Печать Аваима. Столпы в Пустоте

– Все здесь?

И получив утвердительный ответ, с облегчением опустила тропу и потеряла сознание.

Пришла в себя она оттого, что тело на чем-то покачивалось. Открыла глаза и увидела четверых даллов, которые несли ее в самодельном гамаке из тулупа.

– Поставьте, – слабо позвала она.

Даллы остановились и помогли подняться.

Ксатра огляделась: рядом с ней несли Баяра, который, кажется, был без сознания. Его левая нога от середины бедра густо окрасилась кровью. Сохэ шел, оперевшись на другого далла. Остальные – испуганные и притихшие – смотрели на нее.

– Все живы? – спросила она у подошедшей Соно.

– Почти, – вздохнула далла. – Нескольких потеряли на тропе.

Ксатра прикрыла глаза и сжала виски.

– Это не твоя вина. – Соно сжала ее плечо. – Без тебя погибли бы все. Мне все рассказали.

Ксатра кивнула, но легче от этого не стало. Плохо же она начала свой путь оракула, если уже в самом начале не смогла сохранить племя.

– Куда нам теперь идти? – тихо спросила Соно.

– Мы идем на стоянку племени Земли, – твердо ответила Ксатра. – Без них мы все равно погибнем.

– Они примут нас? – неуверенно спросила Соно.

– Я беру это на себя.

Ксатра сжала кулаки и громко произнесла:

– Послушайте! До конца этого дня мы должны добраться к стоянке Детей Земли. Я рассчитывала, что все будет иначе, но судьба решила за нас. Много лет мы не поддерживали связи, но у нас нет причин быть врагами.

Над толпой пронесся ропот недовольства, и Ксатра повысила голос:

– Двое воинов ардара сегодня защищали вас. Не забывайте этого! Они не были обязаны, но помогли. Сейчас я должна отправиться вперед, чтобы как можно скорее обеспечить помощь для Баяра, а Сохэ покажет вам дорогу.

– Ты забыла, чем отплатил ардар твоему отцу? – раздалось из толпы.

– Что, если нас ждет то же самое? – подхватил другой голос, и толпа согласно загудела.

– Тот ардар мертв, – твердо ответила Ксатра. – Раука, новый ардар племени Земли, вырастил меня как дочь, и я доверяю ему. Да, легко не будет, но давно ли Дети Солнца стали бояться трудностей? Вы сыновья и дочери гордой богини, и в вас течет ее древняя сила! – голос Ксатры окреп. – Так отчего же сейчас вы так напуганы и не уверены? Нам есть что предложить Детям Земли, а им есть что получить от союза с нами. Особенно сейчас, когда над нашим общим домом нависла грозная опасность!

Ксатра смотрела в обращенные к ней лица и видела, как растерянность во взглядах сменяет чувство гордости. Пока еще робкое и с оглядкой на соседа, но оно общей волной пронеслось над застывшими на холодном степном ветру даллами и незримой нитью сплотило разрозненных, потерявших все, кроме собственных жизней, одиночек в единое племя. Ксатра увидела, как распрямились спины мужчин, как женщины уверенно сжали руки испуганных детей, как улыбаются немногие оставшиеся старики. И ее саму захватила эта волна незримой общности и чувства гордости за свой род и свое племя. В глазах защипало от внезапного счастья.

Выждав пару мгновений, она отозвала в сторонку Соно и Сохэ.

– Вы знаете, где мы находимся? – тихо спросила она.

– Ты не знаешь, куда вывела нас? – ахнула Соно и оглянулась на застывших в ожидании даллов.

– Нет, – покачала головой Ксатра. – Мы должны быть западнее того места, откуда ушли, но точно я не знаю – некогда было отслеживать.

– Я видел заросли миндаля, – вступил Сохэ. – Мы, скорее всего, отклонились к северу, но направление верное.

– Тогда отведи их, пожалуйста, до стоянки, – попросила Ксатра. – Я должна позаботиться о Баяре. Мы пойдем тропой.

– А ты сможешь? – удивилась Соно. – Ты едва пришла в себя.

– Иначе он не выживет, – ответила Ксатра. – К тому же я должна предупредить ардара и договориться кое о чем.

– Ксатра, – Соно сжала ее плечо, – нам всем очень страшно. Я надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

– Все будет хорошо. – Ксатра пожала ее руку в ответ.

– Очень надеюсь…

Ксатра подозвала четверых даллов, которые несли Баяра, и снова открыла тропу – бледную и местами расплывчатую, но пока видимую.

Новый путь дался еще тяжелей. Перед глазами то и дело все плыло. Она не рисковала погружаться глубоко, и сквозь серую пелену можно было видеть плавно сменяющийся ландшафт. Пока держишь взгляд, кажется, что он двигается с обычной скоростью, но стоит отвлечься или посмотреть в другую сторону, как окружение неуловимо меняется и ты оказываешься уже в другом месте.

Ксатра внимательно следила за пейзажем, стараясь уловить очертания знакомых мест. И вскоре ей показалось, что местность приобрела узнаваемые контуры. Она немного поправила направление тропы, и вскоре они действительно оказались в окрестностях лагеря. Ксатра вывела тропу на поверхность и с облегчением закрыла. Спина взмокла. Коленки подгибались.

Когда им встретился первый далл, Ксатра коротко объяснила ситуацию и отправила его за помощью. А когда Баяра забрали, велела своим соплеменникам дожидаться ее и открыла новую тропу. Это место назначения она знала хорошо: нужно было попасть в лагерь орков и разыскать деда. В разговоре, который ей предстоял, без поддержки не обойтись.

Мангар нашелся быстро. Он сидел у большой походной кухни и непринужденно беседовал с орками, изъясняясь жестами вперемежку с ломанными фразами, которые успел разучить. Увидев Ксатру, он обрадовался и показал блестящую деревянную култышку, прикрученную к ноге вместо отсутствующей голени. Но заметив серьезное лицо и растрепанный вид внучки, напрягся:

– Все в порядке?

– Нет, – качнула головой Ксатра, – мне нужна твоя помощь.

Мангар ловко подковылял поближе.

– Что случилось?

– Пойдем. Нужно поговорить с ардаром.

– Мне не о чем с ним говорить, ты знаешь.

– А мне есть, – огрызнулась Ксатра. – Твоими стараниями я теперь отвечаю за все племя и твою принципиальность позволить себе не могу.

Мангар поджал губы, а Ксатра продолжила:

– Ты бросил их, когда остался в пустыне, но сейчас это можно исправить.

– Я не бросал! Они отдали на расправу моего сына и тебя! Я не хочу быть частью ни одного из этих племен.

– Не хочешь – не будь! Но помоги спасти тех, чьи жизни ты мне поручил!

– Они взрослые. От чего их спасать?

– От смерти… – мрачно ответила Ксатра. – Мы все потеряли в пути: шатры, скот, еду… ничего не осталось. И к вечеру две сотни голодных усталых даллов, включая совсем маленьких детей, придут сюда… – Она сделала долгую паузу. – И мне нужна твоя помощь, чтобы уговорить Рауку и его даллов принять их в своих шатрах.

– Как это произошло? – потрясенно спросил Мангар.

– Я расскажу по дороге, – ответила Ксатра, – пожалуйста. Мне правда нужна помощь.

– Хорошо. Я помогу.

Ксатра мысленно выдохнула. Одного уговорила. Но разговор, который предстоял, был куда сложнее, а ставки слишком высоки, чтобы проиграть.

До лагеря даллов они дошли по тропе, которую открыл Мангар, потому что сама Ксатра была уже не уверена, сможет ли проложить еще одну. Раука, едва завидев Ксатру, позвал за собой. И они втроем зашли в большой шатер.

– Баяр без сознания и очень плох, – начал Раука. – Что произошло?

– Твари, – коротко ответила Ксатра. – Они разыскали становище и выследили нас. Баяр и Сохэ сдерживали их, пока я уводила остальных через тропу.

– Ясно. Но это не все, так? Иначе вы не пришли бы вдвоем. – Он кивнул на бесстрастно застывшего Мангара.

– Да, – подтвердила Ксатра, – они все потеряли в дороге и погибнут без вашей помощи.

– Это слишком большая услуга, ты ведь понимаешь, – покачал головой Раука. – Слишком многим не по душе просто их появление, а ты хочешь, чтобы им дали кров и пищу.

– Да, я понимаю и не прошу сделать этого даром.

– Но что ты можешь предложить? – удивился Раука.

– Свои умения, – серьезно ответила Ксатра. – В каждой семье, которая приютит моих соплеменников, я выберу одного наиболее одаренного и буду обучать тайным тропам.

– Ксатра! – вскрикнул Мангар.

– А ты мне поможешь! – зло бросила она. – И это не будет обсуждаться.

А после снова обернулась к Рауке.

– Мы договорились? Разве не это обещал своим воинам Чонын Хуу до того, как ты занял его место и стал ардаром?

– Это серьезное предложение, – в задумчивости проговорил Раука.

– Я готова повторить его перед всеми. Предложи им и пусть выбирают. Все равно без их доброй воли невозможно помочь моему племени.

– Хорошо. Я дам им самим выбирать. Но ты понимаешь, что увильнуть и спрятать свои тайны ты больше не сможешь?

