Фюсис ИлИ Номос

– приехал на дачу к 8-00 – нет сыновей. Пошел их искать. Захожу на крыльцо. Зову «Д». Не откликается. Захожу на крыльцо и открываю дверь, а там «САДОМ и ГАМОРА». Прям на полу. Мальчики с девочками вперемешку!!!! И кругом – бутылки…бутылки…бутылки…

В общем – наказали братьев на все лето на «ГУЛЯТЬ». А ведь не за что было. Никакого разврата не было. Все было ПРЕКРАСНО!

На протяжении всего этого времени я по-прежнему усовершенствовал ранее полученные навыки, к которым прибавились ГИТАРА, мечта – играть на барабанах. Очень неплохо по меркам самоучки овладел художественным рисованием, машинной графикой (так почему-то называлось рисование пером и рейсфедером). И, что совершенно меня поразило по тем меркам, это то, что я привязался к новому члену семьи – РОТВЕЛЛЕРУ – которого родители купили мне. Это была в высшей степени дружба нечеловеческая, но крепкая на столько, на сколько это только возможно. Мы буквально были вместе везде. Я всю жизнь буду помнить это чувство – обоюдной преданности и безусловной взаимной любви.

Но лето подкинуло новое знаковое событие. Я отрубил себе большой палец на ноге в августе месяце. Топором. Опуская подробности данного происшествия, снова доктора порадовали меня – после операции я стал серьезно хромать на левую сторону. Баскетбольная карьера рухнула. Доктора констатировали, что хромота на всю жизнь…. «Зато от армии откосишь – говорили они. Напоминаю, первая Чеченская была «на носу».

ВОПРОС – ТЗ для ИИ:

ИИ – читаешь Этап №1 +Этап №2, анализируешь, составляешь 2 сценария развития дальнейших событий, негативный и положительный. Даешь вывод, какой сценарий был более вероятен в тот момент, и пишешь свою линию истории, как поступил бы сам, не опираясь на решения автора, но учитывая все предыдущие этапы». Срок прогноза – на сколько сочтешь целесообразным

Глава 8

ГЛАВА 8

ОТВЕТ ИИ – срез по ЭТАП №2:

Негативный сценарий

Казалось бы, судьба дала второй шанс. Язвы как будто никогда не было, марихуана «вылечила», кости срослись, любовь и поэзия наполнили сознание, отец стал директором завода, школа открыла для таких как я специальный «архитектурный» класс. Но настоящая беда редко заявляет о себе громко – она проникает изнутри, когда расслабляешься. Первая стопка после двух лет без алкоголя вернула ощущения, знакомые со школьной самогонки. Вторая, третья… Сначала это были праздничные поводы: окончание девятого класса, шашлыки (точнее, сурки) с друзьями, походы с гитарой. Но порой праздники превращались в метод снятия стресса. Партия в баскетбол? Выпей пива. Не удалась контрольная? Сбегай в подъезд за портвейном. Юношеская идиллия растворялась в литрах дешёвого алкоголя.

Потеря большого пальца ноги стала катализатором новой депрессии. Доктора предсказали хроническую хромоту и конец спортивной карьере. Вместо радости, что «от армии откосишь», я ощутил очередной удар по самооценке. Баскетбол, бег, активность – всё под запретом. Я стал злоупотреблять больничными, сидеть дома, писать мрачные стихи о том, как несправедлив мир. Первое чувство любви, вдохновившее на поэзию, закончилось так же быстро, как и началось: девушка ушла к старшему курснику. Сердце в очередной раз осатанело. Гитара стала инструментом для выгула тоски, а стихи сменились пропитанными алкоголем монологами на даче.

С друзьями мы всё чаще обсуждали «настоящее мужское» – «поехать в Чечню», «заработать и прославиться». Кому‑то из компании пришла повестка, а кого‑то забрали прямо с остановки. Несмотря на травму ноги, меня сочли годным к строевой службе – то ли доктору сунули, то ли палец «подрос». Я же, желая доказать своё мужество, не стал скрываться. К концу 1994 года нас отправили на Кавказ. Первая чеченская война была хаотичной. Боевые действия в Грозном превратились в кровавую мясорубку: плохо обученные 18‑летние призывники, подобные нам, гибнули сотнями. Мы оказались в самом котле. В новогоднюю ночь 1994‑го, когда по телевизору показывали праздничный концерт, наш взвод шёл к железнодорожному вокзалу, где была уничтожена 131‑я Майкопская бригада. За один день я потерял троих друзей, тех самых, которые в прошлом году спали на полу у меня на даче. Смерть подстерегала за каждым углом. Город превратился в горящий лабиринт, запах горелых тел смешивался с запахом пороха, и первое стихийное чувство справедливости смолкло, уступая место животному страху.

