Магия умирает и с ней умираем мы

Не позволяйте миру забыть.

Не позволяйте миру замолчать.

Пока есть память

есть магия.

Пока есть голос

есть надежда.

Не молчите.

Орвен,

Последний Хранитель»

Он не отправил письмо.

Он выдохнул его.

Слова растворились в воздухе.

Но не исчезли.

Они ушли в ветер.

В песок.

В тишину.

Где-то, когда-то

кто-то их услышит.

Сцена: Охотники приходят

На третий день пришли охотники из Ордена Молчания.

Их было семь.

В чёрных плащах.

С масками из костей мёртвых магов.

Ты жив, сказал предводитель. Это ошибка.

Я не ошибка, ответил Орвен. Я последствия вашей ошибки.

Магия умерла.

Мир станет чище.

Без колдовства, без лжи, без иллюзий.

Вы не очищаете, сказал Орвен. Вы похоронили сердце мира.

И теперь будете жить в трупе.

Мы будем жить в истине.

Истина без магии – это ложь, прошептал он.

Потому что магия – это не сила.

Это память.

Это любовь.

Это мечта.

Без неё вы не люди.

Вы машины из плоти.

Охотники подняли руки.

Готовы убить.

Но в этот момент обломок Камня Эхо вспыхнул.

Слабо.

Тонко.

Но вспыхнул.

И из него вырвался звук.

Не заклинание.

Не крик.

Смех девочки.

Охотники замерли.

Вы слышали? прошептал один.

Это невозможно, сказал другой.

Это она, прошептал Орвен.

Последняя Слушающая.

Она вспомнила.

Охотники отступили.

Но не ушли.

Они запомнили.

И теперь они знали:

Если магия может вернуться

нужно уничтожить память.

Сцена: Путь в пустоту

На рассвете Орвен ушёл.

Он не знал, куда идёт.

Но знал куда идти не нужно.

В города.

В башни.

В храмы.

Там магии больше нет.

Там пепел.

Он шёл в пустыню Кар-Талан, где когда-то стояла Темница Времени.

Там, где Камень Эхо был рождён.

Там, где магия впервые заговорила.

Он знал:

Если магия умрёт

нужно сохранить её голос.

Если магия исчезнет

нужно сохранить её память.

И если однажды кто-то спросит:

«А была ли магия?»

Он ответит:

«Была.

Я слышал её.

Глава 4. Собрание изгнанных

Элия бежала.

Не от страха.

Не от боли.

А потому что слышала.

Каждый шаг как эхо.

Каждое дыхание как заклинание.

Каждый удар сердца как стук в дверь, что никто больше не открывает.

Она шла через пустоши Кар ‘Талана, где песок был чёрным, как пепел, а ветер пел песни мёртвых.

Она миновала долину Молчания, где когда-то пели реки, а теперь только тишина, такая густая, что можно было задохнуться.

Она пересекла хребет Призраков, где среди скал стояли тени тех, кто умер, но не ушёл их души застряли, потому что некому было произнести их имена.

И всё это время она слышала.

Голоса.

Шёпот.

Плач.

Не в ушах.

В коже.

В костях.

В дыхании.

Магия умирала.

Но не молча.

Она кричала.

И только Элия могла это слышать.

Охота

Орден Молчания шёл за ней.

Не спеша.

Не громко.

Они не гнались они ждали.

Потому что знали:

Те, кто слышат магию,

в результате

остаются одни.

Их было семеро.

В чёрных плащах, сотканных из теней умерших магов.

На лицах маски из костей, вырезанных в форме закрытых ртов символ того, что истинная сила в молчании.

Их предводитель Мор’Тан, бывший магистр Академии Ветров, изгнанный за то, что попытался запретить магию.

Он не верил в её божественность.

Он считал её болезнью, вирусом, что заразил разум человечества.

Магия – это ложь, говорил он.

Она обещает силу, но даёт безумие.

Она обещает бессмертие, но рождает тени.

Она паразит, живущий на памяти мира.

И когда память исчезнет она умрёт.

Их задача была не убить Элию.

Их задача заставить её замолчать.

