Найди меня

Глава 6

POV Никита Соколов

За часы, проведённые в комнате, я начисто забыл о встрече с пацанами. Встрепенувшись, начал в спешке собираться, как вдруг трель телефона вонзилась в тишину. Схватив трубку, я на ходу натягивал джинсы.

– Слушаю, – выпалил я.

– Эй, братан, я понимаю, что ты ещё тот красавчик, но не баба же, чтобы заставлять нас ждать! Ты где вообще прохлаждаешься? – возмутился Санек.

– Да бегу я, в штаны никак не влезу!

– Жрать надо меньше, – сквозь помехи прорвался смех Санька.

Бросив трубку, я схватил джинсовку и вылетел из комнаты. На пороге возник отец, преграждая путь.

– Куда несёшься сломя голову? – спросил он, сверля меня взглядом.

– С друзьями в кофейню, – буркнул я, пытаясь проскользнуть мимо.

– Не задерживайся. Сегодня нам нужно серьёзно поговорить о твоём будущем, – сказал отец, неохотно посторонившись.

– Я уже сто раз говорил о своём будущем и менять его не собираюсь, – отрезал я, натягивая кроссовки.

– Ты живёшь под моей крышей и носишь мою фамилию. Не забывай, кто всё оплачивает. Если я захочу, в момент лишу тебя всего, и ты не поступишь туда, куда ты так рвёшься. Я прошу только соблюдать правила, которые устанавливаю я. Узна́ю, что ты куда-то вляпался, – сразу же вышвырну. Мне такой сын не нужен, – лицо отца горело гневом.

– Так в чем проблема? Породи ребенка своей борьбе, и живите счастливо. Сын, какой ты хочешь. Или дочка. Все в твоих руках. – ответил он, хватая ключи.

– Я предупреждаю тебя, – прозвучал угрюмый ответ со скрещенными на груди руками.

– Понял, буду дома в одиннадцать, – бросил он, выходя за дверь.

Такси уже поджидало. Я плюхнулся на заднее сиденье и приказал везти в кафе возле театра. Лишь бы она была там.

Интересно, что отец на этот раз задумал. Вдруг одумается и оставит его здесь, в этом городе, который стал чужим. Не хочу здесь оставаться. И пусть друзья рядом, но и они мечтают вырваться. Этот город не для нас. Как любит говорить Саня, такие парни, как мы, достойны большего. И дело вовсе не в девушках.

Я всегда грезил о большом городе, о собственной фирме, о жизни вдали от отцовской тени.

Расплатившись с таксистом, я выскочил на мостовую. У самого крыльца кафе меня будто парализовало. В голове снова возник ее призрак. Заплаканные глаза, мольба о помощи.

Как же сильно я хотел ее увидеть. Она казалась миражом, несбыточной мечтой. Если пацаны узнают, засмеют.

Простояв так еще мучительные пять минут, все же решился войти. До прихода ребят еще полчаса. Как хорошо что они замучились меня ждать и ушли в торговый центр поиграть. У меня есть время хоть что-то разузнать о ней.

Зайдя, выбрал столик у окна. Оглядываясь, ища взглядом официантку. Здесь их двое: одна в возрасте, явно ничего не запоминающая, и вторая – помоложе. Вот у нее-то есть шанс что-нибудь вспомнить.

Махнув ей рукой, я углубился в изучение меню.

– Добрый день! – прозвучал мелодичный голос, и к столику подошла официантка.

– Что будете заказывать?

– Добрый день, – рассеянно ответил он, отложив меню на стол. – Пока ничего, жду друзей.

– Тогда я подойду к вам позже, – она уже было потянулась за блокнотом, я остановил ее.

– Нет, постойте, у меня к вам личный вопрос. – Легонько коснулся ее руки.

– Молодой человек, я на работе. И у меня есть молодой человек, – отдернув руку, она подчеркнула: – Подойду к вам, когда прибудут ваши друзья.

– Вопрос совсем не такого плана, – поспешил ее заверить. – Мне нужно узнать об одной девушке, я ее ищу.

