Женам не рекомендуется

Сара Вернар

Женам не рекомендуется

Глава 1. За два года до …

«Вам на Гоголя или Пушкина?» – улыбаясь спросил таксист Юлю, когда та одним прекрасным вечером села в такси, чтобы поехать на ужин к Витторио, который готовил его для своих коллег и неё.

На улице Гоголя жил Александр, Витторио – на улице Пушкина. Сколько же раз за последний месяц этот таксист отвозил Юлю по вечерам по этим двум адресам, а по утрам обратно, что запомнил и её лицо, и адреса? Что таксист вообще о ней думает? Что она сама о себе думает?

После минутной паузы Юля назвала таксисту адрес, и машина тронулась с места.

Впервые за последний месяц Юле стала очевидна дикость ситуации, которую она сама создала, но обо всем по порядку.

После болезненного развода, который случился с Юлей год назад, для девушки открылся портал в мир женатых мужчин.

Статус разведенной женщины, казалось, был сигналом к действию для каждого уважающего себя женатика, у Юли отбоя не было от женатых мужчин.

Кроме статуса «разведенки» у Юли были: рост 170+ вкупе с длинными ногами, темно-каштановые волосы и тонкая талия, настоящим же магнитом для мужчин была её пятая точка, как сейчас говорят, самое ценное, что она унаследовала от матери.

Мать, к слову, Юлиному разводу рада не была. «Ты больше никогда не выйдешь замуж!» – набатом звучали мамины слова в голове у Юли. Сначала она значения не придала этим словам, так как главной целью ее развода было расставание с конкретным мужчиной, о возможности вступить в брак повторно она тогда даже не помышляла. Но самым неожиданным образом слова матери зародили в глубинах Юлиного сознания страх остаться одной, как мама это ей напророчила.

И когда шок от тотальной готовности женатых мужчин вступить с ней в отношения без обязательств прошел, Юля начала находить в таких отношениях плюсы.

Женатость мужчины всегда была гарантией того, что интрижка не выльется в серьезные отношения, а, значит, ей не сделают больно так, как это было при распаде её первого брака, при этом она никогда не будет оставаться одна, как мама предвещала. Но чтобы связать последствия отрицательного опыта в первом браке, страх остаться одной после развода и выбор в пользу отношений с недоступными мужчинами, Юле потребовались не месяцы, а годы.

А пока она вышла из такси, остановившегося у дома №21 по улице Пушкина, и отправилась на званный ужин к Витторио.

Витторио был самым приличным женатиком Юли, итальянцем, с которым она познакомилась на пикнике, организованном для укрепления связей между компанией Заказчика, где работал Витторио, и Подрядчика, у которого работала Юля. После этого пикника за прочность связей между компаниями можно было не переживать.

Семья у Витторио, а на пикнике он был с семьей, была замечательная. Жена Кристина, одних лет с мужем, вероятнее всего, в свои лучшие годы была красавицей. После двух родов, раздавшись в бедрах и талии, крашеная в медно-рыжий цвет, веселая и приветливая, она абсолютно точно была прекрасной хозяйкой и матерью. На пикнике она непрестанно кружилась вокруг мужа и детей, муж её кружился вокруг мангала, а глазами, как позднее выяснилось, успевал стрелять и по сторонам. Сам он, кстати, тоже был хорош собой, можно сказать, горяч. Высокий, статный, темноволосый со смуглой кожей и карими глазами, он больше напоминал Юле турка.

Но что его действительно выгодно отличало от других поклонников Юли – врожденное стремление окружать заботой женщину рядом.

Об этом Юля узнала спустя три недели после возвращения с пикника. На работе ей пришло электронное письмо от Витторио с совместными фотографиями, сделанными им на пикнике. Он каким-то образом узнал Юлин адрес электронной почты, а после обмена десятком электронных сообщений вдруг предложил ей поехать с ним и его коллегами на рыбалку, подробности подготовки к которой он позвал Юлю обсудить в ресторан. Приглашение на рыбалку и в ресторан казались девушке наживкой, проглотив которую она окажется на крючке сама.

