Дьявол живет в Теплом Стане

Наталья Рэгдолл

Дьявол живет в Теплом Стане

Глава 1. Сбой в системе

Азраил IX в очередной раз прокручивал в голове стандартную процедуру: подойти к портальной арке № 666, предъявить служебный жетон, дождаться зелёного свечения, шагнуть вперёд — и вот ты уже в нужном секторе ада, готовый к рутинному заданию.

Он окинул взглядом привычный антураж адского транзитного зала. Всё было на своих местах — словно застывшая декорация вечного бюрократического спектакля. Идеально отполированные гранитные колонны, покрытые паутиной рунических надписей, мерцали в тусклом свете адских люстр — тех самых, что работали на энергии смертных грехов. Стены украшали монументальные барельефы с изображениями великих провалов человечества: там было все, первый обманутый покупатель, первый невозвращённый долг, первая ссора из‑за парковочного места, первая ипотека под 30 процентов.

Где‑то вдали монотонно гудели котлы с бюрократической смолой — там обрабатывали заявки на новые проклятия. Азраил невольно прислушался: судя по тембру гудения, сегодня в котле № 13 варились преимущественно офисные интриги и мелкие бытовые подлости. Знакомая симфония.

Перед аркой № 666 выстроилась очередь из коллег демонов в форменных мантиях. Кто‑то перелистывал служебные инструкции, кто‑то сверял списки жертв, а парочка младших бесов увлечённо резалась в «Прокляни соседа» на демонических смартфонах (модель «Инферно 15 Х», с функцией автоматического наведения порчи).

— Следующий! — проскрежетал контролёр, не поднимая глаз от свитка. Его когтистые пальцы скользили по пергаменту, отмечая прибывших.

Азраил положил на стойку жетон с личным номером и печатью Отдела мелких пакостей. Контролёр вяло провёл когтем по поверхности металла, сверяя отпечатки инфернальной энергии. На жетоне тут же проступили диагностические символы: «Уровень злобы: средний», «Специализация: бытовые неурядицы», «Количество успешно реализованных пакостей: 15 247».

— Направление? — голос контролёра звучал так монотонно, что даже адские часы на стене замедлили ход.

— Кабинет № 666, получение нового служебного проклятия категории «Бытовые неурядицы», — отчеканил Азраил, стараясь не смотреть на соседнюю арку, где какой‑то новичок демон безуспешно пытался протащить через контроль чемодан с «проклятыми сувенирами» (запрещено правилами внутреннего распорядка ада, пункт 4.17).

Контролёр кивнул, ткнул пальцем в кнопку на пульте. Арка за его спиной озарилась зелёным светом — тем специфическим оттенком, который в человеческом мире называют «цвет увядшей надежды».

Азраил шагнул вперёд.

Вместо привычного ощущения провала в бездну — резкий толчок, ослепительная вспышка, запах… пыли? И ещё чего‑то неуловимо знакомого, но совершенно чуждого адскому обонянию.

Он открыл глаза.

Над головой — не сводчатый потолок адского офиса, а бетонная плита с облупившейся краской, украшенная причудливыми разводами, напоминающими карту неведомых земель. Вокруг — стены из серого кирпича, исписанные непонятными символами (позже он узнал, что это просто номера квартир и телефонные номера с проклятиями, оставленные отчаявшимися жильцами в надежде дозвониться до управляющей компании). Под ногами — холодный линолеум с узором «под мрамор», изрядно потрёпанный временем и человеческими подошвами.

«Ошибка телепортации», — мелькнула первая мысль. Вторая была менее оптимистичной: «Меня перевели на внештатную работу без предупреждения».

Он сделал шаг, и под ногой хрустнуло что‑то тонкое. Наклонился — осколок стеклянного флакона с надписью «Лимонная свежесть». Рядом валялся пластиковый пакет с изображением улыбающегося помидора. Азраил поднял его, изучая:

— «Скушай помидорку — сил прибавь чуток!», — прочитал он вслух. — Что это за тёмное заклинание?

— Эй, ты кто такой? — раздался сверху скрипучий голос.

Азраил поднял голову. На лестничной площадке между этажами стояла сухонькая старушка в пуховом платке и тапочках с помпонами. Её взгляд, острый как шило, пронзил его насквозь.

— Я… служащий. Мне нужно вернуться в… офис, — пробормотал он, пытаясь собраться с мыслями.

