Чужая Жена

Но, на удивление относится она ко мне хорошо и всегда помогает.

Когда Олег настоял на моем выходе на работу, именно Жанна часами сидела со мной за какими-то документами, от вида которых у меня кругом шла голова.

А вот Олег сохранил с ней не очень теплые отношения. Но, контроль за моей внешность после серьезных операций муж доверил только ей.

И вот сейчас, вместо того чтобы снова смотреть швы, Жанна пепелит меня своим острым взглядом. Она требует наказать мужа и не спускать ему все с рук.

– А я говорила тебе, Маша. Олег – это «Синяя борода», понимаешь, – безэмоционально констатирует она. – Это просто издевательство! Так жить нельзя, этому нужно положить конец! Уйди от него и все. Что вам делить, фирма ведь все равно твоя!

Она попыталась меня утешить. Но каменное выражение лица не покидает Жанну. Никто не верит, что я могу дружить с первой женой моего мужа. Но вышло так.

Я вытираю слезы. Обработать кожу пришлось снова.

Жанна надела очки и подалась вперед, стараясь не смотреть на синяки и следы от поцелуев.

– Я тоже у него летала, как перелетная птица. Получала за все. А вот как ты терпишь это, ума не приложу! – тихо цедит она, отодвигая кожу перчатками.

– Это случилось в первый раз. Он говорит, что я изменяла ему раньше. А я ведь ничего не помню, Жанна!

Она лишь кривит губы. Жанна не верит мне. Да, я, пожалуй, и сама себе не верю. В трудные минуты я всегда оставалась одна. И, при всей напускной любви, в день, когда в дом ворвался неизвестный, Олега не было рядом с Машей…

Глава 11

Маша

– Все, Машуля, ты готова. Процесс заживления идет просто отлично. Никаких нежелательных последствий. Все, как говорится, прижилось, – с улыбкой заканчивает Жанна.

Я серьезно смотрю на нее и решаюсь задать вопрос, который прежде меня не мучал так сильно, как сейчас.

– Жанна, скажи мне. А почему пришлось делать сложную пластику лица? Что со мной было после падения с лестницы?

– А ничего не было, Маша, – улыбается она. – Ни носа, ни подбородка, ни лба. Каша сплошная. И твое лицо удалось вернуть чудом, дорогая.

– Почему тогда так мало швов? – спрашиваю я. – И зачем контролировать и докалывать еще что-то, ведь два года почти прошло?

– Ну вот, а говоришь, что ты не врач! – на выдохе говорит Жанна. – Понимаешь, ткани опускаются, объем уходит. Лицо меняется, одним словом. А тем более, если оно было другим. В смысле, было повреждено и собрано вновь, как пазл.

– Я поняла теперь, спасибо, Жанна.

Я попрощалась с ней и вышла. Версия Жанны была не очень убедительной. Я потеряла память, но не рассудок. И та информация, что я изучила, работая в клинике, говорила совершенно об обратном.

Я прихожу в свой кабинет и отшвыриваю белоснежный халат. Я до сих пор не могу привыкнуть к нему. И никак не могу заставить себя вжиться в эту роль.

Я оперлась бедрами о низкий подоконник и задумалась снова. Я понимаю, что Жанна никак не может быть моей подругой. Олег бросил ее из-за меня, и она вряд ли простила мне это по-настоящему.

До того, как я встретила психолога-любовника Коротковой, я никогда не анализировала, как жила до потери памяти. Я спала с лечащим врачом, страдала депрессиями, дружила с бывшей женой своего мужа и, по всему, терпела от него не только бранные слова, но и побои…

Это точно не я. Пара дней без таблеток помогают мне быстро прийти в себя. Чем дальше, тем страшнее становится.

Звонит внутренний телефон.

– Мария Александровна, Олег Викторович позвонил и передал, что сегодня его не будет в офисе. Просил вам сообщить, что вечером приедут ваши родственники.

– Спасибо, Марина, – кратко говорю ей. – Я сейчас выйду к тебе.

Для Олега стало привычкой передавать такие важные новости через секретаря. Я все больше ощущаю себя даже не заменой его пропавшей жены, а пустым местом в его жизни.