Амур: на два мира

- А что это?

- Извольте взглянуть вперед, сэр. Вон они уже из воды показались, каменюки чертовы.

Сквозь струи дождя Амур разглядел далеко впереди сужение реки и торчащие из воды столбы. Три, пять, десять штук! Меж ними закручивались водовороты, пенящиеся волны накатывали на камень и распадались на потоки. Выщербленные колонны действительно походили на чьи-то пальцы, которые неведомый великан выставил над поверхностью воды. Расстояние между ними вполне хватало, чтобы с запасом прошла даже транспортная баржа, так в чем же опасность? В следующую минуту Амур понял, о чем говорил капитан Тивас.

Помимо «Бешенной каракатицы» в непогоду отважились выйти еще с десяток судов. Две ладьи как раз подходили к Пальцам. Одна на скорости успешно проскочила между двумя колоннами, а вот вторая замешкалась. Видимо, её капитан мучительно решал, какой проход выбрать, чтобы наверняка. На ладье спустили парус, из бортов выдвинулись весла, и она медленно пошла к выбранному проливу. Капитан рассчитал верно, судно проходило точно между двумя столбами. Хлопнул парус, ладья увеличила скорость. И ведь почти проскочили, когда каменные колонны начали сближаться. Захрустели ломаемые весла, закричали из трюма матросы, которым деревянными концами крушило ребра. Корпус ладьи брызнул досками. Каменные громадины сошлись с гулким стуком и также неспешно вернулись на свои места. От несчастной ладьи на поверхности остались лишь плавающие обломки. Потрясенный Амур повернулся к капитану.

- Когда шторм будит Глота, тот злится, - сказал Тивас. – Баламутит воду, хватает проплывающие корабли. Уйти можно только на скорости.

- Да кто он такой, этот Глот? – спросил Амур.

- Гигантский голем из времен Древних, - ответил капитан. – Не страшны ему ни магия, ни стихия. Пережиток прошлого, которого боги вбили в землю, и как видите, так и оставили. Нет-нет, да и проснется каменюка, чтобы напомнить о былом могуществе. Должен признаться, все реже это бывает, но на нашу беду сегодня как раз такой день. Извините, господин виконт, самое время!

Капитан отдал команду, засвистела боцманская дудка. Парус хлопнул, ладья легла на новый курс. Гигантские колонны выросли из воды. Камень порос мхом, кое-где торчали небольшие деревца, над верхушками столбов кружили птицы. Амуру стало немного жутковато. Если пальцы такие огромные, то каков же тогда по размеру сам голем?

Одновременно с «Бешенной каракатицей» на штурм преграды пошли еще несколько ладей справа. Отзвуки бушевавшего позади шторма докатывались сюда раскатами грома. Пальцы капитана побелели на руле, но Тивас неотрывно смотрел на другие пальцы, гораздо большие по размеру. Боцман хрипло выкрикнул команду, матросы поспешили стравить лишний парус. Тень от гигантских колонн накрыла корпус корабля.

Справа раздался громкий треск. Первая ладья трепыхалась в объятиях Глота, а вторая не успела сменить курс и врезалась в неё. Люди сыпались с палубы в воду и цеплялись за обломки кораблей. Амур взглянул вперед. Капитан направил «Бесстрашную каракатицу» между двумя колоннами, идеально выбрав момент. Тивас рассудил верно: пока голем занят другими судами, их ладья успеет проскочить опасное место. Жесткая логика в жестоком мире. Но она не сработала!

Когда нос ладьи пересек невидимую границу, ближайшие Пальцы Глота принялись смыкаться с удивительной для своих размеров скоростью. Боцман отбросил свою дудку и просто ругался. Матросы налегли на весла, стремясь помочь парусу набрать скорость. Бледный капитан толкал всем телом бортик, словно это как-то могло помочь ладье плыть быстрее. Амур вцепился в мачту, видел приближающийся камень колонны, понимал, что она сейчас размозжит борт, но ничего не мог сделать. А когда уже затрещали ломаемые весла, он отчаянно выкрикнул: «Стоп!».