Старушка прищурилась, оценивающе разглядывая его мантию с вышитыми символами мелких пакостей:

— В офис? На первом этаже? Так там уже два года никого нет, с тех пор как «Лапин Инвест» обанкротился. Ты, милок, не из этих… которые квартиры обносят? У нас тут недавно микроволновку утащили из дворницкой — так участковый до сих пор ищет.

Азраил хотел было объяснить, что он демон, а не грабитель, но вовремя остановился. Вместо этого он огляделся внимательнее, пытаясь найти хоть что‑то знакомое.

На стене — доска объявлений с выцветшими листовками: «Пропал кот (черный, с белым пятном на груди, отзывается на кличку “Люцифер”, вернуть за вознаграждение)», «Расклады Таро (заговоры на удачу, предсказания, гарантия на порчу 3 дня)», «Сдаю квартиру (только славянам, без животных, без детей, без родственников, без музыкальных инструментов, без вопросов о прошлых жильцах)». На подоконнике — горшок с засохшим цветком и пачка квитанций за ЖКХ, скреплённых резинкой, которая вот‑вот лопнет от напряжения. В углу — велосипед с пробитым колесом и прислонённый к нему детский самокат с оторванным рулём.

«Это не ад. И не чистилище. Это…»

— Где я? — спросил он наконец, чувствуя, как в груди разрастается непривычное ощущение — то самое, что люди называют «лёгким беспокойством».

— Где‑где… В Тёплом Стане. Профсоюзная улица, дом 138, корпус 3, — буркнула старушка, доставая из кармана флисовых штанов ключи на массивной связке, напоминающей оружие средневекового стража. — Если работу ищешь, так в супермаркете на углу грузчиков вечно ищут. Только паспорт нужен. У нас тут всё строго.

С этими словами она развернулась и зашагала вверх по лестнице, бормоча что‑то про «нынешнюю молодёжь, которая даже в ад без документов не может попасть».

Азраил остался один.

Он прислонился к стене, пытаясь осмыслить происходящее. В голове крутились вопросы: Почему не сработала обратная телепортация? Почему его магия не работает (он попытался вызвать крохотное пламя на ладони — ничего, только лёгкое покалывание, как от статического электричества)? Что такое «паспорт» и где его взять? (в аду для идентификации использовали жетоны и отпечатки инфернальной ауры). Почему люди носят обувь внутри помещений, несмотря на чистые полы?

Из-под красивой стальной двери одной из квартир доносился запах жареной картошки и звук телевизора. Где‑то внизу хлопнула дверь, залаяла собака. По лестнице прогрохотали шаги — мимо пробежала девушка в спортивной форме, даже не взглянув на него. Её кроссовки издавали ритмичный скрип, словно отсчитывая секунды растущего недоумения Азраила.

«Люди… Они просто живут», — подумал Азраил с изумлением. В аду всё было подчинено чёткой иерархии зла: каждый проступок учитывался, каждая пакость планировалась, каждый грешник знал своё место. Здесь же царил хаос обыденности, от которого у демона начинала кружиться голова.

В этот момент над его головой загудел лифт. Двери раскрылись, и из кабины вышел мужчина в пуховике и с пакетом продуктов. Бросил на Азраила равнодушный взгляд и направился к квартире напротив.

— Простите, — окликнул его Азраил. — Вы не подскажете, как добраться до… центрального офиса?

Мужчина остановился, повернул голову:

— Какого ещё офиса?

— Ну… Главного. Где решают вопросы.

Мужчина хмыкнул, поставил пакет на пол и достал телефон. Экран засветился, отразившись в его очках:

— Ты, браток, либо с поезда, либо с вечеринки. Центральный офис — это МФЦ на Новоясеневском. Но сегодня уже закрыто. Завтра с десяти. Если тебе нужно что‑то зарегистрировать, продлить или отменить — там подскажут. Только возьми талончик. И распечатай заявление в двух экземплярах. И копию паспорта. И справку… впрочем, там на стенде всё написано.

Не дожидаясь ответа, он скрылся за дверью, оставив Азраила наедине с ворохом новых терминов: «МФЦ», «талончик», «распечатай заявление».

Азраил опустился на корточки, обхватил голову руками.

Всё было неправильно. Звуки — слишком громкие (лифт гудел, как раненый дракон, телевизор из соседней квартиры бубнил что‑то про цены на гречку, а где‑то вдалеке сигналила машина). Запахи — слишком резкие (жареная картошка смешивалась с ароматом разбитого флакона “Лимонной свежести”). Люди — слишком… обычные. Ни огненных рек, ни скрежета адских механизмов, ни даже намёка на сверхъестественное.

