Сказ про Семёна-простака и Берендеева кулака

Подошёл к девице Семён, не смея глаз отвести от такой красоты девичий, да тихо спросил:

– Не серчай девица красная, что тревожу тебя. Но случайно услышал я твой плач красавица, да не мог мимо пройти. Дозволь поинтересоваться, могу ли я тебе чем-то помочь?

– Кто ты таков? Чей будешь? И как сюда попал?

От её голоса сердце Семёна сладко защемило и в тот же миг забыл он свою любовь первую Ульяну красавицу. И не мудрено, судя по короне из жемчужин и каменьев драгоценных девица эта была не простая, а сама озёрная царевна. И залюбовался он красавицей водной, да и не мудрено, ведь глаза у неё были такие огромные и синие, что ярче неба чистого и васильков синих полевых, а губы были, краснее маков, цветущих в поле весной.

Не растерялся казачок и быстро взяв себя в руки, поклонился красавице в пояс, и краснея, спросил:

– Ты прости меня прекрасная девица за дерзость мою, и что без спроса к тебе явился, но только по великой нужде я посмел покой твой нарушить. Позволь мне представиться. Люди меня кличут Семёном - добрым молодцом, а матушка Сенькой зовёт. Ты уж не серчай на меня, коли покой твой растревожил. Не со зла я. А по просьбе отца бедного, купца залётного, что в этом озере недавно сына своего единоутробного потерял. Может ты слыхала об этом и помочь чем сможешь безутешному отцу? А он отблагодарит тебя от всего сердца и деньгами, и каменьями драгоценными.

Молчит девица красная и на распросы Семёна отвечать не хочет, но всё лишь хмуриться, да слёзы льёт. Тогда он снова поклонился девице в пояс и робея спросил у красавицы:

– Прости меня озёрная принцесса, если покой твой нарушил. Но дозволь всё же узнать у тебя, кто ты, девица красная, да почему тут сидишь и плачешь так горько и одна одинёшенька среди рыб озёрных? – с тревогой восхищённо переспросил он её. – Кто ты такой? Почему без приглашенья в мой дворец пришёл, да воду в моём озере мутишь? – сердито вдруг спросила хозяйка дворца у нежданного гостя. – Как смеешь ты ко мне во дворец являться без приглашения, да допросы мне устраивать! Или хочешь, чтобы я тебя в карася пучеглазова превратила или жабу борадавочницу, на потеху всем?

Испугался Семён, что царевна не шутит и может на него свои чары колдовские наложить и с поклоном произнёс:

– Прости меня красавица, что покой твой нарушил, да только хочу я мальца одного из вашего плена вызволить, да отцу с матерью вернуть. Уж больно старые убиваются по нему, совсем разум потеряли, говорит, что похитители его у них в вашем озере, когда он по воду ходил. Только не изволь гневаться, а скажи уж, как мне всё ж сынишку купеческого отыскать?

Тут всё же сменила девица-красавица свой гнев на милость, да молвила ему в ответ:

– А я та, кто является дочерью Берендея, царя и зовут меня Русалия. Ну уж, коли мы с тобой познакомились, то скажу тебе, что сегодня у меня день рожденье и батюшка мой хочет выдать меня замуж за Черногора мерзкого.

– Вот беда так беда, коль жених не мил тогда. Уж неужто и царевен замуж насильно выдают?

– Да всяко бывает... Только мне видно мне не повезло...

– Мне очень жаль. Скажи, а я могу тебе чем-то помочь?

– Скажи добрый молодец, а что тебе про нас известно, раз ты не боясь пожаловал ко мне во дворец?

– Да мало, что у нас в народе говорят про озеро это, и про царя Берендея. У нас ведь свой царь есть, ему мы служим верой-правдой. А про вас только гусельники сказы сказывают, да деток малых пугают сызмальства. Только зачем мне пересказывать разные пустые пересуды людей. Ведь грех говорить и судить о том, что сам никогда не видел, да в руках не держал. – Слукавил добрый молодец, чтобы не обидеть дочь царскую.

А сам всё смотрит Семён на прекрасную царевну, и чувствует, что влюбился он в неё с первого взгляда, да сразу до безпамятства, а в груди его сердце как колокол церковный стучать стало, замирая от счастья. Понял он, что не сможет теперь и дня прожить без этой девицы красавицы, словно приворожила она его чарами колдовскими. И тогда, сам того не ведая, сознался девице, что влюбился в неё с первого взгляда и готов её на всё ради неё, но только он слово дал, что сначала из плена купеческого сынка должен вызволить.

