Дело молодое

Дмитрий Кряжев

Дело молодое

Предисловие.

После выхода романа "Записки нерецидивиста"автор получил несколько отзывов, в которых читатели спрашивают: – А где Кряжев в быту, где он не только в судах и в битвах с жуликами? Почему не раскрыта сама личность человека?

Чем ответить на такой запрос неравнодушных читателей, которых автор очень уважает? Конечно новой книгой.

В этом сборнике новелл собраны истории различных лет, охватывающие период девяностых, начала двухтысячных и наши дни. Хронологически истории, изложенные в этой книге, пересекаются с романом «Записки нерецидивиста». Но здесь будет много историй пережитых друзьями автора.

Итак, в духе современного легкого чтива про попаданцев и прочего книжного зверинца начинаем новую книгу:

В те времена, когда страна переживала переломные моменты, а жизнь менялась с невероятной скоростью, это про девяностые прошлого века, один человек продолжал бороться с несправедливостью и злом. Его имя – Кряжев. Он известен многим по «Запискам нерецидивиста», где описаны его встречи с законом и борьба с жуликами.

Но кто он такой в быту? Как живёт вне судов и битв?

Какая гадость получается! Нет, не могу, уважаемый читатель. Лучше буду писать так, как умею. А как получилось, судить вам, тем, кто осилит мои новеллы!

Глава 1.

Сегодня мой день рождения. Ноябрь.

Глянул в окошко, а там. Не хочу выходить. Не люблю мороз после тепла.

Сегодня заметно похолодало. Градусов двадцать ниже нуля. Морозное марево висит над городом.

Вот вчера, было около нуля. Тепло, слякотно. Но самое главное – можно идти в куртке и без шапки.

А сегодня. Деревья покрылись белым саваном. Иней спасает флору от мороза. Благодаря морозу, улицы преобразились. Стало всё белее и наряднее. Но холодно. Редкие прохожие, зябко подняв воротники пальто, семенят куда-то по делам. А вот вчера.

Сегодня с утра забежал Виталий. Поздравил с днюхой. У него для меня новость и подарок.

Мы с Виталием, моим другом и по совместительству теперь уже бывшим одноклассником, идем к его тетке, в контору, работать, а точнее играть на компьютере IBM AT 286.

На дворе тысяча девятьсот девяносто второй год. Мы молоды, глупы и полны иллюзий по поводу наших возможностей и жизненных перспектив. Мы второкурсники, грызущие гранит науки. Где-то краем нас касаются новости о катаклизмах, бьющих наше государство. Но пока мы свято верим в светлое наше будущее.

В одиннадцатом часу выходим из дома.

На улице – гололед. Настоящая катушка.

Нам надо добраться на левый берег. Заехать за братьями Виталия. А затем ехать куда-то на Сопочную. К своему стыду я не знаю где это. Вот правый берез с его Красрабом, улицами Вавилова, Корнетова, Шелковой, 26 бакинских комиссаров, Рейдовой и другими, я знаю. А вот Сопочную. – Нет, не был. Копылова еще проезжал как-то на троллейбусе.

Не помню, но каким-то странным образом, мы вдруг едим через Октябрьский мост. Хотя ехать через Коммунальный было бы от кинотеатра Родина и ближе и разумнее.

Вдруг шум, автобус резко останавливается.

– Уважаемые пассажиры, дальше автобус не пойдет, впереди пробка.

Мы выходим из автобуса. Впереди, на улице Белинского настоящая пробка из столкнувшихся автобусов. Где-то со стороны улицы Карла Маркса надрывно завывает сирена. Кого-то кажись придавили на этой горке-покатушке. В новостях потом об этом расскажут.

Мы с Виталием проходим мимо. Пешком добираемся аж до гостиницы «Север», что на улице Ленина.

Братья еще не собраны. Они удивленно смотрят на меня. Потом выдают Виталию:

– А этого то зачем взял?

– Хотел ему подарок сделать, все-таки редко мы с IBM контактируем. – Виталлий просящее смотрит то на одного, то на другого брата близнеца.

Я с интересом рассматриваю квартиру чиновников мелкой руки. Высокие потолки, отдельные комнаты у каждого домочадца.

– Хорошо, пусть едет.

Один из братьев достает электробритву и пену.

– А это зачем?– удивленно я показываю на баллончик с пеной, – Ты же электробритвой бреешься, она сломается.

– Сломается – новую купим. – говорит молодой человек, покрывая пеной редкий пушок на щеках. Братьям еще только шестнадцать.

Наконец братья собраны. Мы выдвигаемся в сторону Сопочной.

Выйдя на Копылова из автобуса мы пробираемся сквозь морозное марево вдоль частного сектора куда-то в неизвестность.

В девяностых на Сопочной, кроме здания СЭС (санитарно-эпидемиологической станции) и школы, не было строений выше двух этажей. Поэтому здание СЭС, куда мы и направлялись, пройти мимо было нельзя.

Мне показалось путешествие вечностью. Но все рано или поздно приходит к финалу. Минуя полу спящего вахтера, мы поднялись на второй этаж. Один из братьев достал ключ и открыл кабинет.

Посреди кабинета, на обыкновенном столе стояло это чудо инженерной мысли – IBM AT.

Братья с чувством превосходства разрешили нам с Виталием включить это творение американской промышленности. Благо у нас уже был опыт работы и с компьютерами ДВК, Агат, БК, поэтому мы не растерялись. Через некоторое время экран компьютера засинел панелями Norton Comandera, консольного приложения, облегчающего работу в операционной системе DOS.

В целом вечер прошел интересно, мне с Виталием удалось даже сыграть между собой в Mortal Combat, только что начавшую захватывать мир файтинговую компьютерную игру.

Время пролетело быстро и в шесть вечера братья предложили закругляться.

На улице казалось было уже все минус тридцать.

Обратный путь прошел без приключений.

– Завтра в шесть приходи, попразднуем – говорю я, прощаясь с Виталием. – Еще раз благодарю за необычный сюрприз!

Глава 2.

Я родился и вырос в СССР. Для многих, родившихся после девяносто первого года, это ничего не значащие сокращения. Для нас, детей семидесятых, Союз Советских Социалистических Республик был великим государством. Мы гордились своей страной.

Не смотря на очереди за продуктами в последние годы восьмидесятых, у меня гораздо сильнее сохранилось память о том чувстве уверенности в завтрашнем дне, которое было у многих тогда. Ну да ладно, это было детство – самая прекрасная и беззаботная пора жизни.

Мои первые потуги на писательской стезе датируются, годом так тысячи девятьсот восемьдесят первым, когда я пытался сочинить повесть о трех друзьях и их приключениях. Сюжет был навеян событиями из повести «Кондуит и Швамбрании» Льва Кассиля, только вместо морских путешествий, были странствия межпланетные, на космическом корабле, который отважные исследователи собрали во дворе из детских качелей. Героями данного творения конечно были я и мои друзья, первоклассники Костя и Аня. Дети на страницах книги были великими космонавтами, открывавшими для себя и человечества новые миры.

Я в течении нескольких недель сочинял это эпохальное творение, записывал всё в тетрадку в клеточку. Здесь же в тетрадке сам себе был иллюстратором.

Когда половина тетрадки была исписана, я дал прочесть свое творение Косте.

Но к моему величайшему разочарованию первый вопрос который задал школьный товарищ, было:

– А почему она, ракета, играет на скрипке?

– У меня нет ракеты, играющей на скрипке, это Анька играет.

– Но тогда почему не с двумя «н», Анна правильно.

И еще ряд орфографических ошибок, на которые указал одноклассник.

В итоге товарищ зарубил на корню мой порыв создать величайшее произведение о юных космопроходцах.

Позже я начал писать стихи, как и многие школьники того времени. Где-то немного наивные и нескладные, где-то даже получалось. Но до выдающегося успеха моего друга, сочинителя Славы, мне конечно же было далеко.

Этот успех Славке принес вольный пересказ романа про рабыню Изауру.

Осенью тысячи девятьсот восемьдесят восьмого года по Центральному телевидению начали показывать бразильский сериал «Рабыня Изаура».

В то время мы с мамою были у родственников в Кировской области, в городе Котельнич.

Могу сказать с уверенностью, что все население страны, смотрящее телевизор, было увлечено просмотром этого фильма.

Сюжет фильма посвящён истории борьбы за любовь и свободу. Главная героиня, Изаура – рабыня, которой предстоит пройти множество испытаний, прежде чем она обретёт долгожданное счастье с любимым человеком.

История разворачивается в Бразилии в 1860-х годах. Изаура, белая рабыня, дочь рабыни-метиса и белого надсмотрщика, живет в доме командора Алмейды и его жены доньи Эстер в Рио-де-Жанейро. Донья Эстер вырастила её как свою собственную дочь. Изаура образованна, красива, скромна. Почти все её любят, особенно Жануария, кухарка. Однако её хозяин, командор, не особенно любит Изауру и запрещает донье Эстер пускать её обедать с ними как члена семьи. Другой человек, который ненавидит её, – чёрная рабыня Роза, которая презирает привилегированную жизнь, которую ведёт Изаура.

Сериал был по какой-то причине в восемьдесят восьмом году был показан не полностью, заканчивался он на том моменте, когда недруги Изауры поджигают мельницу в которой находятся Тобиус, возлюбленный Изауры и сама рабыня, но рабыня успела выйти, а вот Тобиус..

Все смотрящее сериал взрослое население нашей страны в шоке, что будет дальше. Уж очень хотелось верить в чудо, что Тобиус каким-то чудом спасся.

Мы, дети и взрослые, сидим у Славки дома, взрослые обсуждают грустный финал истории рабыни Изауры.

И тут Славка с серьезным видом заявляет.

– В последней серии, Тобиус появиться и освободит Изауру.

– Слава, ты откуда знаешь? – раздаются недоуменные возгласы.

– Я роман читал, – не задумываясь отвечает Слава.

Надо сказать, что Слава действительно читал очень много, был частым гостем библиотек, поэтому мы, которые романа не читали, начали расспрашивать его о том, что будет дальше.

Итогом Славкиного вольного пересказа стало то, что через несколько дней уже весь Котельнич говорил о том, что Тобиус жив и появиться в последней серии.

Все ждали с нетерпением продолжения сериала.

Но развязка для русскоговорящих зрителей наступила только весной следующего года, когда были показаны остальные серии.

Я не был свидетелем разговора родителей Славки с сыном, но полагаю, что это было еще то зрелище, достойное самого сериала.

Позже, эта история обросла множеством вариантов, но мы то со Славкой помним, откуда ноги растут.

Уже став взрослыми, мы как-то со Славой вспоминали эту историю. Смеялись, вспоминая какими волнами расходилась эта вольная трактовка романа по городу. После, немного успокоившись, друг мне многозначительно сказал :

– Да, дело молодое!

Глава 3.

Ноябрь, одна тысяча девятьсот девяностый год.

– На завтра мы идем в поход! – безапелляционным тоном сообщил мой друг и одноклассник Виталий. Мой школьный товарищ Костя радостно соглашается, новые впечатления всегда в нашей компании приветствуются.

Я что-то пытаюсь сказать про свой день рождения, но меня никто не слышит.

Утром, в восемь, захожу в соседний подъезд, Виталий, его братья близнецы, дядя Андрей, отец Витали, все собраны.

Топаем на остановку. Нам подходит маршрут двадцать восьмой. Едем куда-то в сторону предприятия ХМЗ (оборонное предприятие, на тот момент я даже не знал, что там делают). А сейчас уже и бесполезно узнавать, фактически предприятие не работает.

Потом идем мимо каких-то гаражей, мимо лыжной базы.

После базы наш путь идет по едва различимой тропе, занесенной снегом.

Тропа принимает уклон вверх. Идти становится трудней.

Я расстегиваю пуговицы пальто.

Мы идем уже минут двадцать.

Все пыхтим как паровозы.

– Что такой красный? – улыбаясь, спрашивает Костя.

– На себя посмотри! – отвечает один из братьев.

– Долго ли еще? – спрашиваю я дядю Андрея.

– Скоро, сейчас пройдем дачи и сделаем привал. – отвечает отец Виталия.

Мы конечно одеты с Костей не по-походному, уже полные ботинки снега. Но нам интересно, что же будет дальше, куда мы идем?

– Привал, – объявляет Виталин отец. – Доставайте термоса и еду.

Мы располагаемся около огромной корявой сосны. Пытаемся развести костер. С попытки двадцатой это у нас получается.

Греем руки жарим на костре сосиски, нанизанные на сломанные ветки.

– А что дальше? Назад пойдем? – задаю я вопрос.

– Нет, пойдем дальше. – отвечает дядя Андрей.

Мы собираемся , закидываем снегом костер и идем дальше.

Впереди поляна, и какие-то люди. Тут же пещера, точнее какая-то дырень в углублении на поляне.

– Это Ледянка, пещера – говорит дядя Андрей.

Из пещеры выползает человек, с фонариком на голове. Он весь в грязи.

– А глубоко там? – спрашиваю я.

– Да не очень, только сыровато на входе. Морозы только устанавливаются. – отвечает спелеолог.

Мы стоим, смотрим немного на вылезающих из пещеры людей. Но сами лезть в пещеру не решаемся.

– Идем дальше. – говорит Виталий.

Подымаемся по тропе.

Становится ветрено.

Впереди редеют деревья.

Еще несколько метров и мы выходим на открытое место. А дальше, у нас перехватывает дыхание.

На сколько можно видеть, впереди до самого горизонта заснеженная тайга, холмы и справа скалы. Внизу – речка и маленькие домики на ее берегу.

Дядя Андрей смотрит на нас, наше восхищение панорамой.

– Внизу – река Базаиха. – говорит мужчина – Сам хребет, куда мы поднялись, называется Торгашинским. Он назван так по поселку Торгашино, который находиться у подножья хребта. Когда-то это была казачья станица, в которой родилась мать известного художника Василия Сурикова.

– А сейчас мы пройдем по гребню еще немного, в сторону «Красного камня», глянете на город.

Мы идем молча, обалдевшие от красот, которые видим с хребта.

– Слева скала Такмак. – говорит наш гид. – Ее видно во многих точках города. А с права уважаемые туристы, вы видите район города Красноярска, называемый – Академгородком.

Позже, мне неоднократно в горах приходилось видеть подобное, но тогда то, что я видел, было чем-то волшебным, невероятным.

Безбрежная заснеженная тайга, с лентой реки, бежавшей внизу, между холмов и хребтов поразили меня очень.

– Виталий, спасибо за подарок – благодарю я друга.

– Да ладно, дело молодое, еще не то увидим! – говорит он, улыбаясь мне.

Глава 4.

Апрель одна тысяча девятьсот девяносто первого года. Сегодня день рождения моего друга и одноклассника Виталия.

Мы собираемся в двухкомнатно