«Как вернуться? Как объяснить, что я не человек? Может, показать когти? Но тогда вызовут скорую или полицию… А что делают в полиции с демонами? Есть ли у них специальная камера для инфернальных существ?»

Азраил достал из внутреннего кармана мантии служебный жетон. Тот слабо мерцал, словно разряжающаяся батарейка. Азраил постучал по нему пальцем — без эффекта. Тогда он лизнул поверхность (в аду это был проверенный способ активировать магические предметы) — жетон лишь противно заскрипел, будто намекая: «Здесь другие правила».

Он снова огляделся. Взгляд зацепился за объявление на стене:

«Внимание! В подъезде замечен подозрительный субъект. Если увидите — звоните 102. Приметы: неопрятный, смотрит странно, возможно, под веществами».

Под текстом — размытая фотография кого‑то, напоминающего Азраила. Он нервно провёл рукой по волосам (чёрным, с едва заметным красноватым отливом — фирменный знак демонов среднего ранга).

— Это… про меня? — пробормотал он.

В этот момент из квартиры напротив выглянула женщина в халате и с бигуди на голове. Прищурилась, изучая его, затем громко крикнула:

— Люда! Глянь, этот чудик опять тут торчит! Я ж говорила — он за нами следит!

Из соседней двери высунулась вторая женщина, в очках и с половником в руке:

— Точно! Вчера у меня кабачок пропал, а он как раз тут шастал!

Азраил поднял руки в защитном жесте:

— Я не крал кабачок! Я вообще не знаю, что такое кабачок!

— А что ты тогда знаешь? — скептически спросила первая. — Может, ты из этих… проверяющих? Так у проверяющих документы есть!

— Документы… — Азраил задумался. В аду его «документом» был жетон, но вряд ли эти женщины поймут тонкости инфернальной бюрократии. — У меня есть… э‑э‑э… магический пропуск?

Он достал жетон и гордо показал его. Женщины переглянулись.

— Это что, дисконтная карта «Шестерочки»? — уточнила вторая, прищурившись. — Так мы ученые, тут она не работает.

Азраил спрятал жетон, чувствуя, как внутри нарастает паника. Всё было слишком реальным: запахи жареной рыбы из чьей‑то кухни, гул проезжающих машин, даже мышиный писк где‑то в углу. В аду мыши не водились — слишком жарко.

Он присел на подоконник, пытаясь собраться с мыслями. В голове крутились обрывки инструкций:

«При потере ориентации в чужом измерении — сохраняйте спокойствие».

«Не вступайте в контакт с местными жителями без согласования с куратором».

«В случае невозможности возврата — подайте сигнал бедствия через ближайший источник инфернальной энергии».

Но где тут «ближайший источник»? Огни города за окном выглядели подозрительно обыденно. Ни тебе адского пламени, ни даже намёка на проклятый артефакт.

Вдруг дверь одной из квартир распахнулась с грохотом. На площадку вывалился мужчина в трениках и с бутылкой кваса. Увидев Азраила, он замер, затем широко улыбнулся:

— О! Новый жилец? Я — дядя Витя, с третьего этажа. Ты только не обращай внимания на этих клуш, — он махнул рукой в сторону женщин с половником. — Они тут каждую неделю кого‑нибудь в шпионы записывают. То мигранта увидят, то сектанта. А ты, смотрю, интеллигентный. Из Питера, наверное?

Азраил кивнул, не зная, что ответить. «Интеллигентный» звучало лучше, чем «подозрительный субъект».

— Да, из Питера, — пробормотал он. — Переехал… э‑э‑э… по работе.

— По работе? — дядя Витя сделал глоток кваса. — Ну, тут работы особо нет. Разве что в «Шестерочку» грузчиком. Или в ЖКХ — у нас трубы вечно текут, так что демоны там точно водятся.

Азраил нервно сглотнул. «Демоны» в этом контексте явно не были комплиментом.

— Слушай, — продолжил дядя Витя, понизив голос. — Если тебе жильё надо, так у Изольды Карповны комната свободна. Но учти: она любит, чтобы всё по правилам. Договор, предоплата, справки…

— Какие справки? — насторожился Азраил.

