерывно транслировала пропагандистские лозунги:

«Вы живете в лучшей стране метрополитена! Империалистические страны испытывают к вам зависть.

Каждый гражданин нашей страны получает базовые продукты питания, одежду и средства гигиены. Однако помните, что империалистические страны не дремлют. Волны террористических актов, направленные против великого коммунистического государства, нивелируются благодаря мудрому руководству вождя Москвина.

Гражданин, будь бдителен, заявляй о саботаже и не допускай проникновения империализма в наш великий коммунистический народ. Слава коммунистическому трудовому народу! Слава Москвину!»

Под звуки этой пропаганды коммунисты выкрикивали: "Уничтожим фрицев!" Все загружались в поезд.

У общежития собрались Коннор, Валера, Игорь и Соня. Механик, торопливо излагая план, заявил:

"План перехват: мы должны насильственно угнать поезд перед погрузкой. Мы в ловушке, идёт война."

Все согласились, поскольку иного выхода не было. Вооружившись, они направились к другому ответвлению, где стоял поезд. Руслан, возглавляя группу, заметил сторожа на ответвлении.

Он и Игорь, не раздумывая, открыли огонь и убили сторожа. Коннор начал готовиться к прикрытию. Внезапно прозвучала тревога, и отряд красноармейцев вместе с танком на рельсах направился к ответвлению. Техник, осознав провал первоначального плана, скомандовал:

"Захватите танк! У вас есть время."

Руслан открыл огонь по прибывшим красноармейцам. Коннор стрелял из укрытия, Соня и Игорь бросали осколочные гранаты. Башня танка повернулась, и рельсо-танк открыл огонь. Калибр пробил шахту тоннеля, сирена завыла, и всё начало рушиться. Героям было плохо видно, но из танка полетели коктейли Молотова. Все отстреливались, шла ожесточенная схватка. Прибыла дополнительная рота солдат, и красная армия начала медленно, но уверенно теснить повстанцев. Руслан скомандовал отход, но по ним начали бросать химические снаряды. Все надели противогазы. С вершины станции наступали соседние вражеские силы, и теперь красная армия сражалась на двух фронтах.

Руслан бросил осколочную гранату в позиции противника, что оглушило и отбросило часть красноармейцев.

Красная армия отступила к прежнему месту. Рельсо-танк, сопровождаемый отрядом красных, приблизился и атаковал позиции, стреляя из калибра. Руслан и Коннор, оказавшись на передовой, начали отступать. Стены уже были разрушены, и рельсо-танк продолжал движение. За танком с позиции атаковали красноармейцы. Герои продолжали сражаться до последнего патрона. Игорь, рискуя жизнью, побежал к рельсо-танку. Коннор, помогая ему, бросил коктейль Молотова сзади танка, вызвав пожар и заставив отряд отступить. Игорь забрался в башню танка, открыл люк и, держа автомат, застрелил машиниста и наводчика.

Все сели внутрь танка: Игорь и Валера держали автоматы у люка, Техник занял место машиниста, а Коннор стал наводчиком. Они начали движение по рельсам, давя красноармейцев. Выехав с ответвления, они направились по туннелю к Бутырской. Однако коммунисты уже вызвали подмогу. Сзади ехал рельсо-танк. Валера, обращаясь к Технику, кричал: «Сука! Топи газ, нас сейчас подбьют.» Коннор, решив рискнуть, выстрелил в крышу танка, что привело к её обрушению на рельсы и временно задержало красных. они уже достигли половины пути к Бутырской.

«Когда не осталось солнца, мы стали зажигать костры из прошлого. Но чем ярче пламя, тем чернее пепел.»

Бутырская – станция сплошных проблем, везде укрепы, мародерство и насилие.

Рельсо-танк остановился, топлива уже закончился, Руслан с техником вышли, за ними Валера, Коннор, Игорь и Соня, они почти уже у Бутырской, перед станцией лежат трупы, туман, холод, мрак… Всё это они и чувствовали, дети ждали отцов, но они защищали станцию, станция теперь составлена из половин заброшенных отделок.

Ребята двинули к Бутырской, перешагивая трупов, Коннор посмотрел на труп, он видел лишь разочарование, это тоже человек, думал так Коннор, все мы – люди, мы имеем право на жизнь, коммунисты отдавали долг и защищали семью, каждый человек в метро защищает семью, даже когда люди обезумели.

Ребята уже близко подходили к платформе, впереди шел Коннор, держа автомат наготове, смотря вверх, половина часть была отстрелена и заброшена, но, несмотря на это, люди и тут прижились и смогли обустроиться, мирная станция, Коннор сказал ребятам сзади:

«Остановимся пока тут», – сказал Коннор.

Руслан и Соня ушли в палатку, Игорь ушел с Валерой, Коннор шел по залу станции, станция как станция, думал Коннор, ведь и вправду нечего привлекательного, Коннор пошел к главному к станции, главный станции Сергей помахал Коннору, он ближе подошел и сказал Сергею: «Сергей, сколько с нас за проживание на сутки?» – спросил Коннор, Сергей ему ответил: «470 патронов». Коннор возмутился: «Да ты охуел?! А что так дорого?! На другой станции 300». Сергей ему ответил: «Если сможешь наказать банду и барыг, бесплатно, и сам тебе докину». Коннор кивнул и согласился, дальше Сергей ему рассказал:

«Есть на станции такие, они держат в страхе всю линию, убивают, насилуют, барыжат, заебали они всех, если ты их убьешь, ты будешь героем для всех».

Сергей рассказал Коннору, смотря ему в глаза, Коннор не колеблись согласился, ему показали, где он. могут быть. Коннор шел по коридору и остановился около стриптиза-клуба, он заметил, что есть техническое помещение сзади, он пошел туда, он постучал громко и крикнул после стука:

«Тук-тук! Есть кто?» Коннор решил не ждать, ударив ногой по двери, он ее выбил, и нечего, именно никого он не увидел, он услышал шаги, спрятался за фермой, из угла выглядывая, бандиты держали девушку за волосы и тащили, второй пинал ей рот, бандит кричал на девушку, бросив ее в угол:

«Ты че, шлюха! Меня, мля, сука, не поняла? Ебать буду аккуратно, но жестоко, ты, мля, нахуй поняла?!»

Бандит говорил одновременно ее пинал по зубам, кровь текла. Второй ее начал срывать одежду и обнажать ее, третий начал касаться интимных зон, как грудь и ягодицы. Первый кричал:

«Ты че, мля, нахуй, мнешься, как девочка, быстро, нахуй, кричи, что хочешь нас». Кричал бандит, девушке лишь закрыли рот. Коннор не выдержал такой зрелище, он достал пистолет подготовленный, он прицелился специально в пах, курок нажат, выстрел, пуля точно пролетела насквозь паха, бандит упал и начал кричать, Коннор целясь открыл по остальным огонь, он встал и пошел к девушке, она лежала еще не полностью обнаженной, он снял с себя бронежилет и одел на нее, чтобы скрыть грудь.

Он взял ее за руку и пошел, он дал намек Сергею, что они убиты, Сергей принял. Коннор молча шел быстрым шагом к своей палатке, палатки были распространенным жильем в метро, часто использовали армейское, не важно Советское или Российское, дешево и служат, для богатого уровня уже выделялись отдельная жил. площадь.

Коннор посадил девушку, он дал ей флягу, она взяла флягу и жадно пила, Коннор решился все таки на разговор, он спросил ее: «Начнем с того, как ты тут оказалась? И как тебя зовут?»

Он смотрел на разбитую душу, она ответила Коннору слезами, сказала:

«Алина меня, я? Они всегда терроризировали станцию, папа меня продал, чтобы прокормить болеющую бабушку, а… У меня был муж, но он давно умер, а тебя как, герой?»

Алина смотрела в душу Коннору, что и ему не по себе стало, Коннор ответил вопрос на Алины:

«Коннор, мы пытаемся сбежать из этой жопы, но для начала мы к Д6 двигаемся, а затем к МКАДу, интересная, конечно, у тебя история, у меня… Умерли попросту, по крайне мере я не знаю, где они, а девушка моя, представляешь? Нету ее и всё, Арина, я так вижу, у тебя нету выбора, уедешь с нами?»

Коннор ухмылкой глянул Арине, Арина только кивнула, он ей сказал, чтобы она нашла одежду, а сам он ушел из палатки.

Коннор вышел из палатки, резко вдохнув воздух, пропитанный гарью, порохом и сладковатым запахом разложения. Его пальцы автоматически нашли сигарету, дрожали чуть сильнее обычного. Он затянулся, выпуская дым в низкий, закопчённый потолок станции, и пробормотал:

– "Ну и дрянь дело… Пора сматываться."

Где-то в темноте хрустело стекло под чьими-то сапогами. Кто-то стонал за стеной. В соседней палатке Валера склонился над картой, разложенной на ящике из-под патронов. Его пальцы водили по линиям метро, оставляя кровавые отпечатки – он даже не заметил, как порезался о рваный край бумаги. Игорь тем временем чистил оружие. Коннор открыл палатку и спросил: – "А Руслан где?" – спросил Коннор, приглядываясь к теням за палаткой.

– "К чёрту знает. Говорил, что 'разведает обстановку'." – сказал Валера. Руслан и ополченец.

Барная стойка на Бутырской была сделана из обломков вагона и ржавых листов металла. За ней торговали самогоном, разведённым в антифризе, и тушёнкой с плесенью.

Руслан сидел рядом с мужчиной в потрёпанной шинели с красной повязкой. Ополченец. Глаза мутные, руки в шрамах. – "Выпьешь?" – Руслан толкнул к нему стакан.

Ополченец кивнул, осушил залпом, скривился. Руслан узнал, что его зовут Смирнов и он давно хочет уже сбежать. Руслан ему предложил предложение: "Не хочешь с нами поехать? В Карелию, за нами гоняться коммунисты." Рассказал всё он Смирнову. Смирнов удивлённо смотрел на Руслана, он тогда спросил его. Смирнов засмеялся и сказал: "Это вы те самые? Которые устроили бойню в Достоевском и Марьиной роще, я вафиге! Компания пацанов разгромила целую группу, и по поводу, ай, че тут думать? Я согласен, мне терять нечего, я жил ради сына, но он погиб… Как помню! Во время нашествии крыс…" Руслан почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он верил в крыс. Руслан в мыслях вспомнил миф о крысах, говорят, после эпидемии и химического удара крысы мутировали и стали новой формы расы, в 4 раза больше стали, как из рассказа Руслан помнил, что из Филевской линии пошли крысы, там и открытая поверхность.

Они выпили.

– "Пора валить. Иначе нас хлопнут, а не мы их." – сказал Руслан.

Смирнов шёл за Русланом, а он в палатки, тем временем ребята собрались и уже направлялись в платформу, там они встретили Руслана и Смирнова, – "А это что за красный?" – голос Коннора был как лезвие.

– "С нами. Бояться нечего."

– "У нас и так ртов хватает."

– "Его сына крысы сожрали."

Коннор замолчал. Потом кивнул.

Пока они грузились, станция гудела, как растревоженный улей.

Зябликово-Крестьянская застава горела. Ковальчук Язов, брат Москвина, поднял мятеж. Его люди – фанатики в чёрной форме с нашивками "Единое Метро" – вырезали гарнизоны, вешая на рельсах тех, кто отказывался присягать.

Коммунистической линии Зябликова-Петровска-Разумовская, окунался смута, Москвин терял авторитет перед элитой, у Москвина был брат Ковальчук Язов, реформатор и милитарист, он мечтал о едином метро только для коммунистов, он поднял восстание в Зябликова-Крестьянская застава.

Смута окуналась в союзника рейха Орештандт-Лэс. Рабы подняли восстания, союзники Рейха – ответили восстанием рабов. Там теперь шли уличные бои: немцы против своих же "унтерменшей", которых держали в цепях.