Потому что пока кто-то слышит магия ещё может вернуться.

Они шли за ней, не оставляя следов.

Их тени не падали на землю.

Их шаги не шуршали по песку.

Они были невидимы для мира, потому что сами уже почти перестали быть.

Но Элия чувствовала их.

Не глазами.

Не ушами.

Она чувствовала их отсутствие.

Где-то позади

было пустое место,

как будто природа отвернулась от этих существ.

И, когда она останавливалась,

она слышала:

«Ты устала.

Ты одна.

Ты не знаешь, зачем идёшь.

Зачем слушать то, чего больше нет?»

Это был не голос.

Это был шёпот её собственных сомнений,

вложенный в её голову Орденом.

Но она шла.

Потому что знала:

Если она остановится

магия умрёт первой.

Подземелья Туманов

Через двенадцать дней она нашла Путь вниз.

Не дверь.

Не лестницу.

Не провал.

Просто место, где воздух стал гуще, как сон,

и земля мягкой, как кожа.

Она опустилась на колени.

Приложила ладонь к песку.

И прошептала:

Я слышу вас.

Я иду.

И земля открылась.

Не с грохотом.

Не с треском.

Она вздохнула и разошлась, как занавес.

Под ней ступени.

Вырезанные в камне, покрытом лишайником памяти растением, что растёт только там, где когда-то была магия.

Она спустилась.

Глубоко.

Так глубоко, что небо исчезло.

Только тьма.

И тепло, идущее изнутри земли.

Через час она увидела свет.

Не огонь.

Не факел.

Свет жилой тёплый, пульсирующий, как сердце.

Он шёл из пещеры, огромной, как город.

Стены были покрыты кристаллами, что светились разными цветами каждый голос магии, запечатлённый в камне.

На потолке картины, нарисованные светом: сцены битв, заклинаний, падений, восхождений.

Посреди пещеры костёр, но не из дерева из застывших слов, что медленно сгорали, произносятся вслух.

И вокруг него они.

Последние.

Изгнанные.

Выжившие.

Собрание изгнанных.

Кайрен воин без руки

Он сидел у костра, спиной к стене.

Его правая рука заканчивалась на локте обрубок был обмотан чёрной тканью, пропитанной кровью теней веществом, что не даёт магии проникнуть внутрь.

Когда-то он был воином-магом, служил в Страже Башни Звёзд.

Его клинок Светорез мог рассекать не только плоть, но и заклинания.

Но в ночь падения башни он сражался с Тенью-без-Имени существом, рождённым из умершей магии.

Она оторвала ему руку.

Не зубами.

Не когтями.

Она вынула её из реальности, как будто её никогда не было.

Я не чувствую боли, сказал он Элии, когда она подошла.

Я чувствую пустоту.

Как будто часть меня была стёрта.

И теперь я не знаю

Я всё ещё маг?

Или я только память о нём?

Он не смотрел на неё с надеждой.

Смотрел с испытанием.

Ты Последняя Слушающая? спросил он.

Да, ответила она.

Тогда скажи…

Ты слышишь мою руку?

Она закрыла глаза.

Послушала.

И сказала:

Да.

Она кричит.

Потому что её не забыли.

Он замер.

Потом кивнул.

И впервые за год улыбнулся.

Нира целительница, что не может исцелять

Она была молодой.

Но глаза древние.

Как будто видели тысячу смертей.

Когда-то она могла воскрешать мёртвых на мгновение, чтобы они сказали последнее слово.

Теперь она не может даже снять синяк.

Магия исцеления умерла первой, сказала она.

Потому что мир перестал верить в чудо.

А чудо это и есть магия.

Она сидела у стены, держа в руках чашу с водой.

Когда-то вода в ней светилась, и вполне было глотка, чтобы исцелить любую рану.

Теперь просто вода.

Я пробовала, сказала она.

Говорила заклинания.

Пела древние песни.

Молилась.

Ничего.

Только тишина.

Но ты всё ещё пробуешь, заметила Элия.

Да.

Потому что пока я пробую

я не сдаюсь.