Жена и дети приезжали к Витторио в гости на две недели, в Юлином городе он жил один, работая там своего рода вахтами – идеальный муж и любовник, не надоедающий ни жене, ни любовнице дольше чем четыре недели подряд, на вахте и межвахте соответственно. Жена и дети его отчалили, Витторио же продолжил налаживание межкорпоративных связей с Юлей.

Первая их встреча после знакомства на пикнике случилась в итальянском ресторане, куда Витторио пригласил Юлю. Мужчина оказался необыкновенно эрудированным и галантным, что покорило девушку в одночасье.

Технически Юля была не свободна на момент встречи с Витторио. У нее тогда уже был Александр, навязчивый, как консультант “Орифлэйм”, холостяк, надежная жилетка для плача в любой ситуации. С ним она встречалась сессиями длительностью до двух месяцев максимум, ровно до того момента, пока он не начинал заводить разговоры о свадьбе. От таких разговоров Юля бежала сломя голову, не видя земли под ногами. Когда Александр появлялся вновь, через два месяца, как по расписанию, Юля принимала его без разговоров.

Выбирать между женатым и таким притягательным Витторио и надежным, как швейцарские часы, всегда готовым на ней жениться Александром, Юля не хотела, создав таким образом любовный многоугольник.

Признаться, жить в таком многоугольнике только на словах весело и увлекательно. В маленьком городе, где жила Юля, нужно было быть очень предусмотрительной, чтобы не быть замеченной в преступной связи. Юле в этом смысле было непросто вдвойне, она не хотела быть замеченной ни в одних из этих отношений.

Задачей со звездочкой для Юли было скрывать от каждого из мужчин факт существования соперника, что также было непросто. Однажды, прогуливаясь по городскому парку с Александром, Юля заметила мужчину на велосипеде, поравнявшись с которым она узнала в нём Витторио. Мужчина, в целях поддержания спортивной формы, добирался в офис, а потом обратно домой на велосипеде. Дело было в сумерках, Витторио, видимо, задержался в офисе, поэтому домой возвращался в потемках. Юлю спасло то, что мужчина ехал быстро и прохожих, похоже, не рассматривал. Юлю он не заметил, проехав мимо.

Многоугольник этот просуществовал чуть больше месяца с момента своего возникновения, и последней каплей терпения Юли стал вопрос таксиста.

Будучи приличной молодой женщиной, Юля домой мужчин не водила, встречаясь со своими возлюбленными на нейтральной территории или у них дома.

Поэтому в течение последнего месяца Юля курсировала между домами своих мужчин, куда добиралась на такси. Видимо, внешность у девушки была запоминающейся, а маршруты на такси до неприличия однообразные и часто повторяющиеся, что таксист уже примерно понимал, куда Юлю везти. Девушка решила положить конец этой ситуации и на следующий день рассталась с Александром внепланово, не дожидаясь его разговоров о свадьбе. Конечно же, девушка понимала, что отношения с женатым мужчиной социально не одобряемы, но отношения с ним закрывали её текущие потребности, в них она получала заботу и внимание с одной стороны, и отсутствие контроля и обязательств с другой – идеальное сочетание, до поры до времени.

***

Мама, бывавшая у Юли в гостях, неизменно удивлялась обилию букетов в доме дочери. Поведать маме о своей двойной жизни, приведшей к такому изобилию, Юля, конечно, не могла. А чтобы не врать родному человеку в глаза, она выбирала рассказать только самую удобную часть правды.

– Я встречаюсь с молодым человеком. Инженером по охране окружающей среды в одной нефтегазовой компании. Цветы от него. – Юля решила снять покров тайны с Александра. Не со всей его навязчивой заботой, не с сессиями длиной в два месяца и разговорами о свадьбе, от которых бежишь, “земли не видя под ногами”. Только цветы. Только сам факт. Так безопаснее.

– Очень… щедро с его стороны, – с сомнением в голосе прокомментировала мама, обводя взглядом батарею из букетов на столе, подоконнике и даже холодильнике. – Но, знаешь… – мама вздохнула, поправляя край скатерти, – лучше бы, конечно, тебе найти себе банкира какого-нибудь. Или юриста. С постоянным доходом.

Эти её последние слова резко контрастировали с пророчеством, данным год назад: о том, что замуж Юле не выйти больше никогда. Голос страха уступил голосу прагматизма. Теперь не “никогда”, а “найди получше”. Уже не трагедия, а тактика. И ни слова про счастье, в браке или вне его.

