Вопреки Судьбе

Сейчас же она впервые радовалась, что Шильэт сидит по правую руку от нее. Гостей рассадили в дальней части стола: обоих Вал'Акэш и Съерелла мама определила рядом с близнецами, туда же отправилась часть младших Бурошкуров, а вот Нелья, ее муж Марет, Вилеша и ее муж Олан сидели справа от Велии. Получалось, что принцесса фактически разделяла двух кровных врагов. Велия не сомневалась, что мама специально так устроила. Сиди Нелья напротив, на месте Вал'Акэш, она бы постоянно видела перед собой Шильэт и Вэйзара, а так ее от убийц родичей отделяла Вилеша, Олан и Велия. Согласно нормам этикета, конечно, правильнее было бы посадить леди Лар'Шера ближе, чем Бурошкуров, но мама, прикрывшись родственными связями (Вилеша ведь сестра Императора), постаралась отдалить Нелью от Шильэт насколько это возможно. Оставалось надеяться, что все это не сломается из-за пары неосторожных слов. Поэтому для Велии обед был еще более напряженный, чем для большей части семейства, ибо она постоянно боялась, что сидящая слева Шильэт что-нибудь выкинет. Или Лисари. Но эльфийка была необычайно тиха, да и ликанша, хоть и продолжала демонстрировать всем свои дурные манеры, в разговор не лезла.

Беседа за столом текла легко и непринужденно – так могло показаться. На самом деле мама, папа и Велия с Велоном прикладывали немало усилий, чтобы все выглядело прилично. И, несмотря на полные ненависти взгляды Нельи, холодность Вилеши и отстраненность Раудгарда Вал'Акэш, официальный обед не превратился из светского мероприятия в свару. Пока папа беседовал с Велоном и Оланом Бурошкуром, а мама развлекала Съерелла и племянников, Велия заняла самого лорда Вал'Акэш. В любой, даже самый обыденный разговор, этот дроу привносил свою особенную манеру: никогда не опускался до сплетен или незначительных мелочей, но умел интересно рассказать даже про те вещи, которые были известны собеседнику. Его мерный спокойный голос и сдержанность как нельзя лучше характеризовали лорда севера и одного из самых знатных лиц Империи. И хоть было видно, что он в первую очередь воин, однако речь его звучала приятно, а его отношение к императорской семье, каким бы оно ни было, никак не проявлялась. Вот уж кто точно не закатит скандал посреди обеда!

Младший лорд Вал'Акэш периодически бросал на Велию взгляды, но, к счастью, она была так занята, что не обращала на это внимание – последнее, что ей было нужно, это какой-то полукровка. В отличие от других мужчин, присутствующих за столом, его внимание ей даже не льстило, хотя и было объяснимо: сегодня Велия изменила своим привычкам и вместо кожаного костюма разведчика одела роскошное вечернее платья. Вот почему она может, а Шильэт – нет?! На таком важно обеде, где присутствуют первые лица Империи – в брюках! Велия усиленно старалась не смотреть в сторону ликанши и под конец обеда даже позволила себе увлечься рассказами Вал'Акэш о севере. Жизнь там была опасная, однако более насыщенная, чем в спокойной, но пресной Меладе.

Впрочем, Хранитель Северных Границ был не единственным, кто интересовал Велию, ведь сегодня она впервые в жизни увидела тетю и кузенов – кроме Цериана, конечно. Исподволь она разглядывала Вилешу, ловя ее отражение в гранях бокала. Леди Бурошкур была очень похожа на отца: не особо красивая, но полная внутренней силы и ярости. Велия даже посочувствовала главе рода оборотней-медведей, Олану: с такой женой очень сложно что-то значить. Принцесса видела, как отец подавляет всех вокруг себя – пожалуй, только такие же невыносимые язвительные братцы и спокойная, как полноводная река, мама могли вытерпеть его. Но у Темной Императрицы внутри был стальной стержень, и все всегда знали, что именно ее воля в семье главная – папа мог ее передавить лишь тогда, когда мама ему это позволяла. На счастье Императора, его супруга за власть с ним не боролась и очень редко выступала против чего-либо. Но когда такое случалось, последнее слово было за мамой. Папа властвовал над огромной и могущественной Темной Империей, мама же властвовала над их семьей. Такой она была, супруга Императора. А вот Олан, муж Вилеши, не выглядел тем, кто мог дать достойный отпор. Он был мягким, добрым и совершенно неконфликтным мужчиной – на этом фоне все его боевые заслуги и опыт меркли, потому что Велия понимала: тетка крутит им как хочет. Ей вообще не понравилась эта темная эльфийка. У нее был неприятный взгляд и замашки королевы. Велии, привыкшей к братской любви и маминой терпимости, казалось, что тетя явно готова побороться за власть – если не как таковую в принципе, то среди женщин точно. Мегера, ей не место в замке – так решила Велия и готова была поспорить, что мама придерживается той же самой точки зрения, ведь за весь обед она ни разу не обратилась к леди Бурошкур. Холодность Императрицы к сестре мужа была так же заметна, как отчужденность Императора по отношению к лорду Раудгарду Вал'Акэш – ни один эльф из двух этих пар не разговаривал с оппонентом. Пожалуй, явственнее них неприязнь выражала только Нелья Лар'Шера – та глядела с ненавистью на всех присутствующих, даже к северянам отнеслась с подозрением. Леди в принципе не хотела ехать, но когда тебя приглашает сам Темный Император, отказать нельзя.