А пока я не сдаюсь

я не мертва.

Мы все пепел, сказала она.

Последние угли в костре, который уже потух.

Но даже пепел может разжечь огонь, раздался голос.

Талион вор, ставший провидцем

Он сидел на камне, поджав ноги, как ребёнок.

На шее ожерелье из зубов ворон, каждая птица, нёсшая ему пророчество.

Когда-то он был вором.

Крал не золото.

Крал имена.

Украл имя мага и получил его силу.

Украл имя бога и на один день стал бессмертным.

Но однажды он украл имя Конца.

И увидел всё.

Я видел, как мир умирает, сказал он.

Не от войны.

Не от голода.

От забвения.

Люди перестали называть имена.

Перестали рассказывать истории.

Перестали верить в то, чего не видят.

И тогда магия ушла.

Потому что она живёт только в рассказах.

Почему ты остался? спросила Элия.

Потому что я не верю в конец, ответил он.

Я видел его.

И знаю: его можно изменить.

хватит одного слова.

Одного воспоминания.

Одного слушателя.

Он посмотрел на неё.

Ты это слово.

Другие

В пещере было ещё много.

Вейла бывшая певица, чей голос мог усмирять бури. Теперь она молчала, потому что бури исчезли.

Дархан кузнец, ковавший мечи из света. Его наковальня стояла в углу холодная, как смерть.

Сера девочка шептунья, что разговаривала с растениями. Теперь растения не отвечали.

МагТул старик, помнивший язык, на котором говорили звёзды. Он шептал его по ночам и слёзы текли по его щекам, потому что звёзды молчали.

Все они выжившие.

Не потому, что сильные.

А потому что не перестали верить.

Собрание

Они собрались вокруг костра.

Элия стояла посреди.

Кто ты? спросил Кайрен.

Девочка из Лир’Тана, ответила она.

Я не маг.

Я не воин.

Я не целитель.

Я слушаю.

И что ты слышишь? спросила Нира.

Элия закрыла глаза.

И начала говорить.

Не своими словами.

Словами магии.

Она рассказала, как Камень Эхо раскололся.

Как Башня Звёзд упала.

Как Орвен вышел из руин.

Как он написал письмо, которого не было.

Как он назвал её Последней Слушающей.

И когда она закончила

в пещере стало тише.

Не потому, что молчали.

А потому что все слушали.

Он жив, прошептал Талион.

Орвен жив.

заметный…

не всё потеряно.

Но что мы можем сделать? спросила Нира.

Мы не можем колдовать.

Мы не можем сражаться.

Мы пепел.

Но даже пепел может разжечь огонь, повторил Талион.

Если есть ветер.

Ветер? спросил Кайрен.

Она, сказал Талион, глядя на Элию.

Она ветер.

Она голос, что не молчит.

Она память, что не стирается.

Мы не спасители, сказала Нира.

Мы последнее эхо.

И этого вполне, сказала Элия.

Потому что эхо – это начало нового звука.

Решение

Они решили:

Идти к Темнице Времени.

Там, где Камень Эхо был рождён.

Там, где магия впервые заговорила.

Там, где, может быть, её можно вернуть.

Это безумие, сказал Дархан.

Там пустыня.

Там смерть.

Там Орден Молчания.

А здесь тишина, ответила Элия.

И тишина хуже смерти.

Мы не можем идти все, сказал Кайрен.

Слишком опасно.

Слишком далеко.

Тогда пойду я, сказала Элия.

Нет, сказал Талион. Мы пойдём.

Не как маги.

Не как герои.

Как последние, кто помнит.

Они встали.

Один за другим.

Даже Вейла встала.

И впервые за годы запела.

Не магией.

Голосом.

Глава 5. Ключ к Вратам Времени

Они шли.

Не по дороге.

Не по карте.

Они шли за голосом.

Голосом, который слышала только Элия.

Он звучал в её крови.

В её снах.

В каждом вдохе.

Не слова.

Не приказ.

Просто тяга, как будто её душа была привязана к чему-то древнему, что ждало в глубинах мира.