– Я не хочу их прятать. Мы слишком долго враждовали, пришло время забыть старые распри и снова стать едиными.

– Мудрые слова, – проговорил Раука. – Ты будешь хорошим вождем для своего народа. Пойдем. Я объявлю о твоем предложении.

Глава 9

Королевство Агрия – долгожданные встречи

Поездка по степи оказалась на удивление спокойной и приятной. Обученные лошади шли плавно, и Тамаш наслаждался свежим воздухом и необременительной физической нагрузкой. В первый день их накрыл снегопад, но к вечеру, когда они достигли южной оконечности длинного выступа Срединного Хребта, снег прекратился, и они смогли заночевать под укрытием разросшихся кустарников и невысоких деревьев, которые густо покрывали покатые склоны.

На следующий день Вигмар поднял их до рассвета, и к вечеру они, как и рассчитывали, вошли в небольшую деревушку. Жители встретили их настороженно, но, когда Тамаш показал серебряные монеты, быстро нашлись желающие приютить путешественников. Им предоставили теплый сеновал прямо над лошадиными стойлами и даже накормили вполне сносным ужином, а животным насыпали душистого сена.

А к вечеру следующего дня они уже добрались до условленного городка.

– Какой план? – на подходе к городским стенам спросил Вигмар.

– Найти постоялый двор «У старого дуба», а дальше – по ситуации, – ответил Тамаш.

Постоялый двор обнаружился быстро, но не у старого дуба, а возле необъятного пня, над которым хозяин раскинул шатер и использовал в качестве стола для посетителей, готовых наслаждаться напитками и едой на ногах. А таковых оказалось немало. Они шумной толпой выстроились вокруг огромного отполированного древесного остова, непринужденно потягивали горячий сбитень и не торопились заходить, несмотря на холод.

На незнакомцев никто не обратил внимания. Лошадей отдали мальчишке-конюху, и Тамаш первым зашел внутрь. Там за стойкой стоял благообразный тучный хозяин с пушистой белоснежной бородой и добродушно беседовал с одним из гостей. Когда Тамаш подошел, он прервал разговор.

– Чем могу служить, господа? – поприветствовал он густым басом с сильным северным оканьем.

– Нам нужны три комнаты и стойла для лошадей.

– У нас есть разные комнаты, – прогудел хозяин, – для господ – подороже, для простого люда – попроще.

– Дай нам получше, – неожиданно попросил Вигмар и показал прозрачный камушек.

– Будет сделано, господин. – Хозяин поклонился, и крошечный камушек исчез в его массивных ладонях.

Когда они поднимались по лестнице, Эстер тихонько заметила:

– А ты транжира.

– Хоть поспим нормально. – Вигмар почесал подбородок.

Комнаты оказались просторными и светлыми. С широкими мягкими постелями и свежим бельем из тонкого льна. Но едва только Тамаш зашел в свою, как в дверь раздался стук и в щелку заглянула Эстер.

– Можно зайти?

– Конечно. Что случилось?

– Ну… – замялась девушка. – Понимаешь, в таком виде, – она указала на их лесные одежды, – мы тут слишком выделяемся. Нельзя ли нам подыскать что-то менее заметное?

– Хорошая мысль, – одобрил Тамаш. – Надо Вигмара позвать, пока лавки еще не закрылись.

Они выспросили у стойки, где ближайшая портновская, и без промедления направились по указанному адресу. Лавка оказалась просторной, а портной при виде золотого, который показал Тамаш, засуетился и вмиг подобрал наряды для всех троих. И даже вызвался сбегать в сапожную и кожевенную лавку за обувью и теплыми варежками. В итоге меньше, чем через час, все трое в добротных новеньких нарядах вышли обратно в вечереющий город и направились в сторону постоялого двора.

По возвращении Тамаш расспросил хозяина, не приезжал ли в город кто из важных господ. И тот рассказал, что они получили почтовое сообщение с поручением подготовить лучшую комнату для знатной особы и ожидать прибытия завтра. Других важных господ в городе не было и не ожидалось.

После сытного ужина и горячего ароматного сбитня все быстро разошлись по своим комнатам. Но Тамаш с непривычки все никак не мог уснуть. Беспокоили неясные образы и тревожные мысли. Словно под его собственными ощущениями проступали чьи-то чужие чувства. Он снова и снова возвращался к моменту, когда сознание Аваима захватило и подавило его волю, и хоть сейчас ощущения были другие: приглушенные, словно отголоски чужого сна, – неясная тревога не давала заснуть. Казалось, что стоит расслабиться, как все повторится, и он снова беспомощно будет наблюдать, как его сознание растворяется в чужой воле.