Наконец за столом завязалась общая беседа. Велия успела поймать задумчивый взгляд матери, а потом все ее внимание заняла Вилеша, внезапно из спящей пантеры превратившейся в послушную овечку, которая сейчас что-то блеяла отцу. Тот – тоже удивительно – отвечал вполне мирно. Не так, как должен был брат, столетиями игнорирующий сестру. Вал'Акэш тоже успел перемолвиться парой слов с Вилешой – вполне невинных и являющихся скорее данью вежливости, чем чем-нибудь необычным. А вот Темного Императора Хранитель Северных Границ упорно продолжил не замечать. Возникающие неловкости вновь сглаживала мама и, конечно, Велия. Велон продолжил развлекать Бурошкуров, и только сестра видела, сколько презрения скрывают холодные голубые глаза.

И все же, зачем приехал Вал'Акэш? Размышляя над этим вопросом, Велия невольно скользнула взглядом по сидящему напротив полукровке. Все четыре ветви эльфов обладали одной очень важной особенностью, позволяющей им на протяжении тысячелетий сохранять свою численность и не утонуть в толпе смертных – у них не было обычных полукровок. Их дети, от кого бы они не были рождены, наследовали больше именно эльфийского. Зачастую такие полукровки даже выглядели как чистокровные. Им давалось все от бессмертного родителя: внешность, способности, долголетие. И даже последующее смешение рода проходило с трудом, и чтобы кровь людей или орков хотя бы уравнялась с эльфийской часть нужно было несколько поколений. Так что Риэл (так ведь, кажется, его зовут?), являясь сыном чистокровной дроу, мало чем должен был бы отличаться от тех же темных принцев или своего деда, однако в его лице и фигуре Велия видела множество орочьих черт, которые сложно было не заметить. Да, волосы у него оказались такими же белоснежными, как у темных эльфов, кожа черная, а глаза – полностью багровые, без какого-либо намека на радужку и зрачок, но этим все ограничивалось. Фигура у полукровки была массивная, плечи – шире даже чем у самых сильных воинов дроу, крупные руки рядом с изящными ладонями Съерелла казались чересчур громоздкими, словно лапы тролля. В лице тоже прослеживалась орочья кровь: черты были грубее, чем у темных эльфов (которые сами не славились изящной красотой как их светлые родичи), нижняя челюсть чуть массивнее, хоть и не такая большая, как у чистокровных орков – можно было бы не заметить этот недостаток, но от своего смертного отца полукровке достались выпирающие из нее клыки. В целом это была какая-то карикатура на дроу: с одной стороны, портрет обладал всеми признаками темных эльфов, а с другой – был обезображен орочьими штрихами. Получалось еще хуже. Если к оркам, троллям и другим низшим расам Велия относилась терпимо – это были неплохие воины и преданные слуги, – то такой явный полукровка был плевком в лицо всем уважающим себя темным эльфам. Не бессмертный, но и не смертный. Велия даже не старалась вовлечь его в разговор, но знала, что сейчас в ее взгляде хорошо скрыто то самое презрение, которое Велон прятал от бастардов тетки. Те тоже были тем еще бельмом на глазу: золотоволосые изящные оборотни – четыре сына – рядом со своим "отцом", Оланом Бурошкуром – могучем темноволосом медведем.

