Шанс на новую жизнь

Лина Колверс

Шанс на новую жизнь

Пролог

Странно думать, сколько всего может уместиться в одну жизнь. Сколько раз нужно умереть, прежде чем наконец начнёшь жить. Сколько потерять, прежде чем научишься держаться.

Когда-то я верила, что свет и тьма – противоположности: одно спасает, другое уничтожает, но теперь я знаю, они переплетаются. Иногда свет ослепляет сильнее, чем тьма. Иногда тьма оказывается единственным местом, где можно спрятаться, чтобы не сойти с ума.

Я многое видела. Слишком многое для тех лет, что мне достались. Видела, как ломаются люди, слышала, как трещат их жизни. Чувствовала холод там, где раньше было сердце. И всё же каждый раз находила внутри крошечный уголок, что не сдавался. Может, именно поэтому я всё ещё здесь.

Есть вещи, которые невозможно рассказать. Есть боли, которые больше не болят, просто живут во мне, как тень. Есть имена, которые я никогда не произнесу вслух, потому что слишком хорошо помню, чем они закончились.

Но одна истина прояснилась:

Мы не выбираем, по какую сторону окажемся.

Но мы можем выбрать, что с этой стороной сделаем.

Тьма не ушла. Она редко уходит, но я научилась смотреть ей в глаза и идти дальше. Не ради себя. Ради тех, кого уже нет. Ради тех, кто однажды верил в меня больше, чем я сама.

А может – просто потому, что я наконец поняла: шанс на жизнь не дают.

Его забирают.

С боем.

И я свой заберу.

Глава 1. Часть 1.

– Опять она опаздывает, – проворчала я себе под нос, глядя на пустую улицу. Асфальт под ногами был ещё влажным после недавнего дождя, воздух пах пылью и весной.

– Идёт, – с улыбкой сказала Ася, расправляя плащ и вставая с лавки.

Из-за угла показалась Кира – быстрая, лёгкая походка, распущенные пшеничные волосы с чуть заметными завитками, зелёные глаза с лукавой искрой. Она была одета в укороченную куртку и джинсы с порезами на коленях. На фоне серого города Кира выглядела как солнечное пятно – яркое и невозможное. Бледная кожа казалась почти прозрачной, скулы острые, губы чуть поджаты. Худая до хрупкости, ниже меня почти на голову, но с таким упрямым взглядом, будто весь мир ей должен. Кира – моя лучшая подруга с самого рождения. Мы вместе с детства, хоть и совсем разные. Парни от неё без ума. Её окружают, добиваются, влюбляются. Девочка – рай… пока не узнают, какая она на самом деле. В ней что-то дикое, вспыльчивое. Те, кто остаются рядом – либо крепкие духом, либо немного безумцы. Один из них – Рома, её парень. Пока держится.

– Привет, сорри, что опоздала, – она слегка прикусила губу и виновато улыбнулась.

Рядом с ней стояла Ася – полная противоположность Киры. Холодная и изящная. У неё были длинные, идеально прямые волосы цвета свежего снега, которые она почти никогда не собирала. Чёлка аккуратно прикрывала часть лба, подчёркивая ледяные голубые глаза. Черты лица правильные, почти кукольные: аккуратный нос, маленький рот, фарфоровая кожа без единого изъяна. Ася была выше нас обеих, тонкая, будто вырезанная из стекла. Всегда одета просто, но со вкусом – сегодня в светло-серой водолазке и чёрном пальто. Она производила впечатление той, кто может исчезнуть в любой момент – настолько легка и невесома она казалась. На протяжении двух лет в отношениях с парнем, его зовут Мир.

Он учится на программиста, хотя больше похоже, что просто числится. Приходит и уходит, будто по расписанию, которого никто не видел.

