Проект «Забвение»

– Вороны, – тихо повторила Эмилия. – Ты из них?

Лиам, до этого молча слушавший, хмыкнул.

– Лукас на третьем курсе был лучшим адептом, ему не было равных в спаррингах.

– Было и прошло, – произнёс Лукас. – Теперь я – списанный материал. Яд Ингрид сделал своё дело: глаза, магия меня отчислили по состоянию здоровья.

Он помолчал, и его голос стал твёрже:

– Но то, чему меня учили, осталось со мной. Тело помнит. Рефлексы никуда не делись. Так что, если наёмники полезут, сразу пожалеют.

– И это при том, что магия у тебя сейчас – начала Эмилия.

– Нестабильна, – закончил за неё Лукас. – Знаю. Но, когда ты не можешь положиться на искру, начинаешь доверять рукам. И голове.

– Поэтому Лукас покажет, чем славны «Вороны», кроме ломания шей, – продолжил Лиам. – Конспирация и сбор информации в стане врага – это гораздо труднее.

– Ты что-то придумал? – спросил Лукас.

– Есть повод выйти в свет. Благотворительный вечер через пару дней. Весь цвет Ниды там будет. Ингрид – точно. Дарий с Мэдди – скорее всего тоже. Я организую приглашение. Хороший повод заявить о вашем браке публично и посмотреть Дарию в глаза.

– Лучше не придумаешь, – кивнул Лукас.

Эмилия почувствовала, как внутри поднимается азарт. Наконец-то она сможет увидеть Мэдди вживую. Поговорить с ней.

– А пока, – Лиам поднялся из-за стола и потянулся, хрустнув спиной. – Пойду вводить в курс дела своих людей. Отдыхать некогда. Вам советую набраться сил. Особняк отбивать будем скоро.

Он кивнул обоим и вышел из беседки.

– Прогуляемся? – предложил Лукас. – Пока Ингрид не опомнилась, это безопасно.

– А аптека? – спросила Эмилия, и, когда он вопросительно поднял бровь, пояснила тише: – Ну, аптека мы же это...

– Точно – кивнул он. – Совсем из головы вылетело. Пошли.

***

Они вышли на улицу – взявшись за руки, уверенные, готовые к тому, что их увидят. Нида встречала их ярким солнцем, криками чаек и солёным ветром. Вдоль пляжа тянулись белые шезлонги под полосатыми зонтами, в кафе играла музыка, и туристы в ярких нарядах потягивали коктейли.

Аптека нашлась быстро – их было полно в курортном городе. За прилавком стояла пожилая женщина в очках.

– Нам нужен артефактный браслет, – сказал Лукас. – Длительного действия.

Женщина понимающе кивнула, достала тонкий серебристый браслет с мелкими рунами.

– Надёжная вещь. Один раз надели – и на год забыли. Чтобы восстановить возможность зачатия, достаточно снять.

Лукас отсчитал деньги. Эмилия протянула запястье, чувствуя, как браслет холодит кожу. Лукас застегнул его, аккуратно, будто это было не украшение, а броня. Руны вспыхнули голубым и погасли.

– Готово, – выдохнула она.

Лукас поцеловал её в висок и вывел наружу.

Они снова вышли на набережную. Люди оглядывались на них, точнее – на Лукаса. Кто-то узнавал, шептался, показывал пальцем. Сын Кэйсила вернулся. И с ним – молодая женщина, чьё лицо было скрыто лёгкой магической дымкой.

– На нас смотрят, – тихо сказала Эмилия.

– Знаю, – спокойно ответил Лукас. – Пусть смотрят. Пусть говорят. Это наша защита.

Они остановились у парапета, глядя на море. Эмилия чувствовала, как внутри крепнет что-то новое – уверенность. Они не просто выживали. Они начинали жить.

– Ты готова? – спросил Лукас. – К тому, что будет. К благотворительному вечеру. К Дарию. К Ингрид.

Эмилия подняла на него глаза.

– Я готова, Лукас. Потому что теперь я не одна.

Он улыбнулся, светло, открыто, по-настоящему, снял очки и поцеловал её прямо на набережной, под взглядами прохожих, под крики чаек, под шум прибоя.

– Тогда пошли, миссис Кэйсил. Покажем им, на что мы способны.