Особняк с секретом на улице Пряностей или Гад для попаданки

Глава 7

Мачеха с трудом успела её перехватить, хотя и сама выглядела неважно. Новость о том, что ценный дар дочери, открывающий все двери, исчез, окончательно её добила.

Я отчётливо услышала, как она процедила сквозь зубы два слова, в которых была и угроза, и обещание скорой расправы:

– Не сейчас.

Глава теневой службы, утратив к ним интерес, снова стремительно зашагал к выходу из подворотни. Мне пришлось бежать за ним, словно верной собачонке. При моём новом весе и непривыкшем к физическим нагрузкам теле было очень непросто поддерживать такую скорость, но ему было на это плевать. Хотелось дать ему пинка, но я задавила в себе это желание.

Мудрая женщина знает, когда нужно придержать характер. В любом противостоянии, особенно с противником, превосходящим тебя по силе, очень важно затаиться и понаблюдать.

– Покажешь дорогу. – Эдьен неожиданно остановился и пропустил меня вперёд.

К счастью, память Элии подсказала, где особняк. Он находился совсем рядом. Как, впрочем, и дом отца, где властвовала мачеха. Точнее, эти два особняка стояли почти напротив друг друга, через дорогу!

Честно говоря, я бы предпочла, чтобы мой особняк находился на другом конце города. Если всё-таки смогу отделаться от Эдьена и поселиться там, как-то не хочется постоянно натыкаться на мачеху и Ифису. К тому же у них теперь на меня огромный зуб.

Впрочем, у меня на них зуб не меньше. А ещё я невероятно хороша в разного рода противостояниях: битв, чтобы открыть и развить своё кафе, выиграно немало. Находилось предостаточно желающих забрать его у меня или же испортить репутацию и переманить клиентуру.

От некоторых родственничков, которые пытались примазаться и сесть на шею, до конкурентов. Ах да, ещё был жених с маньячными наклонностями… но о нём и вспоминать не хочется.

Однако же сейчас передо мной стояла другая задача: выжить. А точнее, как можно скорее разобраться с жильём и с едой, а главное – попытаться отделаться от главы теневой службы. Ведь если не получится, то и остальные задачи уже не будут иметь значения.

Чёткая цель всегда помогает собраться и отбросить лишние переживания. Поэтому я сосредоточилась на ней.

Однако когда мы покинули подворотню и вышли на улицу, все мысли временно вылетели из головы.

Уходящая вдаль широкая улица выглядела, мягко говоря, непривычно для жителя северного российского городка. Внезапно снова дали о себе знать беспорядочные воспоминания Элии, и в голове всплыло название “Улица Пряностей”.

Название очень ей подходило. Воздух был густо наполнен ароматами всевозможных пряностей, знакомых и незнакомых. Правда, и прочих запахов хватало. К ароматам корицы и шафрана примешивались запахи свежей выпечки и надоевших уже душистых масел (улицы ими, что ли, тут поливают?!).

Сахарно-белые куполообразные крыши домов таинственно переливались, создавая атмосферу восточной сказки. Вдоль дорог музыкально журчали узкие каналы с голубоватой светящейся водой. На поверхности вспыхивали крошечные огоньки. При взгляде на неё я ощутила невероятную жажду – пить хотелось просто безумно.

Мостовая из тёмно-красных кирпичиков блестела в свете лениво парящих над дорогой светящихся шаров. Она казалась невероятно чистой, будто её только что натёрли до блеска. В памяти (явно не моей) всплыли слова “магия очистки”.

Здесь всё было ярким и пёстрым настолько, что рябило в глазах: разноцветные навесы над многочисленными магазинчиками, витражи из цветного стекла, дома, стены которых украшены красной, бирюзовой и золотистой мозаикой…

Мозаика складывалась в изображения верблюдов, пальм, растений и каких-то загадочных существ, отдалённо похожих на шестилапых собак.

И хоть сейчас все магазинчики были закрыты, но в домах кипела жизнь: хлопали ставни, слышались приглушённые окрики и смех.

Сердце кольнуло от понимания, что у этих людей есть дом, уютный, привычный, безопасный.

А я сейчас словно потерянная песчинка, заблудившаяся во Вселенной.

Я невольно глянула вверх и застыла от восхищения: никогда не видела такого глубокого неба и таких ярких звёзд. Кстати, о песчинках… память Элии, которая продолжала работать со сбоями, внезапно подкинула мне очередную картинку. Етить-колотить… мы что, среди пустыни?

Точнее, не мы, а этот город. Кажется, он, словно оазис, окружён пустыней со всех сторон! То-то мне было так жарко, когда очнулась! И только сейчас, наконец, стало прохладно. Казалось бы, самое время для местных жителей открывать магазинчики и торговать, но нет.

Здесь ведь демоны появлялись с наступлением ночи.

Внезапно я поняла, что какое-то время стою на месте. Почему Эдьен меня не поторапливает?

Повернув голову, я напоролась на его взгляд, как на клинок из отточенной стали. Он всё это время наблюдал за мной и изучал реакцию.

– Ты осматривалась, будто впервые здесь оказалась. А потом запрокинула голову, словно взывая к кому-то.

“Например, к своему хозяину демону” – мысленно закончила я.

И хоть он говорил это бесстрастно, мне стало очень не по себе.

– Просто после того, как чудом выжила, всё видится по-новому, – размыто ответила я. – Жизнь так удивительна.

И не соврала, кстати. Просто толковать можно по-разному. Например, что после нападения демона я вдруг осознала, как прекрасна жизнь и как я люблю свой город.

Какое-то время царило неподъёмное молчание. Эдьен продолжал сверлить меня жутким и неподвижным взглядом голодного василиска, от которого сводило живот.

Поверил или нет? Даже не так. Он вряд ли хоть кому-то верит. Всё-таки должность обязывает. Поэтому в данном случае вопрос стоит по-другому: допускает ли он, что мой ответ может быть правдивым, или нет?

Кажется, мой ответ приняли. По крайней мере, он перестал сверлить меня взглядом и отдал короткий приказ:

– Веди.

Главное сейчас – не ляпнуть ничего лишнего и не вести себя как преступница, которой есть что скрывать.

Я без лишней спешки направилась через дорогу к нужному дому, продолжая незаметно подмечать детали нового мира.

Одежда немногочисленных прохожих, которые явно спешили домой, с тревогой оглядываясь по сторонам, тоже была очень яркой.

Местные жители носили платья, блузы и шаровары самых кричащих расцветок, а ещё невероятное количество амулетов и украшений, которые ритмично позвякивали при ходьбе.

К слову, на мне украшений почти не было: лишь отвоёванные бусы и какой-то потемневший от времени деревянный амулет на грязном шнурке.

После нападения демона было ясно, насколько этот амулет помогает с защитой. Судя по всему, мачеху моя безопасность не беспокоила от слова совсем. На той же Ифисе амулетов болталось не меньше десятка! И на шее, и на браслетах, и на поясе.

Зато одежда у меня была яркая. Хотелось бы знать, кто напялил на Элию это убожество. Неужели ей самой пришло в голову “удачно” сочетать безразмерную блузу горчичного цвета и ядовито-розовые шаровары?

Что интересно, постепенно я начала подмерзать. Отличный здесь климат! Донельзя жаркие дни и при этом холодные ночи. Никакой золотой середины.

Мы подошли к небольшому, но добротному двухэтажному особняку, который на этой пёстрой улице выглядел удивительно неприметным. Однако мне он понравился. На нём не было ни мозаики, ни витражей, ни украшений, лишь гладкие стены из светло-жёлтого камня с лёгким вкраплением золотистой крошки.

Я подошла к арочной деревянной двери. Эдьен следовал за мной так бесшумно, что, если бы не его давящая аура, я бы обернулась, чтобы проверить, не отстал ли он.

Стоило прикоснуться к узорчатой ручке из красного дерева, как она завибрировала, а по двери прошла волна. Стены особняка на миг замерцали, и дверь мягко открылась.

– Шагни за порог и скажи, что приглашаешь меня, – прозвучал позади голос Эдьена.

Он словно и не рассматривал вариант, что я могу его не пригласить. И правильно. Это было бы очень глупо.

Я шагнула в неожиданно просторный тамбур между дверями, и обернулась на Эдьена, который по-прежнему торчал за порогом и наблюдал за моими действиями.

– Входите, – произнесла я, легко открывая вторую дверь, и на всякий случай добавила: – Приглашаю.

Итак, посмотрим, что же за недвижимость мне досталась. Интересно, можно ли рассчитывать на некий аналог водопровода? Очень уж хотелось помыться и попить. Моё новое неповоротливое тело знатно пропотело и чесалось, а от жажды темнело в глазах.

Ещё очень беспокоили некоторые обрывки мыслей из беспорядочной памяти Элии. Кажется, вода здесь была очень ценной.

Едва мы оказались в доме, как Эдьен обогнал меня, стукнул кулаком по стене и распорядился:

– Свет!

Это сработало: в углах зажглись лампы. Они выглядели как небольшие кубики, наполненные светящейся жёлтой жидкостью. Светили, правда, не особенно ярко, поскольку были покрыты толстым слоем пыли.

Ох, как тут грязно… А это что? Откуда взялись странные подтёки из застывшей зелёной слизи на одной из стен? Ощущение такое, словно там когда-то прополз огромный слизняк.

– За мной! – распорядился Эдьен. – Ничего не трогать!

Спорить я не стала. Это было разумно: судя по словам торговца, в особняке постоянно происходило что-то странное. Вдруг здесь были какие-нибудь опасные сущности?

Двигаясь за главой теневой службы, я осматривала дом, чтобы прикинуть, смогу ли жить здесь.

Впечатление было странным. И нет, дело не в обстановке.

Почему-то меня никак не оставляло ощущение, что здесь всё фальшивое, словно декорации в фильме.

Казалось, что-то важное упорно прячется от глаз.

Видимо, Эдьен чувствовал нечто подобное, поэтому шёл медленно, с остановками, тщательно осматриваясь.

На меня глава теневой службы не смотрел, но я почему-то не сомневалась, что он контролирует каждое моё движение.

А со мной в это время творилось что-то странное: мне то и дело мерещился стук, будто бы от маленьких копыт. При этом мой спутник как будто бы ничего не слышал. Галлюцинации от жажды?

Глава 8

Мы медленно, шаг за шагом исследовали первый этаж, на котором располагалась небольшая гостиная, совмещённая с кухней, да ввергшая меня в тоску комнатка для гигиенических процедур с ванной, но без крана. Ванной явно никто давным-давно не пользовался.

Впечатление было удручающим: по слою пыли под ногами я без труда могла проследить, где ходил торговец, да и за нами оставались следы. При этом под пылью было видно, что пол состоит из чего-то вроде глинистой плитки.

С белёных стен тут и там осыпалась побелка, а под ней я видела симпатичные кирпичики из жёлтого камня, похожего на песчаник. Без побелки было бы куда уютнее. Если меня не арестуют, то непременно отковыряю её.

С ужасом рассматривая покосившиеся шкафчики на стене кухни, которые, казалось, вот-вот рухнут вниз, и каменную чашу в углу, заменявшую умывальник, я запнулась за подвернувшийся под ноги грязный матрас и едва не упала, чудом успев схватиться за… плечи Эдьена.

Надо отдать ему должное – он даже не пошатнулся, хотя вес ему пришлось удерживать немалый.

– Простите, – кашлянула я, выпрямляясь. Мне послышался откуда-то ехидный смешок. Да что за слуховые галлюцинации! И ведь очевидно уже, что это слышу только я.

Эдьен даже не обернулся и уж тем более не удостоил меня ответом. Подождав, пока я перестану за него цепляться, он просто продолжил путь. Да что надо делать, чтобы пробить его невозмутимость? За зад ухватить? О, вот тогда-то он, надо думать, точно бы отреагировал!

Кстати, почему на полу матрас? Кажется, торговец ночевал прямо здесь. Поверх матраса лежало скомканное покрывало, а рядом стоял очень низкий прямоугольный стол с резной столешницей.

Сидеть за этим столом можно было только опустившись на пол или устроившись на том же грязном матрасе.

Рядом с матрасом стояли две бесформенные пятнистые сумки, набитые, как видно, вещами торговца.

Судя по всему, он только недавно успел заселиться, и был, мягко говоря, не особенно чистоплотным. От царившего здесь запаха пота и ещё чего-то отвратительно-кисловатого становилось дурно.

Он даже не стал прибираться, а просто кинул матрас и покрывало возле стола.

Сам стол выглядел ужасно грязным, и на нём были остатки еды: грубая глиняная миска с густой коричневой похлёбкой на донышке да вскрытая пачка желтоватых квадратных хлебцев, похожих на несладкое дешёвое печенье из моего мира.

И хоть выглядело всё это не особенно аппетитно, у меня неожиданно свело живот от голода.

То ли он приходил сюда только ночевать, то ли особняк так пугал его, что он решил спать поближе к выходу. Даже вещи не распаковал. Или, может, он надеялся чуть позже заняться ремонтом? Но мог бы хоть немного прибраться?

– Какое свинство, – пробормотала я под нос и тут же вздрогнула, поскольку мне почудилось, что кто-то возмущённо хрюкнул поблизости.

При этом Эдьен не обернулся. Неужели только я это слышала?

Сделав пару кругов по первому этажу, мы направились к лестнице.

Как оказалось, вся она была заляпана зелёной слизью. К счастью, затвердевшей, в чём я убедилась, случайно на неё наступив.

– Да что за существо её оставило? – пробормотала я.

– Вот именно, – жёстко усмехнулся Эдьен. – Лично я не знаю ни одного существа, способного оставлять такие следы. А у меня есть информация обо всех чудовищах нашего мира. Разве что кто-то применил запретное заклинание, вскрывающее границу между мирами, и призвал нечто ужасающее.

Что-то мне резко разонравилась мысль остаться в этом особняке… Хотя если бы тут было какое-то чудовище, оно бы уже съело торговца. Кроме того, со мной сейчас определённо чудовище пострашнее, которое легко избавилось даже от демона.

Когда мы поднялись на второй этаж, где располагались две комнаты, стало ясно, почему торговец предпочёл пока ночевать внизу.

Эдьен по-прежнему шёл впереди, умудряясь как-то не наступать на обломки дерева и побелки, которыми был густо усыпан весь пол. Я пыталась идти также аккуратно, но не могла – под ногами постоянно что-то хрустело.

Что за сила сумела так расплющить стол? По нему будто каток прошёл! Относительно целым был лишь шкаф: он просто лежал на боку. И никаких следов одежды да и вообще ни единой тряпочки. Если в шкафу изначально не было одежды, зачем он тут стоял?

Может, мачеха одежду забрала? Но если она настолько мелочная, то почему шкаф оставила? Он явно не дешёвый, из красного дерева. Нет, что-то тут не сходится. Снова всплыла странная мысль о декорациях.

Я заметила, как что-то блеснуло под ногами и, присев на корточки, аккуратно подняла обломок зеркала. Он был острым, поэтому я решила убрать его, чтобы случайно не наступить, а потом вдруг увидела отражение в нём. Нет, не моё.

Я держала осколок под таким углом, что там должна была отражаться стена с обсыпавшейся побелкой. Но стены не было! Вместо стены я увидела дополнительное пространство и целёхонькую кровать, застеленную хоть и серым от пыли, но как будто бы целым покрывалом.

Однако в реальности никакой кровати не было! А на её месте по-прежнему находилась стена. Вполне себе плотная, в чём я убедилась, дотронувшись до неё.

Судя по всему, либо зеркало волшебное и показывает какую-то другую комнату, либо же здесь есть дополнительное скрытое пространство!

Может, сказать о нём Эдьену? Бусы тут же предостерегающе нагрелись. Мне казалось, я чувствую отголосок их эмоций. По крайней мере, мне пришло чёткое и однозначное понимание, что о здешних странностях глава теневой службы точно знать не должен.

В этот момент, словно что-то почуяв, Эдьен резко обернулся и увидел меня с осколком в руках.

– Решила убрать его с дороги, – спокойно пояснила я, откладывая его к стене и думая о том, что малышка Элия наверняка заверещала бы от неожиданности и заставила себя подозревать.

Сработало: Эдьен отвернулся и продолжил путь.

Второй этаж он обошёл три раза, но, видимо, так ничего и не обнаружил. Я таскалась за ним, мечтая об отдыхе, чистой воде и перекусе.

Закончив осмотр, глава теневой службы спустился вниз и направился к двери. Я вышла вслед за ним и поёжилась: когда успело так сильно похолодать? Пробирает ведь до костей!

На крыльце он, наконец, обернулся ко мне.

– Что-то не так с тобой и с этим домом. Похоже, твоя бабуля тоже была не так проста. И я обязательно подниму всю информацию о ней и узнаю, в чём дело. Почему наследство активировалось сейчас? Чары такого рода обычно вступают в силу по достижении наследником восемнадцати лет. Что ты помнишь о бабушке?

– Ничего, – честно ответила я.

Он шагнул ближе и снова навис надо мной. Ощущение было не из приятных. Мне казалось, что мне пытаются вскрыть черепную коробку, как консервную банку. Впрочем, почти сразу полегчало, а бусы снова нагрелись. Они по-прежнему защищали меня.

– Знаешь, почему я до сих пор не применил к тебе свою силу и не заставил сказать правду? – вкрадчиво уточнил Эдьен. И от этого голоса стало ещё страшнее. – Если полноценно воздействовать магией разума и сломать все барьеры, от человека мало что остаётся. Часто он не в силах восстановиться до конца. Поэтому я не делаю этого, пока нет веских доказательств. Предлагаю тебе ещё раз хорошо подумать. Ты ничего не хочешь мне рассказать?

Глава 9

Похоже, он так ничего и не обнаружил, но решил напоследок постараться на меня надавить. Вдруг признаюсь в чём-то?

– Нет, – спокойно и твёрдо отозвалась я. – Точнее, выговориться-то мне хочется, особенно после того, что мачеха и сестра творили в подворотне, но вы ведь не это имеете в виду. А вот мне предстоит как-то со всем этим разбираться. Домой уже не вернуться, как вы понимаете. Если бы я просила у демонов исполнения желаний, то вряд ли среди этих желаний были ссора с семьёй и грязный особняк почти без мебели. А из ценностей – один-единственный артефакт с характером, который даже нельзя продать, поскольку он уже выбрал хозяйку.

Он немного помолчал, пытаясь, как видно, понять, вру я или нет. А я не врала. Каждое слово было правдой.

– У тебя есть влиятельный жених, – наконец, проговорил он. Ага, всё-таки вдруг допустил вариант, что перед ним просто молодая женщина, оказавшаяся в непростой ситуации! Похоже, аргументы были убедительными. – Обратись к нему. Вряд ли девчонка вроде тебя сможет протянуть здесь хотя бы сутки. Ты явно не привыкла к работе, зато привыкла к комфорту и хорошему питанию.

Ну спасибо за совет, блин. Ещё и намекнул на мой вес между делом, гад!

– Благодарю, разберусь, – буркнула я, вживаясь в роль. – Жених… он страшнее мачехи.

Я поёжилась от холода, обхватив себя руками. Зря.

Эдьен, который как будто бы уже перестал смотреть на меня, как на зло во плоти, снова насторожился.

Взгляд опять стал режущим, а губы искривились в хищной ухмылке, больше похожей на оскал.

– Замёрзла? И, очевидно, очень. А ведь вечер не настолько холодный…

Я поняла, что что-то не так, но прежде чем сообразила, что ответить, у меня застучали зубы.

Громко.

Так, что он услышал.

– Интересно… – склонив голову набок, констатировал он. – Обычные люди не ощущают присутствие демонов, пока те не подойдут совсем близко. Поэтому я лично хожу на все дежурства, поскольку только я обладаю редким даром на расстоянии чувствовать ползущий от них могильный холод. И появился этот дар из-за того, что во мне ненадолго оказался демон, пытавшийся в меня вселиться. Но ты, похоже, тоже чувствуешь.

– Демоны… кружат? – Я сглотнула.

Паршиво-то как! Значит, где-то тут демоны? Да ещё и чувствует их только тот, в кого пытались вселиться! Соответственно, он снова решил, что моим телом мог кто-то завладеть, раз я тоже это ощущаю!

– Да. Они кружат поблизости. Что-то на этой улице, очевидно, притягивает их. Или, может, кто-то. Спрашиваю в последний раз – хочешь ли ты что-нибудь мне рассказать?

Ну вот. Похоже, я снова стала главной подозреваемой в нашествии демонов на этот район.

– Послушайте… – Я глубоко вздохнула. – Понимаю, это ваша работа, но… повторюсь, насколько же глупой я была бы, если бы дала вам понять, что мёрзну, а внутри меня сидел бы демон! А если бы вдруг я сотрудничала с кем-то из них, то наверняка не оказалась бы в такой паршивой ситуации, когда в родном доме меня считают врагом, а вместо дворца мне достался особняк с обломками мебели и подозрительной слизью!

Он продолжал смотреть на меня. Смотрел долго, и под его взглядом я мёрзла всё сильнее, хотя мои бусы в какой-то момент начали источать тепло, будто желая меня согреть.

Интересно, а знает ли он, что и сам забирает тепло, как те демоны, на которых он охотится? Наверняка знает. И наверняка нарочно пользуется этим. Прямо сейчас.

– Ты слишком умна для девчонки, которая до этого дня не могла никому возразить и позволяла всем собой помыкать, – наконец, изрёк он, рассматривая меня, как редкую дичь, как настоящий деликатес для безжалостного хищника, которым, без сомнения, этот мужчина и являлся. – Ты говоришь как взрослая умная женщина. Однако там, в подворотне, наблюдая за твоими родственниками, женихом и обидчиками, а также подмечая все их взгляды и высказывания, я сделал один вывод – все они считали тебя до крайности глупой, наивной и слабой. Раз тебе смогли навязать жениха, значит, ты не давала отпор всё это время. А сейчас ты явно демонстрируешь, что можешь за себя постоять. Я вижу решимость и твёрдость. Что-то мне подсказывает, что, если я наведу о тебе справки, то наверняка узнаю много любопытного.

Я похолодела.

Ведь все, включая соседей и тех, кто хоть немного знал Элию, расскажут ему, какой глупой, безотказной и беззащитной она была!

Он тут же поймёт, насколько правильные выводы сделал. При всём желании я бы не смогла сыграть ту Элию! Ведь она прямо в подворотне кинулась бы в ноги мачехе и, размазывая сопли по лицу, обнимала за колени сестру. Или сделала бы ещё что-то в этом роде!

И у меня, кажется, есть идея, как можно отразить этот удар. Кажется, есть довод, с которым не сможет поспорить даже он. Надеюсь, сработает! Иначе…

Несмотря на крайнее напряжение, я ответила так спокойно, как могла:

– После перенесённых потрясений люди меняются. Иногда очень сильно. Очнувшись, я вдруг почувствовала, что с глаз спала пелена, и пришла в ужас. Теперь я в полной мере осознала ценность жизни и больше не хочу проживать её впустую, тратя на тех, кто относится ко мне плохо. Неужели в вашей жизни не было момента, когда какие-то события изменили вас?

Я сказала это расчётливо, точно зная, что как минимум одно такое событие было. Ведь тот высший демон, который пытался в него вселиться, сильно изменил его.

И дело явно не только в серебристых глазах.

Он снова выдал усмешку-оскал. Сработало?

Глава 10

– Достойный ответ. Не прощаюсь, поскольку мы определённо совсем скоро увидимся.

Он развернулся и… просто ушёл. Вряд ли далеко и надолго, но всё же.

Что ж, очевидно, мои доводы показались ему убедительными. И хоть он меня подозревает, но не настолько, чтобы немедленно куда-то тащить и допрашивать. Полагаю, он допускает, что я всё же могу быть невиновна, однако специально меня запугивает, чтобы убедиться в этом.

И всё же за мной наверняка будут следить. И это хорошо, ведь где-то рядом, оказывается, кружат демоны.

Могут ли они проникнуть в дом? Надеюсь, нет… иначе вряд ли жителей просили бы меньше гулять. Видимо, всё-таки внутри домов не так опасно, как снаружи.

Память Элии никаких особых ответов мне не выдала. То ли по-прежнему работала со сбоями, то ли она просто не знала ответ.

Она знала только, что даже в шутку нельзя приглашать демонов в дом, поскольку каждому ребёнку здесь это вдалбливали в голову с самого детства. Видимо, без приглашения проникнуть в человеческое жилище им было затруднительно. Хотелось бы верить…

Я снова поёжилась и вернулась в дом.

Очень хотелось отдохнуть. А ещё есть и пить. В основном, конечно, пить.

Ох, как же хотелось воды… но, как ранее подсказала мне память Элии, вода в этом городе была невероятно ценной.

Журчащие каналы у дороги были проводниками магии, и из них воду брать было нельзя.

А где её брать?

Насколько я поняла, в богатых домах, в том числе в доме отца и мачехи, имелось подобие магического водопровода – штука достаточно дорогая. Чтобы установить такой, нужно за большие деньги приглашать умелого мага.

Таким водопроводом обычно хвастались перед гостями – далеко не каждый мог себе его позволить.

А вот чем мылись в небогатых семьях? Кажется, пользовались услугами специальных водоносов.

Но уверенности не было: малышка Элия не особенно интересовалась жизнью обычных людей. Она и в самом деле была совершенно несамостоятельной, поэтому только и делала, что варилась в своих переживаниях и заедала стресс.

Мачеха нарочно не давала ей чем-то по-настоящему увлечься, с детства пресекая любое увлечение, любое стремление к самостоятельности и любые попытки взять свою жизнь под контроль.