Мэйлинт. Часть 1

Он походил на чучело, которое наспех собрали из того, что подвернулось под руку: солома, осколки глиняных чаш, сухие палки, перья и клоки шерсти. Всё это было переплетено расплывающимися дымными лентами, пульсация которых могла напомнить сердечный ритм. Силуэт очертаниями отдаленно напоминал человека, но с равными по длине конечностями.

Опасность, о которой в народе ходила тьма страшных историй, оказалась настолько несуразной, что Мэйлинт поначалу испытала разочарование. Чучело-демона шатало, а то, из чего он состоял, плавно, словно в воде, терлось друг о друга, создавая тот самый звук. Он не проявлял ни намека на враждебность, даже не сдвинулся навстречу путникам.

И все-таки, чем больше Мэйлинт смотрела на демона, тем отчетливее ощущала, как медленно нарастает беспокойство. Демон, казалось, состоял из неестественно черного тумана. То, как он пульсировал и собирал воедино мусор в подобие человеческой фигуры наводило на мысль о его примитивной разумности. Дикая, чуждая природа, пугала неизвестностью. Чего можно ожидать от такого… существа?

– Невоплощенный, – коротко бросил маг и не оборачиваясь приказал Мэй. – Стой здесь.

– Хорошо, – послушно ответила она и проводила взглядом мужчину.

Он даже не отбросил в сторону плащ, который нес на сгибе локтя. Быстрый взмах свободной рукой, и на пальцах заискрился клубок полупрозрачных нитей. Следующее точное движение мага швырнуло магические нити прямо в центр сборного туловища демона. Магия стремительно оплела клубящиеся ленты тумана, по щелчку пальцев полыхнула фиолетовым пламенем. На следующий вздох то, из чего состоял демон, разлетелось по земле, а туман исчез без следа. Как и беспокойство Мэйлинт.

– Идем, – позвал маг и они вместе продолжили путь.

На смену удивлению пришло воодушевление: магия была прекрасна. Мэйлинт почувствовала, что губы растягиваются в улыбке. Смутившись несвоевременной эмоции, она опустила взгляд к земле и тихо выдохнула.

Пока Мэй находилась за спиной того, кто оберегал ее от опасности, но совсем скоро она сама станет тем, кто защитит ее саму и окружающих.

***

Местом, где Мэйлинт предстояло провести ближайшие годы, оказался небольшой деревянный дом, к которому они с учителем пробирались через лес так долго, что солнце начало клониться к закату. Даже закаленная большим количеством физической работы Мэй выдохлась и едва не плюхнулась от усталости у самого порога.

Никаких торжественных речей, ожидаемо, не было. Маг за весь долгий путь даже не удосужился спросить имя новой ученицы. И уж тем более своего не назвал. Мэйлинт старалась не думать о том, что это могло бы значить. Только от тревоги не получалось полностью закрыться. Казалось, что от нее в любой момент могут отказаться.

– Приберись тут, – едва осмотревшись внутри, сказал маг. – Я скоро вернусь.

И ушел, даже не рассчитывая на ответ.

Деревянный дом казался крепким, но запущенным без хозяйских рук. Внутри не было откровенной грязи, но пыль, песок и следы диких животных и птиц не позволяли с комфортом расположиться в новом жилище.

Мэйлинт дала себе минуту-другую отдохнуть и сразу после отправилась исследовать уголки дома. Быстро отыскав старый погрызенный веник и такую же бывалую тряпку, она приступила к уборке. Без воды пришлось, конечно, неудобно, но колодца во дворе не было, а идти в лес на поиски родника она не решилась.

К тому времени, как уборка закончилась, вернулся маг с дичью. Дал Мэйлинт задание общипать куропаток, которые принес, и почти сразу снова ушел куда-то с ведром. Но в этот раз отсутствовал гораздо меньше – похоже, рядом действительно был ручей.

Приняв общипанные тушки, маг отправил Мэйлинт отдохнуть, а сам принялся разводить костер во дворе. Мэй же уселась на широкие ступеньки дома, почему-то боясь выпускать мужчину из виду. В происходящее всё еще верилось с трудом. Однако стоило прислониться головой к перилам, как ее тут же одолел сон.

Проснулась Мэйлинт когда единственным источником света вокруг был костер. Не найдя сонным взглядом мага, она встрепенулась и едва не скатилась по ступенькам.

– Я здесь, – прозвучал тихий уверенный голос позади.

Мэй все-таки поднялась на ноги и тут же поклонилась:

– Простите, господин, задремала. Я могу чем-то помочь?

Мужчина передал Мэйлинт блюдо, на котором лежала зажаренная куропатка, а сам присел на ступеньку. В руках у него дымилась чем-то ароматным глиняная кружка.

– Садись и поешь.

Мэй очень быстро расправилась с едой. Она оголодала как волк и немного стыдилась своего аппетита. Но, судя по равнодушному выражению лица мага, ничего его не смутило. Он молча забрал у нее блюдо с косточками и через время вернулся из дома с еще одной кружкой и передал ее Мэй.

Они сидели плечом к плечу, но не касаясь друг друга. Запах заваренных трав согревал и отгонял крадущуюся ночную сырость.

– Как твое имя? – вдруг спросил маг. Он расслабленно положил перед собой руки на колени и впервые за всё их совместное пребывание прямо посмотрел на Мэй.

– Меня зовут Мэйлинт, – стараясь скрыть трепет в голосе ответила она.

– Мэйлинт. Мягкое и податливое, как расплавленная сталь, – задумчиво проговорил маг. – Посмотрим, получится ли выковать из тебя прочный клинок.

– Я буду делать все, что вы скажете, господин.

– Не господин я тебе.

– Тогда как мне к вам обращаться, г… – Мэй запнулась, а потом неуверенно добавила: – Учитель?..

Мужчина едва слышно вздохнул и прикрыл глаза, словно прислушиваясь к себе. Несколько мгновений показались Мэйлинт слишком длинными для ответа на такой простой вопрос.

– Вот так и можешь называть, – наконец отозвался учитель. – Зовут меня Таке, но при посторонних никогда не называй меня по имени. И никогда никому не раскрывай его. Умение держать язык за зубами и своевременно выдавать информацию – не последнее в списке важных качеств мага.

Как только Таке поднялся, Мэйлинт вскочила следом.

– Спасибо, что доверили мне свое имя. Можете быть во мне уверены, учитель. Я его никогда и никому не скажу.

– Даже под пытками? – в голосе Таке не было ни намека на шутку. Одним холодным взглядом мужчина заставил Мэй замереть на месте.

Очень медленно, спустя долгие часы дороги, к Мэйлинт подбиралось осознание того, насколько прямо сейчас меняется ее жизнь. Теперь ее слова имели вес и последствия. К этому нужно было привыкнуть.

– Под пытками?.. – переспросила она.

– Такое возможно, – назидательно заметил Таке. – Не бросайся словами и тем более обещаниями, если не знаешь, на какие жертвы ради них нужно будет пойти.

– Простите, учитель, – покаянно опустив голову, прошептала Мэйлинт.

– Хватит пресмыкаться!

Это был не крик, но голос резче и громче того, к которому Мэй успела привыкнуть.

– Мы с тобой впервые заговорили, а мне уже надоели твои заискивания, – вернув голосу спокойствие, проговорил Таке. Будто и не было этой короткой вспышки негодования. – В чем дело? Чего ты хочешь добиться?

– Я… я… – недовольство наставника разом выбило весь воздух из легких Мэйлинт. Она сцепила ладони в замок, опустила голову и зажмурилась – не хватало еще расплакаться перед ним. – Я боюсь, что вы откажетесь от меня и мне придется вернуться домой.

– Если продолжишь в том же духе, так и случится, – пообещал Таке и спустился на две ступеньки ниже, чтобы их с Мэйлинт взгляды были на одном уровне. – Посмотри на меня.

Мэй сделала короткий вдох и подняла голову. Ей показалось, что ярко-голубые, словно отмель озера в солнечный день, глаза Таке видели в ее душе больше, чем она сама могла высказать.

– Запомни мои слова раз и навсегда и не подвергай больше испытаниям мое терпение, – на удивление спокойно потребовал Таке. – Я дал слово, что научу тебя магии – я его сдержу. Твое обучение будет доведено до конца, после чего ты станешь полноценным, сильным, самостоятельным магом.

Губы Мэй непроизвольно растянулись в улыбке. Всё, что ей сейчас было нужно – доверие. И она чувствовала, как оно зарождается приятным теплом в груди.

– Спасибо, учитель.

Глава 6

На следующий день после того, как они пришли в дом, ничего кроме бытовых дел не происходило. Мэйлинт казалось, что Таке тянет с началом обучения, поэтому вопреки своему же обещанию и заверению мага она нервничала. Томилась в неведении, но исправно выполняла все поручения по дому, пока Таке отлучался куда-то в одиночку.

Когда в полдень учитель вернулся с увесистыми сумками, Мэй удалось перекинуться с ним парой фраз. Вынужденное безделье не давало покоя, она не привыкла быть без работы.

– Я могла бы собрать ягод или грибов впрок. Или разбить возле дома небольшой огород: зелень и травы никогда не бывают лишними, – предлагала Мэйлинт, пока Таке выкладывал из сумок нехитрые богатства: простенькие одеяла, огниво, свечи, глиняный горшок и топор. Рядом стояли два не новых, но приличного вида ведра.

– Пытаешься быть полезной? – небрежно бросил Таке и снова направился к выходу из дома.

– Так было бы правильно. Может есть какие-то поручения для меня?

Он остановился так резко, что Мэйлинт неловко затормозила только через пару торопливых шагов.

– Во-первых, ты торопишь события, – заявил Таке и подошел поближе. – Во-вторых, я тебя не в кухарки брал, а в ученики. Спасибо, что предлагаешь помощь, но не будь навязчивой.

Навязчивой? Мэй совершенно не чувствовала себя такой, но под пожелания учителя стоило подстроиться: им предстоит провести еще много времени бок о бок.

– Имей терпение дождаться моих новых указаний. Я не из тех, кто бросает молодую кровь сразу в пекло. В моих интересах обезопасить и взрастить хорошего мага, – доходчиво объяснял Таке, не спуская глаз с притихшей Мэйлинт. – Жди до вечера. И подумай над тем, что такое магия и кто такой маг. Вечером расскажешь мне.

Он снова ушел, а Мэйлинт, обрадовавшись какой-никакой задаче, чинно села размышлять. Она неосознанно ухватилась за подвеску из бирюзы и задумчиво прижала ее к подбородку.

Что она вообще знала о магии?

Всю жизнь, с тех пор как Эрвин увлек ее рассказами о приключениях и подвигах магов, Мэйлинт мечтала о свободе и путешествиях. О сладком ощущении быть не привязанной к одному месту и встречать на своем пути множество интересных людей. Мечтала владеть магией, но мало задумывалась о цене за все это.

А ведь до результата, коим и является магия, Мэй предстоит проделать большую и сложную работу. Смертельно опасную.

Все ее знания сводились к историям брата и кое-каким скудным новостям от проезжих в деревне. Все знали, что по миру разбросаны бреши, из которых выходят демоны. Что демоны убивают людей, а самого демона может убить только маг. Что свои силы маги получают от природы или по крови.

Эрвин говорил, что маг – это страж. Рубеж между смертью от существ из разрыва ткани мироздания и благополучием нашего мира. Быть магом значило возложить на себя ответственность за жизни других, за сохранность и неприкосновенность нашего мира. И вдобавок неофициально служить высшим моральным ориентиром.

Получается, маг – это в первую очередь защитник?

Мысль о том, что Мэйлинт может стать защитницей кого-то или чего-то осторожным восторгом согрела душу и отодвинула подальше страх от скорой встречи с демонами. Жажда покинуть дом была настолько сильной, что Мэй совершенно забыла о том, что вместе с магией получит и беспощадных врагов.

Да, она страшилась встречи с демонами. Не с такими как тот, что Таке уничтожил в лесу. С другими, которые уродуют и поглощают душу, превращая человека в монстра. Но не страшнее ли было остаться в родной деревне в качестве прислуги и матери для потомства нелюбимого мужчины?

В очередной раз в груди ощутимо содрогнулось. Если внутри тела в самом деле есть душа, то душа Мэй, похоже, готова была сгореть в демонической агонии, чем прозябать на задворках деревни.

Одинокий дом в лесной глуши окутывал дивным спокойствием. Ветер, гуляющий высоко в густых кронах, касался слуха ласковым шепотом листвы. Среди стволов тонких деревьев мелькнул рыжий бок косули, сорвалась с ветки, поспешно хлопая крыльями, незнакомая птица. В каждом звуке Мэйлинт чудилось тихое приветствие этого места и деликатный интерес от местных обитателей. Ее прежний дом тоже находился недалеко от леса, но она никогда не испытывала такого спокойствия, как здесь. Там, в родной деревне, остался груз истории семьи, что давил на ее плечи, словно на неокрепшее деревце, пригибая к самой земле. Теперь Мэй сбросила ярмо и начинает свою собственную историю. Историю силы и свободы.

***

Вечерний разговор Мэйлинт ждала как… Она уже давно так сильно ничего не ждала. Предвкушение не давало усидеть на месте: Мэй осмотрела каждый уголок в доме, обошла двор и даже немного изучила лес рядом, но совсем немного, чтобы случайно не заплутать и не оставить жилище без присмотра. Вещей с момента ухода из деревни у нее не прибавилось, перекладывать было нечего. Всё, что лежало в доме, она старалась не трогать без крайней необходимости и без указаний, чтобы ненароком не вызвать недовольство у наставника.

В ожидании Мэй несколько раз переплетала косу. То небрежно, то с вычурным узором, который когда-то подсмотрела у Эльзы, но стеснялась попробовать на себе – не хотела привлекать внимание сестер. Ее волосы не знали воды и мыла с последнего постоялого двора, поэтому их хотелось затянуть потуже, чтобы не мешались.

Банной пристройки рядом не обнаружилось, но в доме была печь, на которой можно было подогреть воду. Сегодня даже ведра появились, но где брать воду, Таке так и не показал. Поэтому Мэйлинт оставалось лишь тоскливо перебирать кончики волос заплетенной косы и ожидать новых указаний наставника.

Таке вернулся, когда солнце еще не успело окончательно скрыться за деревьями. На сидящую на ступенях Мэй он никак не отреагировал. Увешанный новыми сумками, проследовал мимо так, словно поблизости никого и не было. А когда снова появился на пороге, легким кивком головы поманил за собой.

– Покажу, где воду набрать, – пояснил он на ходу.

Мэй лишних вопросов не задавала. Легко вскочила на ноги и радостно зашагала следом, радуясь что наконец для нее нашлось дело.

Путь оказался не слишком далеким, но спуск по крутому склону в низину не был похож на легкую прогулку. Неправильно поставишь ногу – рискуешь кубарем скатиться вниз. Не помрешь, но покалечиться можешь.

Журчание воды Мэйлинт услышала еще до того, как они вышли на пологий каменистый берег. Ручей оказался широким, больше похожим на неглубокую речушку. Он спускался с небольшого холма, звеня на порогах и приглушая все остальные звуки.

– Вода чистая, но холодная. Не мойся здесь – простудишься.

Мэйлинт едва сдержала вздох. Вода нашлась, но желанные банные процедуры оставались всё ещё далеким удовольствием. Колодца во дворе не было, а отсюда, да еще и по склону, ведер не натаскаешься.

Видно безрадостные мысли отразились на лице Мэй, потому что Таке добавил:

– Есть еще более длинный путь, но менее крутой. Назад как раз по нему и пойдем. Потом выберешь, какой тебе удобнее. И здесь, в этом доме, надолго мы не задержимся.

Они прошли к старому раскидистому клену и расположились на его выступающих из-под земли корнях. С ручья тянуло сыростью и мокрой землей. Мэйлинт любила эти запахи. В прежней жизни они сопровождали ее самые свободные и спокойные моменты.

– Голодная? – вдруг поинтересовался Таке, присаживаясь на расстоянии вытянутой руки от Мэй.

– Немного.

Она зачем-то приврала. Утром Мэйлинт доела хлеб, который вчера принес Таке. Больше съедобного ничего не было. Похоже, наставник забывал, что ей нужно больше еды, сна и сил на существование, чем магам, с которыми он, вероятно, привык иметь дело.

– Держи, – Таке протянул горсть орехов, которую достал из кармана. – На обратном пути проверю силки, приготовим мясо.

– Спасибо, – поблагодарила Мэйлинт и бережно приняла перекус. Старые ядра лесного ореха чуть горчили, но даже такая еда сейчас была очень кстати.

Таке не торопился заводить разговор. Мэй истолковала молчание как паузу для ее короткого перекуса, да только выглянувший из-под рубашки наставника кошелек распалил в ней такое любопытство, что она впервые не могла его выдержать.

Как кошелек ее обидчика из подворотни оказался у Таке?

– Учитель, могу я задать вопрос? – осторожно начала Мэйлинт, в душе молясь всем возможным высшим силам, чтобы Таке не пресек ее попытки поговорить о чем-то не касающемся обучения.

– Спрашивай.

– Как вы оказались в том же тупике, где и я? Где меня задержала Сабина. Та девушка со своими прихвостнями.

Мэй показалось, что на лицо Таке легла тень, однако в следующее мгновение он вернул себе привычное беспристрастное выражение.

– Один из прихвостней, как ты их назвала, увел у меня вещь, которая мне была нужна.

– Украл? – пораженно выдохнула Мэй. Неужто Сабина наняла настолько непроходимых идиотов, которые воруют у магов?!

– Не украл. Нагло и весьма унизительно перекупил кошель, который мне понравился, – будто бы нехотя рассказал Таке. Он недовольно сощурился и сложил перед собой руки на груди. – Вот я и пошел за ним, чтобы… поторговаться. В итоге нашел кое-что более интересное.

Значит ей не показалось. Красивый темно-зеленый кошель с золотой вышивкой того громилы в самом деле теперь у Таке. Наставника в подворотню привела случайность.

– А теперь я слушаю, – резко сменив курс беседы, проговорил Таке и напомнил: – Магия. Всё, что знаешь.

Мэй еще не успела разобраться в чувствах после того, что узнала, как наставник уже взял ее в оборот. Она отряхнула с одежды шелуху от орехов и выпрямилась, хотя Таке на нее не смотрел.

– Магия, – поборов дрожь от волнения, начала Мэйлинт, – это дар природы человеку, чтобы он стал тем, кто может защитить обычных людей от демонов, которые появляются из брешей. Так как бреши нельзя закрыть, главной задачей мага становится истреблять демонов и вовремя отыскивать бреши, чтобы пострадало как можно меньше людей. Маг – это защитник. Магия – высшая сила, дар для защиты нашего мира.

– Магия – это и есть природа, – уточнил Таке. – Ее продолжение, жизненная сила. Точно так же, как и человек, получивший способности, является продолжением природы. Ты знаешь, как в ученых кругах зовут магов?

Мэйлинт не знала, о чем и сообщила, отрицательно покачав головой.

– Кратко – Ланиары. На языке имен – Лаватис Саниар. Что-то вроде росток природы или земли в значении мира. Тот, кто освоит магию, никогда не станет обычным человеком снова. Либо погибнет, либо исчерпает себя и тогда все равно погибнет, оставшись оболочкой мага. Изменения – навсегда. Ученичество – твой шаг в сторону. От семьи, от общества и от самой себя в том числе. Длительное и осознанное новое рождение. Ты готова к этому?

– Да, – без колебаний ответила Мэйлинт. – Магия – мой единственный шанс на новую, более счастливую жизнь.

Со стороны Таке донеслось едва слышное «хм». Мэй собиралась продолжить говорить, но наставник перехватил инициативу.

– Итак, что известно о демонах? Три уровня опасности от низшего к высшему: невоплощенные, одержимые, договорники.

Он наконец посмотрел на Мэйлинт, приглашая к разговору и продолжая прощупывать ее знания.

– Невоплощенного мы видели по дороге сюда, – с энтузиазмом подхватила Мэй. – Они похожи на… будто мусор в вихре кружится.

– Верно, – одобрил Таке. – Чаще всего они встречаются в форме подобных мусорных вихрей, когда пытаются принять материальную форму. Невоплощенные еще могут стелиться туманом. Так они собой же создают ловушку в поисках жертвы. Всегда оставайся внимательной и тогда обезвредить их будет проще простого.

– А в животных демоны могут вселяться?

– Нет. Только в людей. Почему – доподлинно неизвестно.

Мэйлинт нахмурилась. Значит, как минимум часть услышанных ею историй про жутких монстров демонов-животных – неправда. Столько страшилок ходит в народе, неудивительно, что некоторые приукрашивают случившееся, чтобы нагнать ужаса или преувеличить свою храбрость.

– Если человек попадет в такую ловушку, он станет одержимым? – продолжила расспрашивать Мэй.

– Люди или слабые маги – да, сильные маги – нет. Первых ждет гибель в любом случае, вторых – пытка болью и галлюцинациями, которая истощит ресурс настолько, что станешь легкой добычей даже для любого, кто сильнее ребенка. Восстановление будет долгим и неприятным.

– А как понять, что маг достаточно силен, чтобы не стать одержимым?

– Проверять не стоит. Цена слишком высока. Одержимость – это приговор. Способа как разделить демона и человека еще не нашли, однако демоны прекрасно уничтожаются вместе с человеком, – на последней фразе Таке сделал акцент. – Никто не будет пытаться тебя спасти. Сразу же убьют.

– То есть после смерти одержимого демон не выходит из его тела, а погибает вместе с носителем?

– Да.

Как болезнь, от которой нет лечения – сразу смертельно. Мэйлинт никогда не слышала, чтобы одержимых исцеляли. Чаще всего по слухам их именно убивали. Знание это не новое и не шокирующее, но сейчас оно открывало куда менее героические способы для эффективной победы над одержимыми.

– Одержимого, в отличие от договорника, видно сразу: они всегда выглядят так, словно в любую секунду готовы прыгнуть на тебя. Характерная сгорбленность, дрожащие руки, черные глаза и черные вены, сетью оплетающие тело. Рычат или неразборчиво говорят. Даже не пытайся их понять. Вероятно они пытаются имитировать нашу речь, чтобы сбить с толку жертву.

Договорника же бывает сложно вычислить. Если подчинение демона прошло быстро и успешно, на первых порах договорник неотличим от обычного человека. Лишь со временем появляется нездоровая краснота вокруг глаз, а белок становится серым, цвет кожи бледнеет, начинают дрожать пальцы, возможны даже судороги. Договорник быстро чахнет из-за близкого соседства с демоном.

– Как договорники выдерживают сосуществование в одном теле с демоном? – ошеломленно прошептала Мэйлинт. – Кем нужно быть, чтобы пойти на такое и выдержать?

– Не о том думаешь, – неодобрительно произнес Таке и поднялся со своего места. – О демонах подробнее прочитаешь в книге, я оставил ее у тебя в комнате. Там же есть теоретические основы магии. До конца недели вызубри ее от и до. Сначала знания, потом отработка на практике.

– Хорошо.

Мэйлинт еще не видела, насколько большая книга ее ожидала, но уже предвкушала бессонные ночи. Хорошо, что она вообще умеет читать. Безграмотность наверняка стала бы большим препятствием в обучении.

От размышлений Мэйлинт отвлек Таке. Он встал прямо напротив нее, захватывая собой всё ее внимание.

– Три основных правила, которые тебе нужно знать на начальном этапе, – он выставил перед собой руку, сжатую в кулак и начал поочередно отгибать пальцы. – Первое и самое важное: демон – всегда враг. Особенно, когда он в теле. Второе: магия в тебе имеет лимит. Грамотно распоряжайся силой и сверяйся с внутренним ресурсом, чтобы не исчерпать себя и не погибнуть. Третье: с умом выбирай позицию. Маг – не титул в кругах власть имущих, но из-за силы к нам прислушиваются и даже пытаются переманить на свою сторону. Не всегда честными методами. Всё поняла?

– Да, учитель.

– Повтори.

– Демон – всегда враг. Магия имеет ограничение. С властью вести себя осторожно.

Таке удовлетворенно кивнул.

– Вопросы?

– Магией может овладеть каждый, ведь так? – с замиранием сердца спросила Мэй. Вера в свои сила была у нее крепка, но что, если самое важное от нее не зависит?

– Нет.

Ответ был коротким и безжалостным.

У Мэйлинт не повернулся язык спросить, что будет, если ей не удастся овладеть магией. Таке тоже не нарушал тишины. Но ведь если он взял Мэй в ученицы, значит надежда есть?

Наставник отошел к ручью и поманил за собой Мэйлинт.

– Опусти ладонь в воду и скажи мне, что ты чувствуешь? – приказал Таке после того, как она подошла ближе.

Мэй опустилась на колени и коснулась воды сначала кончиками пальцев, а потом погрузила руку до запястья.

«Холодная».

Сначала кожу будто пронзили тысячи иголок, но уже через пару мгновений она начала быстро терять чувствительность. В конце концов рука заболела и от ледяной воды заломило суставы.

– Чувствую холод и боль, – честно ответила Мэйлинт, подозревая, что не такой ответ от нее ждут.

– Что-нибудь еще?

Мэй снова с усилием прислушалась к себе, но ничего необычного не отметила, о чем и сообщила. Ей показалось, что на лице наставника проскользнуло разочарование.

– Смотри, – вместо порицаний или объяснений проговорил он, опустил руку в ручей и развел указательный и большой пальцы.

Мэйлинт позабыла о боли и завороженно уставилась на фиолетово-перламутровые искорки, пляшущие в потоке воды. Она все еще не чувствовала ничего необычного, но теперь точно знала, что магия рядом. Повинуясь порыву, Мэй поднесла ладонь ближе к руке Таке и попыталась зачерпнуть магию. К сожалению, чарующие искры не желали задерживаться в ее руках и, подобно своенравному ручейку, огибали ее пальцы.