Самая красивая попаданка

— То есть мне все равно придется ходить с ними? — поежилась девушка, которой не нравилась эта перспектива. Повязки тянули и ощущались как инородный объект, который так и хотелось содрать со своего лица.

— Да Но не всегда Когда вы решитесь, вы сможете их снять. Возможно, даже шарм еще и останется. Он у вас на удивление, очень сильный Честно, я думал, что уже на вторую ночь буду возиться, его отлавливая, ан нет, только вчера было сложновато. Поэтому я жду вас послезавтра, перекресток Алых Скворцов третий дом справа. Приходите, если снова хотите обрести свою прежнюю красоту.

— Хорошо, приду.

— Буду ждать. А теперь спите. Завтра у вас суматошный день, выписка. Отдыхайте. Приятных снов.

***

Перекресток Алых скворцов, через два дня.

— Я все еще поражаюсь силе вашего шарма, — первое, что услышала Аля, когда пришла на частный прием к Зейлу, — можно даже еще попытаться вручную поймать шлейф но не буду. Итак, смотрите, — обратился молодой целитель к своей пациентки и указал на стопку косметический тейлов, — Эти тейлы я немного изменил. Теперь это не просто косметические полоски. Это ловушка. Носите их в течение дня. На ночь снимайте. Коже нужен отдых от магического воздействия. В доме исцеления кожа отходила днем, а сейчас будет наоборот, ночью.

— А как мне их надевать, снимать, — озадаченно спросила Алена, помня, как сдирали с нее тейлы медсестры, и то, что она, при всем желании, даже сдвинуть эти полоски не могла.

— Да как хотите, это изначально косметические тейлы. Они тоньше, пластичнее. Они легко поддаются на различного рода перемещения. Вы можете наложить их, снять, переместить, а потом уже зафиксировать. Сначала пшикаете на поверхность этим составам. Накладываете полоски, как вы считаете нужным, а после мажете вот этим кремом, он зафиксирует. Если нужно снять тейлы — снова пшикаете первым составом. Вот, давайте-ка, сейчас сами попробуете, убедитесь.

— Хорошо, — робко проговорила Алена, взяв в руки первый флакон.

Раздался характерный пшик, легкое облачко пара осело на лице девушки.

— Вы не обладаете магией, — констатировал свои размышления Зейл, — А в вашем роду не было магов?

Алена аккуратно наложила первую повязку.

— Нет, не было, насколько я знаю — и вспомнив свою легенду девушка добавила, — отец не общается с родней.

— Ну да, ну да такой активный шарм. Если бы от родных, то у вас еще была бы и магия.

Алена все продолжала кропотливо закрывать свои шрамы на лице.

— А ваш муж? Возлюбленный? Он, случайно, не маг? — как бы невзначай спросил Зейл.

Девушка задумалась. Какой муж? Она сместила немного повязки, снова передвинула их, а потом проговорила в рамках своей легенды:

— Муж?.. Мой покойный муж был магом, — с сомнением в голосе проговорила Алена.

Этого она точно не знала. Но муж Эли был из благородных, а в таких семьях часто встречались одаренные дети.

— Простите Я не знал Примите соболезнования. Хотя?.. Судя по вашему типу шарма Жаль. Если бы он был жив, то шарм можно было бы подпитать, восстановить — задумчиво пробормотал Зейл.

— Что значит — подпитать, восстановить? — недоуменно переспросила Алена.

— Ваш шарм — гибкий, свежий, молодой. Его явно накладывали на вас в зрелом возрасте, причем недавно. И судя по тому, что шейф усиливает ваше очарование — накладывал на вас шарм тот, кто был от вас без ума, сильно влюблен. И если бы вы столкнулись с этим человеком снова Если бы муж был бы жив. Его чувства были бы таким же, то это было бы благодатной почвой для восстановления вашего шарма. Чем сильнее чувства мага, тем сильнее возможность невольно наложить шарм. Чем сильнее маг, тем сильнее сам шарм. Шлейф подпитывается эмоциями и энергией своего создателя. Но, к сожалению, ваш муж мертв.

— А я могу подцепить другой шарм? — задумчиво спросила Аля.

— Ну да, чисто теоретически. Кстати, это идея Только практически невыполнимая. Найти мага, который сможет целенаправленно наложить шарм — та еще задачка. Все знают, как проклинать. Проклятие — это по сути тот же шарм,только негативный. А вот как Сделать наоборот? Прицепить что-то хорошее?.. Никто не знает. Мы цепляем позитив только на тех, кто нам небезразличен.