Не стала больше сердиться на него Русалия и произнесла:

– Ты его уже не спасёшь. Нет твоего сынка купеческого в моём озере. Его на днях мой батюшка сразу же, как увидел, обернул в русала, да на обучение к водяному отдал. Так, что ничем ему ты уже не поможешь. Но если ты меня спасёшь, да из озера этого к себе увезёшь, то ни нужды, ни болезней век знать не будешь…

– Предложение, конечно хорошее, но я пока молод и здоров, да и нужды у меня особой нет. Всё, что мне надобно, так мне рано или поздно Бог даёт.

– Скажи хлопец, а хочешь, тогда я твоей невестой буду? – вдруг услышал он её новый вопрос и удивлённо посмотрел на девицу, не веря своим ушам.

– Бери что хочешь в моё приданное, мне ничего не жалко для тебя. У меня полные сундуки добра всякого, есть кафтаны, шитые шелком, каменья драгоценные, амфоры с жемчугом. У меня даже золото есть! Хочешь много золота?

Семён молчал. а царевна с интересом наблюдала за гостем, перестав плакать. Когда русалка замолчала, он, снова поклонившись царевне, удивлённо произнёс:

– Не нужны мне твои богатства не сметные, а коли сама царевна мне прикажет, то с радостью буду ей женихом и мужем. Да я всё для тебя сделаю! Расстроился поначалу Семён, пригорюнился, что денег ему за спасения дитяти купеческого не будет, но вскоре быстро успокоился. Уж если мальца ему не суждено спасти, так и убиваться об этом не стоит.

Видит русалочка, что солдат повеселел и решила ему владения свои показать, чтобы тот успокоился и помог ей план побега подготовить. Ходят они из залы в залу да лепотой озёрной любуются. А там каких только богатств нет. Вокруг них молодые девицы русалки с рыбами диковинными плавают, веселятся, хороводы водят, а про напасти и не томятся во все. Да и о чём горевать, когда вокруг такое богатство не мереное. Ведь куда не глянешь, мебель вся из золота да серебра по углам расставлена. А утварь домашняя из горного хрусталя, да из раковин чудных. Не успел он одним залом полюбоваться, как царевна его уже в другой тянет, да все свои богатства показывает. Но Семёну от них ни холодно, ни жарко. Очарован он был Русалией, да лишь о ней у него думы одной, а не об её богатстве несметном. И обо всём забылись они, пока гуляли по дворцу, да вокруг любовались.

Вдруг слышит Семён, как сверху откуда-то трубы из литавр зазвенели, да всё потемнело вокруг, русалки разбежались по своим теремам, рыбы как вкопанные у дверей замерли. Даже волны зашевелились, закачались тревожно в такт подвескам жемчужным на люстрах диковинных, возвещая всех приближении царя Берендея. Тут и Семён замер в испуге, не зная, что делать, как из беды выпутаться. Хорошо хоть первой очнулась Русалия.

– Бежать нам Семён надо. Отец мой возвращается с женихом моим. Увидит он тебя здесь, разозлиться, да вмиг в русала превратит.

– Да я не боюсь отца твоего грозного, если надо, то я сам сражаться с ним буду.

– Да нельзя его победить силой молодецкой, он же владыка всех озёр лесных и полей. С ним можно только хитростью бороться, да заклятиями колдовскими. А он и тебя, ни меня не пощадит в гневе своём. А я давно мечтала на земле пожить, надоело мне моё царство озёрное. Скука здесь зелёная. Хочется мне песни звонкие птиц слушать, да цветами в поле любоваться. Но если успеем выбраться отсюда, то царь меня не поймает. Нам нужно поспешить, пока чары озёрные ослабли.

Глава 1

Не по Сеньке шапка.

Поспешили влюблённые к краю озера, а выхода, да и не видят, замутилось оно и непонять стало, где верх, а где низ. Да и материнский кушак красный, заветный, от бед заговорённый пропал, на погибель их верную…

Зарыдала тогда Русалия, и не знает, что делать, ведь только на полнолуние луна ей и её сестрицам — русалочкам дорогу наверх открывала, а до этого дня ещё неделя целая.