А я – Мая. Обычная. Волосы чуть ниже плеч, кожа темнее, чем у остальных, зелёные глаза, рост метр шестьдесят. Средняя во всем. Иногда чувствую себя тенью на фоне этих двух. Я не красавица, но и не уродка. В толпе не выделяюсь. Именно это я и собиралась использовать.

– Мая, что с нашим планом? Всё продумала? – поинтересовалась Кира, склонив голову.

Я молча взглянула на неё. Внутри всё горело. От напряжения, от страха, от ожидания. Этот побег – последняя попытка вырваться из клетки. Но пока клетка не распахнулась, каждый шаг отзывается тревогой.

– Почти, – выдохнула я. – Нужно найти человека, который сделает документы, и добыть две машины. Девочки, подумайте над татуировками. Если нас будут искать, внешность должна быть другой. Никаких узнаваемых черт.

– Мы с Асей уже выбрали. И даже составили список, как изменить внешность. Может, Мира попросим найти машины? – предложила Кира.

– Ты серьёзно? – подняла бровь Ася. – Он и так не в курсе всего. Вдруг начнёт задавать вопросы.

– Не будем ссориться. Пусть поможет, если хочет. Но запомните: нас должно быть не больше десяти. Если будет большая группа людей, начнутся подозрения. А так мы сможем разделиться. И ещё… удаляйте всё: соцсети, переписки… всё подчистую. Когда уйдёте из дома, оставьте телефоны. С собой берем только деньги и заранее купленная одежда. Передайте это Миру, – я сдерживала эмоции и произносила эти слова спокойно.

– О, девчонки, привет! – раздался знакомый голос.

Мир вышел из припаркованной машины. Его улыбка всегда казалась натянутой, как будто надетая маска. Он подошел к нам активно жестикулируя и, закатив рукава куртки, схватил Асю на руки, после чего они слились в поцелуе. Как я не люблю смотреть на эти сцены, аж выворачивает. Возможно, это из-за того, что я никогда не была в отношениях. Мир отпустил Асю и сразу же спросил:

– А Рома где?

– В гараже, – отозвалась Кира.

– Ребята, я договорилась встретиться с Ромой в 16:15, – произнесла спокойным голосом, поднимаясь с лавочки.

– Слушай, – окликнул меня Мир. – А как мы будем бабки мутить?

– Это не твоё дело, – фыркнула я и ушла.

На улице сгустились сумерки. Весна, но в воздухе висел холод и влага, как перед бурей. В голове крутились мысли

«Меня достало всё это. И этот сон… он возвращается каждую ночь».

После десятого сновидения я решила, что хватит. Мы уходим. Меня затянула химия, но не в школьном смысле. Я занималась разборкой и синтезом. Наркотики. Всё началось ради выживания, а потом переросло в возможность сбежать. Сама предложила девочкам идею, и они согласились. Всё держалось на мне. Сначала нас было трое, но потом Кира подключила Рому. Он в этом неплохо разбирался. Мы начали встречаться в его гараже. Чаще всего мы были вдвоём, потом уже и девочки стали приходить. Они прорабатывали маршруты, а мы с Ромой проверяли на сколько это реально. Позже Ася привела своего парня, но его не посвящали в детали. Он был слишком… шумный, подозрительный.

15 мая – день побега. Осталось меньше двух суток.

– Рома, ты тут? – позвала я, войдя в гараж. Пахло маслом, металлом и пылью.

– О, Мая, привет! – отозвался он с улыбкой, отложив инструмент. – Как раз вовремя, я уж думал, опоздаешь.

– Давай сразу обсудим всё по делу, чтобы потом объяснить остальным.

Мы сели на старый кожаный диван в углу.

– Хорошо, начнём. Ты и я уезжаем первыми. Так будет меньше подозрений – никто не подумает, что мы вместе сбежали. На следующий день за нами подтянутся ребята.

– Ребят встретит Кирилл в заброшенном доме, да? – уточнила я.

