Судьба с пометкой «fault»

– Идёт.

– Садись ко мне на спину, – он снова опустился на пол в стойку для отжиманий. Девчонка непонимающе смотрела на него. – Мне нужна нагрузка, а тут кроме вас ни хрена нет. Будешь живой гирей.

Пожав плечами, Донна осторожно уселась на широкую спину надзирателя. Через пару минут таких качелей, она вновь заговорила.

– Тебя, выходит, зовут Маркус?

– Неужели читать умеешь? – пыхтя, спросил он.

– Да я много чего умею. Мы вообще-то не дикари.

– Правда что-ль? А так и не скажешь.

– Ты больше похож на безмозглого упыря. А я «человек разумный».

– Здесь ты расходный биоматериал, не более того. Образец для исследований и экспериментов, а не «человек», – Марк ловко скинул свою «нагрузку» на пол и сам уселся рядом перевести дыхание. Донна с задумчиво уставилась на него.

– Давно ты здесь? – спросила она.

– Достаточно, чтобы не задавать лишних вопросов и делать, что велят, – буркнул он. Но под пристальным взглядом Донны, сдался и всё-таки ответил. – Почти два года.

– Ты ведь из военных, судя по твоему виду, а торчишь тут. Сам, как и мы, пленник. За что тебя сюда сослали?

– Будешь много знать, не успеешь состариться. Теперь обними меня и зафиксируйся. Будем подтягиваться.

Донна послушно обвила Марка руками за шею, а ногами за торс, повиснув словно маленькая обезьянка. Парень довольно легко подпрыгнул и повис на выступе дверного прохода.

– Так в чём твой дефект? Тебя из-за него сюда поместили? – не унималась девчонка.

– Никак не успокоишься?

– Ага! Я настырная, как говорит бабушка, – впервые улыбнулась Гранд. – Расскажи мне о себе. И об этом месте. Раз мы застряли тут вместе.

– Просто делай, что говорят мозговики в белой форме, будет проще жить, – поделился опытом наставник, пытаясь сдуть со своего носа золотую кучеряшку, такую же упёртую, как и хозяйка. – Да убери ты свои чёртовы волосы! Как ты живёшь с ними!

Одной рукой Донна попробовала заправить за ухо торчащие кудри, но это не сработало. Так ещё и хватку потеряла. Девушка стала плавно соскальзывать вниз.

– Ой! – вскрикнула она, когда почти свалилась, но мужчина ловко спрыгнул и успел подхватить свой «утяжелитель». Теперь она сидела у него на руках, по-прежнему обнимая. – Ты мокрый и скользкий, не смогла удержаться.

– Это просто ты слабая и тощая, – возразил он. – Но остальные ещё хуже. И сделай что-нибудь со своей бурной растительностью на голове. А то я тебя обрею.

– Даже не думай! И хватит уже меня гнобить. Ты сам, между прочим, бракованный модификат с посредственной физиономией. Могли бы сделать и поинтереснее, если честно. Сидишь тут и сходишь с ума от бессилия, не зная, чем себя занять, – выдала внезапно девчонка.

– Всё высказала? Или ещё осталась пара сложных слов в запасе? – невозмутимо ответил парень, рассматривая веснушки на её лице.

– Можно подумать, ты что-то понял, – язвила та.

– Я могу, не моргнув глазом, свернуть твою рыжую головку двумя пальцами, – сверлил он девчонку своим рентгеновским взглядом.

– Которыми ты сейчас вцепился в мой зад? – Дон смело уставилась в ответ прямо ему в глаза. – Ничего не перепутал?

– Хочешь узнать, какая у меня «работа» в этом центре? – спросил он вдруг, с хитрым прищуром.

– Ну рассказывай, – хмыкнула она, удивлённо вздёрнув брови, – мне в таком положении самое то слушать. Я – само внимание.

– Я лучше покажу. Тебе понравится…

* * *

В смотровую зашёл ведущий научный сотрудник проекта. На его нашивке красовалась надпись: «Аристофано Атвуд». За столом сидел его безымянный коллега, наблюдая за целым рядом мониторов и делая пометки в журналах. На экранах отображали четыре жилых блока с новенькими особями.

– Как там у них дела? – спросил вошедший. – О, да тут всё в активном процессе! Я же говорил, что Марк справится. У этого модификата настоящий талант! И как это у него только получается с этими самками сапов?

– У него не только получается, но ещё и результативность хорошая, – согласился коллега, просматривая статистику. – Один из лучших производителей, я регулярно составляю отчёты. А я так и не могу выяснить почему! Все его мутации не могут прямо или косвенно объяснить такой эффект. Рид меня сожрёт в конце концов!

– Так он бы и не попал к нам, будь с ним всё просто и понятно. Выясним, надо ещё парочку новых тестов запустить с ним. Есть у меня несколько идей, которые надо проверить, – задумчиво произнёс Аристофано. – Это он в каком трибериуме сейчас, в третьем? С теми новенькими, которых доставили через свободную закупку?

– Ага. Отличная партия! Но совсем дикие. Они двоих игреков покалечили за неделю. А у Этого получилось на раз-два застроить девок, – младший научный зеропол увлечённо наблюдал «кино для взрослых» в третьем блоке. – Глянь, что вытворяет с рыжей! Она у самок там за главную. Та ещё хитрая стерва. Во даёт!

– Надо сказать ему, чтобы малолеток не трогал пока. Пусть подрастут немного. А то с Марка станется, он всех дожмёт за пару недель, – просматривая план заданий на доске, произнёс первый учёный. – Потом перебрось его в Четвёртый. Недельки через 2–3. А там посмотрим, в какой дальше.

– Понял, – кивнул второй и сделал себе пометку.

Оба с неподдельным интересом наблюдали за происходящим на экране. Марк был одним из главных производителей в проекте. Загадочный по своей модифицированной природе, парень никак не вписывался в научную работу главы «Генезиса» Дианы Рид. И целая команда учёных уже второй год решала этот сложный ребус.

2774 г. Снова Донна

Спустя год Маркус (именно так его окрестила Гранд, и имя прижилось) вновь вернулся в Третий отсек. Он уже настолько привык к переводам из одного блока в другой, что все они казались одним сплошным безликим помещением. Так же, как и их обитательницы. Но в этом было что-то не так. Парень привычно втянул носом воздух и знакомым маршрутом направился в свою комнату. По пути никто не встретился, запах лекарств неприятно бил по обонянию. И главное тишина, что очень необычно для этих девчонок.

Модификат зашёл в свою комнату. На кровати лежала Донна. Она посмотрела на вошедшего мужчину отстранённым потухшим взглядом.

– Привет, Рыжуля, – произнёс парень, пристраивая потрёпанный рюкзак возле стены.

– Маркус, – очнувшись, она вдруг села.

– И давно ты оккупировала мою комнату? – ехидно, но по-доброму, спросил он, подсаживаясь рядом к подружке.

– Ты вернулся! – она радостно кинулась к нему и повисла на шее. – Злыдень ты упёртый, как я рада тебя видеть.

– Меня снова перевели к вам, – приобняв в ответ, сказал он. – Пока вроде на месяц. Как вы тут?

– Без тебя много всего произошло… – Донна вновь сникла.

– Рассказывай. А то эти бесполые уроды ничего не говорят мне.

– Не знаю с чего и начать… – тяжело вздохнула она. – Это был какой-то ужас. Я родила мальчика. Не знаю, когда это было, мне кажется прошла целая вечность с того дня. Они его сразу забрали у меня, даже не показали. Потом сказали, что он умер. Но я слышала, как он плакал! Он кричал, пока эти в белой форме что-то с ним делали! А я ничего не могла сделать, понимаешь? Меня привязали и обкололи всю какой-то дрянью. Лежала там и ничем не могла помочь нашему мальчику, когда его там…

Донна больше не могла говорить от нахлынувших чувств. Она судорожно зарыдала, закрыв лицо руками.

– Ты не могла ему помочь, я понял, – Маркус вдруг подвинулся ближе и обнял девушку. Сам того не понимая, он поддался внезапному порыву, такому незнакомому ему ранее чувству, потому что именно это необходимо сейчас для них обоих. – Ты не могла его защитить, не надо терзать себя, Дон.

– Что они за люди такие! Почему так поступают с нами? Это же бесчеловечно отбирать беззащитное дитя у матери! Так нельзя!

– Я не знаю. Мне жаль… Правда жаль, что всё вот так.

– Но это не всё! У Клары тоже был малыш. Только он не успел родиться. Что-то там случилось, я не знаю точно. Но её увезли на каталке, а вернули через несколько дней… Не знаю точно сколько… Клара рассказывала, что она провалилась в темноту, словно её «отключили». Очнулась она уже без живота в мед. отсеке. Ей даже не сказали, что произошло. Как только зажили порезы, её снова вернули к нам.

Маркус тяжело вздохнул. Это было обычным делом здесь. Всё полученное потомство изымалось для изучения. И живые, и мёртвые передавались в другие лаборатории. Что там с ним делали дальше – универсал старался не думать и уж тем более не знать.

– Скорее всего и её ребёнок умер, – произнёс парень уныло. – Но есть крошечный шанс, что его выходили в инкубаторе. Я видел такие однажды, когда мелкого головастика перевозили из оперблока в неонатологию.

– Ты можешь узнать точно? – встрепенулась тут же Гранд и уставилась на него с надеждой. – Ты ведь служишь здесь, а не пленник, как мы.

– Не могу. Прости, Рыжуля, у меня нет доступа к этой информации.

– Это жестоко, – снова сникла подруга. – Почему нам нельзя хотя бы узнать? Неизвестность хуже всего. Ненавижу их всех…

– Ненависть не даст тебе ответов. Только изведёшь себя понапрасну. Лучше успокойся и живи, как есть, дальше.

– Для тебя это просто работа. Впервые завидую модификату, что у вас нет чувств.

– Они есть, только не у всех, – признался он. – Или слишком глубоко запрятаны.

– Мне не легче. Но знаешь, я всё же рада, что прислали тебя, а не кого-то другого.

– И я тоже рад вырваться из лаборатории к вам. Мне тебя не хватало, Рыжая ты Заноза. Я серьёзно.

– Я тоже скучала по тебе.

Они удобно устроились на кровати, прижавшись друг к другу. Оба замолчали.

– Останешься сегодня у меня? – нарушил молчание Маркус.

– Да. Только давай будем вместе просто так. А завтра уже начнёшь выполнять «план»… – произнесла Донна другим тоном, совсем «по-взрослому».

– Хорошо. Я конечно постараюсь, но рядом с тобой лежать «просто так» довольно трудно.

– Маркус – ты чёрстволобый дурак! Я тогда лучше пойду, – подскочила она, в сердцах ударив приятеля кулаком.

– Постой, не уходи! – успел он поймать её за руку. – Буду вести себя примерно, обещаю.

Донна снова устроилась под боком у парня. Тот пригладил непослушные кудряшки, стараясь уложить золотые пряди, чтобы они не щекотали лицо. Парочка затихла в объятиях будто пара бродячих кошек, пригревших друг друга в жестоком враждебном мире.

Разговор с начальством

Марк-3764 вошёл в кабинет к куратору подразделения. Модификат научной серии с личным именем Альберт Флеминг занимался подбором и распределением мужских Y-особей на этой исследовательской базе. Мужчина не один десяток лет изучал проблему модификатов с репродуктивными органами.

– Слушаю тебя, Марк-3764, – произнёс учёный, рассматривая вошедшего подопечного.

– Я в проекте уже несколько лет, – начал парень без вступления. – Хочу узнать о моём статусе.

– Что ты подразумеваешь под «статусом»? – с ещё большим интересом уставился куратор.

– Мне обещали возможность получения личностного идентификатора. Я хочу узнать, что именно необходимо для достижения этой цели.

Флеминг удивлённо похлопал глазами, почти лишёнными ресниц. Зерополы очень выделялись на фоне других модификатов своей «урезанной» внешностью. Но учёных не волновал этот аспект их подвида. А вот странное поведение подопытных – это было интересно! Куратор даже немного поёрзал на стуле, прежде чем снова заговорить.

– Ты ведь попал сюда одним из последних, если не ошибаюсь. Бывший военный? – мягко сказал Альберт, аккуратно поправив стопку файлов на столе перед собой.

– Так точно.

– Сразу видно… – снисходительно кивнул учёный. – Я внимательно слежу за всеми своими подопечными и особенно за тобой. У тебя отличные данные и очень хорошие показатели. Я отвечаю за физическое состояние всех мужчин моего блока в проекте «Генезис». Но я ничего не знаю ни про личности, ни про их получение.

– Но моё участие в этих исследованиях и опытах разве не считается службой? – Маркус внутренне напрягся, но внешне это никак не отразилось.

– Ты фигурируешь в большой научной работе под управлением перфекта Дианы Рид, но как «объект» изучения, не более того. Марк-3764 – списанный в брак организм, который очень удачно подошёл в наш эксперимент по параметрам. У тебя нет и не будет права на получение личных документов.

Универсал стоял по стойке смирно. Он смотрел на Флеминга почти не мигая, от чего тот ощутил дискомфорт. Только пытливый ум учёного увлечённо фиксировал все поведенческие изменения объекта исследования. Ведь модификат из последней военной серии был на особом контроле.

– А если я откажусь участвовать во всём этом? – спросил после паузы Маркус.

– В таком случае мы возьмём материал для дальнейшего изучения принудительно, а затем отправим тебя на утилизацию. Если, конечно, в распределительном центре кто-то другой не захочет забрать модификата после двух отбраковок.

– Ясно… Могу я тогда узнать о моих «результатах»?

– Зачем?

– Для личного анализа.

– Эта информация для тебя излишня.

– Но мне важны достижения…

– В таком случае, продолжай и дальше выполнять поставленные перед тобой задачи так, как ты это делал раньше, – перебил Флеминг. – Чётко и без нареканий, как в армии. У тебя и так достаточно привилегий, благодаря твоей военной дисциплине. Но всё относительно, ты же понимаешь.

– Да, сэр.

– Я надеюсь, что мы поняли друг друга правильно. И с тобой и дальше не будет проблем.

– Так точно.

– Можешь идти. Охрана проводит тебя до твоего трибериума.

Марк-3764 развернулся кругом на месте и быстро покинул кабинет. Под пристальным взглядом видеонаблюдения и парочки боевых андроидов универсал спокойно ушёл к своему текущему трибериуму. Флеминг внимательно следил за поведением модификата, опасаясь неподчинения или возможного агрессивного поведения, как было указано в личном деле 3764. Но парень ни коим образом не выражал недовольства и вообще никаких эмоций. Он вернулся к своему ежедневному распорядку дня. Убедившись в адекватном поведении сомнительного образца, Альберт поручил дальнейшее круглосуточное наблюдение младшим научным сотрудникам лаборатории, ведь это были их прямые обязанности. А сам вернулся к написанию отчёта для главы проекта. Рид не прощает задержек документов.

2775 г. Роджер

Марк рылся в системе, когда в комнату вошёл молодой человек. Тринадцатый его раньше не видел. Он знал весь персонал и других «товарищей» по команде. Да и в серверный узел редко кто заглядывал без особой надобности, разве что младшие техники для профилактики.

«Даже если это кто-то из руководства, то с какого перепуга ему тут что-то делать? Парень явно не перфект, не сап и не модификат. Он не попадает ни в одну известную мне категорию, – Марк напрягся, готовясь к атаке. – Нельзя допустить, чтобы меня наказали за взлом!»

– Твоего дела там нет, – кивнул незнакомец на экран и присел на край стола, спокойно рассматривая собеседника. – Оно в категории «fault».

В крошечном помещении было совсем не развернуться. Тонны проводов оплетали две стены, возле третей стоял старенький компьютер, а четвёртая стена – занята дверью. Мужчины находились в метре друг от друга. Маркус настороженно рассматривал странного парня в костюме.

– Перестань! Я не собираюсь тебя сдавать, – непривычно по-дружески произнёс тот. – И не работаю на компанию.

– Ты кто такой? – угрожающе спросил универсал, не мигая таращась на незнакомца.

– Не суть. Когда-нибудь потом узнаешь, – ответил брюнет. – Главное, мы на одной стороне.

– Что-то я тебя здесь раньше не видел, – Маркус по-прежнему подозрительно рассматривал мужчину. Мысленно он уже оценил противника и построил тактику боя.

– Потому что меня тут и не должно быть, – собеседник едва заметно усмехнулся. Он всё так же непринуждённо беседовал, будто, не замечая скрытой угрозы. – Но давай ближе к делу. Если ищешь дело Донны, то оно зашифровано под номером 4217548926. Её перевели в одиночную камеру номер 18 блока ПР. Там она останется до конца беременности.

– К чему ты это?

– Дальше, – рассказывал мужчина, не обращая внимания на вопросы. – Грузовой шаттл будет по расписанию через три недели. Тебе нужно поторопиться с подготовкой, если хочешь вытащить и свою Рыжую подружку. Дольше ждать нельзя, сам знаешь.

– Не понимаю, о чём ты, – скрывая волнение, равнодушно сказал Тринадцатый.

– Слушай и запоминай! Вот координаты и зашифрованная частота корабля сапов, – незнакомец протянул собеседнику записку с цифрами, вытащив её из рукава, словно фокусник. – Он заберёт вас после побега. На нём сможете скрыться в безопасное место.

