Мечта для ликана

Хенрик… Оказывается, она забыла его лицо, забыла все эти мелкие детали, все то, чем любовалась долгие ночи. Хенрик…

На ночном небе сверкали звезды, величественные и далеки от мирской суеты.

***

– Я молодец? Я молодец!

– Ты великолепна, – со страдальческим выражением лица подтвердил Лен. – Как всегда права, даже неинтересно.

– Тебе? Со мной? Неинтересно? – удивилась Мила. – Да не ври, рыжий!

– Ложь – это моя суть.

– А мы-то думали, что пустой треп, – парировала Мила и, присев рядом с молчащим Делем, невзначай поинтересовалась: – Как тебе Далия?

Вопрос застал ликана врасплох. Он неуверенно повел плечами.

– Ты хочешь, чтобы я оценил ее как мага и как человека?

– Второе, – непонятно чему улыбнулась Мила.

Дель призадумался.

– Сложно сказать, ведь все мои суждения основываются лишь на получасе наблюдений, мы даже не общались.

– Но она тебе понравилась? – в лоб спросила Мила, вызвав у Лена приступ кашля. – Как человек?

Серая бровь полуэльфа изящно изогнулась.

– Я не понимаю…

– Чувствую подвох в твоих словах! – перебил Деля Лен, бросая обвиняющий взгляд на Милу.

Та хитро ответила:

– Я подумала, что Далии нужен будет человек, который поможет ей освоиться, присмотрит за нею. В конце концов она обошлась мне немалой ценой, не хочу, чтобы ей перерезал глотку случайный разбойник.

Многозначительный взгляд эльфийки уперся в ничего не понимающего ликана, а вот лис уже сообразил, к чему клонит его любимая женушка.

– Хочешь сделать из Деля сиделку для душевнобольных магов? – язвительно поинтересовался Лен.

Мила скривилась:

– Не впадай в крайность

– Она не душевнобольная! – в унисон с ней возмутился Дель.

– Дружище, – Лен с жалостью посмотрел на друга, – поверь потомственному инспектору, даже нелюди, что уж говорить про людей, становятся безумными после всего лишь года в одиночной камере. Так что я бы на твоем месте, – он повернулся к Миле, – не радовался, а на твоем, – снова Делю, – не соглашался.

На Деля смотрели две пары глаз – предостерегающие оранжевые и просительные сапфировые.

– А что сама Далия? Возможно, она не пожелает, чтобы ей кто-то надоедал своим присутствием.

– Она не против. – Улыбка Милы больше напомнила оскал.

У Деля больше не осталось аргументов, он не мог отказать в просьбе.

– Хорошо.

Глава 3. Новый день

Дом, в который Мила поселила Далию, изначально предназначался для Деля. Когда госпожа Крейл внезапно стала правительницей Рестании, она беззастенчиво воспользовалась своим положением и построила особняк не только для своей семьи, но и для друга. Второй дом был меньше и уютнее, Нелан, по просьбе Милы, расстарался, но все усилия пошли прахом. Дель категорически отказывался переезжать в новое жилище, а потом и вовсе уверился в том, что он совершенно надоел друзьям своим соседством. Скрежеща зубами, Миле пришлось убеждать его в обратном, благо это было правдой – он никогда им не мешал и давно воспринимался как член семьи. Но чета Крейлов (особенно одна эльфийка) надеялась, что Дель наконец-то начнет жить своей жизнью. Однако Дель был Делем, свое существование он видел в помощи другим, и Миле с Леном пришлось заткнуть голос непонятно откуда взявшейся совести, и продолжить использовать друга, смирившись с тем, что милый домик по соседству от их особняка так и останется пустым.

– Только ты, Дель, мог отказаться от дома на Садовой улице! – восклицала Мила еще долгие месяцы.

Так свиток на дом остался лежать в письменном столе Лена, а Шелиан, Виладжия и Ливела были безумно счастливы, что их любимый дядя никуда не уедет. И вот теперь Мила, чья неуемная энергия и способность использовать все и вся уже породила легенды, смогла-таки извлечь выгоду из пустующего особняка. В отличие от дома Крейлов, он был меньше, вокруг него росло больше зелени, зато в центре сада был пруд. Кому-то этот дом мог показаться мрачным из-за преимущественно шоколадного и песочного цвета, но Делю он всегда нравился (Мила с Неланом все же хорошо его знали).