Юля молча кивнула, глядя, как мама вытирает невидимую пыль с вазы. Она вдруг с болезненной ясностью осознала, что этот лес цветов в её квартире – это прежде всего доказательство того, что она, вопреки маминому пророчеству, не одна. Пусть ненадолго, пусть так криво и стыдно – но её всё ещё хотят. И этот факт был одновременно её маленькой победой над мамиными словами и самым горьким подтверждением её собственного одиночества. Победа, от которой пахнет не радостью, а стоячей водой в вазах, которую она вечно забывает поменять.

***

– Ничего себе у тебя здесь ботанический сад! – с восхищением констатировала Лера, школьная подруга Юли.

Лера была пять лет как замужем и цветы от мужа получала строго по графику: в день рождения, на 8 марта и, если он вспомнит, в годовщину свадьбы.

Она забежала в гости, чтобы подкинуть Юле Костю, её крестника, – пусть понянчится, пока мама сходит в женскую консультацию.

Лера восторженно воспринимала любовные приключения подруги, о которых раньше читала только в книгах. Весь этот сериал виделся ей куда увлекательнее, чем её собственная, пресная и скупая на события, семейная жизнь.

***

После разрыва отношений с Александром Юле стало как минимум спокойнее жить. Больше не приходилось крутить головой как сова на 360 градусов и мониторить пространство на наличие в нём второго любовника на прогулках с первым, можно было не бояться запутаться в именах и не бояться смотреть таксистам в глаза.

Их отношения с Витторио можно было бы назвать гармоничными. Собственно, таковыми они и были те четыре недели вахты, что он жил в Юлином городе. Они проводили вечера в ресторанах или готовили дома, смотрели вместе кино, обсуждали прочитанные книги, посещали тренажерный зал или просто гуляли по городу. Когда Витторио назначал Юле встречу где-то, добираться куда им приходилось по отдельности, он всегда приезжал на встречу первым и ждал девушку на улице. Каждый раз, когда она шла ему на встречу и попадала в фокус его зрения, она замечала его неподдельное восхищение и восторг. В его присутствии она расцветала.

Однажды им даже удалось провести небольшой мини-отпуск вместе. Отпуском эта поездка, правда, была только для Юли, для Витторио она была командировкой, в которую он позвал возлюбленную. Командировали Витторио в приморский болгарский город Бургас. Жили влюбленные в небольшом, но симпатичном отеле. Рабочие дни Витторио проводил в офисе компании партнера, а Юля гуляла по городу или проводила время в спа при отеле. После окончания рабочего дня они брали на прокат машину и объезжали окрестности. Так они успели побывать в соседней Варне и на мидийной ферме в поселке Болгарево. Ферма располагалась прямо на акватории моря, берег которого был обрывист и крут. Солнце, собиравшееся спрятаться за горизонт, прощальными лучами поглаживало поверхность воды, садки с мидиями, скалы на берегу. Витторио нежно обнимал Юлю и, казалось, счастье их будет длиться вечно.

Но вслед за четырьмя неделями счастья, которые Витторио проводил с Юлей, приходили четыре недели межвахты, в которые её бросало в крайности: от желания порвать с Витторио, находившимся в это время в семейном гнездышке, до желания позвонить Александру и вызвать его, дабы развеять тоску. В итоге Юля ничего из желаемого не делала и просто дожидалась возвращения Витторио. Конечно, их отношения были не без конфликтов. Незримое присутствие жены Витторио ощущалось даже в её отсутствие: он носил рубашки, которые выбирала ему она, Юля слышала её голос, когда та звонила мужу, а он не успевал выйти в соседнюю комнату, он даже пах парфюмом, который, Юля допускала такую возможность, тоже покупала она. Юля никогда не претендовала на роль жены своего женатика, но и существование другой женщины в его жизни Юлю не радовало. Когда девушка вдруг вспоминала, что в этой истории «другой женщиной» является она сама, она устраивала Витторио скандал на ровном месте и исчезала на несколько дней, пока он не присылал ей на работу букет цветов или десерт, который, он знал, не оставит её равнодушной.

Ситуация с работой у Юли была чуть более стабильной, чем личная жизнь. В небольшом Юлином городе девушка считалась востребованным специалистом. Знание английского языка, которое она получила по программе дополнительного к высшему экономическому образованию, а также языковая практика по студенческой программе Work and Travel USA, позволили ей устроиться на работу в строительную фирму, работающую по договору подряда на крупный международный нефтегазовый холдинг. В офисе, кроме Юли, работали еще три девушки: Таня, Света и Марина, которые довольно быстро стали не разлей вода подругами, и с десяток молодых мужчин. Строительные работы на площадках Заказчика выполняли вахтовые работники, среди которых было много экспатов: казахов, украинцев и голландцев. Руководство фирмы было прогрессивным и систематически устраивало тимбилдинги с целью поддержания командного духа в компании.

Однако, спустя год, проект, над реализацией которого работала компания Юлии, подходил к своему завершению. Для большинства вахтовиков пришло время отправляться домой. В честь успешного завершения работ на проекте в одном из пивных ресторанов было решено организовать прощальную вечеринку, приглашение на которую получили и офисные сотрудники, и вахтовики, находившиеся в этот момент на проекте. На вечеринке присутствовали четыре девушки: Юля, Таня, Света и Марина, а также около тридцати молодых (и не очень) мужчин – офисных и вахтовых.

Петер был одним из самых возрастных сотрудников фирмы, работавших на стройплощадке. Бывший голландский морской котик, любитель мотоспорта и продвинутый пользователь социальных сетей, – он был прекрасным представителем старшего поколения (ему было 69 лет), образцом для подражания для молодежи. Юля была подписана на него в социальных сетях и с умилением лайкала фотографии Петера и его красавицы-блондинки жены. Судя по фотографиям, они были прекрасной парой.

На вечеринке Петер сидел напротив Юлии и время от времени пытался с ней пообщаться, но увлеченной разговором с подругами и общим весельем, Юлии было не до Петера. Коллеги много пили, ели и шутили, шум от их вечеринки был невообразимым. После закрытия ресторана коллеги продолжили веселье в баре на соседней улице уже в более тесной компании, и Петер неожиданно к ним присоединился. В подвальном помещении, а бар находился в цокольном этаже здания, было тесно и душно. Молодые люди пили водку, смешанную с томатным соком, общались, пытаясь перекричать друг друга и музыку. Под утро, перебив кучу посуды и сломав стул, компания разбрелась по домам.

На следующий день, когда Юля пересматривала фотографии с вечеринки, она с удивлением обнаружила, что на всех фотографиях Петер прижимается к ней в кадре теснее, чем ей бы этого хотелось. Ещё большей неожиданностью для девушки стал сюрприз, который она, потрепанная бессонной ночью после вечернего кутежа, обнаружила на своём рабочем месте утром. Это была небольшая синяя коробочка с пробником туалетной воды фирмы DuPont и маской для сна. Такие наборы Юля встречала на рейсах международных авиакомпаний, в коробке явно не хватало одноразовых тапочек и увлажняющего бальзама для губ. К коробке прилагалась записка: «На память от Петера…”. К записке прилагалось сообщение в социальной сети, которое Юля в утренней спешке не заметила и не прочитала. Оно было от Петера и гласило: «Дорогая Юля! Ты, наверное, очень удивишься моему посланию, но я старый вояка и не умею излагать свои мысли красиво с глазу на глаз, поэтому пишу тебе это письмо. Я наблюдал за тобой во время наших редких встреч в офисе, я был потрясён твоей красотой, но за ней я видел грусть в твоих глазах. Я был бы рад наполнить их радостью, но в моей жизни всё непросто. Я не могу бросить свою жену, у неё зависимость, мой долг – быть рядом с ней. Поэтому нам не суждено быть вместе. Сердце моё рвётся от мысли о нашей предстоящей разлуке. На вечеринке я был счастлив сидеть рядом с тобой за столом, и, мне кажется, это было взаимно. Береги память обо мне в своём сердце, как я буду делать это в своём. Я должен лететь… Твой Петер”. Утреннюю сонливость как рукой сняло, Юля не могла поверить, что на пути их с Петером счастья, по его мнению, стояла только его жена-алкоголичка. Девушка недоумевала, куда же пропали одноразовые тапочки и бальзам для губ? Неужели старый извращуга приберег их для жены? Воспринимать такие знаки внимания как комплимент или наоборот?