— Значит, по окончании лечения у меня не останется шарма?

— Да. Скорее всего. Хотя может и останется, но его будет ничтожно мало. Повторюсь, шарм у вас такой силы, шлейф вполне осязаемый был Так что, возможно, он не совсем израсходуется.

После больницы. День рождения Энжи. Договор

День выписки из дома исцеления Мензо был действительно суматошным. Но приятным. Аля истосковалась по домашнему уюту и сердечной отеческой теплоте Сержа, по звонкому смеху Джули, когда она наведывается к ним в гости просто так, по легкому трепу Мэри за чашкой вечернего чая или во время их неспешной долгой прогулки перед сном

Поэтому, когда она оказалась, как ей казалось, дома, девушка с облегчением выдохнула. И, наконец, увидела, что за время ее отсутствия многое изменилось.

И вот они, вроде бы ее любимые, родные люди — Серж, Мари, Джули. Но Аля словно бы выпала из их круга.

Несчастье, что произошло с ней (и с Джули) сплотило Сержа и Мари. Они наконец-то окончательно сблизились. И хоть Алена догадывалась о взаимной симпатии двух соседей, поверить в нее было трудновато. Эти двое сближались медленно (и мило), со скоростью улиток, ползущих в гору.

А трагедия стала катализатором, пнувших этих отчаянно стесняющихся и робеющих "брюхоногих" друг к другу. Девушка искренне обрадовалась такому исходу, но внезапно она почувствовала себя немного лишней.

Да, вроде бы она все та же "дочка" Сержа, но рядом с добрым и заботливым мужчиной теперь живет его любимая женщина и ее дочка.

И вроде бы отношение Сержа такое же Но как же не хочется мешаться, когда их нежная любовь только начинает заполнять все пространство дома.

Рано или поздно, но все детки должны покинуть отеческий дом. И Алена невольно, но стала задумываться об этом. Двух хозяек на кухне не должно быть, хоть и эти хозяйки две подруги.

Серж уже давно окреп здоровьем, "сиделка" дочка ему не нужна. А вот любящая жена? Всегда отрада для сердца.

Алена улыбалась, глядя на то, как ухаживают друг за другом эти двое людей. Легкие прикосновения, объятия, поцелуи, смех, и понимание друг друга по едва брошенному взгляду и полуслову.

Романтическую идиллию в доме Сержа нарушало только, пожалуй, назойливое внимание журналистов, страждущих подробностей разбирательств между сторонами, да доверенных представителей от "Трех клубочков", которые каждый день предлагали им все новые и новые условия заглаживания их конфликта.

— Нет, ну ты представляешь этот (Мудас) все пытается откупиться от нас, то какие-то жалкие подачки предлагает, то пытается шантажировать, угрозами сыплет! — сокрушалась Мэри по поводу очередного визита представителей магазина по продаже уникальных изделий ручной работы, — Да эта подачка едва закроет половину неустойки тем покупателям, что лишились своих покупок из-за этого дол... ашкана.

— А что, ничего не уцелело после падения бешеной коняги? — поинтересовалась Алена.

— Нет, практически ничего не осталось. Все заново либо переделывать, либо выплачивать стоимость совершенной покупки.

— И большая сумма набегает?

Мэри показала Алене сумму в тетрадке. И хоть Алена плохо ориентировалась в цифрах, она только примерно понимала, когда расплачивалась, что вот эта пластинка с каким-то символом эквивалента пяти диларам, эта 10, а эта 100. Девушка поняла, что написанная сумма запредельная, по количеству символов похожих на нули в этих самых денежных пластинках.

— Так выдай ему эту сумму, плюсани сумму на открытие лавочки, ведь выручку с ярмарки мы планировали на ее открытие, да добавь еще моральную компенсацию. И тогда, я уверена, все эти ходоки отстанут от нас на несколько дней, если не недель, до суда, - предложила Алена.

— Боюсь, этот изворотливый гад, не доведет дело до суда, развалит. Где мы, и где он? Это пока шумиха не улеглась, он пытается замять дело. По привычке откупиться от проблемы. А потом — забудут все о нас, и все мы ни с чем останемся, раздраженно буркнула Мэри.

— Мама! Смотри, какую куколку я связала для Энжи! Мы же пойдем на ее день рождения? — вдруг отвлекла от гнетущего разговора свою маму Джули.

— Дочка! Кукла просто прелесть. Но какое день рождения? Ты что думаешь, она еще помнит о тебе? Богатеи быстро забывают — отмахнулась (словами) как от назойливой мухи Мэри.

— Ну мама?! — глаза Джули быстро наполнились слезами.

По всему выходило, что девочка настырно просилась на праздник, но ее мать отчего-то была против.

Догадка вдруг озарила Алену.

— Мэри! Нам надо сходить на праздник! — вдруг оборвала перепалку дочери и матери Алена.

Рыжеволосая девушка уставилась на Алю.

— Драколед Майлз Вериго и его дочь это еще одна пострадавшая сторона. — начала доказывать свою правоту Алена, — нам надо объединиться с ним. У этого человека достаточно высокий вес, чтобы довести дело до суда? В случае чего?

Мэри замерла, обдумывая слова Алены. А ведь действительно, Энжи могла погибнуть там под развалившимся прилавком, под копытами ашкана. Неужели бравый военный спустит это все?..

Не спустит, не допустит — отчего-то Алена была в этом уверена.

***

Поместье Майлза Вериго было небольшим, по меркам аристократической верхушки, но огромным — по меркам простой девушки (Мэри), что когда-то работала на ткацкой фабрике.

Драколед занимал высокий пост на военной службе, но недостаточный, чтобы быть "вершителем" судеб. Он был человек подневольный. Куда пошлют, там и служит. Верно, исправно, да так, что о нем говорили с придыханием.

Герой, спасший Крайслет от нашествия диких тварей. Он не был "зажравшимся" богатеем, как думала о нем Мэри. Он был благородным человеком, поднявшихся с низов, по военной лестнице. По лестнице, что неимоверно тянула бы его вверх, если бы он проявлял больше гибкости и хитрости, а не человечности и отваги. Простые сослуживцы его обожали, даже где-то боготворили, соратники по военному делу уважали и прислушивалась к его мнению, а вот те, кто управлял им недолюбливали за его то самое честное и непредвзятое мнение.

Майлз Вериго — был сложным для управления, но достаточно продуктивным для решения поставленных задач. Майлз Вериго — после своей трагедии стал еще более сложным человеком, закрытым, жестким и вдруг ясно осознающим, что ему нужно не здесь и сейчас, а завтра и надолго, желательно навсегда.

Единственной непозволительной слабостью этого сильного мужчины стала его дочь — Энжи. Только с ней он мог снимать "свою драконью шкуру" и быть нежным и любящим отцом.

Поэтому праздник для девочки был грандиозным. От обилия детского смеха у взрослых кружилась голова. Детей было много. И это были, в основном, не выхолощенные светским этикетом отроки благородных кровей, а простые ребятишки, дорвавшиеся до сладостей и веселья. Но даже те некоторые из "благородных", кто пришел на праздник, поддались безудержному детскому веселью и сорвали свои великосветские маски и присоединились к общей массе беспечно счастливых гостей.

Так получилось, что Алена, Джуля и сопровождающие ее родители (Серж и Мэри) прибыли на праздник с небольшим опозданием.

Гостей было много. Аж глаза разбегались. Но вот хозяев торжества видно не было. Алена и Мэри (с Джули и Сержем) разделились. Нужно было найти Майлза Вериго — чтобы поговорить. Или хотя бы Энжи, чтобы вручить подарок и успокоить волнения Джули. Девочка очень волновалась и искренне хотела удивить и порадовать свою маленькую подружку.

*****

Большая часть гостей находилась во дворе поместья. Погода была солнечная, поэтому праздновали на улице.

Не найдя хозяев праздника, Алена двинулась в небольшой трехэтажный особняк.

Слуги сновали туда-сюда, увлеченные своей работой, поэтому они не обращали внимания на Алю. Стараниями Зейла и Мэри она вновь стала незаметной. Зейл подточил ее шарм, а Мери связала подруге изысканную накидку-капюшон, которая прикрывала ее лицо.

Встречные Алене люди сначала обращали внимание на ее интересный элемент туалета, а уже потом на девушку с тейлами на лице; отмечали наличие защитных полосок на больше ничем не примечательной мордашке и забывали. Ибо им было некогда/или неинтересно. Такое комбо снова стало своеобразной маскировкой Али. Она снова стала невидимкой.

Праздник шел своим чередом. Да, уже прибыло большинство гостей, да особо нетерпеливые детки уже начали вовсю развлекаться. Поэтому никто не обратил внимание на то, что какая-то девушка ищет хозяев поместья. Алена бродила по дому в поисках хоть кого-то. Как вдруг она услышала всхлипывания.

Ну как так, на таком празднике жизни и кто-то плачет? Аля пошла на звук.

Плакала Энжи. Надрывно так, что аж сердце вздрагивало и обливалось кровью. Ну и кто посмел обидеть эту крошку?

— Эй, ангел, ты чего здесь сидишь, ревешь? — спросила обескураженно Аля.

— Хочу и леву, — буркнула в ответ малышка.

— Ааа ну понятно. А можно я тоже полеву? — заговорщицки прошептала Алена.

Энжи прекратила плакать, насупилась и настороженно посмотрела на девушку, нарушившую ее упоенье горюшкой-обидой.

— Ну девочкам же иногда надо поплакать, — продолжила как ни в чем не бывало Алена, — особенно в день рождения. Но в такой день лучше "похулиганить" и того кто обидел — подмигнула Аля недоумевающей Энжи, но она споткнулась в мыслях, не зная, что же такое предложить зареванному ребенку, и просто пробурчала в итоге — ну что-нибудь сделать.

— Меня никто не бидел... Я плошто так, — нахохлившись произнесла девочка в ответ.

— Ну жаль... я то думала обидели. И местю сейчас будем придумывать. А то чего ты тут сидишь, ревешь, к гостям не выходишь. Тут все уже пришли. Знаешь, какую тебе куколку Джуля сделала? А ты тут сидишь, - восторженно перечислила Алена.

— Даже Джуля плишла, а-а-а, — завопила Энжи, снова поймав новую волну надвигающегося соленого цунами, — а она не пришла!

— Кто не пришла? — недоуменно переспросила Аля.

— Ма... мама, — всхлипывая произнесла малышка.

— Ох... ты ж...— не выдержала Алена и резко перехватила девочку в свои объятия, — ну тише ты, малышка ну опаздывает она, — девушка хотела было сказать "наверное", но прикусила язык, — ну мало ли, что могло случиться — может возничий ее подвел, может она приболела, а сейчас прийдет в себя и приедет, попозже.

— Попоже, плиболела — беззвучно повторила Энжи, — опять "Сен Флоли" отлавилась... любит она его, как я оланжевые шоколадки — шмыгнув носом, пробормотала Энжи, — думаешь, она плосто опаждывает? А ведь обещала, што утлом будет, — стала уговаривать сама себя девочка.

— Конечно, опаздывает. Если бы я была бы твоей мамой, я бы непременно к тебе пришла на день рождения, даже больная, — проговорила Алена, еще сильнее стиснув в объятиях все еще трепыхающееся от всхлипываний тельце девочки.

Вскоре Энжи прекратила разводить водопады и лужи, и даже улыбнулась, в ответ на слабую улыбку Алены. Девушка помогла привести симпатичную мордашку именинницы в презентабельный вид, умыла ее и развеселила хитрой щекоткой, которая поселила сначала слабую, а потом уже и вполне обоснованную улыбку на лицо Энжи.

Девочка быстро забылась. Еще бы ведь ей предстояло разбирать целую гору самых разнообразных подарков, выслушивать (мимоходом) поздравления взрослых и возглавлять шебутную ОПГ из ребятишек, которые решили все разом захватить под свой контроль не только аниматоров, но и все поместье.

А вот Алена не отошла. Задумчиво она смотрела на то, как смурно выслушивал жалобы Мэри Майлз Вериго. Он что-то кивал ей в ответ, спрашивал. Всем своим видом он был грозен и решителен. Впрочем, как всегда.

Девушка вдруг задумалась, а почему это собственно на празднике нет матери Джули? Мог ли этот драколед запретить женщине появляться здесь? Неужели он один из тех мужчин, что вымещают свой гнев (обиду, злость) на мать своего дитя, лишая последнюю общения с ребенком? Издевательски раздавливая женскую волю своим положением и властью?

Неожиданно Мэри заметила Алю и жестом позвала ее присоединиться к беседе.

Алена подошла к ним. Майлз быстрым кивком головы поприветствовал свою гостью.

— К сожалению, то, что вы говорите, для меня не секрет. Я знаю, как этот Мудас Свенки действует сейчас. Я пресек некоторые его попытки замять скандал. Но, боюсь, после того как я вернусь на службу, он активируется. Поэтому я предлагаю вам, оформить все свои претензии на ту сумму, с которой вы бы согласились. Зная то, что нужно требовать, я смогу дожать его. До своего отъезда. И до судебного разбирательства. Но не сомневайтесь, он заплатит за все. И даже больше.

Майлз еще что-то проговорил, про добровольное соглашение сторон А после откланялся, и ушел к другим гостям. А Аля уставилась на сияющую Мэри. Ее подруга была явно довольна исходом беседы.

— Теперь с поддержкой Вериго, мы сможем рассчитывать на достойную компенсацию. Спасибо, что уговорила меня прийти сюда. А я еще сомневалась. А он оказался вот такой вот мужик, — восторженно пролепетала Мэри.

— И что хорошего в том, что суда не будет? — буркнула в ответ Аля, не разделяя энтузиазма своей подруги.

— Ой, что ты как маленькая! Как будто бы суд состоялся. Где мы, и где род Свенки? Так бы он вышел сухим из воды. А так Хоть что-то с него поимеем — бросила в ответ Мэри, — Пойдем, я видела там подавали вино, за столиками для взрослых. Бокальчик "Сент Флора" отлично поднимет тебе настроение.

— Не хочу... Лучше уж я как маленькая... с детьми поиграю — буркнула недовольно Алена.

Девушка искренне не понимала, — «Как так-то! А где же самый гуманный и справедливый суд? После которого вынесут справедливый приговор, а не выдадут подачку на закрытие ртов».

Впрочем, досада случившимся разговором быстро разбилась о детский смех. Детям было все равно, кто присоединился к их дружной игре. Они не замечали тейлов на лице девушки, а замечали ее искреннюю вовлеченность в их шаловливые забавы.

В отличие от взрослых, которые впивались взглядами в ее повязки на лице, едва Алена переводила дух от беззаботной игры.

Девушка время от времени вспоминала о своем взрослом статусе и присоединялась к неспешным беседам за бокальчиками игристого или других вполне приемлемых безалкогольных напитков. И тогда она искренне жалела, что ей не 5, не 6 или 7. И она не может сказать — "Все я в домике", - и спрятаться от назойливых, ковыряющих своим настойчивым вниманием, брезгливых, лицемерно-жалостливых, и скрывающих пренебрежение ужас за учтивой маской, взглядов всех тех, кому за 20.

В общем, Алене было куда комфортнее играть с детьми, чем беседовать с почтенными гостями праздника.

*****

Праздник подходил к своему завершению. Энжи сидела на коленках у отца, и они вместе разрезали огромный торт на маленькие кусочки. Раздавали их гостям.

— Ой, а можно, я этот кусочек с оланжевой шоколадкой оставлю — услышала краем уха Алена просьбу Энжи к отцу.

— Детка? Ну ты же знаешь, тебе нельзя. Аллергия, — строго, но ласково, ответил Майлз.

— Я не себе, я маме оставлю — робко проговорила девочка, — она же плидет, завтла?

Майлз шумно выдохнул, сжал зубы от досады, а потом робко попытался соврать дочке, отведя от нее свой понурый взгляд:

— Конечно, оставляй... Только, может, мама еще задержится, ее экипаж чинят. Не сегодня, завтра, послезавтра... Но она пренепременно придет к тебе, — процедил последнюю фразу, едва сдерживая свое раздражение, мужчина.

Энжи не видела лица отца, так как он отвернулся в этот момент от нее. Но вот эмоции Майлза смогла различить Алена, волею судьбы оказавшаяся рядом с отцом и дочкой. Усталость, досада, раздражение, злость — а что еще можно ожидать от отца, который не дает видеться матери с дочерью? Или дает, просто мать сама не пришла на праздник к своему ребенку?

Отчего-то у Алены вдруг зародилось такое сомнение. Слишком нежно смотрел отец на свою дочку. Да и кто она такая, не зная всей ситуации целиком, чтобы навешивать ярлыки своего восприятия мира.

— А какой кусочек торта ты дашь леди Эль? — спросил Майлз после секундной заминки, напомнив Энжи про свои обязанности хозяйки праздника.

— ... А еще есть оланжевые конфетки? Они самые вкушные.*

*Торт был украшен россыпью разноцветных шоколадных конфет с различными вкусами. Энжи просто обожала оранжевые с апельсиновым вкусом, но у нее на них обнаружилась аллергия. Другие вкусы — яблок, груш, ягод и прочих фруктов, она не признавала. Здесь, как говорится, запретный плод сладок.

— Да, еще есть. Вот там с краю. Давай отрежем леди Эль.

— и Джули — пропыхтела девочка, усердно разрезая полотно огромного торта, вырезая те самые кусочки с "лимитированными" оранжевыми конфетками.

— Леди Эль, это вам. Самый лакомый кусочек, — проговорил заговорщицки Майлз, вручая блюдечко с куском торта.

В тот момент, когда их руки соприкоснулись, он добавил:

— Приходите завтра ко мне с Мэри к десяти утра. Составим соглашение, а после я разорю «Три клубочка».

Отчего-то сердце Али пропустило удар. Девушка не сразу сообразила, что говорит ей мужчина. А говорил мужчина твердо, будто бы обещая, в его слова так хотелось верить.

Алена поймала на себе мужской взгляд. Взгляд человека, который, пожалуй, единственный среди этой толпы, что видел ее, а не тейлы на лице. Быть может, оттого, что Майлз Вериго был единственным человеком, который также носил тейлы на лице, и уже просто их не замечал.

А может, быть может, оттого, что Алене захотелось поверить — этот человек... Красивый, несмотря на искажающие внешность тейлы, сильный, решительный, знающий правду и рубящий ее, так же лихо и резко, как и его меч, рубящий головы диких омерзительных тварей, выползающих из-за разрыва материи... Что этот человек способен решать проблемы, а не создавать их.

Алена кивнула в ответ. Невольно заулыбалась. И стала медленно и с наслаждением есть свой кусочек торта. Отчего-то он показался ей таким неимоверно вкусным.

***

Утром Алена и Мэри снова оказались в поместье Вериго. Контраст яркого и шумного вчерашнего праздника со звенящей тишиной мирного прихорашивающегося поместья практически сразу ударил в глаза.

Немногочисленные слуги снова были заняты. Они приводили в порядок тот погром, что учинила стая малолетних взбудораженный сладостями и почти полной (не)управляемой вседозволенностью детей. Алена и Мэри незаметно проскользнули в поместье. На их счастье, они все-таки встретили слугу, что проводил их к кабинету Майлза. Там уже сидел немолодой мужчина и что-то активно записывал на бумаге.

Делал это он так оживленно, будто куда-то спешил. Его писчий инструмент так быстро двигался, что разве что не искрил под нажимом и от своей скорости. Лицо мужчины было бледным. И страх, поселился на нем. Неконтролируемый, и ничем не подтвержденный?

Едва девушки ступили за порог кабинета, они почувствовали, отчего так летает перо по бумаге. Писчий просто хотел поскорее освободиться из-под гнетущей ауры своего заказчика. Чем быстрее сделает, тем быстрее уйдет и вздохнет спокойно.

Ему не было причины бояться этого внушающего страх только лишь своим присутствием мужчины. Он "не переходил" дороги ему. Не причинял вреда его самому любимому человечку - дочке Энжи.

Просто он, как человек неподготовленный, ощутил на себе всю ту ярость, что испытывал этот драколед, отдавая распоряжения по составлению договора соглашения сторон. Хочешь не хочешь, а невольно вжмешь голову в плечи, скукожишься, и сделаешь, все, что от тебя требует этот носитель драконьей искры (крови). Быстрее (для себя) и качественнее (чтобы ненароком не навлечь его гнев).

— Леди, приветствую вас. Я тут немного поразмыслил, и решил малость видоизменить формулировки. Вы уже рассчитали фактический ущерб от действий Свенки? — учтиво поинтересовался Майлз.

Девушки синхронно поздоровались, и Мэри подала Майлзу сверток бумаги.Именно туда вчера ночью тщательно выписала все те расходы, на которые они попали из-за происшествия:

— Держите — проговорила девушка, протягивая свернутый листок, который слегка дрожал и предавал волнение своего автора.

— Леди, я предлагаю следующее, ваши расчеты мы оставляем, но они станут тем минимумом, который мы обяжем выплатить его вам. А остальное, он будет выплачивать постепенно, — продолжил драколед, полностью уверенный в том, что он все правильно решил.

— Сэм, держи, внести эту сумму и прочитай леди составленный документ для ознакомления, — передал Майлз листок с расчетами Мэри.

— Хорошо, господин, — пискнул писчий и продолжил уже переписывать с крейсерской скоростью суммы, что обозначила Мэри в своих расчетах.

Скоро, девушки даже еще не успели в полной мере прочувствовать на себе давящую ауру драколеда (а может, он уже стал успокаиваться), писчий закончил свою работу.