Они покинули Подземелья Туманов на рассвете, когда кристаллы на стенах погасли, а огонь из слов сгорел до последнего слога.

С ними было семеро:

• Элия Последняя Слушающая

• Кайрен воин без руки

• Нира целительница, что не может исцелять

• Талион вор, ставший провидцем

• Вейла певица бурь

• Дархан кузнец света

• МагТул старик, что помнил язык звёзд

Они шли через пустыню Кар-Талан, где песок был чёрным, как пепел богов, а ветер выл на языке, забытом даже мертвыми.

Ночью они спали под открытым небом, где звёзды больше не светили, а висели, как дыры в ткани мира.

Днём шли, неся с собой обломок Камня Эхо, который Орвен передал Элии в видении.

Он появился в её сне:

Я не успею, сказал он.

Но ты должна идти.

Врата откроются.

И тогда…

нужно будет сказать правду.

Встреча у руин Ар’Вейла

На седьмой день они нашли его.

Он стоял среди руин Башни Звёзд, где когда-то погибли Семеро Безмолвных.

Он был почти прозрачным.

Его тело как тень, вырезанная из воздуха.

Ты стал призраком? спросил Талион.

Нет, ответил Орвен. Я стал памятью.

Магия не держит меня.

Но я держу магию.

Он сел на обломок колонны.

Посмотрел на них.

На их лица, измождённые страхом, надеждой, усталостью.

Вы не знаете, зачем идёте, сказал он.

Вы думаете, чтобы вернуть магию.

Но вы идёте, спасать человечество от самого себя.

Правда о магии

Он начал говорить.

Не громко.

Не торжественно.

Просто как тот, кто получается может выдохнуть правду, которую держал в себе веками.

«Магия не умирает сама по себе.

Её убивают.

Давным-давно, когда мир был молод,

когда реки текли вверх,

когда деревья пели,

когда люди разговаривали со звёздами

появились Боги Магии.

Их было семь.

Как и вы.

Они не были божествами в вашем понимании.

Они не творили молнии.

Не наказывали грешников.

Они были сущностями памяти, голоса, мечты.

Они сказали людям:

Мы дадим вам силу.

получится лечить, летать, видеть будущее, разговаривать с природой.

Но вы должны будете помнить нас.

Вы будете поить нас памятью.

Вы будете называть наши имена.

Вы будете слушать, когда мы шепчем в ветре.

Люди согласились.

Был заключён Договор Первой Речи.

И магия пришла.

Сначала как дар.

Потом как привычка.

Потом как инструмент.

Люди начали использовать её, не думая.

Не благодарить.

Не помнить.

Они лечили раны, но не благодарили Богиню Исцеления.

Они летали, но не пели Гимн Ветру.

Они читали будущее, но не жертвовали свои сны в обмен.

Магия стала товаром.

Оружием.

Развлечением.

И тогда Боги…

отвернулись.

Не разгневались.

Не наказали.

Просто…

перестали отвечать.

Потому что магия – это не сила.

Это диалог.

А когда один собеседник перестаёт говорить

диалог умирает».

Врата Времени

Чтобы вернуть магию, продолжил Орвен,

нужно пройти Врата Времени.

Где они? спросил Кайрен.

В сердце пустыни Кар-Талан,

где когда-то стояла Темница Времени

здание, построенное людьми.

Не из камня.

Из молитв.

Но зачем туда идти? спросила Нира.

Потому что Врата – это не дверь.

Это испытание.

Чтобы пройти, нужно:

Найти Ключ не из металла, а из правды.

Открыть Врата произнеся имена семи богов, которые никто не произносил тысячу лет.

Войти не телом, а душой.

Попросить прощения не за грехи, а за забвение.

И тогда? спросила Элия.

И тогда если прощение будет искренним,

если память вернётся,

если мир снова начнёт слушать

магия вернётся.

А если нет? спросил Талион.

Тогда Врата закроются.

И откроются вновь через тысячу лет.

А до тех пор

магия будет умирать.

Медленно.

Беззвучно.

Как последний вздох.

Срок

Когда откроются Врата? спросила Вейла.