– Что ты несёшь вообще?! Какие ещё сапы? – Маркус нервничал всё больше, но почему-то медлил с действиями. Мужчина в костюме странным образом располагал к себе, поэтому универсал всё-таки взял свёрнутый листок.

– Когда свяжешься с ними, то скажи, что «от Роджера», – спокойно продолжал брюнет, не обращая внимание на вопросы. – Они помогут без лишних вопросов. Да успокойся ты, Маркус! Мне, так же, как и тебе, нужно, чтобы ты свалил из этого места! А может даже и больше…

Неизвестный в костюме бегло глянул на наручные часы, а затем вновь перевёл взгляд на модификата. Маркус увидел пронизывающие голубые глаза. Точно такие же, как и у него самого. От этого стало не по себе… Лёгкая дрожь проскользнула по спине холодной волной. Универсал впервые отвёл взгляд первым. Скулу незнакомца ровной тонкой линией рассекал шрам. Он-то и отвлёк на себя внимание.

– Тебе-то это зачем? – спросил Тринадцатый, искренне недоумевая от полученной бесценной информации.

– Просто хочу немного помочь. Для меня это важно. Но всему своё время… Потом разберёшься, – собеседник слегка улыбнулся. Выдержав короткую паузу, брюнет продолжил. – Я думаю, не надо говорить, что мы друг друга не видели?

– Нет.

– Замечательно. Удачи тебе исполнить задуманное!

Мужчина в костюме направился к дверям.

– Эй! Погоди, – окрикнул Маркус незнакомца. – Почему я?

Незнакомец остановился. Он обернулся и как-то странно посмотрел на нарушителя.

– Ты уникален. А они пытаются разобрать твою суть на составляющие. Ты для Генезиса просто химический процесс с катализаторами и временем реакции. Но отношения нельзя создать по формуле. Это гармония души и магия чувств. И у тебя всё это есть. Так что береги их. Наша сила в эмоциях, а не в их отсутствии.

Мужчина вышел из кабинета, тихонько прикрыв за собой дверь. Маркус же, не теряя времени, достал необходимые сведения. Всё оказалось именно там, где и сказал странный человек в костюме.

Встреча

Тринадцатый подошёл к заветным дверям с номером восемнадцать. К этим комнатам у него не было доступа, но он успел стянуть ключ накануне у своего ментора и сделать дубликат. Заумный зеропол даже не заметил исчезновение своей карты.

Отперев замок, универсал быстро проскользнул внутрь в маленькое помещение для одного постояльца.

– Маркус! – радостно подскочила Донна и кинулась навстречу входящему.

– Ты в порядке, Рыжик? – спросил он тревожно, прижимая к себе девчонку.

– Пока ещё да. Ты знаешь, что Милна умерла? Они даже не пытались ей помочь, уроды! – через слёзы, выпалила она. – Как же я ненавижу их всех!

– Тихо ты! Не надо так, мы под наблюдением, не забывай. Хоть сейчас я врубил глушилку, но это ненадолго. Система быстро восстановится.

– Да плевать! – взволнованно произнесла она. – Слушай, я не хочу снова проходить через этот кошмар. Они же отберут у меня и этого ребёнка. Я не смогу пережить такое во второй раз. Ты ведь можешь убить меня? Быстро и не больно.

– Ты совсем что ли поехала?! – отшатнулся он ошарашенно. – Я не могу!

– Нет, можешь! – требовательно произнесла она, но потом перешла на более мягкий тон. – Ты должен, понимаешь, должен освободить нас. Сделай это сейчас, пока меня не перевели ОперБлок.

– Нет, я не буду этого делать! Дон, ты… – категорично возразил модификат и снова обнял девушку, тихо добавил. – Вы – всё что у меня есть в этой чёртовой жизни.

– Маркус, пожалуйста… – взмолилась подруга. – Это не жизнь. Не вынуждай меня делать всё самой.

– Не смей! – почти угрожающим тоном сказал он, заглядывая в зелёные бездонные глаза. – Послушай, потерпи ещё немного. Я вытащу тебя отсюда, обещаю.

– Но как?! Даже если мы выберемся из лаборатории, то куда дальше? Без корабля у нас нет шансов!

– Будет тебе корабль, Рыжуля, потерпи немного, – уверенно успокаивал он девчонку. – Всё, пора уходить, пока меня не хватились. Не сдавайся, Заноза!

Поцеловав на прощание пленницу, он быстро исчез из комнаты, заперев обратно за собой двери.

Побег

Маркус не зря считался лучшим в своем потоке Универсалов. Знания и навыки, полученные за много лет в жесточайшей дрессировке, теперь умело применялись на практике. За столько времени он разведал все точки коммуникаций, складов с химией и вооружением, знал ключи доступа каждого сотрудника, кто работал на этом уровне. Свой побег он давно планировал и аккуратно подготавливал. Почти три года ушло на разведку и наработку доверия со стороны надзирателей и руководства, чтобы получить возможность передвигаться свободно внутри своего отсека.

Ангары с транспортом находились четырьмя уровнями выше, а охрана там состояла в основном из военных, таких же как и он сам. И всё шло по плану, пока не появилась Донна. Эта рыжая кучерявая бестия смешала все карты. Девчонка вызывала сложный прилив эмоций и ощущений внутри него. А без неё у Тринадцатого начиналась настоящая ломка. Все препараты и прочая экспериментальная бурда ещё больше усиливали и без того бурную химию этой взрывной парочки. Тем более сейчас, когда должен был родиться второй совместный ребёнок, он не мог оставить их здесь. На остальных ему было плевать.

На днях должен был прилететь очередной траспортник с грузом для лаборатории. Шанс на побег, которого Маркус так долго ждал. Во время разгрузки лифты будут разблокированы. Таким образом, они и поднимутся, минуя три этажа с охраной. Почти сразу к ангарам с шаттлами. Оставалось только верить, что Дон выдержит такой забег в её состоянии.

Точно в назначенное время сработали все детонаторы. Всё наблюдение в жилом блоке вырубилось. Сигнализация не сработала, поскольку накануне тоже была выведена из строя. Наблюдатели засуетились в смотровых, но без связи они мало что могли предпринять. Внешняя охрана узнает об этом только через полчаса. Маркус ураганом влетел в камеру к Донне.

– Идём, быстро! – скомандовал он.

Они выскочили в коридор. Вдоль длинных стен находились отсеки с другими пленницами. Часть из них пустовала.

– Стой! – остановилась внезапно Донна. – Там же мои девочки. Мы не можем их тут оставить. Надо вытащить остальных.

– Вот их-то как раз и можем, – возразил приятель.

– Они моя Семья. Без них я никуда не пойду!

– Дон, мы не сможем вывести всех.

– Хватит трепаться! Открывай и погнали! Я без них не уйду! – девушка упрямо замотала головой и остановилась, как вкопанная.

– Ладно… – сдался универсал. Спорить с ней не было времени, как, впрочем, и невозможно тащить силой.

Парень легко разблокировал дверь нужного трибериума. Кучка взволнованных девчонок радостно выскочила к ним.

– Маркус нас выведет. Всем слушаться его, ясно? – жёстко построила Гранд свою стайку. – Куда нам?

– В медблок. Надо вырезать ваши подкожные чипы, – поставил задачу командир.

Почти бегом они ринулись дальше по коридору. В самом конце слева находился кабинет. Там всегда дежурил кто-нибудь из медиков. Из оружия у них при себе были только фазеры. Но этот зеропол, даже не успел понять, что произошло, как распластался на полу под прицелом своего же пистолета.

– Дёрнешься – убью, – сказал Тринадцатый, поднимая за шиворот перепуганного врача. – А теперь убери у всех чипы слежения. Рыжая первая.

Вся электроника у девушек зашивалась на уровне бёдер со стороны спины возле позвоночника.

– Я уберу только передатчик, – пояснил док. – Главный чип крепится к спинному мозгу нановолокнами. Это для того, чтобы удалённо обездвижить носителя.

– Её не должны отследить. Убирай остальное, – Универсал ткнул оружием в медика.

– Но я не смогу извлечь всё в процедурной, – возразил тот испуганно. – Без передатчика никто не сможет найти её, а со щупами вполне можно жить.

Маркус сурово рассматривал перепуганного зеропола, оценивая его слова, потом кивнул на инструменты.

– Делай, – приказал он. – Живее!

Доктор уверенным движением сделал надрез у Донны и осторожно извлек капсулу с передатчиком, аккуратно обрезав все тонкие, едва заметные усики. Девушка лишь раз сдавленно всхлипнула. Всю остальную процедуру она стойко выдержала, не издав ни звука. Остальные последовали её примеру. Никто из них даже не пикнул. Марк тем временем сам извлек свой. Его чип находился прямо под татуировкой с номером. Вся процедура прошла довольно быстро, но они всё равно не вписывались в план, рассчитанный на побег двоих, а не восьмерых. После всех операций доктора вырубили фазером для надёжности.