Пальцы Глота остановились, на палубу посыпалась земля и растения с колонн. Ладья благополучно миновала узкий участок и закачалась на спокойной воде. Оставшаяся позади буря еще искрила молниями в сопровождении грома, но уже сходила на нет. Из трюма вылезали удивленные матросы, которые только что избежали верной смерти, и в недоумении оглядывались по сторонам. Амур прошел на корму, чувствуя, как дрожат ноги. Пальцы Глота застыли в одном положении, словно голем передумал хватать добычу и замер в ожидании новой команды. Сопровождавшие «Бешенную каракатицу» ладьи так и остались зажатыми между двух колонн, зато теперь по фарватеру реки открывался широкий и безопасный проход для кораблей. Капитан Тивас с опаской смотрел на Амура.

- Не знаю как, сэр, но вы эти каменюки остановили. Спасибо вам от меня и моих ребят! Мы бесплатно довезем вас до Боранбо, а если вам когда-нибудь понадобится быстроходная ладья с надежной командой, «Бешенная каракатица» всегда к вашим услугам.

- Виват господину виконту! – заорали матросы.

* * *

Людей с утонувших касаток достали из воды и высадили в ближайшем порту. В закромах капитана оказалось неплохое вино, которое он презентовал благородному спасителю, и теперь Амур потягивал на корме «Кабанью кровь», улыбаясь утреннему солнцу и проснувшейся Агнешке.

- Что? Плывем? Опять?! – вышедший из каюты Гуго удрученно качал головой и разглядывал волны. – Надо завязывать пить. Особенно в твоей компании!

- Я не виноват, что ты слаб по самогону, - развел руками Амур. – Все веселье проспал.

- А чего было, э? – спросил тверд, бесцеремонно забрал у виконта початую бутылку и тут же осушил её до донышка.

От такой наглости Амур на миг потерял дар речи, но положение спас верный оруженосец:

- Мессир в одиночку остановил Пальцы Глота и спас касатку! А ты, бородатый, в это время в каюте храпел так, что ладья чуть вновь не развалилась!

- Пальцы Глота? – тверд с хрустом почесал в затылке, пропустив мимо ушей последнюю тираду Чешира. – Помню, видал их, когда проезжал Рутлин по пути в столицу. Так между ними баржа свободно пройдет, а ведь это корыто гораздо меньше!

- Когда ты уже посапывал на лавке, с гор скатилась буря, причем магической природы, я это почувствовала, – сказала Агнешка. – Из-за нее на реке случился шторм и проснулся древний голем. Он хватал проплывающие мимо корабли, а наш Амур остановил его. Вот только как?

- Не имею не малейшего понятия, - честно признался виконт Орха.

- Ты как-то связан с Древними, - кивнула Агнешка. – Помнишь рудник? Эти, как ты говоришь, механизмы, слушаются тебя.

- А что было на руднике? – хором спросили Чешир с Гуго.

- Пить меньше надо! – в голос ответили Амур с Агнешкой.

- Если еще големы полезут – разбудите, я им все пальцы повыдергиваю. Вместе с руками! – пообещал Гуго и ушел в каюту бороться с похмельем.

Чешир забрался в привычный капюшон хозяина и уже через минуту сопел, плямкая губами во сне. Качка сонно действовала и на Амура, но его больше беспокоили непонятности последних дней. Кто сделал вихрь? Кто послал убийц в таверну? И кто сотворил эту жуткую бурю, которая чуть не разрушила весь Рутлин?

- Не знаю, - развела руками Агнешка. – Ты же помнишь, я училась на знахарку, и моих познаний по ведовству не хватает, чтобы отследить ниточку к сотворившей бурю колдунье. Но напасть магическая, клянусь огнем Сандрогара! Уж такие вещи меня бабушка научила распознавать.