– Да. Мы будем в доме Кирилла, он поможет сделать документы и сменить облик. Потом закупимся – еда, одежда, телефоны. С деньгами пока проблем нет, товар разошёлся хорошо, у нас уже есть сто пятьдесят тысяч. На первое время хватит. Надо будет взять оборудование, чтобы продолжить делать продукт.

– А транспорт?

– Поедем на микроавтобусе. Его проще достать, и он меньше жрёт бензина нежели две машины. В общем, всё готово. Завтра ночью выходим.

В этот момент в гараж вошли остальные. Мы рассказали им всё, кроме нашей с Ромой «работы».

Потом просто сидели, болтали. Атмосфера была странно спокойной, почти домашней. Внутри всё бурлило. Когда разошлись, я вернулась домой. Мама ругалась по телефону, отец хлопнул дверью. Всё, как всегда. Я зашла в комнату, закрылась, присела на пол и обняла колени. Сердце било так громко, что его было слышно в ушах.

Открыла телефон. Удалила всё – фото, сообщения, контакты. Слёзы выступили, когда стерла чат с Кирой. Там вся моя жизнь. Смех. Боль. Секреты. Теперь – пустота.

Написала записку:

«Дорогие мои, не ищите меня.

Дайте вдохнуть полной грудью

Со мной всё будет хорошо.

Люблю вас.

Ваша дочь, Мая».

Слеза упала прямо на слово «люблю». Я ни разу в жизни не говорила им этого вслух.

Осталось немного. Через полтора часа выход. Всё внутри горело ещё больше, чем ранее. Не от страха, от того, что не знаю, что будет дальше.

Глава 1. Часть 2.

– Рома… Я тут, —Я подошла к переулку возле станции.

Он стоял в тени, прислонившись к углу здания, закутанный в чёрную куртку. Дым сигарет клубился над его плечом.

– Слава богу, ты вовремя. Я уж думал, ты передумала. – Он выдохнул с облегчением и выбросил бычок.

Я промолчала. Внутри меня всё больше и больше кипело: страх, волнение, тоска. Но лицо оставалось холодным. Больше не могла позволить себе быть слабой. Всё. Назад пути нет.

Мы пошли к станции. Улица казалась чужой. Ветер гнал по земле бумажки и старые листья. Тени деревьев будто пытались схватить за ноги. Рядом с вокзалом было тихо. В это время тут почти не было людей. Лишь пара спящих бездомных у стен, и старик, машущий метлой.

Поезд был ночной. Мы молча прошли к вагону, проверяя взглядами каждую камеру. Сели в дальнем углу, ближе к туалету, там было меньше людей.

Я устроилась у окна. Свет фонарей скользил по лицу Ромы, вырезая из темноты только половину его лица. Он выглядел спокойным. А я будто бы распадаюсь изнутри.

– Через четырнадцать часов будем на месте, – сказал он тихо, почти шёпотом.

Я кивнула, прижав к себе рюкзак.

«Больше никаких школ. Никаких звонков родителей. Никаких вечеров дома. Только мы, бег и дорога».

Стук колёс убаюкивал. Где-то далеко рыдала женщина, шипел чайник проводника, ребёнок хныкал сквозь сон. Я смотрела в окно, пока тьма не поглотила всё. Невольно сон окутал меня.

– Мая, просыпайся. – Голос Ромы был тихим, но в нём звучало напряжение.

Я открыла глаза. Он держал телефон в руках. На экране был виден входящий вызов: «Кира».

– Они выехали. Едут к станции. Всё по плану. Пока нас никто не ищет, но думаю, к вечеру начнётся паника.

Я села, протерев глаза. За окном мелькали деревья. Утро было серым и тусклым. Как будто само не хотело начинаться.

– Девочки доберутся? – произнесла я, всё ещё не до конца проснувшись.

– Доберутся. Кирилл их встретит. Он знает, как проехать. А мы пока займёмся подготовкой.