– Да знаете, сколько тут девушек проходит за день? Я не из тех, кто на них засматривается.

– Понимаю, – с надеждой в голосе продолжил. – Может быть, вы все же ее запомнили… В пятницу это было, дождь лил стеной… Светлые волосы, зеленые глаза. Она была с букетом белых тюльпанов и… заплаканная.

Выражение ее лица смягчилось, стало каким-то задумчивым. Казалось, она догадалась, о ком идет речь, и что-то знает о ней.

– Молодой человек, я не знаю, о ком вы. Подойду позже. Просидев еще пару томительных минут, он наконец увидел, как к столику приближаются его друзья.

Увидев их, я поднялся из-за стола и пожал каждому руку.

Парни уселись напротив, и Стас сразу же перешел в наступление:

– Ну что, узнал, что хотел?

Саня, надвинув очки на переносицу, ехидно добавил:

– Да, кстати, что же ты тут вынюхиваешь? Девчонка приглянулась или официантка?

– Не ваше дело, – отрезал я. – Либо делайте заказ, либо уходите.

– На хрена тогда мы сюда тащились? Могли бы сразу к Саньку на хату поехать. Кстати, ты к Игорю идешь или нет? – спросил Стас.

– Нет, отец прибьет, если я не появлюсь на этом чертовом мероприятии. Он хочет меня кому-то представить.

– Ну, братан, так нельзя. Последняя вечеринка лета, да еще и перед выпускным. Вы ведь с Саней сваливаете в другие города, – с укором произнес Стас.

– Знаешь, я хочу доучиться последний год и свалить отсюда. Мне деньги нужны на учебу. Если не буду плясать под его дудку, то не видать мне ничего.

– Ох, если бы отец знал, что творит его сынишка, он бы с ума сошел, – пробормотал Стас.

– Мне кажется, он бы просто захлебнулся слюной от того, как орал бы на тебя. Но ты ведь ничего плохого не делаешь, просто трахаешься направо и налево, – поддел Саня.

Я задумался. Если бы когда-нибудь отец узнал о моей тайной жизни, скрытой за его тенью, его бы точно хватил инфаркт. Я всегда соблюдал осторожность, был предельно аккуратен. На мероприятиях вел себя безупречно, в школе старался учиться, пусть и не на отлично, но вполне прилично.

– Так, хватит киснуть! Погнали на хату, хоть оторвемся немного, – скомандовал Стас.

– Вы и мертвого достанете, – вздохнул я, поднимаясь из-за стола. – Пошли.

Парни, словно ведомые невидимой нитью, повторили за мной, поднимаясь на ноги. Такси, разрезая ночную мглу, домчало нас до Сашкиной обители.

Стас, плюхнувшись на диван, тут же принялся обзванивать знакомых, созывая их на импровизированную вечеринку. Из кухонного чрева возник Саня.

– Так, народ, что на ужин заказываем? Пицца, суши? Или у кого-то свои гастрономические предпочтения? Тогда сами колдуйте. Стас – в магазин за живительной влагой! А ты, Никитос, остаешься здесь. Есть кое-что, о чем нужно перетереть с тобой с глазу на глаз.

Стас, подхватив куртку, устремился к двери. Саня устроился напротив меня.

– Брат, с тобой все в порядке? – в его голосе звучала неподдельная тревога.

– С чего ты взял?

– Ты зачем-то зачастил в ту кафешку… Не наш это район.

– Да говорил же, пирожные там отменные, да и повариха глаз радует, – уклончиво ответил я.

– Если ничего серьезного, то ладно. Но помни, брат, – мы всегда рядом, поможем в чем угодно, – произнес он, поднимаясь с дивана. – Никит, если ты влюбился в официантку, здесь нет ничего зазорного. Мы только порадуемся за тебя.

Его слова застали меня врасплох. Раньше я как-то не задумывался, насколько важна для меня наша дружба. Это единственное, чем я по-настоящему дорожил.

Всё началось сумбурно, в третьем классе, когда предательский звонок застал меня врасплох. Опоздав на первый урок, я решил переждать бурю на школьной площадке. Каково же было моё удивление, когда я обнаружил, что я не одинок в своём прегрешении! В тот самый день, в той же ситуации оказались Стас и Саня – новички.

Первый день в новой школе ознаменовался для нас троих дополнительными занятиями. Так завязалась наша дружба. Они, оказалось, жили в одном доме с пелёнок, их мамы дружили ещё со школы. Потом мать Стаса переехала, и ему пришлось сменить школу. Саня так тосковал по своему другу, что родители решились перевести и его. Конечно, ему приходилось добираться издалека, но дружба стоила того.

Мы горой стояли друг за друга, старались избегать неприятностей, но если уж влипали, то вытаскивали друг друга из самых отчаянных передряг.

Нам повезло с родителями, так говорили все вокруг. Мать Сани – судья, отец – прокурор. И мы вечно подтрунивали над тем, как они умудряются ладить в суде, находясь по разные стороны баррикад. Однажды Саня раскрыл их секрет: после работы они улаживали разногласия в пейнтболе или на стрельбище. Идиллия, а не семья! Саня был их долгожданным ребенком, до этого они потеряли троих детей. Он всегда мечтал о сестре или брате, и был искренне рад, что у него есть Стас, а потом появился и я.

У Стаса родители оба работали на себя, владели собственной фирмой. Чем именно они занимались, он и сам толком не понимал, знал лишь, что это связано с торговлей и загранпоездками. Стас был единственным ребёнком. По его словам, в детстве он так вымотал родителей, что они наотрез отказались даже думать о втором.

О моём отце говорить не любили. Они знали, что у него своя фирма, и что моя мать погибла. Мне сочувствовали, и это мне не нравилось больше всего.

– Спасибо, брат, – я крепко обнял его в ответ.

Спустя сорок минут дом наполнился людьми, и среди них особенно выделялись аппетитные девушки, в чьих глазах еще не читалось знание моих возможностей. Если бы не долг перед отцом, не необходимость быть дома до одиннадцати, я бы непременно остался и провел вечер в компании одной из них.

Проведя там еще пару часов, я засобирался домой.

– Братан, ты же знаешь, как я терпеть не могу твоего батю, – проворчал Саня, обнимая какую-то девушку.

– Не переживай, у нас еще будет целая неделя перед учебой, чтобы наверстать упущенное, – ответил я, натягивая ботинки.

Попрощавшись с друзьями, я вышел из подъезда, где меня уже ждало такси. Усевшись в машину, я машинально принялся листать ленту новостей, но ничего интересного там не было. Пацаны всегда тщательно следили за тем, чтобы наши вечеринки оставались в тени, ведь среди нашего окружения было немало детей влиятельных родителей.

Расплатившись с таксистом, я вошел в дом. В холле меня уже ждала горничная. Отдав ей свою джинсовку, я направился в кабинет отца.

Постучав, я открыл дверь и застал отца с мачехой в весьма недвусмысленной ситуации. Она восседала на его столе, облаченная лишь в нижнее белье. Ошеломленный увиденным, я поспешно извинился и вышел. Минут через десять вышла мачеха, одарив меня лукавой улыбкой. Вскоре позвал отец.

– Садись, прости, что тебе пришлось это увидеть, – произнёс отец, затягивая узел галстука.

Я молча опустился на диван.

– О чём ты хотел поговорить? – спросил я, стараясь скрыть раздражение.

Отец сел напротив. В его взгляде сквозила неприкрытая властность.

– Завтра мероприятие. Важные люди, влиятельные. Хочу, чтобы ты был рядом. Представлю тебя, – отчеканил он.

– Постою рядом, буду мило улыбаться, – съязвил я, кривясь в усмешке.

– Там будет твой будущий тесть.

– Кто? – я резко вскочил с дивана.

– Сядь! Я ещё не закончил, – прорычал отец, бросив на меня тяжёлый взгляд. – У нас с ним договорённость. У него есть дочь, твоего возраста. Учится в элитной школе, на другом конце города. Тебя туда переведут. Последний год доучишься там. Начнёте общаться, узнавать друг друга. Потом отправим вас в Москву, в разные институты. Будете дружить. А после окончания… сыграем свадьбу. Вернетесь сюда, и я начну вводить тебя в курс дел. Ты мой наследник. Сегодня я подписал документы, в которых говорится, что после моей смерти все переходит к тебе, – отец протянул мне сложенные бумаги.

Что за фарс? Брак по расчёту? Наследник? Почему именно сейчас? Я хотел спокойно доучиться последний год и сбежать от отца на край света. Но нет, он решил вставить палки в колёса. Еще и жену выбрал, о которой я и слыхом не слыхивал. Как отреагируют пацаны? Что я их бросаю ради куклы, которую мне подобрал отец? Моя жизнь рухнула в одночасье. Какой ещё наследник? С чего он вообще взял, что я соглашусь им стать? Я не хочу этого.

– Отец, ты с ума сошёл? Может, врача вызвать? Несёшь же бред! – выпалил я, протягивая отцу документ.

– Это не бред, Никит, а заверенное нотариусом решение. И в нескольких экземплярах. Твоя мачеха способна на многое, – ответил отец, опускаясь в кресло за столом.

– Пап, если у вас с ней будет ребёнок, отдай всё ему и ей. Мне это не нужно. И что ещё за чертовщина с договорной невестой? Мы в каком веке живём?

– Мы договорились об этом двенадцать лет назад. Но её отец решил, что вам рано знакомиться, нужно время. А сейчас мы решили, что пора. Вы присмотритесь друг к другу, влюбитесь. Поверь, это лучшее, что я могу для тебя сделать, – убеждал отец.

– Лучшее? Кто сказал, что я этого хочу? Отец, ты не понимаешь, мне это не нужно! Прошу, откажись от этого брака и наследства. Я не претендую на твоё. И не хочу работать в твоей фирме. Закончу институт и исчезну. Буду лишь воспоминанием.

Гнев кипел внутри, готовясь вырваться наружу. Хотелось наброситься на отца, но я из последних сил сдерживался, чтобы остаться спокойным. Ещё бы год потерпеть, и всё было бы хорошо. Но всё пошло наперекосяк.

– Я всё сказал. Ступай к себе. Завтра трудный день, – отрезал отец, устремив взгляд в монитор компьютера.

Хлопнув дверью, я направился в свою комнату. Мне нужен душ. Сбросив с себя одежду, я встал под струи воды.

Выйдя из душа, написал пацанам. Решил пока не говорить им о решении отца. После завтрашнего мероприятия всё объясню.

Нужно выяснить, что это за семья и кто эта девушка.

Отец поступил подло. Прямо удар под дых. И ведь всё это время молчал, знал ведь! И только сейчас решился рассказать. Посидев ещё немного в телефоне, я отдался во власть сна. Пускай она мне приснится. Хочу её увидеть.

Глава 7

Пробуждение началось с аромата блинчиков, такого манящего и домашнего, что я, не успев толком продрать глаза, вскочила с кровати. Забыв о зубной щетке и утреннем туалете, в одной пижаме я ринулась на кухню.

Там царила утренняя идиллия: мама, колдуя над сковородкой с блинчиками, и папа, погруженный в чтение книги. Не успела я усесться за стол в предвкушении лакомства, как мамин голос, словно ушат холодной воды, вернул меня к реальности:

– А умыться? Зубы почистить? Ну-ка, марш в ванную, приводить себя в порядок!

С недовольным видом я покинула кухню, размышляя о том, как маме удается содержать в идеальной чистоте этот двухэтажный дом. Папа всегда мечтал о жизни за городом, в просторном доме, где мама была бы полноправной хозяйкой. Но, кажется, он не до конца осознавал, какую ношу взваливает на ее плечи.

Я не раз просила отца нанять помощницу по хозяйству, хотя бы повара, но он всегда был против. Почему отец так боится чужих в доме? Мы ведь можем себе это позволить. Надеюсь, когда вырасту, пойму его мотивы.