Этот вопрос вечером того же дня Юля задала Витторио. Они традиционно ужинали в ресторане, на этот раз в том самом, в котором состоялось их первое свидание. В ответ Витторио сообщил Юле безрадостную новость: проект, над которым работала его фирма, завершался и для неё. Для него пришло время открывать новые карьерные горизонты. Командировка в Болгарию была подготовительным этапом к переводу его на новый проект, о чём он раньше времени Юле сообщать не хотел. Работа на стройке века в городе Юли заканчивалась для всех. А для Юли это означало и окончание отношений с Витторио.

Стоя у подъезда его дома ранним августовским утром, две недели спустя, Юля думала, что жизнь её закончилась. За ней приехало такси, теперь уже точно в последний раз по этому адресу. «Я старался сделать для тебя максимум того, что я мог сделать в такой ситуации», – сказал ей на прощание Витторио. И это было правдой. Наверное, впервые в жизни, рядом с Витторио, Юля настолько сильно ощутила заботу о себе, так ей необходимую. Несмотря на то, что Юля не позволяла себе любить этого человека, постоянно напоминая себе о его женатости, отпускать его ей было больно. Она никогда не задавала себе вопроса, какого окончания она ожидала у этой истории, но точно не такого. Они попрощались, Юля села в такси и, не оборачиваясь назад, уехала в своё будущее без Витторио.

***

Первым делом, вернувшись домой, она запустила стирку. Механические движения успокаивали: отсортировать бельё, отмерить гель, бросить капсулу с запахом альпийской лаванды. Пока машина гудела, она налила вина и вышла на балкон. Внизу дети гоняли на велосипедах, и их крики доносились сквозь листву будто из другой жизни.

Юля позвонила Лере. Пора было рассказать подруге-романтику, как на самом деле заканчиваются истории, начинающиеся как красивый сериал. Лера, встревоженная её голосом, через полчаса была на пороге.

Без стыда и утайки, с начала и до конца, Юля выложила Лере всё – как на исповеди, без надежды на отпущение грехов. Лера молча слушала, не зная, как утешить подругу, чей лирический ореол после этого рассказа развеялся, как утренний туман.

«Выбери что-нибудь, если нравится», – Юля открыла дверцу шкафчика, где хранился её «трофейный» парфюм – от Александра и Витторио. Выбор был внушительным. Лера перебирала почти полные флаконы, но теперь они не вызывали восторга.

«Ну что ж… Ты только не обижайся, я вижу, тебе больно… Но улов солидный. Эти двое, не зная друг о друге, будто в эстафете участвовали», – осторожно пошутила Лера, пытаясь хоть как-то разрядить обстановку.

«Оба рыцаря сошли с дистанции, оставив прекрасной даме только свои дары… Смешно», – с горькой усмешкой сказала Юля, допивая вино.

Сев в машину, Лера не спешила заводить мотор. После разговора с Юлей в её сердце проснулась тихая благодарность – Вселенной, судьбе или тому, что ведёт их жизни. Дома её ждала уютная, пусть и не новая, квартира, надёжный мужчина, который не заваливал цветами, но заботливо укрывал её ночью, если она сбрасывала одеяло. Крохотный сын… Её маленький, когда-то казавшийся таким предсказуемым мир, теперь ощущался самой тёплой и желанной гаванью. Улыбнувшись, Лера тронулась с места и поехала домой.

***

Переживания о расставании с Витторио были яркими и тягостными, но, к Юлиному облегчению, недолгими. Оставшись у разбитого корыта как в личной, так и в профессиональной жизни (работодатель Юли сворачивал свою деятельность в регионе), Юля приняла решение сфокусироваться на карьере, забыв на время о любви, поэтому целиком и полностью погрузилась в поиск новой работы, тем более это помогало ей отвлечься от сердечных терзаний.

Новая работа Юли случилась в гостинице «Аврора», бывшей одним из отелей международной сети. Об открытии отеля Юля услышала двумя годами ранее по радио и про себя отметила, что было бы здорово поработать в международной компании с иностранным менеджментом. К слову, генеральный менеджер отеля был чистокровным англичанином, чопорным и высокомерным, как и полагается уроженцу туманного Альбиона, об иностранном менеджменте его по городу ходили легенды. Характеру под стать была и внешность: это был высокий спортивный блондин, 35–40 лет, с голубыми холодными, как лёд, глазами. Типаж мужчины, который Юля не воспринимала как предмет межполового интереса. Юле доводилось встречать Стефана, так звали надменного англичанина, на мероприятиях, организованных отелем с целью поддержания партнерских отношений с компаниями города, приглашенный персонал которых останавливался в отеле Стефана. В глазах большинства женщин, знававших англичанина, Стефан был завидным женихом, перспективным породистым иностранцем. Юлю же в пот бросило от мысли о неизбежности прохождения собеседования у этого альфа-самца, когда кадровик отеля откликнулся на её резюме на рекрутинговом сайте с предложением вакансии.

“Вы можете хоть плясать на крыльце отеля, если это повысит продажи”, – в заключение собеседования резюмировал Стефан. Эта фраза была единственной членораздельной в его речи, единственной, что Юле удалось понять, настолько тяжел для понимания был британский акцент его британского английского. Кандидатура Юли рассматривалась на вакантное место заместителя начальника отдела продаж отеля. Противный англичанин только усилил неприятное впечатление, которое о нём сложилось у Юли ещё до собеседования, но уж очень заманчивым было предложение работы.

Девушка решила попробовать себя в отельном бизнесе. Юле всегда нравились отели, там царит своя особая атмосфера, как и в аэропортах. Девушка обожала проводить время у стойки ресепшн, наблюдая за происходящим. Вот, через дверь-вертушку ввалилась команда мускулистых гандболистов, приехавших в Юлин город на соревнования, с ними тренер. Утром вся команда отправится на зарядку, которая пройдет на площадке перед отелем. К сожалению, эта площадка не видна из окон Юлиного кабинета, и она вынуждена выходить на улицу, чтобы насладиться зрелищем, за чем ее и застает вездесущий генеральный менеджер. Он вообще имел привычку постоянно возникать тогда, когда Юля меньше всего ожидала его встретить.

Нет-нет, и в лобби можно было лицезреть делегацию надутых москвичей, черно-белые наряды которых очень напоминали Юле пингвинов. В длинные выходные и праздничные дни в отеле останавливались компании рыбаков-любителей, приезжавших с «северов» на рыбалку. От этих к концу отдыха сильнее, чем рыбой, смердило алкогольным перегаром. Довольные и краснолицые, они всегда в хорошем настроении выезжали из отеля. Юля с недоумением смотрела на их лица, кожу на которых они умудрялись сжечь буквально до углей в первый же день отдыха, независимо от времени года. Одним словом, атмосфера отеля Юле нравилась, а работа продажником в отеле – нет. Тем более, что дела с продажами у Юли шли ни шатко, ни валко. Продавать услуги отеля, которые и так уже пользовались стабильным уровнем спроса, было сложно. Расширение клиентской базы и поиск новых контрагентов было делом скучным и малопродуктивным. Иногда девушке приходилось замещать начальницу отдела и бывать на еженедельных совещаниях у генерального менеджера. Сидеть за столом с этой акулой, отвечать на его вопросы о продажах, видеть недовольную англосаксонскую мину, кривившуюся после каждой озвученной цифры статистики, – было выше сил Юли. С совещаний она выходила с устойчивым ощущением собственной профнепригодности. Такие чувства Стефан сеял в девушке своими словами, взглядами и мимикой.

Общение с генеральным менеджером у Юли определенно не складывалось. Накал страстей случился в период отпуска Юлиной начальницы и совпал с максимально низкой загрузкой отеля. Юля, как обычно в период замещения начальницы, готовила статистический отчет для еженедельного совещания у генерального менеджера, цифры в отчете были пугающими. Плана, как изменить ситуацию в сторону повышения продаж, у Юли не было, разве что действительно пойти танцевать на крыльцо отеля, и даже в этом случае взлет продаж гарантирован не был. За двадцать минут до начала совещания Юля накапала себе в седативный сбор успокоительное, но и этого в последствии оказалось недостаточно.