Я кивнула, хотя внутри всё было напряжено. Не доверяла я этому Кириллу. Слишком гладкий, слишком уверенный. Но выбора не было.

Мы вышли на маленькой станции. Вокруг лес, старое шоссе и пара полусгнивших ларьков. Воздух пах хвоей и сыростью. Это было лучше, чем в городе. Спокойнее.

У вокзала стояла тёмная иномарка. За рулём блондин в солнцезащитных очках и чёрной куртке. Он вышел, и увидел нас.

– Кирилл, – представился, слегка улыбнувшись. Его голос был низким, спокойным. – Поехали, дом уже готов. Остальные скоро будут.

Он был… не такой, как я ожидала. В нём было что-то пугающее. Что-то хищное за маской вежливости. Машина мягко каталась по старому шоссе.

– Где мы?

– Вдалеке, – ответил он уклончиво. – Тут нас никто не найдёт. Ни камеры, нет толком сотовой связи. Рай, если хочешь исчезнуть.

Я молча смотрела в окно.

Дом оказался огромным. Кирпичный, в три этажа, с чёрной крышей. Окна были тёмные, но внутри горел свет. В нём было что-то странное, будто слишком идеально. Казалось, он не настоящий.

Я вошла внутрь. Тёплый воздух, запах свежей краски и деревянного пола. Холл был просторным, с лестницей на второй этаж, кухней в глубине и большим камином, в котором горел огонь.

– Комнаты на третьем этаже, – сказал Кирилл. – Твоя слева, с балконом, – показывая на меня.

Я поднялась по лестнице, ступени скрипели. В комнате было уютно: большая кровать, белые стены, зеркало, шкаф, кресло. На кровати лежали полотенце и одежда. Присев на край кровати, поняла, что мои ноги дрожат. В голове крутились десятки мыслей, тревожных и неясных. «Это начало. Или конец? Что я делаю? Что мы вообще задумали?» Но уйти я уже не могла.

В дверь постучали.

– Мая? Я – Лана. Пришла помочь тебе сменить внешность.

Я открыла. На пороге стояла девушка: высокая, с короткими светлыми волосами и медицинской сумкой. Её глаза были холодными.

– Пойдём. У нас мало времени.

Процедура длилась три часа. Мне осветлили волосы и покрасили в графитовый цвет. Обрезали чёлку. Сделали тату на рёбрах, маленький силуэт птицы. И другую на ключице. Там было слово «Tomorrow».

– Больно? – спросила Лана, даже не глядя на меня.

– Нет, – ответила я, хотя кожа горела.

Когда всё было готово, посмотрев в зеркало, я не узнала себя. В этом лице не было той Майи. Остались только глаза. Голодные. Взгляд чужой.

Вернувшись в комнату, я рухнула на кровать. Тело ломило от усталости. Голова гудела.

– Всё будет хорошо, – прошептала я себе.

Но в ответ была тишина.

Глава 2.

Время тянулось бесконечно медленно. Пять долгих часов спустя дверь моей комнаты приоткрылась. На пороге стоял Кирилл, его медленные неуверенные шаги говорили о том, что новость, которую он принёс, была ужасной.

Его лицо, обычно открытое и дружелюбное, сейчас выражало невыразимую муку. Взгляд был пустым, безжизненным, а губы плотно сжаты, словно каждое слово причиняло ему нестерпимую боль.

– Что случилось? – я резко поднялась с кровати, чувствуя, как ледяной холод пронизывает всё тело.

– Мая, послушай меня, – голос Кирилла дрожал, выдавая его внутреннее смятение. – Пожалуйста, не переживай.

– Я слушаю, – слова давались с трудом, будто ком в горле мешал говорить.

Собравшись с силами, он глубоко вдохнул.

– Рома встретил девочек и Мира. Они направлялись к нам. По дороге случилась авария. Все… кроме Ромы… все… погибли. Он жив.