К воротам они подошли едва рассвет забрезжил на небе. По мнению Деля, не стоило беспокоить Далию так рано, но Мила многозначительно хмыкнула, что та все равно не спит, и, вообще, у нее, как у правительницы целого города, куча дел и ей некогда возиться с ликанами и магами. Что удивительно, она оказалась права.

– Далия, это Дельморг, можно просто Дель, – представила их Мила, нарушая все правила этикета, на которые обязательно бы указали Риджи или Кэтрин. Впрочем, Далия отреагировала по-другому – никак. По ее бесстрастному лицу нельзя было понять ее отношение к чему-либо, лишь бледно-голубые глаза продолжали смотреть в упор, но на мгновение Делю показалось, что она не видит его. Наконец маг кивнула, и Мила тут же исчезла, напомнив про собрание Совета через три дня и обязательное присутствие на нем Верховного мага.

Только оставшись один на один с Далией, Дель понял, насколько неловко себя чувствует в ее присутствии. К счастье (или к сожалению), женщина едва ли замечала его. Она молча вернулась в дом, и Дель потянулся за ней. Соглашаясь на просьбу Милы, он как-то не подумал, что будет делать весь день в, по сути, чужом доме. Да и как общаться с Далией? Стоит ли ей наедать? Или наоборот проявить сочувствие, которое она, безусловно, заслуживает? Дель привык не навязывать свое общество окружающим, но, увидев, как замерла Далия в холле, словно ледяная статуя, решился сделать первый шаг.

– Как спалось? – Его вопрос прозвучал слишком громко в мрачной тишине, окружающей Далию, усилив чувство неловкости.

Женщина медленно обернулась и посмотрела на него.

– Я не спала.

Голос у нее был тихий и такой же безликий, как и она сама, но Дель не мог перестать смотреть на нее.

– Я могу чем-нибудь тебе помочь?

Она едва заметно сузила глаза, и только тогда Дель понял, что у нее вовсе не замедленная реакция, она не отмороженная, как назвал ее Лен, она все прекрасно слышит и видит, просто это ее манера общения. Спокойная, неторопливая, все просчитывающая. Последняя мысль была открытием для Деля, но он понял, что она верна, когда Далия ответила:

– Да, я хотела бы осмотреть город, мне нужен провожатый.

– Хорошо, давай прогуляемся. Рестания сильно изменилась за время твоего отсутствия. – Он прикусил язык, но она словно не заметила его невольной грубости. – С чего ты хочешь начать?

– На твой выбор.

И они вышли из дома на пыльную залитую светом восходящего солнца улицу. За полдня Дель успел показать ей Старый Квартал, Квартал Ремесленников и Торговый Квартал и рассказать обо всех значительных изменениях и произошедших за последние полвека событий. За все это время Далия не проронила ни слова, говорил один Дель, зато в разы больше, чем обычно. Если бы не забота о своей спутнице, он бы до вечера водил ее по городу, но Далия после заключения не обладала выносливостью и быстро устала. Обед они провели в одной милой чайной – любимом месте Деля.

– Что ты хочешь? – заботливо поинтересовался он, глядя на замершую Далию. Они расположились за столиком у окна, и мага больше интересовали прохожие за окном, чем дела насущные.

Она едва заметно пожала плечами.

– Я не знаю, – тихий шепот. – Я не помню вкуса еды.

Еще раз мысленно проклянув Орден, обрекший на мучения эту хрупкую женщину, Дель сделал заказ на свой вкус, он когда-то сам работал поваром и примерно представлял вкусы девушек. Впрочем, ни жаркое, ни малиновый пирог не вызвали у Далии отвращения, правда, существовала большая вероятность, что она даже не обратила внимание на то, что ела, а вот на полусырой кусок мяса, который поставили перед Делем, она глянула со слабой искоркой интереса.

– Ликану иногда хочется крови, – виновато пояснил Дель. Интерес не пропал, но и презрение или страха он не увидел. Ему вообще стало казаться, что он идет через огненную пропасть по тонкому ветхому мостику – стоит сделать один неверный шаг, как все пойдет прахом.

– Куда отправимся после? – попытался поддержать застольную беседу Дель.

К его огромной неожиданности Далия ответила быстро и четко:

– К портному.

Теперь пришла ее очередь ловить на себе заинтересованные взгляды.

– Мне ведь нельзя так заявиться на Совет? – Она кивнула на свое холщовое платье, в котором была с самого ритуала. Дель и забыл думать об этом, только сейчас заметив, во что была одета его спутница.

– Нельзя. Зайдем.

Мадам Эл отличалась отличным вкусом и стальными нервами, позволявшими переживать ей атаки капризных леди. Именно здесь одевалась Мила, а этот факт можно было считать за самый объективный критерий качества. Оставив Деля внизу, Далия прошла в кабинет с хозяйкой. За три часа отсутствия мага ликан успел бессчетное количество поразиться терпению портних: даже он бы не вынес работать весь день с требовательными леди и их дочерьми. Редкие (невезучие) посетители мужского пола с завистью смотрели на спокойного Деля.

Наконец Далия показалась на лестнице. Сказать, что она изменилась – не сказать ничего. Вместо бесформенного бесцветного балахона на ней теперь было надето серо-голубое платье, умело подчеркивающее ее стройную фигуру и скрывающее все недостатки – не яркая кичливость, как у Кэтрин или Риджи, а нежная красота. Невольно Дель улыбнулся, встав ей навстречу. Казалось, это не особо понравилось Далии.

– Что-то не так? – поинтересовался предупредительный Дель, когда они вышли из мастерской мадам Эл. Далия все еще слегка хмурилась.

– Нет.

Они еще долго бродили по городу, лето только вступало в свои права, и после захода солнца поднялся холодный ветер. Ужин Дель, как непревзойденный мастер готовки (цитата Лена), взял на себя. К концу дня он стал отчаиваться получить от Далии хоть какую-то реакцию: на все вопросы она отвечала односложно, а без них не проронила ни слова.

– Светлых снов, – пожелал ей Дель, когда они поднялись на второй этаж и разошлись в разные стороны.

– И тебе, – тихий, едва уловимый даже эльфийским ухом, шепот.

***

На следующее утро Далия огорошила всех тем, что заявилась к Миле и объявила, что она готова приступить к своим непосредственным обязанностям. Пока Дель с Леном обменивались недовольными взглядами ("Она душевнобольная, признай это." "Даже не собираюсь! Она такая же, как и все!"), женщины обсуждали дела.

– Уверена? – Хорошее настроение от победы над Орденом еще не прошло, и Мила была более благодушна, чем обычно.

– Да.

Мила вздохнула: она-то уверена не была, но, несмотря на все ее хвастливые заявления Лену, для нее Далия была темной лошадкой. Понять, о чем она думает, было невозможно, пасовала даже талантливая в этой области Мила. Если у кого и был шанс проникнуть в мысли новоиспеченного Верховного мага, так это у Деля.

– Собрание Совета состоится только через два дня, – Мила сделала паузу. – Можешь пока заняться Башней магов. Представлять я буду тебя на собрании, но бумаги уже подписала, так что тебя должны слушаться. Посмотри, сгодятся ли на что-нибудь рестанийские маги. Как показала осада, – Мила поморщилась, вспоминая, – они практически бесполезны.

Далия лишь кивнула в ответ и удалилась. Дель, верным псом (как прошипел ему в спину Лен) последовал за ней. Расстались два друга каждый при своем мнении и недовольные друг другом.

Башня магов находилась в центре Квартала Магов и являлась их резиденцией. Сам Квартал был меньше всех остальных, расположенный между Старым Кварталом и Кварталом Ремесленников. Несмотря на то, что Дель много лет прожил в Рестании, здесь он бывал всего лишь два раза (не по своей воле, надо было сократить путь). В Квартал Магов пускали всех, но… чужаков здесь не любили. Проходя по пустынным улицам вслед за Далией, Дель поежился – его эльфийская, и даже ликанья, натура чувствовала магию, пропитавшую здесь каждый камень, и от этого было не по себе, словно идешь по дну реки и думаешь, когда же кончится воздух и ты захлебнешься. Он не выдержал и сглотнул, ощущая, как холодеют пальцы. Далия обернулась, и в глубине ее безликих голубых глаз мелькнула озабоченность, а потом она провела ладонью перед его лицом, и дышать стало намного легче. Давившая на плечи магия словно исчезла.

– Спасибо, – удивленно выдохнул Дель. – Как ты это сделала?

И тогда с Далией произошла едва заметная даже внимательному взору Деля перемена.

– Я же маг.

– Я – нет, поэтому мне интересно, – он пожал плечами. – В народе ходит байка, что в Квартале Магов так много магии, что неволшебники не могут здесь находиться.

– Это лишь байка. – Казалось, его слова повеселили ее. Забытые Боги, как же сложно было понять хоть что-то в ее бесстрастном голосе!

– А на самом деле?

– На Квартал Магов наложена Пелена паладинов, которая замедляет всех существ, даже иммунных к магии, таких, как ликаны. Маги могут блокировать воздействие этого заклинания.

– Пелена паладинов? Странное название.

– Это заклинание придумала Тая, глава Ордена магов. Она много лет выступала против Верховного паладина де Гора и его идеи войны Света. В основном это были лишь интриги и переговоры, но иногда доходило до стычек. От Пелены паладинов не спасает ни Тьма, ни Свет, Тая часто использовала его.

– Никогда не слышал про Орден магов и Таю.

– Потому что де Гор ее пережил, – неожиданно жестко ответила Далия.

Дель глянул на нее, но она уже вновь приняла свой бесстрастный вид. Впереди высилась Башня магов. Если остальные строение в Квартале были обычными домами, то Башня представляла из себя уникальное зрелище: издалека она едва была видна над крышами домов, но стоило подойти поближе, как ты понимал, что она возвышается над городом на многие метры. Дель, чье эльфийское зрение было острее, чем у ястреба, мог бы поклясться, что сейчас, когда они стояли у самых стен, Башня была выше Академии Трех Солнц. Еще одной особенностью был странный цвет (камни то переливались всеми возможными цветами, то горели каким-то одним), форма (Дель был уверен, что стены немного плывут) и полное отсутствие дверей и окон. Однако Далию не смутило ничего из вышеперечисленного: остановившись в полуметре от фиолетовой стены, она обернулась и протянула руку Делю.

– Иначе ты не войдешь.

Он взял ее худую ладонь в свою, чувствуя, как заледенели ее пальцы. Далия потянула его вперед, шагая прямо в стену. В следующий миг они оказались в роскошном холле. За свою недолгую (что для бессмертного сорок лет?) жизнь он успел повидать немало домов знати и прочих богатых людей, но ничто не могло сравниться с крикливой вычурностью Башни магов. Дель только порадовался, что Нелан никогда не видел это, и покосился на Далию. Или ему показалось, или ей тоже не пришлась по душе здешняя обстановка. А к ним навстречу уже спешил один из магов, Дель знал его, он помогал при осаде, но близко они знакомы не были.

– Госпожа Шенор. – Несмотря на почтительный поклон, слова мужчины были пропитаны насмешливым презрением. – Рады вас приветствовать, меня зовут лорд Фарлин. Вам показать кабинет, который мы подготовили для вас…

– Нет, – неожиданно резко прервала его Далия. – Вы объявите общий сбор в Зале Отражений.

– Мы во многом изменили…

– Башню магов? Заметно, – бросила женщина, опуская свой тяжелый взгляд на Фарлина. – Но Зал Отражений вам было не под силу исказить. У вас полчаса на сбор, мы пока осмотримся.

– Не все маги сейчас здесь…

– За полчаса успеют добраться.

– …и не все в Рестании.

– Все маги Рестании сейчас в городе, остальные меня не интересуют.

И не дожидаясь очередных возражений Фарлина, она развернулась и направилась к лестнице. На втором этаже, который отличался от первого, как орк от эльфа, Дель окинул взглядом потолок: вверх уходили тысячи лестниц и мостов, многие из которых постоянно меняли направление, исчезали или изгибали так, что вели в совершенно невозможные места.

«Если мы наверх, то за полчаса не управимся», – с тоской подумал Дель: он боялся представить, насколько тяжело дастся подъем Далии.

Но, словно прочитав его мысли, Башня изменилась – прямо перед ними возникла длинная лестница ввысь. Подъем занял у них не более двух минут, и вот они уже стояли на вершине Башни. Как он узнал, что именно на вершине? Все просто: здесь было окно, из которого открывался потрясающий вид на город и его окрестности.

– Но как? – удивленно выдохнул Дель, проходя к нему. – Я помню, в Башне нет окон.

– Иллюзия. Фарс. – Далию совершенно не привлекла панорама Рестании, она уселась на пол прямо посреди комнаты – совсем небольшой, с огромным меховым ковром и стареньким комодом у стены. Если бы не четкое осознание, где он находится, Дель бы поверил, что они забрели на чердак в особняке старой леди.

Далия просидела с закрытыми глазами около десяти минут – хотя за точность он уже не мог поручиться, учитывая, каким переменчивым местом оказалась Башня, – и все это время Дель внимательно за ней наблюдал, наверное, поэтому не заметил, как преобразилась обстановка. Мгновение – он оглянулся и понял, что чердак старой леди превратился в просторный зал со множеством окон – и теперь он был уверен, что они настоящие.

– Ты убрала иллюзию? – Магия всегда вызывала у Деля восторженный, почти детский, интерес.

– И это тоже. Я подстроила Башню под себя, – туманно ответила Далия, с трудом поднимаясь с пола. Дель тут же пришел ей на помощь: женщину заметно пошатывало.

– Может, лучше вернуться домой, а с магами пообщаться завтра? – предложил он.

– Я не собираюсь с ними общаться.

Вмиг обретенной уверенной походкой Далия вышла из комнаты. Остальное пространство Башни также подверглось изменениям, Дель не сразу понял, каким именно – очертания предметов стали четче, лестницы перестали изгибаться, а мосты больше не обрывались. Если раньше Башня напоминала картину безумного художника или "работу" игривого щенка, то сейчас она стала строже, собраннее, словно обрела хозяина с твердой рукой, и Дель догадывался, кто им был.

Зал Отражений соответствовал своему названию: по его периметру были расставлены зеркала разных форм и размеров, но все с одинаковой отличительной особенностью – тонкой корочкой льда по краю. Здесь их с Далией уже ждали. Хоть магический факультет в Академии Трех Солнц и был самым немногочисленным, он выпускал каждый год около десяти магов. Не все они оставались в Рестанию, многие возвращались в родные королевства, но и здесь оставалось немало, поэтому сейчас в зале собралось около двух сотен магов. Одни с изумлением во взоре расступались перед Далией, другие едва замечали ее. Дель хвостом следовал за ней, размышляя о том, что одной бумаги с подписью Милы будет недостаточно, чтобы стать Верховным магом.

– Я не в силах лишить вас звания мага, но доступ в Башню получат лишь те, кого я сочту достойными, – жестко заявила Далия. Перемена в ней была разительной: за неполные два дня он привык видеть ее замкнутой и кроткой, но, как он уже понял, это был обман. Стоило только Далии оказаться в привычной – в ее – среде, как она становилась тем, кого впервые увидел Дель – женщиной со сталью во взоре.

– Кто заметил изменения, просьба отойти к левой стене, кто не понимает о чем я – к правой.

Переглядываясь, маги рассредоточились по залу. Многие ухмылялись, многие бросали на женщину откровенно издевательские взгляды. Двигались они, мягко говоря, не быстро: если бы такое плохое исполнение команды увидела бы Мила (или, того хуже, ее мать), то она пришла бы в ярость, Далия же терпеливо ждала, когда маги разойдутся.

– Вы свободны, – обратилась она к стоящим у правой стены – это была большая группа из более чем сотни человек. Надо ли говорить, что ее не послушались? Лишь десятка два вышли из зала, остальные весьма резко стали высказывать свое мнение. Не слушая их и не давая продолжить, Далия на мгновение зажмурилась – на ее лбу пролегла глубокая морщинка, – тут же пространство перед оставшимися магами пошло волнами, и их откинуло прямо в ледяные зеркала. Гробовая тишина с левой стороны стала лучшим подтверждением признания Далии. Женщина повернулась к ним, но вместо слов в них полетела огненная волна: часть магов принялась махать руками и что-то кричать, часть побежала, некоторые остались спокойно стоять на месте и только один сделал странную вещь – упал на пол.

– Довольно, – Далия хлопнула в ладоши, убирая стену огня. – Вы тоже свободны, – сказала она разбежавшимся магам, те, наученные горьким опытом коллег, послушно вышли. – С вами я побеседую, – это пытавшимся остановить огонь. – Как и с вами, – оставшимся стоять – все они смахивали пепел с обожженных волос и бород. – Ваше имя? – упавшему магу.

– Хестер, госпожа Шенор, – поклонился тот. Это был мужчина средних лет и крепкого телосложения, в его карих глазах горел ум смешанный с самоиронией.

– Вы будете моим заместителем, – безапелляционно заявила Далия. – А теперь пройдемте, нам нужно многое сделать за сегодня.

Смысл большинства манипуляций магов так и не дошел до Деля. Это было странное чувство – бесполезности. Он болванчиком слонялся за Далией, совершенно не понимая, что нужно делать и стоит ли. Здесь, среди себе подобных, женщина была неутомима, полностью поглощенная делом. С Хестером они обошли всю Башню: в некоторых местах они останавливались надолго, в некоторых – лишь на пару секунд, иногда перебрасываясь странными фразами и понимающими взглядами. Ближе к вечеру Далия отпустил своего новоявленного заместителя и принялась за допрос оставленных ею магов. Кого-то она вновь проверяла заклинаниями – самыми различными, – с кем-то всего лишь беседовало. Из полусотни магов в конце концов осталось двадцать три. Распрощавшись с измученными подчиненными, Далия отправилась домой, и только переступив порог особняка, она позволила проступить усталости. Оперевшись о перила, она посмотрела наверх – чтобы подняться на второй этаж, требовалось преодолеть лестницу.

– Помочь? – Дель тут же возник рядом, мысленно ругая себя: он совершенно не заметил, как сильно утомилась Далия. По правде говоря, по ней это было нельзя сказать, но Дель не был бы Делем, если бы не занялся самобичеванием

– Нет. – Оказавшись дома, Далия вновь замкнулась в себе, и ее ответы стали односложными.

– А ужин?

Кивок.

Попросив помощи у Забытых Богов, Дель отправился на кухню. Впрочем, несмотря на внешнюю покладистость и мягкость, по упертости он был чистокровным светлым эльфом – эталоном упрямства, по мнению народа. Поэтому с ужином он заявился прямо к Далии в комнату, расставив тарелки на прикроватной тумбочке, усевшись рядом на пол и потребовав:

– Расскажи, что сегодня было в Башне, я ничего не понял.

– Магия, – все тот же бесстрастный голос. Далия уселась на кровати, скинув туфли на пол, и подогнув подол своего нового молочного цвета платья.

– И все же? – не отставал Дель.

– Тебя интересует, что я делала наверху или проверка? – Далия безучастно водила вилкой по салату, приготовленному вопреки ликаньим принципам Деля.

– И то, и то.

– Наверху я перестраивала Башню. Она – это сырая магия, пропитывающая камни, как глина, из нее можно слепить что угодно, но за прошедшие года ее слишком часто пытались изменить разные люди. Мне пришлось в короткий срок приводить ее в порядок.

– На это ведь уходит много сил?

– Скорее напряжения. Если есть голова на плечах, то можно уменьшить требуемое количество силы за счет мастерства.

– И все равно… Не сочти за критику, но я бы не стал тратить силы перед разговором с двумя сотнями недовольных магов.

– Не сочту, я бы тоже подумала, но это был хороший способ произвести впечатление на тех, кто смог это увидеть, и отсеять совсем уж откровенных бездарностей.

– А проверка? – поддержал наконец завязавшийся разговор Дель, подкладывая в медленно пустеющую тарелку Далии еще еды.

– Многоступенчатое заклинание: основа – иллюзия огня, кайма – защита от развеивания, вверх – настоящее пламя.

– То есть твою задумку разгадал только Хестер? – Дель припомнил, как маг резко упал.

– Да.

– Ну что ж, двадцать три средних мага и один хороший – тоже неплохо, – подвел итог их сегодняшнего дня ликан.

Далия едва заметно нахмурилась.

– На самом деле, они все дрянные. При мне такого не было.

– А что изменилось?

– Все. – Она повела плечами, отставляя на тумбу пустую тарелку. – Раньше обучение происходило у наставника-мага, не было этой глупости с магическим факультетом. Если к концу обучения наставник понимал, что ученик неспособный, то он запечатывал его дар. Навсегда.

– Жестко.

– Глупости, – довольно резко не согласилась Далия. – Это честно: если ты недостоин, то к чему тебе сила?

Дель благоразумно не стал спорить, переведя тему:

– Из-за этого наставничество запретили?

– Не запретили, но да. Это началось как раз при мне: борьба за справедливость и равенство всех – и талантливых, и бездарностей. Сейчас, насколько я успела узнать у Хестера, наставничество не запрещено, но не поощряется.