«Такой важный обед, первые лица Империи, а взглянуть некуда: то бастарды, то полукровки, то безродные девицы», – с досадой подумала Велия, чувствуя, как натирает корсет. Определенно, платья не стоили тех жертв, которые приходилось приносить во имя красоты. Однако у принцессы была не только гора привилегий, но и немалое число обязанностей. Для нее долг никогда не был пустым звуком.

Наконец обед стал подходить к концу, принеся лишь разочарование и страдания большинству присутствующих. Велия успела еще поймать пару странно-жалостливых взглядов, которыми обменялись братья Бурошкуры с Церианом, а потом ей выпала участь… то есть досталась честь проводить лордов Вал'Акэш и лорда Вал'Дерос до покоев. К счастью, полукровка держался где-то позади и не мозолил глаза, поэтому Велия выкинула из головы неприятные мысли и всю дорогу до комнат гостей обсуждала с Хранителем Северных Границ безопасность этих самых границ.

***

– Риэл? Пойдем с нами. – Вэйзару никогда не хватала чувства такта, но, к счастью, лорд Вал'Акэш не стал бить принца, лишь возразил:

– Мы направ…

– Успокойся, сестренка справится и доведет твоего деда и убийцу до покоев, не заплутает, – панибратски хлопнул по плечу гостя Вэйзар. Близнецы за его спиной беззвучно хохотали. Шильэт оставалось лишь покачать головой. Впрочем, она сама подала эту идею: полукровка не вызывал в ней чувство опасности, а заскучавшим в столице принцам будет с кем повеселиться. Особенно после такого пресного и пустого обеда.

Риэл бросил взгляд на удаляющегося лорда Раудгарда, его прислужника и Велию. Если первые двое заметили отсутствие спутника, но не придали значения, продолжая беседу, то последняя навряд ли заметила хоть что-нибудь дальше своего носа.

– Я Вэйзар, вот это троица моих братьев, уже не помню, как их зовут. А это моя жена, Шильэт, – голос дроу смягчился и из него исчез смех. Шильэт не удержалась и потрепала его по плечу. Голубые глаза загорелись теплом.

– Риэл. Свое имя еще помню, – с улыбкой ответил Вал'Акэш, пожимая протянутую руку. Близнецы развеселились еще больше. Даже по взглядам было понятно, что Риэл сошел за своего.

– Не хочешь поразмяться? – предложил Вэйзар, незаметно разминая пострадавшую руку. Видимо, хватка у полуорка была неслабая, решила Шильэт. Вон, как Вэйзар окидывает взглядом его мощную фигуру, на фоне которой даже близнецы выглядели стройными, что уж говорить о худощавом наезднике Черного Пламени.

– Хотя ты чародей, – с сомнением добавили близнецы, щерясь еще сильнее.

Риэл коротко улыбнулся и заявил:

– Это мне не помешает дать вам достойный отпор.

– Посмотрим, насколько достойный, – хмыкает Вэйзар, не обидевшись. – Шильэт, ты с нами?

– Конечно! Должен же кто-то будет донести твой хладный труп до покоев.

– Мы поможем! – тут же вызвались младшие братья.

– Обеспечивать хладность трупа? – поинтересовался Риэл, скалясь пусть не так насмешливо, как принцы, но уже и не так скованно, как минуту назад. Все же Шильэт оказалась права, когда заявила Вэйзару, что в лице молодого Вал'Акэш они найдут неплохого приятеля. Ликанша рассмеялась, наблюдая за тем, как пятеро мужчин спорят о том, кто кому будет давать отпор. Лично Шильэт поставила бы на своего Вэйзара, пусть Риэл и выглядел настоящим бугаем – так и не скажешь, что маг, – а близнецов насчитывалось аж трое. Впрочем, была еще и сама ликанша. Вот уж кто точно не собирался отказывать себе в удовольствии поколотить верховного военачальника, так это она.

***

Двое темных эльфов медленно брели по тропинке летнего сада. Один из них подбирал правильные слова, другой искал ответ на вопрос "Какого демона Вал'Акэш притащился в мою столицу?". Это было единственное, что сейчас беспокоило Вадериона, потому что вторую свою проблему – Лар'Шера – он скинул на жену, сына и брата. Котенок обязательно все сделает в лучшем виде – Элиэн была самым верным и разумным его советником и единственным доверенным во всех делах лицом, – Велон пусть только попробует оплошать (естественно, у него все получится, он ведь действительно был папиной гордостью), а Тейнол никогда его не подводил. Так что сейчас Вадерион мог позволить себе потрепать нервы и погадать, на кой демон Вал'Акэш вынес свои телеса за пределы Северных Границ, оставив оные без своего покровительства.

А пока Темный Император мысленно язвил, перебирая в уме варианты, его сестра наконец решилась открыть рот.

– Мы так давно не говорили.

«Дело явно серьезное, раз Вал'Акэш самолично явился. Особенно ко мне. Он скорее откусил бы себе язык, чем заявился бы ко мне», – рассуждал Вадерион.

– Было время, когда мне многое хотелось тебе сказать, – продолжила Вилеша. – Как и тебе, я думаю.

«Нет, я бы тебя просто убил», – мрачно подумал Вадерион, на секунду отвлекаясь от размышлений о приезде Вал'Акэш.

– Знаешь, сейчас все наконец изменилось. – Она остановилась, оборачиваясь к нему. – Хочу, чтобы ты знал: я простила. Все, что было между нами, я хочу забыть. Моя семья – вот что для меня важнее всего. И ты тоже, ведь ты мой брат. Ты спас меня, заботился обо мне, терпел. Я рада, что наконец-то прозрела, и прошу лишь об одном: чтобы ты тоже смог простить меня.

«Конечно», – мысленно хмыкнул Вадерион.

– Я сделал это давно, – ответил он, про себя добавляя:

«Но не из милосердия и братской любви, как ты думаешь».

Вилеша прошлась еще по саду, Вадерион послушным варгом следовал за ней.

– Здесь все так изменилось, – отстраненно заметила она, касаясь пальцами ветки куста.

Вадерион приподнял брови, удивляясь столь явной смене темы разговора, но все же снизошел до ответа.

– Садом занимается Элиэн.

Вилеши хватило ума промолчать и не льстить хотя бы здесь. Больше ничего не нарушило тишину сада.

Когда они подходили к замку, Вилеша все же произнесла проникновенно:

– Я сделала это ради себя, но поняла, что освободила нас обоих.

С тонкой улыбкой на губах она шагнула внутрь черного каменного царства.

***

– Ваше величество, темной ночи. Вы позволите?

Элиэн подняла взгляд от книги и коротким кивком разрешила незваному гостю войти. Тот бесшумной походкой вмиг оказался рядом, усаживаясь в кресло напротив.

– Надеюсь, что не помешал вам, – произнес дроу.

– Вам не стоит беспокоиться по этому поводу, лорд Съерелл, – заверила Императрица, откладывая любовный роман в сторону. – Ваше общество мне приятно.

– Вы искренни. Обычно светские дамы лгут.

– Не вижу смысла обманывать вас. Мы оба знаем, кто кому нравится, а кто – нет.

– Действительно, – качнул головой Съерелл, понимая намек в последней фразе. – Иногда достичь компромисса бывает сложно.

– Или даже заговорить об этом.

– Ваше величество весьма проницательны.

– Далеко не всегда, но в этот раз я надеюсь, что мне хватит моего таланта, чтобы распутать узел.

– Я мог бы вам помочь, – осторожно, словно ступал по тонкому льду, произнес Съерелл. – Это будет сложное время. Разговор непросто начать, вы правы, особенно если тебе что-то нужно.

На мгновение голубые глаза загорелись пониманием, и тут же Элиэн перевела тему, видя нежелание собеседника продолжать.

– Ваше последнее письмо покорило меня. Так описать снежные холмы, всего парой строк…

– Рад, что вам пришлось по душе мое небольшое отступление от привычной темы, – искренне, насколько возможно при его расе и роде занятий, отозвался Съерелл, даже немного неловко поправил манжет рубашки.

– Оно прошло весьма успешно. Надеюсь, вы продолжите раскрывать свой талант. Раздвигать горизонты – это всегда прекрасно…

Больше Темная Императрица и северный лорд не затрагивали тему, которая интересовала их обоих: причина приезда в столицу лорда Раудгарда Вал'Акэш.