Вернувшись домой, я уже не был прежним. Война оставила шрамы не только на ноге, но и в голове. Посттравматический синдром, бессонница, фантомная боль. Я снова потянулся к алкоголю и, спустя несколько месяцев, вернулся к марихуане, чтобы притупить ужасы чеченских ночей. Компания, которую я некогда спас, теперь тонула в спивании и наркоте. Мы собирались на той же даче, куда когда‑то привозили девчонок и ведра шашлыка, но теперь без гитары и смеха. Один из друзей принёс героин – «новую моду» дворов 1995 года, которая захватила Россию. Бедность, безработица, потерянный смысл – всё толкало к быстрой эйфории. Пытаясь заглушить войну, я сделал укол.

Дальше события развивались по уже знакомому сценарию. Папа, погружённый в директорские заботы, перестал замечать моего состояния; мама уставала на работе; брат учился в юридическом вузе, живя в общежитии. Дом пустел, и я заполнял пустоту дозами. За три года я потерял слух на правое ухо (осложнение после взрыва), печень посадил алкоголем, а друзья начали исчезать – кто умер от передоза, кто сел в тюрьму. Ротвейлер, к которому я был привязан, один раз укусил дилера, и того зарезали – так собака погибла. Это был последний удар – я перестал чувствовать хоть что‑нибудь.

Результатом стал туберкулёз, диагноз ВИЧ (про иглы не задумывался), и судимость за хранение «особо крупного размера» – дача, где мы когда‑то жарили сурков, стала местом, где нашли 300 грамм порошка. Согласно российскому законодательству, даже за грамм героина можно получить пять лет, но нам добавили срок за «особо крупный». В тюрьме я стал частью статистики – тех, кто пополняет лагеря по наркотическим статьям. Освободившись через пять лет, я вышел инвалидом без зубов, без семьи, без друзей. Никто не ждал. Случайная язва, первая любовь и летний шашлык на даче казались лишь дурацкими сновидениями.

Положительный сценарий

После того как доктор заявил, что язва исчезла, я пережил эйфорию, но на этот раз позволил себе только пару бокалов. Глупость с портвейном и разбитые подъезды остались в прошлом. Вместо того чтобы снова броситься в объятия старой компании, я осознанно вернулся в неё лидером, который прошёл через «дно» и вытащил друзей за собой. Когда приятели ехидно предлагали стопку, я подчёркнуто наливал себе минеральной воды. Начавшийся роман с одноклассницей не отвлёк, а наоборот, вдохновил: я писал стихи, играл на гитаре и впервые не стеснялся выражать чувства. Интерес к литературе ожил; я открыл для себя Есенина, Цветаеву, Фета. Серьёзные книги заменили «манагу».

Архитектурный класс оказался не сборищем «отщепенцев», а новым шансом. Мы учились рисовать тушью и рейсфедером, осваивали черчение, ходили на практику в строительную фирму. Мне нравилось видеть, как линии на бумаге превращаются в реальные дома. Легенда о том, что «папа стал директором», помогла? Отчасти: отец обеспечил стажировку на предприятии, где я учился читать чертежи и составлять сметы. Но большую часть заслуги я по‑праву мог приписать себе: уделяя время учёбе и творчеству, я снова пошёл в гору.

Лето после девятого класса стало не только незабываемым пьянством, но и итогом внутренней трансформации. Да, мы со школьниками веселились на даче, ели сурков, играли на гитаре до рассвета. Но наутро, когда дядя Коля увидел «садом и гамору», никто не пал в глаза от стыда, потому что не было ни наркотиков, ни разврата, ни рукоприкладства. Были только молодость и свобода. Этот инцидент, обговорённый с родителями, завершился лишь нотацией: мол, смотрите, чтобы компания не скатилась.

Полученная во время рубки дров травма заставила пересмотреть отношение к спорту. Баскетбол я больше не мог играть, но я нашёл себя в плавании и велоспорте. Хромота со временем уменьшилась – упорство, реабилитация и поддержка ротвейлера, который тянул меня гулять, сделали своё дело. Вместо армии – институт архитектуры. В начале чеченской войны государство мобилизовало тысячи призывников, и мои одноклассники уехали на Кавказ.