– Что?! Ты издеваешься?! Нет! Нет! НЕЕЕЕЕЕЕЕТ! – мой крик эхом отразился от стен, похожий на вой раненого зверя. – Это кошмар… просто кошмар… они живы… живы…

Колени подогнулись, и я рухнула на пол, задыхаясь в рыданиях. Тело била неистовая дрожь. Мой мир рушился на глазах. Друзья, семья… всё, что было дорого, исчезло в одно мгновение.

– Мая… Рома здесь, в соседней комнате. Но… он боится войти, – тихо произнёс Кирилл, опустив глаза.

Не помня себя от горя, я выбежала из комнаты и бросилась в гостиную. В полутёмном углу сидел Рома, его плечи поникли, руки бессильно дрожали. Когда он поднял глаза, в них читалась бездонная пустота, как и в его душе.

– Я… Боже… Я не понимаю, как это произошло, – его голос прерывался от слёз. – Мы ехали по шоссе. Вокруг ни души. И вдруг… эта машина. Она летела прямо на нас. Я пытался увернуться, но… – он закрыл лицо руками. – Прости… прости, Мая…

Слёзы текли по его щекам, и он уже не пытался их сдерживать. Я схватила Рому за руки:

– Скажи, что это шутка. Скажи, что они живы! Пожалуйста!

Но Рома молчал. Я кричала, рыдала, билась в истерике, пока не осталась без сил. Эта ночь стала бесконечной.

Тот день, ставший началом нашего бегства, предзнаменующий новую, полную свободы жизнь, оказался самым страшным в моей жизни. Я потеряла всё, что любила. Боль была невыносимой. Как продолжать жить, когда весь смысл существования исчез в одно ужасное мгновение?

Вернувшись к себе в комнату, я о многом думала, неожиданно полумраке раздался голос Кирилла. Он вошёл тихо, словно боясь нарушить моё хрупкое душевное состояние.

– Мая, ты не спишь? – его присутствие рядом давало хоть какое-то ощущение безопасности.

– Я не спала… – мой шёпот растворился в тишине.

Он заговорил медленно, подбирая каждое слово:

– Послушай… потеря близких – это то, через что проходит каждый. Рано или поздно. Сначала кажется невыносимым, но ты справишься. В тебе есть сила, Мая. Ты выживешь. Ты обязана.

Его слова немного успокоили бурю отчаяния внутри меня. Я обняла его, и новые слёзы потекли по щекам, хотя казалось, что им уже неоткуда браться.

– Через четыре часа ваш рейс. Пришло время начать всё заново, – его голос звучал твёрдо, но с сочувствием.

– А похороны? – вопрос вырвался сам собой.

– Не стоит. Не мучай себя. Просто уезжай.

Дрожащими руками я начала машинально собирать вещи. Бездонная душевная пустота поглощала меня целиком. Внезапный рёв мотора разорвал тишину.

– Чёрт… – сердце замерло от страха. – нас нашли?

Полицейский голос нарушил спокойствие:

– Здравствуйте, вы Карнилова Маргарита Львовна?

– Нет… что случилось?

– Нам нужно поговорить с хозяйкой дома.

Бросившись в библиотеку, я нашла Кирилла.

– Полиция! – прошептала я.

Он вышел навстречу опасности. Я следила из окна, чувствуя, как колотится сердце.

– Что им нужно? – обеспокоено пробормотала, когда он вернулся.

– Ищут Рому. И тебя тоже.

Леденящий ужас пробежал по спине.

– Что ты сказал?

– Что не видел Рому два года, не знаю его контактов. О тебе – ни слова. – Кирилл отвечал содержано.

– Где Рома?

– У бассейна. Вещи собраны?

– Да.

– Пора ехать.

Возвращаясь за чемоданом, я заметила конверт на столе. Внутри записка:

«Береги себя».

Незнакомый почерк вызвал волну страха. Кто мог знать о моём местонахождении?

Машина привезла нас к дому, где ждал человек в деловом костюме.

– Теперь ты Дэнна Грин, шестнадцать лет. Рома – Джеймс Грин, твой старший брат. Девятнадцать лет.

В аэропорту я мельком увидела новости по телевизору. Наше фото, пропавшие дети. Трое погибли. Двое в бегах. Родители у экранов, их лица искажены болью. Но во мне не было ни капли сочувствия. Только каменеющий холод. Они сами виноваты. Мы бежали. Бежали от прошлого, от воспоминаний, от всего, что когда-то было нашим миром.

Лас-Вегас

Наш двухэтажный дом находился на тихой улице, будто не торопясь никого замечать. Светло – серые фасады, белые наличники, черепичная крыша. Окна с простыми занавесками. Вход через невысокое крыльцо с синей дверью и медным глазком. Внутри теплая кухня – гостиная, деревяный стол, книжный шкаф, кресло – качалка. На втором этаже три комнаты: две спальни и кабинет.

Я хлопотала у плиты, готовя ужин. Джей сидел за столом, рассеянно ковыряя вилкой в тарелке. Я же не могла отвести взгляд от окна, за которым находился задний двор, воробьи прыгают по дорожке, соседский кот растянулся под деревом, скрываясь от яркого солнца.

– Пойдём в клуб? – предложила я, нарушая гнетущее молчание. – Я заметила одно местечко неподалёку.

Джей поднял голову, в его глазах мелькнуло слабое оживление.

– Пойдём. Хочешь немного развеяться?

Вскоре на столе появился белый порошок. Мы разделили дорожку, и реальность поплыла мутными очертаниями.

Ночной Лас-Вегас встретил нас ослепительным блеском неоновых вывесок, яркие огни рекламных щитов резали глаза, превращая темноту в калейдоскоп красок и теней. Дорога извивалась между высотками, мимо проносились лимузины с тонированными стёклами, а воздух был пропитан смесью выхлопных газов и сладковатого аромата освежителей из открытых окон баров.

По мере приближения к клубу шум города становился всё громче: музыка, доносившаяся из открытых дверей заведений, сливалась в единую какофонию, а на улицах всё чаще попадались группы людей в вечерних нарядах.

Через двадцать минут петляний по извилистым улицам мы наконец оказались у входа в клуб, массивные двери охраняли два внушительных секьюрити, а очередь из желающих попасть внутрь змеилась вдоль фасада здания, теряясь в разноцветных огнях вывесок.

Текила жгла горло, басы пульсировали в висках. «Белый порошок» размывал границы между реальностью и фантазией. Я кружилась в танце, растворяясь в ритме, теряя себя в музыке.

Среди толпы я заметила Джея, разговаривающего с высоким парнем у бара. Незнакомец обернулся, и наши взгляды встретились.

– Дэнна! – окликнул меня Джей. – Познакомься, это Сэм. Он солист местной рок-группы.

– Красивое имя – Дэнна, – произнёс Сэм, словно пробуя его на вкус.

– Спасибо, – ответила я, чувствуя, как предательски краснеют щёки.

Сэм оказался ошеломительно красивым: азиатские черты лица, пронзительно-зелёные глаза и улыбка, словно сошедшая с рекламного постера.

Концерт превзошёл все ожидания. Сэм и его группа играли так, будто выворачивали души наизнанку. Я танцевала до изнеможения, пытаясь забыться в музыке, утонуть в звуках.

Пока группа играла, я то и дело ловила на себе взгляд Сэма. Он был странным, не то изучающим, не то оценивающим. В его глазах читалось что-то большее, чем просто интерес к новой знакомой. То ли это была симпатия, то ли что-то другое, более глубокое и непонятное.

Каждый раз, когда наши глаза встречались, по спине пробегал лёгкий холодок, а сердце начинало биться чаще. Я пыталась разгадать значение этого взгляда, но он оставался для меня загадкой, словно закрытая книга, страницы которой мне не суждено было прочесть.

После выступления Сэм пригласил нас на следующий концерт. Мы согласились, отчаянно нуждаясь в новой иллюзии нормальной жизни.

Вернувшись домой, я окунулась в густую пелену, туман из алкоголя и наркотиков застилал сознание, превращая мысли в спутанный клубок ниток. Каждый клубок воспоминаний тянул за собой новые нити, и я погрузилась в водоворот прошлого.

Перед глазами, словно кадры старого фильма, проносились образы друзей: их заразительный смех, наши общие мечты, беззаботные моменты. Мы были неразлучны, словно одна большая семья, связанная невидимыми узами дружбы и преданности. А теперь их нет. Смерть пришла безжалостно, оборвав жизни так внезапно и безвозвратно.

Сжав кулаки до боли в костяшках, я сделала глубокий, прерывистый вдох. Боль утраты сдавливала грудь, но я всё ещё жива. Жива, чтобы помнить, чтобы жить дальше. Ради памяти о них, ради себя, ради будущего, которое только предстоит найти. Будущего, которое я обязана построить в их честь.

Постепенно сознание затуманилось, и я погрузилась в тяжёлый, беспробудный сон.

Глава 3

Резкий, удушающий запах дыма вырвался из кухни, словно ядовитый газ, и мгновенно вырвал меня из объятий сна. Глаза распахнулись сами собой, а сердце затрепетало в груди, будто пойманная птица в клетке.

– Только не пожар! – прошептала я, вскакивая с матраса и хватаясь за горло.

На кухне стоял Джей, окутанный густыми клубами дыма, словно персонаж из постапокалиптической драмы. Его силуэт едва проступал сквозь серую завесу, а в руках он держал сковородку с чем-то.

– Ты решил устроить здесь филиал преисподней? – закашлялась я, пытаясь разглядеть его сквозь дымовую завесу, которая медленно расползалась по комнате.

– Нет, я просто… эм… пытался приготовить завтрак, – виновато улыбнулся он, отводя взгляд.

Я присмотрелась к его кулинарному шедевру. Блинчики напоминали куски древесного угля высшей пробы, будто кто-то решил сжечь дотла все надежды на нормальный завтрак.

– Да уж, вижу, какой завтрак ты приготовил. И это после всех твоих хвастливых рассказов о кулинарных талантах, – не смогла сдержать смех я, пытаясь не выдать своё беспокойство.

– Не суди строго, я только учусь! В следующий раз сгорит меньше! – парировал Джей, его оптимизм был заразителен даже в этой ситуации.

Мы сели за стол. Несмотря на кулинарную катастрофу, момент был каким-то удивительно уютным. Джей включил старую колонку, и музыка, словно целебный бальзам, начала заполнять пространство. На краткий миг мир замер в иллюзии спокойствия, где не было места прошлому и тревогам.

– Ладно, веселье закончилось, пора к делам, – сказал он, отодвигая пострадавшую сковородку, которая всё ещё источала дым. – Нам нужно закупиться: еда и реактивы.

– Разделимся?

– Ты в магазин, я в аптеку. Встречаемся у фонтана?

– Слушаюсь, товарищ командир, – шутливо отдала я честь, стараясь не выдать своё напряжение.

В магазине я быстро собрала всё по списку, стараясь не думать о том, что ждёт впереди. Кассир вежливо кивнул на прощание, и я решила прогуляться по торговому центру, просто побродить среди витрин и людей, вдохнуть жизнь полной грудью, хотя воздух здесь казался таким же искусственным, как и моя новая личность.

И тут я увидела его. Сэма. Он шёл с каким-то парнем: высоким, широкоплечим, с пронзительным, почти ледяным взглядом, который, казалось, проникал сквозь кожу.

– Ооо, Дэнна, привет! – Сэм, как всегда, лучился позитивом, но его улыбка сейчас казалась неуместной.