Глава 3. Полукровка

Прекрасный летний день стал отличным поводом для прогулки. Сегодня впервые со дня приезда в замок гостей Велия нашла пару свободных часов, чтобы развеяться. Поместье младшего лорда Кав'сари располагалось у городских стен. Словно желая искупить не самое достойное место, хозяин приложил немало усилий, чтобы его небольшой двухэтажный домик с просторным двором превратился в роскошный особняк. Вкус у Шериза Кав'сари определенно был, поэтому Велия всегда благосклонно отзывалась о его небольшом поместье. Именно оно, к слову, стало поводом для более тесного знакомства. Принцессе понравились некоторые архитектурные задумки молодого лорда, они долго беседовали об этом на приеме, а потом пара намеков – и вот уже Велия получила приглашение самолично оценить новый дом лорда, в особенности потолки спальни. Они ей весьма понравились, и визиты ее высочества стали регулярными. Шериз оказался умным, благовоспитанным и угодливым кавалером, а также искусным любовником. Будучи всего лишь третьим сыном второй дочери главы рода он не мог рассчитывать на что-либо большее, чем должность в армии и крохотное содержание от семьи, однако скоропостижная смерть старшего лорда Кав'сари (его казнил Император) и последующая гибель его сыновей (это уже заслуга принцев) изменила расстановку сил в знатном меладском роде. В итоге главой семьи стал старший брат Шериза, позаботившись о младшем. У молодого лорда Кав'сари появилось золото, а вместе с ним – интерес знатных и не очень леди. Шериз стал успешен в светском обществе, часто представлял семью и сумел выжить под пристальным оком и неудержимой (особенно у некоторых) силой темных принцев. Так что теперь он пожинал плоды своего успеха, наслаждаясь обществом принцессы.

В культуре темных эльфов добродетель никогда не приветствовалась. Когда светлые с презрением говорили о развратных дроу, они были недалеки от истины. Постельные забавы являлись одним из любимейших развлечений знати Мелады. Орки устраивали бои, тролли отправлялись на охоту, оборотни собирались на семейные праздники, а темные эльфы искали новых любовников. В среде молодых дроу это было одним из главных увлечений, наряду с военными победами. Эльфы меняли постели и партнеров как перчатки, собирая свои собственные коллекции. Каждый искал по своему вкусу. Так Велия всегда выбирала качество, а не количество: сейчас у нее было всего лишь три любовника, но каждый из них стоил того внимания, которое ему оказывала принцесса. Она привыкла получать только самое лучшее, и в любовных играх искала умелых, чувственных партнеров, в первую очередь заботящихся о ее удовольствии. Впрочем, это было не единственное требование. Любовники ее были знатного происхождения – не какие-то захолустные лорды, а лучшие повесы столицы, – при этом обладающие привычкой держать язык за зубами. Последнее требование появилось не просто так. Велия всегда тщательно отбирала любовников, однако однажды все же промахнулась. Ее очередной фаворит, выпив, сболтнул лишнего, потом еще раз. По Меладе пошли пошленькие слухи, которые вывели Велию из себя: в отличие от братьев, она своими похождениями хвастаться не собиралась и делать личную жизнь, особенно постель, достоянием общественности не собиралась. Униженная и оскорбленная она вынуждена была просить помощи братьев, чтобы разобраться с проблемой – по-другому наглец не понимал: после того, как она попыталась с ним поговорить и пригрозить, он уже специально принялся трепать языком, рассказывая друзьям, какие позы предпочитает принцесса. Такое оскорбление она не стерпела. Хватило даже не слова – движения брови, чтобы братья ринулись защищать честь сестры. Смерть болтуна была быстрой, но крайне мучительной, зато продемонстрировала остальным, сколь полезно иногда бывает молчать. С тех пор Велия еще более тщательно выбирала мужчин – она не желала чуть что сразу бежать за помощью к братьям. Когда-то она приложила немало усилий, чтобы научить их соблюдать личные границы. Все же иметь пятерых братьев не всегда выгодно. Темные принцы, перебравшие немало женщин Мелады, да и остальной Империи, к чести сестры относились чересчур трепетно. Когда число пострадавших поклонников Велии стало неуклонно расти вверх, а потенциальные любовники разбегались при одном ее виде, принцесса окончательно озверела и встроила братьям холодный бойкот. С пару лет побившись о ее стену отчуждения, принцы приползли на брюхе вымаливать прощение, при этом клятвенно обещая, что они и пальцем больше не тронут приятелей сестры. Честно-пречестно. Велия по-отцовски усмехнулась, но решила дать им второй шанс. Надо сказать, что слово принцы держали и почти не лезли к сестре – недовольные мины не в счет, – игнорируя дроу, которым посчастливилось оказаться в постели принцессы. Так что Велия все же смогла отстоять свою независимость хотя бы в любовных делах и не желала вмешательства братьев, особенно если ей действительно нужна была помощь – она сама со всем справится.

– Ваше высочество довольна? – промурлыкал Шериз, целуя ручку любовницы. Сегодня дроу, словно чувствуя ее настроение, был более игрив и подобострастен, чем обычно. Велия наслаждалась каждой черточкой его прекрасного, истинно темноэльфийского лица, полного красоты и достоинства. Таким должен быть мужчина.

– Не уверена, – кокетливо ответила Велия, приподнимаясь на локте. Шериз тут же склонился к ее груди. В отличие от светлых эльфиек, зачастую не обладающих выдающимися достоинствами, дроу было чем порадовать своих мужчин.

Велия довольная откинулась на шелковые подушки, пока Шериз продолжал играть с серым соском. Хоть ненадолго она смогла отвлечься от всей этой суеты и насладиться приятным обществом.

К сожалению, все имеет свой конец, поэтому уже через час принцесса Велия Шелар'рис направлялась в замок, попутно кивая встречным путникам. Пантера под ней, молодой самец Арст, недовольно порыкивал. Верные спутники дроу, увы, все же были смертны, поэтому за свою жизнь темные эльфы успевали сменить множество пантер. Обычно старались брать детенышей своего предыдущего друга, но пантера Велии умерла молодой – поймала стрелу вместо хозяйки, – и принцессе пришлось взять чужого детеныша. Арст был непослушным и невыдержанным котенком, таким же он и вырос. Несмотря на твердую руку хозяйки, он так и не смог научиться терпению и послушанию. Велия немало намучалась с ним, уже отчаявшись приручить под себя это животное. Если своих предыдущих пантер она любила, то Арста лишь терпела. Иногда ее даже посещали крамольные мысли о его скорой смерти. Все ведь может произойти.

Стражники распахнули ворота замка, впуская принцессу. На самом деле, попасть домой она могла и менее заметно, но сегодняшний визит был полуофициальным и не нуждался в том, чтобы его прятали. Велия и так нарушала некоторые правила приличия: по этикету знатных леди сопровождала охрана и хотя бы пара компаньонок. К лордам требований было меньше, но они тоже брали несколько воинов с собой, если выбирались из поместья. Однако для свободолюбивой императорской семьи такое было невозможно! Так что и принцы, и принцесса по столице передвигались совершенно свободно и без какого-либо сопровождения: они же все воины, зачем им охрана? В дальние путешествия, конечно, брали отряд воинов – все же головы отпрысков Императора стоили немало. К слову, принцы были не единственные, кто тяготился этикетом: многие лорды провинций тоже поступались правилами, и даже меладская знать иногда нарушала традиции светского общества. В конце концов, Темная Империя была местом сильных, способных защитить себя. Так что к чему им охрана?

Родной замок встретил Велию тишиной и покоем. Конечно, это всего лишь видимость, однако даже такой иллюзии принцесса была благодарна. Она радовалась ровно до того момента, пока не повстречала на лестнице Шильэт с Лисари. Мгновенно умиротворение сменилось яростью, когда Велия увидела темно-багровое платье с открытыми плечами у светлой эльфийки. В замке гостят важные лорды, а она одевается, как шлюха. Ах, да, она ведь ею и является.

– Темной ночи, Велия, – поприветствовала принцессу Лисари. Шильэт ограничилась кивком.

Велия демонстративно прошла мимо, даже не повернув головы. Когда Лисари только появилась в замке, она еще иногда с нею общалась – исключительно ради племянницы и братьев. Но и светлая тогда вела себя относительно прилично. Однако как только в замке появилась эта одноглазая дикарка, Лисари быстро вспомнила старые привычки. Теперь парочка безродных девиц постоянно где-то шлялась, смеялась над пошлыми шутками и вела себя крайне, просто непозволительно, мерзко. Поведение Велии было лишь логичной реакцией на подобное. Общаться с этими она точно не собиралась. Они ей не семья, что бы не говорила мама. Только на ней, Темной Императрице, властвующей в Меладе и замке, держался хрупкий мир. Не будь мамы, которая никогда бы не допустила открытых ссор, и между женщинами разразилась бы война. Жаль, что так вышло. Велия, будь она на месте мамы, вышвырнула бы обеих девиц из замка на следующий день после родов. Если Варро с Вэйлой являлись частью семьи, то их матерям следовало помнить, что они – никто.