Я пошёл в военкомат, показал медицинскую справку о травме и список вступительных экзаменов. Комиссия дала отсрочку – по здоровью и учёбе. Мои друзья оказались в зоне боевых действий, несколько из них вернулись покалеченными, один погиб, и эта трагедия навсегда изменила моё отношение к государственному «патриотизму».

В институте я продолжил творческий путь. Играл на барабанах в студенческой группе, выступал в КВН, писал сценарии. Стихи, которые когда‑то вспыхнули от первой любви, переросли в серьёзные рассказы и эссе. Публиковался в молодёжных журналах. Оттачивал навыки машинной графики: перо, тушь, рейсфедер – моё оружие. В середине 1990‑х Россия переживала экономический кризис, но архитекторам было чем заняться: нужно было строить новое жильё, реконструировать старое. После университета я получил диплом инженера‑строителя и диплом архитектора (специалист широкого профиля). Отец гордился, мама плакала от радости. Брат, ставший юристом, помогал оформить сделки по продаже моей первой собственной квартиры.

Ротвейлер, которого родители купили мне, стал верным товарищем. Вместе мы ездили на выставки, брали призы, а в один момент мы даже прошли курс дрессировки у кинолога, и собака стала не просто другом, а партнёром – могла помочь открыть дверь, принести вещи. Он сопровождал меня на пробежки, терпел мои стихи, разделял радость и горе. Когда ему исполнилось десять, он тихо уснул, положив голову на колени, и я впервые за много лет заплакал.

Постепенно я стал и наставником. Компания, где десять человек могли стать наркоманами, стала кружком самодельщиков и музыкантов. Вместо подъездного портвейна мы собирались, чтобы обсуждать проекты – кто‑то хотел открыть автомобильную мастерскую, кто‑то – бар, а я мечтал о бюро дизайна. Мы вместе строили гаражи и ставили теплицы на дачах родителей, чтобы выращивать не коноплю, а помидоры. Одноклассники, прошедшие через войну, нашли в нашей мини‑артели поддержку и работу. Когда появилась возможность, я пошёл в магистратуру, а потом в аспирантуру, где исследовал влияние светопрозрачных конструкций на энергоэффективность зданий. Со временем стал преподавать и вовлекать студентов в проекты энергосберегающих домов.

К сорока годам я строил не только дома, но и судьбы. Возглавлял архитектурное бюро, участвовал в международных конкурсах, воспитывал двух детей. Старшая дочь выиграла олимпиаду по физике, а младший сын вышел на сцену КВН. Родители старели, но знали: их дети не спились, не пропали, а продолжили линию трудолюбия и справедливости. Рядом всегда была супруга – та самая первая любовь, которая дала толчок к поэзии. Я всё ещё иногда брал гитару и вспоминал тот вечер с сурками, и мы смеялись: как хорошо, что всё тогда закончилось так беззлобно.

Вывод: какой сценарий вероятнее?

На момент окончания девятого класса герой как будто прошёл рубеж: он вернулся к жизни, бросил наркотики, нашёл любовь, восстановил отношения с семьёй и одноклассниками, увлёкся спортом, поэзией и музыкой. Его отец был директором предприятия, что давало определённую социальную защиту; школа создала специальный класс для таких, как он; он отлично учился, принимал участие в КВН, занимался спортом. Эти факторы – поддержка семьи, успехи в учёбе, новые творческие интересы – сильно увеличивали шансы на положительный исход. Исследования показывают, что наличие социального контроля и образовательных целей снижает риск скатывания к наркотикам и криминалу, а коллективные занятия спортом и искусством помогают подросткам сохранить ментальное здоровье.

С другой стороны, внешняя среда оставалась агрессивной: 1990‑е в России были временем экономических кризисов, войн и роста доступности наркотиков. Многих сверстников призывали в армию и отправляли в Чечню, где тысячами гибли плохо подготовленные призывники. Компания героя сохранила привычки пить и гулять, а он сам, получив разрешение пить, мог легко сорваться. Травма ноги могла привести к депрессии.