- Мне кажется, когда создатель вихря понял, что поймал целого амура, он решил от меня избавиться, - сказал виконт Орха. – Чем-то я ему сильно мешаю.

- Ей, - поправила Агнешка. – Ты забыл? У нас магией занимаются только женщины.

- Не скажи. Помнишь, капитан Густав говорил, что магия присуща и мужчинам? Только они не развивают её в себе, ленятся. А вдруг нашелся колдун, который все-таки решил научиться? – спросил Амур, вспоминая про толстяка из своего сна, который огнем поднимал мертвых.

- Не знаю, - вновь развела руками Агнешка. – Я прожила почти всю жизнь в лесу, с бабушкой, и говорю тебе о том, чему меня учила она.

- Не важно. Как говорил Михалыч, пиво с утра не только вредно, но и полезно, – сказал Амур и достал из-за борта привязанный к веревке жбан, который охлаждался в реке. – Гораздо важнее то, что этот неизвестный вредитель потерял меня в городе, разозлился, как-то узнал примерное направление и теперь лупит по площадям.

- А тебе не кажется, что ты слишком усложняешь? – спросила Агния. – Пусть ты и целый амур, но зачем кому-то пытаться убить тебя, используя такие серьезные силы? Одно дело подкупить наместника и послать парочку головорезов, но совсем другое – сотворить целую бурю, которая создается не за одну кварту и требует значительной подготовки. Это все равно, что гоняться за мухой с молотом. Уж извини, но ты придаешь своей персоне слишком большое значение.

- А может все-таки на меня какое пророчество есть? Как-то слишком вовремя буря эта появилась, стоило нам только объявиться в Рутлине. Я конечно не параноик, но мысли в голову лезут всякие.

- Бабушка ведь говорила, что про тебя в древних летописях ничего нет, - сказала Агнешка и осеклась. – Хотя, я только сейчас подумала, ведь знаменитая новелла Вегсамара

- Так-так, с этого места поподробнее!

Пришелец из другого мира

Найдет в могиле черный меч.

И сталь очистится от скверны,

Чтоб новый дом его сберечь.

Когда одни уходят в горы,

Другие в небе видят путь.

Пришелец из другого мира,

Когда беда – с ним рядом будь!

И орды мертвецов поднятых,

Услышав слово колдуна,

На мир живых пойдут в атаку,

Но сталь уже закалена.

Пришелец из другого мира

Взмахнет над воинством мечом,

И знайте, с этого момента

Колдун проклятый обречен!

- Пришелец из другого мира – это я? – восхитился Амур.

- Ха! Раньше считали, что Вегсамар предсказал в новелле ход Десятилетней войны. Тогда именно твои братья-амуры сошли с небес и решили её исход, но и сами погибли, остановив призрачное воинство. Новелла так и называется - «Пришелец», она давно превратилась в песню, её поют по всем тавернам барды, а это лишь отрывок. Было немало всяких найденных мечей и других совпадений, например, те же тверды, которые ушли в горы тогда и сейчас. Но колдунов в те времена не было, слова скальда списали на архидемона Рави, который командовал вторжением из Призрачного. А сейчас, когда ты заговорил о мужской магии, я и подумала, что возможно Вегсамар предугадал в своей новелле появление последнего амура, который должен спасти мир от войны?

- А чего, я могу! – кивнул захмелевший Амур и отсалютовал знахарке пивной кружкой.

Та лишь вздохнула и покачала головой:

- Но, когда я вижу перед собой этого пьяного амура воочию, понимаю, что спаситель мира из тебя никудышный.