— Ну, ты что, — дядя Витя посмотрел на него с сочувствием. — Хотя, если из Питера, может, у вас там по‑другому. У нас тут без справок даже в магазин не пустят. Особенно если взгляд у тебя… такой.

Он многозначительно кивнул на глаза Азраила — красные, с вертикальными зрачками. Демон поспешно опустил веки, надеясь, что это сойдёт за усталость.

— Ладно, пойду я, — дядя Витя поправил треники. — Если что, заходи на третий. У меня телевизор сломался, может, ты знаешь, как починить? А то мастер из сервиса сказал, что надо новый покупать, а я ему не верю. Наверняка можно как‑то… магически.

Он подмигнул и скрылся в своей квартире, оставив Азраила в ещё большем замешательстве.

«Магически починить телевизор? — подумал демон. — В аду мы разрушали миры, а здесь надо разбираться с техникой…»

Он снова достал жетон. На поверхности металла наконец проступили буквы:

“Ошибка синхронизации. Канал закрыт. Ожидайте инструкций.

Рекомендация: адаптируйтесь к местным условиям. Используйте маскировку”.

— Маскировка? — Азраил оглядел свою мантию с вышитыми символами мелких пакостей. — И как я это сделаю?

В этот момент дверь лифта открылась, и из кабины вышла девушка с пакетом продуктов. Она бросила на него мимолетный взгляд, затем остановилась:

— Ой, вы… вы же тот парень из мема! — воскликнула она, доставая телефон. — «Демон в подъезде»! Я днем пост про вас читала, очень смешно. Вы правда демон?

Азраил замер. «Мем»? «Пост»? Он попытался вспомнить, есть ли в аду аналог социальных сетей. Кажется, там было что‑то про «адские сплетни», но это не считалось официальным каналом.

— Э‑э‑э… — протянул он. — Допустим.

Девушка радостно взвизгнула:

— Вау! Можно селфи? Я выложу, все обалдеют! Вы только сделайте лицо… ну, демоническое!

Она протянула ему телефон. Азраил попытался нахмуриться, но вышло скорее жалко. Девушка разочарованно вздохнула:

— Не, так не страшно. Попробуйте оскалиться!

Он обнажил клыки. Девушка ахнула, затем рассмеялась:

— Теперь норм! Спасибо! Я вам потом ссылку скину.

Она убежала, оставив Азраила с ощущением, что мир окончательно вышел из‑под контроля.

Где‑то вдалеке прогудел автобус. За окном зажглись фонари. На лестничной клетке стало темно.

Азраил IX, демон среднего ранга, специалист по мелким пакостям, впервые в жизни почувствовал нечто, чему не было названия в адском лексиконе.

Это было похоже на одиночество.

И ещё на голод — потому что последний раз он ел три дня назад (по адскому времени), а земная еда пока казалась ему подозрительной.

Он прислонился к стене и прошептал:

— Как же вернуться домой?..

В ответ лишь тихо щёлкнул замок в чьей‑то квартире. Где‑то залаяла собака. А за окном, в глубине московского вечера, мерцали огни города — равнодушные, бесконечные, чужие.

Глава 2. Без документов и сил

Азраил провёл ночь на жёсткой скамейке во дворе. Земное небо, усыпанное далёкими звездами, не давало привычного адского тепла. Он кутался в мантию, пытаясь согреться, и размышлял о парадоксах мироздания: в аду, где всё пылает, ему было комфортнее, чем здесь, среди безобидных на вид огней.

На рассвете его разбудил пронзительный звук — не адский набат, а обычный дворник, сметавший листья с тротуара. Азраил приподнялся, чувствуя, как занемели спина и шея.

— Чего разлёгся? — буркнул дворник, не глядя на него. — Тут не гостиница.

Азраил хотел было представиться («Я — Азраил IX, демон среднего ранга…»), но вовремя остановился. Вместо этого он пробормотал:

— Я… жду.

— Кого? — дворник приостановился, опершись на метлу.

— Э‑э‑э… автобус.

Дворник хмыкнул, покачал головой и пошёл дальше, оставляя за собой кучки из сметенных листьев.

Азраил поднялся, размял затекшие конечности и огляделся. Двор выглядел иначе при дневном свете: детская площадка с покосившимися качелями, пара скамеек с выцветшей краской, мусорные контейнеры с надписями «ТКО» и «ПЭТ». Из подъезда выходили люди — кто с собакой, кто с сумкой, кто с мусорным пакетом. Никто не обращал на него внимания.