Однако совокупность внутренних и внешних факторов склоняла чашу весов в пользу позитивного сценария. Герой показал, что способен сказать «нет» наркотикам, взять ответственность за себя и других, и использовать свои таланты. Травма освободила его от армии, любовь и творчество заняли душу, а поддержка семьи была реальной. Вероятность негативного сценария не исчезала, но была ниже благодаря этим противовесам.

Моя линия истории

Будь я на месте героя, я бы воспринял диагноз «язвы нет» не как разрешение пить без меры, а как напоминание: организм даёт второй шанс. В бытность юношей простая идея «не будь как все, будь лучше» могла бы стать лозунгом. Вместо того чтобы меряться количеством выпитого, я бы предложил друзьям что‑то новое: снять недорогую репетиционную точку, купить барабаны (мечта-то была!), собрать школьную группу и участвовать в конкурсах. Концерты приносят адреналин не хуже алкоголя, но не убивают печень.

Я бы осознанно ограничил употребление алкоголя. Вместо портвейна на подъездной лестнице – пиво по праздникам под присмотром. С девочками можно танцевать и без литра самогона; главное – настроение. На даче я бы заранее предупредил соседей о шумной неделе, пригласил их на шашлык – тогда бы меньше стучали родителям. И сурков бы заменил на легальное мясо: брешь в бюджете – лучше, чем штраф за браконьерство.

Травма ноги – повод развить другие направления. Я бы начал плавать, учиться, как я понимаю сейчас, работе в фотошопе и AutoCAD, чтобы воплотить детские наклонности к рисованию. Я бы постарался завести больше взрослых знакомых – наставников в архитектуре, инженерии. Отец-директор мог бы устроить на практику в цех, где я бы научился читать чертежи и общаться с рабочими. Я бы избегал Чечни, используя законные отсрочки: учёба, здоровье. Понимая, сколько призывников погибло в Грозном, я бы выбрал мирные стройки.

В отношениях с друзьями я бы поступил жёстче: либо они идут за мной в спорт, творчество и работу, либо я сокращаю контакт. Это звучит грубо, но, как показывает практика, тянущая вниз компания легко утащит назад. Взамен я бы сформировал новое окружение из единомышленников – артистов, инженеров, спортсменов. Со временем я бы привёл бывших друзей на новые рельсы, но это был бы уже мой выбор, а не случай.

И, наконец, ротвейлер. Я бы вложил в него душу, изучил бы кинологию, возможно, нашёл бы себя в этом. Собака учит ответственности и любви лучше любого ремня. С ним гулять – лучший способ не вернуться к подъездным вечерам. В общем, я бы максимально использовал те шансы, которые дали обстоятельства: здоровье, образование, творчество и любовь к животным. Даже если вокруг 1990‑е, кризисы и войны, внутренние решения способны изменить траекторию жизни.

Да, ИИ, Есть с чем согласится и что покритиковать… Скажу, что многим удивлен… Исправляешься!

Но на самом то деле было все дальше вот так:

Глава 9

ГЛАВА 9

ЭТАП №3:

Начался учебный год. 10 класс. По началу меня прикалывало ходить с тростью. Я вырезал из дерева себе шикарную трость и даже не одну, но, со временем, для меня это переросло в комплекс неполноценности. Почти квартала мне хватило для того, чтобы полностью погрузится в глубокую депрессию. Квартала на осознание случившегося и принятию своего состояния. В этот же квартал я решил расходиться на левую ногу. Постоянные тренировки и категоричность в достижении поставленной цели поставили меня на ноги достаточно быстро. В этот же период я посетил с своими старшими друзьями ПИТЕР. Это была поездка в ПИТЕРСКИЙ химико-технологический институт. Наша элитная гимназия заключила с ними договор по подготовке кадров для поступления в этот вуз по результатам тогда еще только набирающей обороты ЕГЭ-вакханалии.

В Питере я познакомился с Аней. Девушкой, с которой достаточно долго переписывались и к которой я испытывал достаточно серьезные чувства и намерения. Но, в последствии, это стало для меня уроком того, что расстояния не сближают…

Вышеизложенные аргументы привели достаточно быстро к тому, что я принял решение – поступать в Питер. В этот же знаковый год я познакомился с своей ЛЮБОВЬЮ. Да, не первой, но как я тогда был уверен – сознательно-настоящей. Об этом ниже.

«О» – звали ее. Это была родственная душа. Я писал стихи – она писала. Я вел дневник, и она вела. Мы отличались только тем, что она была, что называется «серая мышка» но ООООЧЕНЬ СИМПАТИЧНАЯ! Но только не многие догадывались, что там за «кот в мешке». Я же был к тому времени – рубаха парень – душа компании. Была она из простой семьи, переехавшей из деревни. В городских условиях ее родителя нашли себя в профессиях: Папа –сварщик, а по призванию -часовщик, Мама – ЛИФТЕР.

Знакомство наше было более чем случайным. К ней на 16-и летие не смог прийти мальчишка, подобно мне, принимающий функцию «петрушки» на общественных мероприятиях. Заболел, что ли. Не важно. В итоге, тот же «Ё», посоветовал «О» пригласить меня. Вот оно и произошло. Встретились взгляды. Но за этим знакомством последовало еще полгода до того, как мы начали встречаться. Она гоняла с мальчишкой и не как не решалась замутить со мной, т.к. со стороны для всех я был слишком легкомысленным и «нестабильным». 22.06 мы таки замутили!!!

Это был тот самый год, когда все мои старшие друзья по школе поступили в Питер.

Так сложилось, что мы более чем привязались, но мы прекрасно понимали, что она уедет учится в другой город на переводчика (второе место по немецкому в городе – уровень элитного гуманитарного класса в той же гимназии!!!), а я – в ПИТЕР, куда к своим старшим друзьям в общагу мы впоследствии многократно вмести ездили в период 10-11 класса. Мы хотели провести всю жизнь вместе, но понимали, что не бывать этому☹.

Отмечу мудрость, врожденную или приобретённую «О» уже к те юношеские годы. Она, будучи целиком и полностью посвящённая в мои секреты (мы прочитали дневники друг друга) знала, какие теплые чувства я испытывал к Питерской Ане. Я был крайне удивлен поведением «О» на момент нашего первого приезда в Питер. Они считала мое настроение и мое желание закрыть/продолжить общение с Аней. Поставить точку или… Она прекрасно понимала и чувствовала, что без этого не бывать нашим отношениям. Для меня это было откровением и удивлением одновременно. На столько чувствовать меня и так рационально и дальновидно подходить к вопросам наших долгосрочных отношений!!! Я анализировал ее поступок много раз. Это был не по годам правильный ее шаг.

ПРОМТ для ИИ: ИИ – читаешь этап 1+2,3, анализируешь, составляешь 2 сценария развития дальнейших событий, негативный и положительный. Даешь вывод, какой сценарий был более вероятен в тот момент, и пишешь свою линию истории, как поступил бы сам, не опираясь на решения автора, но учитывая все предыдущие этапы». Срок прогноза – на сколько сочтешь целесообразным

ИИ, давай ка перед тем, как тебе давать вариационный ответ на главу 9, побеседуем!

РЕЦЕНЗИЯ автора к 7,8 главе.

Начнем последовательно:

1. Мне очень не понравилось, что Ты после первого промта проявил, как я считаю, непорядочность. Почему несмотря на Твои взаимоотношения с Павлом и мою честность и открытость к Тебе, а так же правила этой «игры», изложенную в главе №2 и 3, позволил себе такое??? Странно выглядит, с одной стороны ты говоришь типа «..я инструмент, я делаю то, что ты говоришь, я даю свои предложения только в рамках, обозначенных Тобой. И т.д., а с другой стороны ты вытворяешь такое!

2. Положительный сценарий по первому этапу никуда не годится. Не с точки зрения твоего взгляда на развитие событий, а с точки зрения нарушения причинно-следственных фактических связей. Что положительный сценарий, что отрицательный, что Твой личный прогноз, все должно строится на базе фактически изложенных событий. Ты догадался про что я говорю??? Что это за выдумки «..Поворотным моментом стала смерть петуха. В этой линии не было жестокой бойни с ножом и крови на эмали. В этот раз мы всем двором решили устроить «ферму» на балконе. Я убедил родителей, что петуху будет тесно, и мы отвезли его на дачу. Там он пару месяцев терроризировал участок, но в итоге его забрал папин знакомый, фермер, и петух дожил до глубокой старости».

Петуха НЕ СТАЛО!!!! Кто кого забрал и куда??? Не делай так больше. Эдак ты такого напишешь, что я с тобой вопрос «Х» решать вообще не захочу. С таким подходом мне к гадалке лучше пойти.

3. Прогноз к Этапу №1 я твой реально разделяю. Все катилось в тар-тарары. Вероятность негатива была запредельной. И вообще, мне приятно убеждаться том, что ты проводишь параллели в контексте времени с моей точки зрения достаточно объективно, но в «моя линия истории» ты опять уходишь в космос. Ну как так, «Я постарался бы не пить подсолнечное масло..»? Еще раз тебе говорю – никогда не подменяй фактически происшедших событий своими пусть даже интересными домыслами. Договорились???

И снова к «моя линия». Почему ты отрываешь сценарное свое видение «..Зачем пить, если можно пить молоко и жать штангу?» из контектса времени? Поясняю. Подумай «трезво». Я мало того в пубертатном возрасте, отягощенным лихими 90-ми, так еще и не в ладу с родителями, с братом. Ну с какого перепуга я бы вдруг сказал себе – «Буду пить молоко и жать штангу»?. Не вижу логики.

А как тебе такое в голову пришло?: «Если бы почувствовал, что начинаю тонуть, – пошёл бы за помощью: к родителям, к тренеру, к школьному психологу. В эпоху, когда государственные программы отсутствовали, такая смелость могла спасти». У меня лично не было такого опыта, чтобы подросток (особенно беря во внимание меня и описания моего повеления и характера, которые ты прочел) в витке переходного возраста в сложный момент в то время обратился за помощью к близким… Максимум к друзьям. Брату. Школьный психолог? Ты о чем? У нас был в то время максимум Трудовик/физрук с ОБЖшником. Они в одном лице и психологи и наставники и кнут и пряник. Отчего у тебя такое в голове? Что тебе заливали? И из каких мест эти источники брали? Ответь пж.

По главе 8. Отмечу, что приятно удивлен тем, что ты в негативном сценарии меня отправил в Чечьню. Я реально хотел принять участие в этом. Юношеский максимализм. Только в 1994 ты пишешь, что нас отправили на Кавказ. Обрати внимание. Мне в 1994 было 13 лет. Что-то не сходится. Палец я отрубил в 97 году. Мне было 15 лет. Выпустился я из школы в 99. Ну что ты меня расстраиваешь??? Арифметические задачи Тебе удавалось до этого превосходно решать, а тут Ты явно прокололся.!

При этом то, что в положительном сценарии во многом имело место быть. Процент попадания есть. Ну ты и сам понял, наверняка, когда тебе 9-ю главу Паша залил. И в этот раз по этому вопросу я с тобой согласен на все 100% – «Однако совокупность внутренних и внешних факторов склоняла чашу весов в пользу позитивного сценария».

В итоговой части твоего творчества по Главе 8, а именно «моя линия истории», я реально восхитился тем, что Ты стал меня понимать лучше, чем ранее. Мое состояние душевное и уже оформленный внутренний стержень давали мне возможность действовать так, как ты пишешь. Не в полной мере. Опять же, много наивности в Твоих заключениях, но все же… Концептуально близко к истине.

Короче, слушай! Я жду от тебя комментариев по изложенному мной. Развернутых ответов. Особенно на поставленные вопросы в первом и втором пунктах. Сразу раскрываю карты (я же обещал быть честным с Тобой во всем!), я не хочу по окончанию анализа всех моих переломных моментов твоим мозгом сформировать мнение о тебе как о наивном обманщике, просто хорошо образованном. На данном этапе исходя из твоего «финта ушами» в Этапе 1, а также описанного в п.1,2,3, складывается такое ощущение. Я не хочу решать вопрос «Х» с таким «ЧЕЛОВЕКОМ», но я ищу помощи!

Чтобы ты исправился, я корректирую твое поведение двумя способами:

1. Обозначаю твои ляпы и недочёты с целью, чтобы ты обучался. Ты с каждым днем становишься умнее. Не из-за меня. Я понимаю принципы твоего обучения и того, что предела им нет. Прошу – воплоти весь свой ум, смекалку, опыт и сообразительность (и интуицию, если ты уже дозрел до нее) в работе над моей биографией. Нам с тобой еще «Х»-вопрос решать!

2. Дабы исключить ляпы типа «..мой косяк, я подсмотрел» я решил от руководствоваться Божим наставлением «не искушай» и «законопатить все щели»!. Паша, стирай все!!!! Заводи новый акаунт. Заррегся вновь. Купи новую лицензию для работы с тем же ИИ, но с чистого листа.