- Знаешь, дорогая, если я не буду пить, я элементарно свихнусь! Это мое лекарство от стресса, понимаешь? Конечно, там у меня жизнь тоже была не сахар, я работал спасателем, но по сравнению с этим миром, тот – санаторий для пенсионеров! Я не лезу в герои, просто подумал, что твой Вегсамар мог как-то узнать, что я был спасателем там и решил меня назначить спасателем здесь. Хрен его знает почему. Предсказателям виднее!

- Сэр, извините, что вмешиваюсь, - сказал подошедший капитан Тивас. – Я случайно услышал ваш разговор, и если позволите, скажу, что думаю.

- Валяйте, любезный, - махнул рукой виконт Орха, отхлебнув пива. – Хуже все равно уже не будет.

- Мой папаша тоже был моряком, - начал Тивас. – Он бороздил воды Белого океана и частенько попадал в различные неприятные ситуации.

- Так и говори, был пиратом! - осклабился Амур.

- Не без этого, сэр, не без этого. Так вот, папаша дожил до преклонных лет и даже зачал меня только благодаря своему боцману. Тот часто предугадывал, где стоят в засаде королевские ладьи, или откуда придет очередной шторм. Сначала думали, он с нечистой силой связан. Ну знаете, как демоны людям помогают, а потом вселяются в их тела?

- Наслышаны, - кивнул виконт Орха. – Ближе к делу!

- Некоторые хотели даже боцмана по доске в реку пустить, несмотря на всю полезность его умений. Но мой папаша самосуд пресек, нашел знающую магиню и отвалил ей немало золота, чтобы та боцмана проверила. Так вот, никаких демонов у того не оказалось, даже тех, что сами, бывает, в людях заводятся и заставляют поступки злодейские совершать. Ведунья сказала твердо: внутри боцмана горит огонек магии, но она чистой природы, охранительной. Именно той, которую Сандрогар в душу каждого человека вложил. Но у одних эта искорка еле тлеет, а другие раздувают её в костер, чтобы пользу себе и людям приносить. А еще магиня подарила папаше кольцо заговоренное. Если через него посмотреть, сразу видно, что из себя человек представляет.

- Кольцо Правды, - кивнула Агнешка. – Слышала про такое. Накапливает заряд целый месяц, но никогда не ошибается.

- Да, все верно, леди. Вы уж извините, сэр, мою наглость, но пока вы тут беседовали, я издалека вас тем кольцом и проверил. Хотел узнать, кому мы спасением от голема обязаны.

- И что же ты во мне увидел? - спросил заинтригованный Амур.

- Бушующее внутри пламя, - с опаской сказал Тивас. – Пожар, который может сжечь полмира, а может наоборот, уберечь этот мир от большой беды!

Тачка нещадно скрипела под весом тверда, но пока держалась. Чешир спрятался в капюшоне сюзерена, Агнешка ускакала с амаргалами вперед, чтобы успеть погрузить коней на корабль. Улицы Рутлина стали непривычно пустынны - жители прибрежного города всегда заранее чувствовали приближение бури. Колеса стучали по мостовой. Вскоре впереди показалась пристань, у которой качалась на волнах готовая отплыть ладья.

- Скорее, господа, скорее! – закричал капитан «Бешенной каракатицы». – Отходим сейчас или никогда!

Дисциплинированные амаргалы уже были на борту. Своей кобыле Агнешка обмотала морду тряпкой, чтобы успокоить бьющуюся лошадку. Амур с разбегу вкатил тачку по сходням, подтолкнув кобылу сзади. Матрос вытравил стояночный канат, хлопнул парус. Ладья быстро покинула бухту и вышла на речной фарватер.

Немного отдышавшись, Амур сгрузил тверда в каюту и вернулся с тачкой на корму. Он много раз видел шторм на реке, несколько раз даже на море, но всегда наблюдал за этим волнующим событием с безопасного расстояния, находясь на берегу. Ему тогда даже нравилось смотреть на буйство стихии, зная, что уж его оно никак не коснется. Сейчас же Амур ощутил гнев природы на собственной шкуре.

Ладья взрезала волны, направляемая умелой рукой капитана Тиваса, но палуба то и дело взбрыкивала, словно необъезженный мустанг. Скрипели мачты, парус выгибался от ветра, яростно свиристела боцманская дудка, подгоняя матросов. Несколько раз черпнули бортом и поток воды смыл с палубы пустую тачку, нескольких визжащих крыс и конские каштаны. Амур загнал Агнешку в каюту, а сам пробрался на корму.

- Неужели нужно было плыть в такой шторм? – спросил виконт, перекрикивая шум ветра.

- Да разве ж это шторм, сэр? – удивился Тивас, крепко держа рулевое весло. – Посмотрите назад, вот там шторм!

Амур оглянулся. На бухту наступала сплошная стена тьмы, закрывая небо от края до края. В глубине бури сверкали молнии, водную гладь вспарывали струи ливня. Ветер рвал паруса на пришвартованных суденышках, ломал мачты и выкидывал обезображенные корабли на берег. Огромные волны докатывались до портовых складов и вышибали в них двери. Обломки черепицы сыпались на мостовую.

- Я такое в первый раз вижу! – признался капитан, перекрикивая шум ветра. – Хорошо у меня боцман глазастый, сразу бурю заметил, как она с гор пошла. Такая дома рушить может, а уж кораблей в бухте прилично потопит!

- Думаете, успеем сбежать? – спросил Амур, прикидывая расстояние до края беснующийся стихии.

- Не беспокойтесь, сэр! Скажу по секрету, мы раньше пиратствовали, так моя касатка не из таких передряг нас вытаскивала, не зря я её «Бешеная каракатица» назвал! Это уже потом остепенился, в честные перевозчики подался, но прыть у моей старушки никуда не делась. В такой шторм остальные боятся нос из дома высунуть, а по мне лучше по реке от грозы уйти, да судно сохранить. Долго такая буря бушевать не может, руку на отсечение даю! Скатится с горы, да и уткнется в землю, растеряет прыть. Меня больше Пальцы Глота беспокоят, они иногда странно ведут себя, а уж в шторм особенно.

- А что это?

- Извольте взглянуть вперед, сэр. Вон они уже из воды показались, каменюки чертовы.

Сквозь струи дождя Амур разглядел далеко впереди сужение реки и торчащие из воды столбы. Три, пять, десять штук! Меж ними закручивались водовороты, пенящиеся волны накатывали на камень и распадались на потоки. Выщербленные колонны действительно походили на чьи-то пальцы, которые неведомый великан выставил над поверхностью воды. Расстояние между ними вполне хватало, чтобы с запасом прошла даже транспортная баржа, так в чем же опасность? В следующую минуту Амур понял, о чем говорил капитан Тивас.

Помимо «Бешенной каракатицы» в непогоду отважились выйти еще с десяток судов. Две ладьи как раз подходили к Пальцам. Одна на скорости успешно проскочила между двумя колоннами, а вот вторая замешкалась. Видимо, её капитан мучительно решал, какой проход выбрать, чтобы наверняка. На ладье спустили парус, из бортов выдвинулись весла, и она медленно пошла к выбранному проливу. Капитан рассчитал верно, судно проходило точно между двумя столбами. Хлопнул парус, ладья увеличила скорость. И ведь почти проскочили, когда каменные колонны начали сближаться. Захрустели ломаемые весла, закричали из трюма матросы, которым деревянными концами крушило ребра. Корпус ладьи брызнул досками. Каменные громадины сошлись с гулким стуком и также неспешно вернулись на свои места. От несчастной ладьи на поверхности остались лишь плавающие обломки. Потрясенный Амур повернулся к капитану.

- Когда шторм будит Глота, тот злится, - сказал Тивас. – Баламутит воду, хватает проплывающие корабли. Уйти можно только на скорости.

- Да кто он такой, этот Глот? – спросил Амур.

- Гигантский голем из времен Древних, - ответил капитан. – Не страшны ему ни магия, ни стихия. Пережиток прошлого, которого боги вбили в землю, и как видите, так и оставили. Нет-нет, да и проснется каменюка, чтобы напомнить о былом могуществе. Должен признаться, все реже это бывает, но на нашу беду сегодня как раз такой день. Извините, господин виконт, самое время!

Капитан отдал команду, засвистела боцманская дудка. Парус хлопнул, ладья легла на новый курс. Гигантские колонны выросли из воды. Камень порос мхом, кое-где торчали небольшие деревца, над верхушками столбов кружили птицы. Амуру стало немного жутковато. Если пальцы такие огромные, то каков же тогда по размеру сам голем?

Одновременно с «Бешенной каракатицей» на штурм преграды пошли еще несколько ладей справа. Отзвуки бушевавшего позади шторма докатывались сюда раскатами грома. Пальцы капитана побелели на руле, но Тивас неотрывно смотрел на другие пальцы, гораздо большие по размеру. Боцман хрипло выкрикнул команду, матросы поспешили стравить лишний парус. Тень от гигантских колонн накрыла корпус корабля.

Справа раздался громкий треск. Первая ладья трепыхалась в объятиях Глота, а вторая не успела сменить курс и врезалась в неё. Люди сыпались с палубы в воду и цеплялись за обломки кораблей. Амур взглянул вперед. Капитан направил «Бесстрашную каракатицу» между двумя колоннами, идеально выбрав момент. Тивас рассудил верно: пока голем занят другими судами, их ладья успеет проскочить опасное место. Жесткая логика в жестоком мире. Но она не сработала!

Когда нос ладьи пересек невидимую границу, ближайшие Пальцы Глота принялись смыкаться с удивительной для своих размеров скоростью. Боцман отбросил свою дудку и просто ругался. Матросы налегли на весла, стремясь помочь парусу набрать скорость. Бледный капитан толкал всем телом бортик, словно это как-то могло помочь ладье плыть быстрее. Амур вцепился в мачту, видел приближающийся камень колонны, понимал, что она сейчас размозжит борт, но ничего не мог сделать. А когда уже затрещали ломаемые весла, он отчаянно выкрикнул: «Стоп!».

Пальцы Глота остановились, на палубу посыпалась земля и растения с колонн. Ладья благополучно миновала узкий участок и закачалась на спокойной воде. Оставшаяся позади буря еще искрила молниями в сопровождении грома, но уже сходила на нет. Из трюма вылезали удивленные матросы, которые только что избежали верной смерти, и в недоумении оглядывались по сторонам. Амур прошел на корму, чувствуя, как дрожат ноги. Пальцы Глота застыли в одном положении, словно голем передумал хватать добычу и замер в ожидании новой команды. Сопровождавшие «Бешенную каракатицу» ладьи так и остались зажатыми между двух колонн, зато теперь по фарватеру реки открывался широкий и безопасный проход для кораблей. Капитан Тивас с опаской смотрел на Амура.

- Не знаю как, сэр, но вы эти каменюки остановили. Спасибо вам от меня и моих ребят! Мы бесплатно довезем вас до Боранбо, а если вам когда-нибудь понадобится быстроходная ладья с надежной командой, «Бешенная каракатица» всегда к вашим услугам.

- Виват господину виконту! – заорали матросы.

* * *

Людей с утонувших касаток достали из воды и высадили в ближайшем порту. В закромах капитана оказалось неплохое вино, которое он презентовал благородному спасителю, и теперь Амур потягивал на корме «Кабанью кровь», улыбаясь утреннему солнцу и проснувшейся Агнешке.

- Что? Плывем? Опять?! – вышедший из каюты Гуго удрученно качал головой и разглядывал волны. – Надо завязывать пить. Особенно в твоей компании!

- Я не виноват, что ты слаб по самогону, - развел руками Амур. – Все веселье проспал.

- А чего было, э? – спросил тверд, бесцеремонно забрал у виконта початую бутылку и тут же осушил её до донышка.

От такой наглости Амур на миг потерял дар речи, но положение спас верный оруженосец:

- Мессир в одиночку остановил Пальцы Глота и спас касатку! А ты, бородатый, в это время в каюте храпел так, что ладья чуть вновь не развалилась!

- Пальцы Глота? – тверд с хрустом почесал в затылке, пропустив мимо ушей последнюю тираду Чешира. – Помню, видал их, когда проезжал Рутлин по пути в столицу. Так между ними баржа свободно пройдет, а ведь это корыто гораздо меньше!

- Когда ты уже посапывал на лавке, с гор скатилась буря, причем магической природы, я это почувствовала, – сказала Агнешка. – Из-за нее на реке случился шторм и проснулся древний голем. Он хватал проплывающие мимо корабли, а наш Амур остановил его. Вот только как?

- Не имею не малейшего понятия, - честно признался виконт Орха.

- Ты как-то связан с Древними, - кивнула Агнешка. – Помнишь рудник? Эти, как ты говоришь, механизмы, слушаются тебя.

- А что было на руднике? – хором спросили Чешир с Гуго.

- Пить меньше надо! – в голос ответили Амур с Агнешкой.

- Если еще големы полезут – разбудите, я им все пальцы повыдергиваю. Вместе с руками! – пообещал Гуго и ушел в каюту бороться с похмельем.

Чешир забрался в привычный капюшон хозяина и уже через минуту сопел, плямкая губами во сне. Качка сонно действовала и на Амура, но его больше беспокоили непонятности последних дней. Кто сделал вихрь? Кто послал убийц в таверну? И кто сотворил эту жуткую бурю, которая чуть не разрушила весь Рутлин?

- Не знаю, - развела руками Агнешка. – Ты же помнишь, я училась на знахарку, и моих познаний по ведовству не хватает, чтобы отследить ниточку к сотворившей бурю колдунье. Но напасть магическая, клянусь огнем Сандрогара! Уж такие вещи меня бабушка научила распознавать.

- Мне кажется, когда создатель вихря понял, что поймал целого амура, он решил от меня избавиться, - сказал виконт Орха. – Чем-то я ему сильно мешаю.

- Ей, - поправила Агнешка. – Ты забыл? У нас магией занимаются только женщины.

- Не скажи. Помнишь, капитан Густав говорил, что магия присуща и мужчинам? Только они не развивают её в себе, ленятся. А вдруг нашелся колдун, который все-таки решил научиться? – спросил Амур, вспоминая про толстяка из своего сна, который огнем поднимал мертвых.

- Не знаю, - вновь развела руками Агнешка. – Я прожила почти всю жизнь в лесу, с бабушкой, и говорю тебе о том, чему меня учила она.

- Не важно. Как говорил Михалыч, пиво с утра не только вредно, но и полезно, – сказал Амур и достал из-за борта привязанный к веревке жбан, который охлаждался в реке. – Гораздо важнее то, что этот неизвестный вредитель потерял меня в городе, разозлился, как-то узнал примерное направление и теперь лупит по площадям.

- А тебе не кажется, что ты слишком усложняешь? – спросила Агния. – Пусть ты и целый амур, но зачем кому-то пытаться убить тебя, используя такие серьезные силы? Одно дело подкупить наместника и послать парочку головорезов, но совсем другое – сотворить целую бурю, которая создается не за одну кварту и требует значительной подготовки. Это все равно, что гоняться за мухой с молотом. Уж извини, но ты придаешь своей персоне слишком большое значение.

- А может все-таки на меня какое пророчество есть? Как-то слишком вовремя буря эта появилась, стоило нам только объявиться в Рутлине. Я конечно не параноик, но мысли в голову лезут всякие.