Поднявшись в комнату, я сбросила пижаму и направилась в душ. После водных процедур решила побаловать себя маской для лица и тщательно почистить зубы. На сегодня планов никаких, можно просто наслаждаться последними днями лета и каникул. Завтра у отца какое-то важное мероприятие. Надеюсь, он не потащит меня с собой. Ненавижу эти светские беседы. Если что, притворюсь больной и несчастной, как обычно. Это всегда срабатывало.

Вернувшись на кухню, я невольно стала свидетельницей разговора родителей.

– Ты думаешь, этот мальчик подойдет нашей девочке?

– Инга, ну сколько можно об этом? Лучше и быть не может. Идеальная партия.

– А если он ей не придется по сердцу? Что тогда? Нельзя же насильно заставить любить. Ты сам терпеть не мог браки по расчету, а дочь свою туда же толкаешь. Я против этой затеи.

– Хорошо, раз ты так категорична, я отменю все договоренности. Буду искать другой выход… Прости, что попытался так поступить с дочерью. Просто, понимаешь, я хочу для нее только лучшего. Боюсь, что она ошибется в выборе, и ей будет больно. Хочу оградить ее от всех бед и разочарований.

Что это значит? Отец, выходит, жениха мне присмотрел? Спасибо, мамочка, что защитила меня. Если бы ты только знал, папа, что мое сердце уже изранено… Тебя бы это огорчило.

Я так благодарна маме за то, что она смогла отстоять мои чувства и мое будущее. Папа, конечно, еще тот хитрец. Хотел исподтишка меня познакомить и сосватать. Вот это да… герой.

Прежде чем войти на кухню, я нарочито громко кашлянула. Эх, мне бы в актрисы! Усевшись за стол, старательно изобразила невинность. Родители, те еще заговорщики, тут же перевели разговор на что-то нейтральное.

– Пап, что нового? – спросила я с натянутой улыбкой.

– Да ничего особенного, завтра мероприятие, нужно пригласить много гостей и работников. Твоя мама, хоть и прекрасная хозяйка, но одной ей со ста с лишним человеками не справиться. Да и беречь ее нужно, драгоценную мою, – ответил отец, отпивая чай.

– Если ты ее так бережешь, почему не наймешь поваров и уборщиц на постоянную работу?

– Ника! – воскликнула мама.

– Спокойно, Инга. Я знаю, как ты беспокоишься о маме, и понимаю тебя. Когда вырастешь, сама все поймешь. Сейчас мне не хочется тебе это объяснять, ты еще слишком мала.

Мала? Да меня все время пытаются от всего оградить! Боятся лишний раз вздохнуть в мою сторону. Меня это бесит! Почему отец не может позволить маме больше отдыхать? От этих мыслей в груди начинает неприятно тянуть. А вдруг отец… насильно ее держит? Или он вообще маньяк какой-нибудь, притворяющийся любящим мужем? Конечно, странно так думать о собственном отце.

– Прости, пап, больше не буду поднимать эту тему, пока не подрасту, – произнесла я с примирительной улыбкой.

– Скоро ты все поймешь, потерпи немного.

– Ника, что будешь кушать? Блинчики есть, хлопья, могу сэндвич сделать, – предложила мама, поворачиваясь ко мне.

– Буду блинчики. Ради них я из кровати сбежала! А то бы еще валялась.

– Пора бы к режиму возвращаться, школа ведь скоро. Кстати, у тебя все готово? – поинтересовался отец.

– Да, я все заказала. Если чего-то не хватит, докуплю уже во время учебы.

Завтрак искрился беззаботным настроением. Мы болтали обо всем на свете, словно ловили последние мгновения безмятежности. Мне будет нестерпимо не хватать этих утренних посиделок, когда я уеду учиться в Москву.

Мою мечту, к сожалению, родители не разделяли. Сколько себя помню, я грезила литературным факультетом, представляла, как погружаюсь в мир книг, растворяюсь в строках и посвящаю этому жизнь. Но родители не хотели отпускать меня далеко от дома. Особенно отец, его тревога ощущалась сильнее всего.

– Так ты уже договорилась о дополнительных занятиях, к экзаменам готовишься? – спросила мама, отпивая кофе.

– Да, нашла репетитора. Буду ходить к нему три раза в неделю после школы.

– Ты окончательно решила насчет Москвы и литературного факультета? – с ноткой грусти поинтересовался отец.

– Да, папочка, решила все. Книги – это моя жизнь, моя страсть, мое дыхание. Я хочу посвятить себя им без остатка. Прошу тебя, давай больше не будем об этом спорить. Ведь я вырасту, и не всегда буду твоей маленькой девочкой. Пожалуйста, позволь мне начать эту взрослую жизнь сейчас, постепенно привыкай к тому, что я буду навещать вас по выходным или праздникам, – ответила я и нежно обняла его за плечи.

– Ника, если ты так решила, не буду тебя отговаривать. Ты упрямая, как твоя мать. Я помогу тебе, чем смогу. Только скажи. Ближе к концу года присмотри себе квартиру. Не хочу, чтобы ты жила в каком-нибудь клоповнике.

– Слушаюсь, сэр, – пропела она с улыбкой.

Прихватив фрукты и сок, я поднялась в свою комнату. Лень сковала меня, не давая взяться ни за что серьезное. Пожалуй, почитаю что-нибудь. Едва толкнув дверь, услышала трель телефона. Сняв его с зарядки, увидела пятнадцать пропущенных от Саши. Сердце екнуло от недобрых предчувствий, и тут же набрала ее номер.

– Привет, Саша! Что случилось? Почему столько пропущенных?

– Привет, прости, что заставила волноваться, – ответила Саша. – Я сейчас у сестры в кафе, она мне кое-что рассказала…

От этих слов по спине пробежал холодок. Что такого могла услышать Саша, что заставило ее так переполошиться? Неужели это связано с Егором?

– Что-то с сестрой? Или с Егором? – робко спросила я.

– С сестрой все в порядке. Если бы это был Егор, я бы тебе и рассказывать не стала, прибила бы его на месте! Вчера к Оле, когда она работала, подошел какой-то парень. Не представился. Она его видела впервые, а она у нас всех симпатичных запоминает. Он расспрашивал о тебе. Это ее испугало, и мы теперь все переживаем за тебя. Вдруг это какой-то дружок Егора? Вдруг он не успокоился после того, как ты его тогда при всех унизила?

Словно ледяной водой окатили. Кто обо мне спрашивает? И что ему нужно? На мгновение меня охватил леденящий страх. Как это выяснить? Доступ к камерам нам точно не дадут, еще решат, что мы совсем с ума посходили. Надо для начала успокоить девчонок.

– Ой, я уж думала, стряслось что-то! Чего ты? Может, кто просто влюбился, увидел, как я Егора отшила, и восхитился моей смелостью.

– Оля сказала, он хоть и красив, но взгляд у него, как у хищника. Холодный, пронизывающий.

– Саш, ну что за чушь! Если больше нечего сказать, я хочу провести остаток каникул дома, в компании книг.

– Ну вот тебя как-нибудь украдут, тогда узнаешь. Пока.

– Пока.

Бросив телефон на кровать, я задумалась. Кто это мог быть? И почему он знал, что именно к Оле нужно обратиться? Все это как-то странно.

Остаток дня я провела, зарывшись в книги, словно в уютную нору.

До конца каникул оставалась неделя, и я уеду в другой город. Надеюсь, там мне будет дышаться легче, чем здесь. Вспоминая историю с Егором, я все чаще думаю о том, что люди всегда ищут в таких, как я, выгоду. Деньги, власть… Эта жажда ослепляет. Поэтому я и решила после совершеннолетия отказаться от наследства и посвятить себя книгам. Открыть свое издательство – вот моя мечта. Интересно, хватит ли папу с мамой удар сразу?

Усевшись за ноутбук, решила перед сном проверить соцсети. Может, что-то новенькое проскользнет. Пролистав ленту минут пятнадцать, ничего интересного не нашла. Пару книг выйдет в октябре, подарочные издания выпустили… Только собралась закрыть ноутбук, как услышала звук уведомления. Письмо на почте. Странно, туда обычно только спам приходит. Открыв его, я похолодела. Письмо было анонимным: