Амуланга

Тем не менее, порой сила воли подводила Тайку. Не дождавшись заветного выходного, она могла проснуться от дикого голода часиков в пять утра и побежать в соседнюю «Якиторию», заказать сразу несколько блюд, как самая настоящая обжора, и с ощущением необыкновенного счастья уплетать свой ранний завтрак, наслаждаясь каждым его мгновением в гордом одиночестве. Или же, поддавшись соблазну, могла сорваться и за один присест опустошить банку любимых консервированных персиков.

Лиза долго еще поглощала пиццу с громкими хвалебными комментариями, всё больше раздражая Тайку. В целом, она была неплохая – отзывчивая, с добрым сердцем и чувством юмора, но Тая испытывала к ней неприязнь по одной простой причине – Лиза не была стройной. Тая понимала, что это бред, нельзя делить людей на красивых и уродливых, худых и толстых, и относиться к последним как к изгоям. Однако ничего не могла поделать с собой, продолжая испытывать к ним брезгливость как к прокаженным. В одной книжке про счастье Тая вычитала, что наша жизнь – это нечто среднее из того, что представляет собой твое окружение из пяти людей, с которыми ты общаешься чаще всего, поэтому в свой Мир она предпочитала впускать только самых красивых и удачливых.

Возраст Лизы стал для нее целым открытием. Двадцать пять лет! Почти ее ровесница, ненамного старше, а выглядит так, как будто ей уже далеко за тридцатник. Тая знала, что лишние килограммы зрительно прибавляют годы, но не в таких же масштабах! Лизу нельзя было назвать толстушкой, даже в категорию полных она едва вписывалась. Это была просто в меру упитанная девушка с женственной фигурой, которая не стеснялась ходить в облегающих джинсах на низкой талии и коротеньких футболках. И именно это вызывало у Таи наибольшее отвращение.

Глядя на выпирающие над ремнем животик и расплывшиеся бока, уныло обвисшую грудь (Лиза не носила бюстгальтеры) и намечающийся второй подбородок, она думала о том, что на месте коллеги не могла бы смотреть на себя в зеркало.

Однако отрицать способности Лизы Тая не могла. За полтора года она умудрилась стать правой рукой редактора – эксцентричной и капризной дамочки с хореографическим образованием, которой просто посчастливилось выйти замуж за директора издательского дома. В редакции сотрудники между собой называли ее Горгоной – и за внешнее сходство благодаря ее торчащим во все стороны непокорным кудрям, и за скверный характер.

На столе Лизы громко завибрировал мобильный телефон, и голос Niletto запел последний хит «Любимка». Девушка торопливо вытерла салфеткой жирные после пиццы пальцы и схватила телефон.

– Привет, малыш!… Я тоже соскучилась… Собиралась тебе позвонить… Да ничего не делаю, обедаю… Что ем? Пиццу…. С ветчиной и сыром…

Тая надела наушники, чтобы не слушать приторный голосок Лизы, воркующей со своим Малышом. Смотреть на ее расплывшееся в счастливой улыбке лицо было противно.

Даже эту корову кто-то любит. Интересно, за что? За что можно любить ее?

Ведь Таю, несмотря на ее яркую внешность и таланты, никто не любил по-настоящему. Хотя поклонников у нее пруд пруди. Но каждый из них, плененный ее красотой, получив то, что хотел, исчезал с невероятной скоростью, заставляя ее ломать голову над тем, что же в ней не так. А этот Малыш пылинки сдувает с Лизы, каждый день встречает с работы, готовит для нее любимые блюда и за полгода их отношений познакомил уже со всей своей родней. Разве не странно?

А может, он какой-нибудь урод? Или толстяк? И они просто нашли друг друга, как два полных мима-клоуна в одной из киноновелл «Париж, я люблю тебя». Два одиночества, никому не нужные, кроме друг друга.

Подумав об этом, Тая успокоилась и даже повеселела. Она решила сделать перерыв, обед ведь! Свернула статью на мониторе, достала из ящика сочное зеленое яблоко и зашла на свою страничку ВКонтакте. Размышления на тему любви натолкнули ее на одну мысль.

Что, если Он все-таки здесь?

Создав аккаунт на этом сайте, первым делом Тайка с волнением набрала в поисковой строке заветное имя, надеясь отыскать любовь всей своей жизни, о которой не могла забыть долгие годы. Но, к ее глубочайшему огорчению, его там не оказалось. Периодически, продолжая надеяться на чудо, Тая вбивала в поиске его имя и фамилию, но находила лишь безликих тезок и однофамильцев.

И вот, размышляя сейчас о Малыше, чье настоящее имя оставалось загадкой для всей редакции, поскольку Лиза всегда называла его лишь Малышом, ее осенило.

А что, если он тоже зарегистрировался на сайте под каким-то ником?

Тая отыскала в сообществах страницу его ВУЗа, затем нашла страницу его факультета и на третьей странице подписчиков обнаружила родное улыбающееся лицо.

Она нашла Его! Тая никогда бы не догадалась, что он может скрываться под ником «Пижон». Хотя всё логично, его фамилия Голубь по-французски звучит именно так – «Pigeon». Он, как всегда, в своем репертуаре – любит загадки!

Настроение Таи взмыло до небес, и она даже была готова расцеловать Лизу, которая подошла к ее столу после разговора со своим Малышом.

– Ну как у тебя со статьей? Продвигается?

– Еще как! У меня появилась новая теория о дежавю. Как раз над ней я и работаю сейчас.

– Новая? – глаза Лизы загорелись от любопытства. – Ну-ка, расскажи!

– Она существенно отличается от того, как люди обычно воспринимают дежавю.

– Лично для меня дежавю – мгновение, когда резко возникает ощущение того, что это как будто когда-то со мной уже происходило. Например, я сижу в компании друзей и вдруг чувствую, что это всё уже точно было: кто-то из друзей говорит какую-то фразу, подруга в ответ произносит определенные слова, по радио играет именно та песня, и в этот самый миг раздается звонок, а кто-то случайно разбивает стакан. Всё точь-в-точь, как было когда-то!

– Да, это второй вид дежавю, наиболее распространенный, – кивнула Тая.

– А к первому тогда что относится? – поинтересовалась Лиза.

– Например, ты оказываешься в незнакомом городе, в котором точно никогда не была, но это место кажется тебе настолько знакомым, что ты даже знаешь, в какой стороне какие достопримечательности находятся. Может, ты действительно была там раньше, только в другом теле, и это воспоминания твоей Души о прошлых жизнях, заключенные в бессознательном, оживают и пробиваются в твое сознание за счет эмоциональной близости этого места. Но это касается не только мест, но и людей. Ведь бывает иногда такое, что ты видишь человека впервые, а такое ощущение как будто знала его раньше, когда-то. Или, наоборот, не испытываешь никаких чувств к близкому и родному человеку. Может быть, в прошлой жизни именно он принес тебе горести и страдания.

– А что за новая теория?

– Она относится ко второму виду. Считается, что все мы живем в Другом мире, где у нас радостная и совершенная жизнь – что-то вроде рая, а сюда, на землю, мы совершаем всего лишь кратковременные путешествия, чтобы учиться на собственном опыте, расти и развиваться на бесконечном вечном пути Души. И перед тем, как в очередной раз вернуться на землю из Другого мира, мы тщательно планируем свое пребывание здесь. В этот План мы вносим незначительные детали и, казалось бы, бессмысленные мелочи, разбрасываем их тут и там, чтобы потом, столкнувшись с ними, осознать, что идем по правильном пути. Это как Мальчик-с-Пальчик в сказке разбрасывал белые камешки, чтобы по ним найти дорогу домой. Поэтому, когда мы натыкаемся на детали своего Плана, у нас возникает ощущение дежавю. Мы неожиданно чувствуем, что как будто уже знаем эту ситуацию, и нам начинает казаться, что мы уже проживали этот момент. Но это не так. Во время таких дежавю мы просто вспоминаем крошечные детали, которые сами же включили в свой жизненный путь еще до рождения, в том Другом мире.

Лиза задумчиво почесала затылок.

– А что, интересная мысль! Свежая и неизбитая. Думаю, нашим читателям понравится твоя статья. Получается, что мы заранее выбираем себе жизнь?

Тая откусила яблоко и кивнула.

– Так же, как, например, присматриваемся в какой ВУЗ поступать, так и тут мы подбираем варианты, где и с кем мы будем жить: выбираем себе родителей, семью, любимых, детей, друзей, руководителей и подчиненных, даже случайных знакомых и домашних животных. Выбираем внешность – цвет волос, глаз, кожи, вес, характер, предпочтения, слабости и недостатки, навыки и таланты, хобби, интересы и даже странности, о которых никто, кроме нас, знать не будет. Мы выбираем место и дату рождения, город и дом, в котором будем жить, своих соседей, даже врагов, и время встречи с ними. Болезни и травмы, которые нам суждено пережить, мы тоже выбираем сами.

– По этой теории, получается, что мы все – идиоты, раз сталкиваемся по жизни с кучей трудностей и проблем. Зачем мы их себе выбираем, если можно жить припеваючи?

– В том-то и дело, что беззаботная жизнь у нас уже есть в Другом мире, где мы пребываем в состоянии блаженной эйфории, и сюда, на землю, мы отправляемся за тем, чтобы развиваться. Мы готовимся к суровой школе, наполненной трудностями и уроками, которые даются большой ценой. Это как в компьютерной игре – мы выбираем сложный уровень, напичканный препятствиями, потому что это вызов – его интересней проходить и узнавать, на что ты способен.

– Тогда, по-твоему, если мы живем по выбранному Плану и заранее придумали себе все его детали, теперь мы ничего не можем изменить в своей жизни? Мы что-то вроде запрограммированных роботов?

– Лиза, что за бред! Ничего подобного я не утверждала. Выбор есть всегда в отношении каждой из деталей. Если по плану тебе предлагают попробовать наркотики, ты можешь согласиться и стать наркоманом, а можешь отказаться и продолжить дальше свой путь. Или если кого-то бросила любимая девушка и ушла к его лучшему другу, можно подловить их обоих и отомстить или даже убить, можно спиться от горя, а можно извлечь из этой ситуации урок и отправиться на поиски счастливой любви. Можно по плану быть толстой дурнушкой и оставаться такой всю жизнь, а можно взять себя в руки и превратиться из гадкого утенка в лебедя. Или если у тебя, как предписано планом, муж – абьюзер, ты можешь смириться с этим и всю жизнь терпеть его побои, измены и издевательства, а можешь уйти и оставить его в прошлом. Ценность запланированной жизни не в том, с чем мы сталкиваемся, а в том, как мы реагируем на эти испытания.

– Хмм, Горгоне точно понравится статья. Когда планируешь ее дописать?

– Постараюсь до конца рабочего дня.

– Молодец, Тайка! – Лиза одобрительно похлопала ее по плечу. – Интересный материал подготовила. Кстати, забыла сказать, Горгона хочет поручить тебе работу с Маликой.

– Надеюсь, ты шутишь? Я не буду заниматься этой шарлатанкой!

Так называемая «потомственная ясновидящая» Малика была любимицей редактора. Эта невысокая смуглая женщина средних лет с чалмой на голове настолько втерлась в ее доверие, что Горгона уже ни шагу не могла ступить без ее совета. Она регулярно приглашала Малику к себе домой для ритуала очищения ауры квартиры, но вскоре этого ей стало мало. Теперь каждую последнюю пятницу месяца самопровозглашенная экстрасенс совершала в стенах офиса обряды для привлечения финансового процветания. А на днях Горгона, одурманенная чарами аферистки, предложила ей вести еженедельную рубрику «Гороскоп от Малики».

– Черт, каждую неделю общаться с этой чокнутой дамочкой и редактировать ее гороскоп? За что мне это наказание!

– Не расстраивайся! Это не так уж сложно. Просто Малика пишет гороскопы от руки. Тебе лишь нужно будет принимать текст, набирать его и, если нужно, подкорректировать.

Тая нервно пульнула огрызок в мусорную корзину в другой стороне редакции. Попала, к своему большому удивлению.

– А сейчас лучше сосредоточься на статье и допиши ее поскорей, – посоветовала Лиза. – Если сегодня успеешь, поставим ее в этот номер. Давай, удачи тебе!

Тайка тяжело вздохнула и повернулась к монитору, который, проснувшись после спящего режима, раскрыл перед ней страницу Пижона ВКонтакте. Она моментально вспомнила о своей драгоценной находке и снова повеселела.

Ура! Я нашла его! Вот Юлька обалдеет! Жизнь все-таки прекрасна, несмотря ни на Малику, ни на сумасшедшую Горгону, ни на Лизу с ее Малышом вместе взятых.

*

Они долго стояли молча возле окна. Каждая думала о своем, созерцая тихую снежную ночь, словно из новогодней сказки. Город спал, укутанный в мерцающее белоснежное манто, а пушистые хлопья, сверкая при свете фонарей, всё падали и падали с небес на сонные ели. Это была настолько идеальная картинка, что казалось, талантливый художник-постановщик создал волшебные декорации для съемок романтического фильма. Не хотелось нарушать этот безмолвный, волнующий миг любования природой какими-то словами. Но они были неизбежны.

– Это произойдет завтра.

Тишину разрезал голос женщины постарше, чье лицо уже коснулся своей кистью неумолимый гример Время. Однако морщинки совсем не портили ее красоту. Глаза женщины излучали свет, и от ее взгляда на душе становилось тепло, словно она обволакивала своим присутствием волной покоя и умиротворения.

– Завтра? – с удивлением переспросила вторая монахиня. – Уже? На нее столько всего навалилось разом. Она рискует потерять рассудок.

– К сожалению, время играет не в нашу пользу. Нам надо торопиться. Они идут по ее следам, и мы должны их опередить. Ты отдашь ей сверток, когда она будет стоять в очереди к иконе.

– Вы уверены, что она придет?

– Да, хотя она сама еще не знает об этом. Время пришло. Пора Кермен самой узнать всю правду.

*

– Как он мог так поступить со мной? Как? Я ведь даже была уже готова посвятить ему свою жизнь, родить ему ребенка… Ненавижу его!

Белка слушала эти слова уже в сотый раз за вечер, и чем больше коктейлей было выпито ее подругой, тем чаще повторялись эти фразы.

Настя позвонила в десять вечера и, рыдая в трубку, умоляла срочно приехать к ней в бар недалеко от Кудринской площади. Даже без каких-либо объяснений Белка уже знала причину ее слез. Это происходило каждые два-три месяца по одному и тому же сценарию, менялись только имена. Каждый раз Настя безоглядно влюблялась и теряла голову, летая на крыльях любви весь конфетно-букетный период: каждые пять минут, словно одержимая, строчила сообщения Любви всей своей жизни и строила грандиозные планы на выходные/отпуск/Новый год/день святого Валентина, а потом однажды он куда-то безвозвратно исчезал в утреннем тумане. Или же у него оказывалась беременная жена, или он встретил другую, или же просто прекращал отношения, не утруждая себя никакими объяснениями.

Белка молча слушала очередную печальную историю, на сей раз о «подонке Вадике», который час назад за этим же столиком сказал ее подруге, что им дальше не по пути. За окном при свете фонарей кружился снег, мчались куда-то машины, прохожие с раскрасневшимися на морозе лицами торопливо проходили мимо в неведомые дали. Город жил своей жизнью, и никому не было дела до того, что где-то рядом одна девушка с разбитым сердцем не знала, как ей жить дальше, а вторая размышляла о том, как было бы неплохо побаловать себя вкусняшкой напоследок перед тем, как ее отправят в психушку.

Белка помахала рукой официанту.

– Капучино с карамельным сиропом и пирожное «Матча с грушей», пожалуйста.

– За что мне всё это? – в очередной раз воскликнула Настя, не обращая внимания на официанта. – Белка, может, на мне, правда, какое-то проклятие? Почему мужики бегут от меня как от огня? Ведь я не уродина какая-нибудь и не дура.

В том, что Настя не уродина, никто не сомневался. В семнадцать лет она завоевала титул одной из первых красавиц на международном конкурсе красоты. Высокая эффектная блондинка с классическими чертами лица и пронзительными синими глазами запросто могла бы блистать в Голливуде. В школьные и студенческие годы в своем родном городе на берегу Черного моря с необычным названием Изумрудный Остров юная Анастасия работала моделью в театре моды «Ариэль» вместе со своими верными подругами Белкой, Василисой и Никой. В университете она изучала гостиничное дело, и, получив диплом прошлым летом, отправилась покорять столицу. Теперь Настя работала менеджером в роскошном отеле в районе Улицы 1905 года и нередко находила героев для своих романтических историй прямо на рабочем месте среди постояльцев.

Белка тоже перебралась в Москву недавно, но ее путь к столичной жизни оказался более извилистым. После окончания школы она поступила в престижный университет имени Воронцова в родном Изумрудном острове, выбрав юриспруденцию, однако вскоре осознала, что это не ее призвание, и, стремясь вырваться от родительских оков, отправилась в Лондон изучать искусство. Там в одном из пабов юная кочевница познакомилась с молодым перспективным фотографом, за которого даже чуть было не выскочила замуж. Благодаря своему жениху, вращающемуся в модельном бизнесе, девятнадцатилетняя Белка стремительно шагнула на международные подиумы, дебютировав на неделе Высокой моды в Лондоне. А потом пошло-поехало – Милан, Париж, Нью-Йорк, Токио. Вскоре помолвка была расторгнута. Белке надоела жгучая ревность ее Пигмалиона, который почти каждый день устраивал по телефону истерики и закатывал сцены, когда она возвращалась после поездок. Белка осознала, как прекрасно быть молодой, красивой и, что самое важное, свободной в этом мире, который раскрывал перед ней свои двери. А фотограф, в свою очередь, сделал для себя вывод, что фотографии новой будущей невесты лучше держать под замком, чтобы ее снова ненароком не заприметил какой-нибудь модельный скаут.

Однако, даже не смотря на ее успешную карьеру, жизнь вдали от Родины вскоре наскучила Белке, и юная кочевница купила билет в Москву, чтобы с новыми силами ворваться в столичные тусовки.

– Может, мне бабку поискать какую-нибудь, чтобы сняла с меня порчу? Как думаешь? – поинтересовалась Настя, искренне надеясь на чудо.

В ожидании кофе с десертом Белка разглядывала снегопад за окном. После слов подруги она перевела взгляд и несколько секунд задумчиво смотрела на Настю, как будто решая, стоит ли переводить разговор в новое русло или нет, после чего решительно произнесла:

– Тебе не бабка нужна.

– А что?

– Включить мозги.

Настя удивленно уставилась на нее.

– В смысле?

– В прямом. Когда ты бросаешься в очередной роман, как в омут с головой, ты реально тупеешь.

– ???

– Я, Ника, Василиса пытались тебе сказать это и раньше, но ты не хотела слушать и уверяла, что разберешься сама.

Ее подруга тяжело вздохнула.

– А сейчас мне нужен твой совет. Я уже совсем запуталась. Ну что со мной не так? Почему я как проклятая? – она захныкала как маленькая девочка.

Белка пристально посмотрела ей в глаза.

– Что ты сделала ради Стаса?

– … В смысле?

– Покрасилась в рыжий цвет, потому что он любит рыжих и хотел видеть тебя такой.

– Да, потом из-за этого козла пришлось травить волосы, чтобы вернуться к своему естественному цвету, – вспомнив о нем, Настя нахмурилась.

– Что ты сделала ради Миши?

– … Стала вегетарианкой…

– Плюс записалась на танец живота по его просьбе и усердно три раза в неделю ходила на занятия, хотя терпеть их не могла.

Настя согласно кивнула. Она сжалась в кресло, потрясенная словами Белки. До нее медленно, но верно стало доходить к чему клонит подруга.

– Что ты сделала ради Вадика?

– Начала изучать этот противный немецкий, потому что он хотел, чтобы мы вместе ходили на курсы и делали домашние задания вдвоем. Тогда мне это казалось романтичным, а сейчас понимаю, что только зря потратила столько денег и времени.

– Почему ты всё это делала ради них?

– Потому что они этого хотели.

– А чего хотела ты?

Настя молча допила коктейль, ее рука дрожала, когда она ею взмахнула, подзывая официанта, чтобы заказать новый напиток.

– То, чего я хотела, их не интересовало. Мы делали только то, что хотели они.

– Скажи, а они что-нибудь сделали ради тебя?

Подруга замерла в тишине, не произнеся ни слова.

– Все они брали то, что хотели, и вышвыривали тебя как ненужную вещь. И делали они это по одной простой причине – ты сама позволяла им так поступать с тобой. Каждый из них при знакомстве с тобой видел очаровательную умную девушку, которая у них на глазах превращалась в поддавалку.

– В кого?! – округлила глаза Настя.

– В того, кто постоянно поддается. Знаешь, когда я в детстве играла с папой в шахматы и он начинал нарочно поддаваться, мне становилось скучно, и я теряла интерес к игре. Так и ты. Вместо того чтобы позволить парню завоевывать тебя, сама бросалась на него и потакала всем его капризам и глупым желаниям, стараясь во всем угодить. И ты такая им быстро надоедала.

– А что мне надо было делать?

– Надо было оставаться самой собой. Ты – личность и не должна подстраиваться под чужие ожидания. Человек, которому ты на самом деле дорога, будет тебя ценить независимо от цвета твоих волос, знания иностранных языков или умения танцевать. В тебе должен быть стержень, твердо стой на своих ногах и люби себя, тогда и окружающие будут воспринимать тебя соответственно, так, как ты того заслуживаешь.

Настя горько усмехнулась.

– Мне следовало раньше выслушать тебя, чтобы ты прочистила мне мозги. Надо стать такой же бесчувственной, как ты, и не влюбляться в кого попало. До Москвы и я ведь такой была, а потом ударилась во все тяжкие.

Действительно, сейчас в это сложно было поверить, но всего пару лет назад победительница международного конкурса красоты Анастасия Королёва слыла самой неприступной Снежной Королевой в их родном городке на берегу Черного моря.

– Я не бесчувственная. Просто не верю в любовь. Люди сами себе ее придумали, им нравится создавать мифы. Не отрицаю, что существует симпатия, страсть, привязанность… Вот ты веришь в Деда Мороза?

– Нет, конечно!

– Вот и я тоже. Любовь – это как Дед Мороз, придуманная романтичная сказка.

– Фу, Белка! Не люблю, когда ты так говоришь. И, между прочим, некоторые сказки на самом деле становятся реальностью. Вот Водянова тому пример. На днях она выложила помолвочное кольцо, которое ей подарил миллиардер Антуан Арно, сын самого богатого человека в мире после Джеффа Безоса.

Официант принес заказ, и Белка с истинным наслаждением принялась за десерт. От полученного удовольствия у нее поднялось настроение, она моментально подобрела и стала менее категоричной в своих суждениях.

– Хотя знаешь, Настёна, может, ты и права, Настена. Возможно, и любовь есть, ведь у Ники случилась такая, как в кино – одна на миллион, а, может, даже и Дед Мороз существует на свете. Я уже ничему не удивлюсь.

Настя с подозрением посмотрела на подругу.

– Ты чего, мать? Что-то ты мне не нравишься. У тебя что-то случилось? Вот я дура, хнычу из-за Вадика, а у тебя, может, горе.

– Ну, я даже не знаю, к чему относится то, что я схожу с ума. Наверное, горем это тоже можно назвать, – Белка, как ни в чем не бывало, пожала плечами.

– Что за бред ты несешь!

– Настя, я реально схожу с ума, – она склонилась над столом и заговорщически прошептала:

– Скоро меня упекут в психушку.

– Ты прикалываешься надо мной?

– Я на полном серьезе.

– Когда у людей едет крыша, они этого не осознают. А если ты осознаешь, значит, ты не сумасшедшая, – сделала вывод ее подруга.

– Сегодня рано утром я пошла в «Перекресток», а на улице был май! Сирень цвела, на деревьях была зеленая листва, в пруду уточки плавали. И фонари как будто здоровались со мной.

– Фонари как будто что? – не поняла Настя.

– Подмигивали мне. Каждый фонарь, мимо которого я проходила. У меня уже было такое в детстве.

– Да это тебе просто приснилось!

– Нет! Охранник предупредил меня, что я потом буду думать, что это был сон, а это был ни фига не сон!

– Больше ничего этот умник не сказал?

– Сказал. Говорит, что в прошлой жизни желтый цвет мне тоже был к лицу…

– Да это просто охранник сумасшедший! Нашла кого слушать. Забиваешь себе голову какой-то ерундой, – подруга с облегчением вздохнула. – Ну и напугала же ты меня! Я уже почти поверила, что случилось что-то серьезное…

– Там еще Потапов был! Тот постоянный гость отеля, которого ты охмурить хотела. Ну, сын банкира, которого летом невеста бросила перед свадьбой.

– Да помню я кто такой Потапов!

Осенью Белка по просьбе Насти около месяца проработала на ресепшн отеля, расследуя дело о кражах в номерах. Подобные авантюры были ее любимым развлечением. Результатами своих расследований книжная кочевница, страстная поклонница творчества Агаты Кристи, делилась в своем блоге «Повести Белки», и друзья, да и нередко и подписчики, обращались к ней за помощью, когда нуждались в креативном решении проблем.

– Потапов был одет как на пляжную вечеринку, как будто он реально живет в мае! Если не веришь, можешь позвонить ему и спросить у него, видел ли он утром в «Перекрестке» девушку в пижаме.