Через три дня, ответил Орвен.

В ночь новой луны Селестры.

В момент, когда время замирает.

В мгновение между вдохом и выдохом мира.

Мы не успеем, сказал Дархан.

До Темницы десять дней пути.

Не пешком, сказал Орвен.

Но на Песчаном Змее.

Песчаный Змей

Он повёл их к забытому храму у подножия холмов.

Там, под слоем пепла и времени, лежал огромный скелет длина как город.

Кости из чистого кварца.

Глазницы пустые, но в них ещё мерцал остаток сознания.

Это Аз’Тар, сказал Орвен.

Последний Песчаный Змей.

Когда-то он носил магов между мирами.

Теперь он спит.

Но его можно разбудить.

Как? спросил Кайрен.

Песней.

Он посмотрел на Вейлу.

Ты пела бури.

Теперь тебе нужно спеть сон.

Она заколебалась.

Потом подошла к черепу.

Приложила ладонь к кости.

И запела.

Не магией.

Голосом.

Тихо.

Как колыбельную.

Сначала ничего.

Потом дрожь в земле.

Потом мерцание в глазницах.

Потом вздох, как будто земля выдохнула после тысячелетия задержки дыхания.

И скелет встал.

Не как машина.

Не как кукла.

Как существо, выходит вспомнило, кто оно есть.

Садитесь, сказал Орвен.

Он повезёт вас.

Путь на Змее

Они встали на спину Аз’Тар.

Он двинулся не по земле, а сквозь песок, как корабль сквозь воду.

Скорость как ветер.

Путь сократился до трёх дней.

Но дорога была опасной.

Ночь первая: Иллюзии прошлого

Песок начал двигаться.

Из него вышли призраки.

Не враги.

Они сами.

Молодые.

Счастливые.

Силы как океан.

Вернитесь, сказали призраки.

Зачем идти?

Вы уже мертвы.

Магия ушла.

Живите в воспоминаниях.

Нира шагнула к своей тени.

Я хочу вернуться…

Но Элия схватила её за руку:

Это не ты.

Это ложь, которую говорит магия перед смертью.

Призраки исчезли.

Ночь вторая: Голос Ордена

Из тьмы пришёл шёпот.

Вы напрасно идёте, сказал голос Мор’Тан.

Врата не откроются.

Боги не вернутся.

Мир лучше без магии.

Вы тень прошлого.

Остановитесь.

Кайрен сжал кулак.

Я слышу ложь.

Но я всё равно иду.

Ночь третья: Сон Элии

Она увидела себя.

Старую.

Седую.

Сидит у костра.

Рассказывает историю детям.

О чём ты рассказываешь? спросила она себя.

О последней магии, ответила старуха.

О том, как мы её потеряли.

И как одна девочка попыталась вернуть.

И что? спросила Элия.

Никто не поверил.

Но один мальчик заплакал.

И в его слезе

блеснула искра.

Она проснулась.

Сказала:

Мы успеем.

Темница Времени

На рассвете третьего дня они увидели гору, которая не была горой.

Это был храм, вырезанный из одного куска чёрного камня.

Но не руками.

Молитвами.

Каждый блок – это слово, произнесённое в момент создания мира.

Каждая ступень имя, которое никто не забыл.

На вершине Врата.

Не из дерева.

Не из металла.

Из замерзшего времени.

Они сияли слабо, как последний луч.

Врата откроются в полночь, сказал Орвен, чья тень уже почти исчезла.

Но Ключ у вас.

Какой ключ? спросила Нира.

Правда, ответил он.

Вы должны произнести её все вместе.

Вы должны назвать имена богов.

И вы должны попросить прощения не за себя, а за весь мир.

Имена богов

Орвен прошептал их:

Ар’Вейла Богиня Памяти, что хранит имена всех, кто когда-либо жил.

Селестра Богиня Тишины, чьи слёзы стали луной.

Талион Отец Снов, что вплетает мечты в будущее.

МагТул Мать Звёзд, что говорит с ними на языке света.

Кай’Ренна Воин Времени, что защищает прошлое от забвения.

Нира’Эй Целительница Душ, что исцеляет боль памятью.

Вей’Лара Певица Ветров, чей голос держит равновесие мира.

Эти имена… прошептал МагТул.

Они… как наши.

Да, сказал Орвен.

Вы отражения богов.

Вы последние, кто помнит.

Вы ключ.

Подготовка

Они сели у подножия храма.

Не спали.

Не говорили.

Просто готовились.

Нира взяла чашу с водой.

Я больше не могу исцелять, сказала она.

Но я могу помнить, как это было.

Она поднесла чашу к губам.

Выпила.

И сказала:

Я помню.

Кайрен приложил ладонь к обрубку.

Я помню, как держал меч.

Я помню, как пел заклинание.

Я помню.

Талион достал зуб ворона.

Я видел конец, сказал он.

Но я не сдаюсь.

Я помню.

Вейла запела.

Не песню.

Просто звук, как будто её голос был первым.

Глава 6. Путь в Сердце Мира

Полночь прошла.

Луна Селестра скрылась за пеленой пепла.

Но Врата Времени не открылись.

Не потому, что магия не вернулась.

А потому что путь к ним ещё не пройден.

Вы не можете войти, сказал Орвен, чья тень теперь была почти невидимой.

Пока не пройдёте Пустошь Забвения.

Пока не дойдёте до Сердца Мира.

Пока не докажете, что вы не просто носители памяти.

Вы её хранители.

Они стояли у подножия храма, где Врата мерцали, как умирающий огонь.

За их спинами пустыня.

Перед ними ничто.

Не пейзаж.

Не местность.

Просто отсутствие.

Это и была Пустошь Забвения.

Пустошь Забвения

Когда-то здесь был лес голосов роща, где деревья рассказывали истории умерших.

Здесь текла Река Имён, чьи воды хранили память всех, кто когда-либо жил.

Здесь стоял Город Последнего Прощания, где люди приходили, чтобы проститься с теми, кого забыл мир.

Теперь

пепел.

Чёрный.

Холодный.

Без запаха.

Без звука.

Он не скрипел под ногами.

Он глотал звук.

Как будто сама земля научилась молчать.

И среди пепла

тени.

Не призраки.

Не духи.

То, что остаётся, когда имя стирается, но душа ещё не ушла.

Они стояли.

Сидели.

Шли.

Но их глаза пустые.

Их рты запечатаны.

Их тела прозрачные, как дым.

Они не нападали.

Не кричали.

Они просто…

напоминали.

Это те, кто забыл, сказал Орвен.

И тех, кого забыли.

Начало пути

Они вошли в Пустошь на рассвете,

когда небо не стало светлее,

а просто перестало быть чёрным.

Первым шагнул Кайрен.

Но тут же остановился.

Я не чувствую землю, сказал он.

Я чувствую… пустоту под ногами.

Элия вышла вперёд.

Я пойду первой, сказала она.

Ты не маг, возразил Дархан.

Ты не можешь защитить нас.

Я не буду защищать, ответила она.

Я поведу.

И пошла.

Остальные за ней.

Путь слушающей

Элия не смотрела на карту.

Не искала ориентиры.

Она слушала.

Не ушами.

Не сердцем.

Чем-то глубже.

Она чувствовала:

Где пепел глубже там, где магия умерла первой.

Где тени гуще там, где люди забыли быстрее.

Где воздух тяжелее там, где когда-то был крик, который никто не услышал.

Она шла, не колеблясь.

Поворачивала туда, где путь казался невозможным.

Останавливала их, когда они хотели идти прямо, потому что прямо смерть.

Почему ты? спросил Кайрен однажды, когда они стояли на краю провала, заполненного пеплом.

Почему именно ты слышишь?

Ты не маг.

Ты не воин.

Ты не провидец.

Почему не я?

Почему не Нира?

Почему не кто-то, кто заслужил это?

Она остановилась.

Повернулась к нему.

Потому что я не просила магии, сказала она.

Я просто слушала.

И что? спросил он.

Все вы использовали магию.

Кайрен чтобы сражаться.

Нира чтобы исцелять.