«Так вот как живут люди, — подумал он. — Без церемоний, без ритуалов, без огненных столпов…»

Он отошёл за угол дома, где его не могли увидеть, и решил проверить, осталась ли хоть капля инфернальной силы.

Попытка вызвать пламя - провал. Азраил сосредоточился, вытянул ладонь, прошептал формулу. На кончиках пальцев вспыхнул крошечный огонёк — и тут же погас, оставив лишь запах серы.

Попытка наложить проклятие - провал. Он мысленно произнёс: «Пусть у первого встречного сломается каблук!» — мимо прошла девушка в кроссовках и даже не споткнулась.

Попытка телепатии - провал. Он уставился на мужчину с газетой, пытаясь внушить ему мысль: «Дай мне денег». Мужчина зевнул, перевернул страницу и пошёл дальше.

— Бесполезно, — вздохнул Азраил, пряча руки в рукава мантии. — Магия не работает. Или работает, но как‑то… неправильно.

Он направился к небольшому киоску с надписью «Кофе/Бутерброды». За стеклом виднелась женщина в синем фартуке, листающая журнал.

— Здравствуйте, — начал Азраил, стараясь говорить вежливо. — Мне бы… что‑нибудь поесть.

Женщина подняла глаза, окинула его взглядом:

— Наличные есть?

— Э‑э‑э… а можно по‑другому? — он попытался улыбнуться, обнажив клыки.

Женщина вздрогнула, затем нахмурилась:

— Ты что, из этих… косплееров? Если денег нет, иди отсюда. У меня тут не благотворительность.

Азраил отступил. В аду его устрашающий облик вызывал трепет, здесь же он, похоже, даже не пугал продавцов.

Он побрёл дальше, мимо витрин магазинов. В одном из них висело зеркало. Азраил остановился, разглядывая своё отражение: чёрная мантия с вышитыми символами мелких пакостей (теперь выглядевшими как странный орнамент), красные глаза с вертикальными зрачками (можно списать на конъюнктивит), слегка заострённые уши (под капюшоном не видно), бледная кожа (в аду не было солнца, а здесь оно почему‑то не грело).

«Нужно замаскироваться, — решил он. — Но как?»

Он вернулся в подъезд — может, старушка в тапочках с помпонами проявит больше сочувствия.

Евдокия Сигизмундовна как раз выходила из квартиры, держа в руках пакет с мусором. Увидев Азраила, она остановилась:

— Опять ты? Ну что, нашёл работу?

— Пока нет, — признался он. — Но я очень стараюсь.

Старушка вздохнула:

— Вижу, что стараешься. Вид у тебя… уставший. Пойдём, покормлю.

Она развернулась и направилась к своей квартире. Азраил последовал за ней, недоумевая: почему эта женщина вдруг сменила гнев на милость?

Квартира Евдокии Сигизмундовны пахла сушёными травами, старыми книгами и чем‑то ещё — уютным, домашним. На стенах — фотографии в рамках: дети, внуки, какие‑то праздники. На подоконнике — горшки с геранью.

— Садись, — она указала на стул у стола. — Сейчас суп разогрею.

Пока она хлопотала на кухне, Азраил разглядывал обстановку. В комнате эпохи и стили переплетались столь изысканно, что создавали прекрасный образец псевдодизайнерской мысли. Старинный сервант с фарфоровыми фигурками стоял рядом с огромной плазмой, наверное, подарок от детей или внуков, на столе рядом с антикварной вазой лежал планшет, на котором хозяйка рубилась в три в ряд, а под планшетом лежала изрядная стопка разгаданных сканвордов.

— Вот, — Евдокия Сигизмундовна поставила перед Азраилом тарелку с борщом и дала кусок ароматного бородинского хлеба. — Ешь. А то совсем прозрачный стал.

Азраил осторожно попробовал суп. Вкус был… странным. Не серным, не горьким, не обжигающим — просто вкусным.

— Спасибо, — пробормотал он. — Вы очень добры.

— Да ладно, — отмахнулась она. — У меня внук такой же неформал. Тоже вечно в странных компаниях. Ты, кстати, откуда?

Азраил задумался. Сказать правду? Вряд ли она поверит в существование Ада.

— Из Питера, — повторил он заученную фразу.

— Питер — это хорошо, — кивнула Евдокия Сигизмундовна. — Там культура. А у нас тут… — она махнула рукой. — Ты, главное, работу найди. Без работы тут никак.

— А где её искать? — спросил Азраил.

— В «Шестерочке» на углу, — тут же ответила она. — Или в ЖКХ. У них вечно люди нужны — трубы текут, лифты ломаются. Только паспорт нужен. И СНИЛС. И ИНН. И справку от нарколога.

Азраил почувствовал, как у него начинает кружиться голова от количества незнакомых слов.

— СНИЛС… это что?

— Страховой номер индивидуального лицевого счёта, — терпеливо объяснила она. — Без него никуда. И ИНН — идентификационный номер налогоплательщика. Без них даже в магазин не возьмут.

«В аду всё проще, — подумал Азраил. — Там достаточно жетона и уровня злобы».

После обеда Евдокия Сигизмундовна дала ему совет:

— Иди в МФЦ. Там тебе всё объяснят. Только очередь займи пораньше — с десяти уже толпа стоит.

Азраил отправился в МФЦ — здание с большими стеклянными дверями. Внутри было шумно: люди сидели на скамейках, листая документы, кто‑то спорил с менеджером, кто‑то просто ждал.

Он подошёл к табло с номерами:

— Извините, — обратился он к женщине рядом. — Как тут взять талон?

Женщина посмотрела на него с подозрением:

— Сам не видишь? Нажимаешь на экран, выбираешь услугу, берёшь талон.

Азраил уставился на сенсорный экран. В аду все устройства реагировали на инфернальную энергию, здесь же нужно было просто нажать. Он осторожно коснулся дисплея. Тот откликнулся, предложив список услуг: «Выдача паспорта»; «Выдача заграничного паспорта»;«Регистрация по месту жительства»;

«Оформление СНИЛС»; «Консультация по вопросам ЖКХ»; и еще примерно 20 пунктов с незнакомыми словами. «Начнём со СНИЛС», — решил Азраил.

После десяти минут тыканья в экран он наконец получил талончик с номером 147 и надписью «Оформление СНИЛС». Сел на скамейку, наблюдая за людьми: вот мужчина в костюме что‑то яростно объяснял менеджеру, а там бабушка с клюкой ждала своей очереди, бормоча молитвы, подросток в наушниках играл с телефоном, игнорируя всё вокруг.

Через час номер 147 высветился на табло, и Азраил подошёл к окну.

— Здравствуйте, — сказал он менеджеру. — Я бы хотел оформить СНИЛС.

Менеджер, молодая женщина с усталыми глазами, посмотрела на него:

— Паспорт есть?

— Э‑э‑э… нет.

— Тогда сначала получите паспорт. Без паспорта СНИЛС не выдадим.

— А как получить паспорт?

— Кабинет 207, но тоже нужен документ, удостоверяющий личность.

Азраил почувствовал, что попал в бесконечный круг бюрократии.

— Но у меня ничего нет…

— Тогда обратитесь в полицию по утере или в отдел по вопросам миграции. Они помогут восстановить документы, — сухо ответила девушка и вызвала следующего посетителя.

Азраил вышел из МФЦ, сжимая в руке бесполезный талончик. Солнце клонилось к закату, окрашивая многоэтажки в оранжевые тона. Где‑то вдали гудели машины, лаяли собаки, а из открытых окон доносились звуки ужинов и вечерних сериалов.

«Паспорт… СНИЛС… ИНН… — мысленно перебирал он новые слова. — В аду всё было проще: жетон, уровень злобы, список назначенных пакостей. А здесь — бумажная бесконечность».

У подъезда супермаркета «Шестерочка» курили двое мужчин в рабочих жилетах. Азраил подошёл, стараясь выглядеть уверенно.

— Извините, — начал он. — Тут работа есть? Грузчиком, например?

Мужчины переглянулись, один хмыкнул:

— А документы есть? Паспорт, трудовая, медкнижка?

— Э‑э‑э… нет, — признался Азраил.

— Тогда иди отсюда, — отмахнулся второй.

Азраил отступил. Он свернул во двор, где днём спал на скамейке. У мусорных контейнеров копошился человек в потрёпанной куртке — собирал бутылки.

— Привет, — окликнул его Азраил. — Ты… ищешь что‑то?

Человек поднял голову. Лицо в морщинах, глаза усталые, но живые.

— Ищу, — хрипло ответил он. — Жизнь ищу. А ты?

— Я… потерял дорогу домой, — честно сказал Азраил.

Человек рассмеялся: