Я сегодня снова пишу… Собрание сочинений в одном томе

– Последовал совету приветствующего меня коврика.

– А-ха-ха! Ну, ты, дружище, отжёг. Может, я зря чай принёс, может, лимончика было достаточно? Или что там у тебя?

– У меня? – Он достал несколько банок кошачьих консервов – думаю, Грэю понравится.

Грэй, молодой дымчатый дворянской породы кот, спрыгнул с дивана и начал тереться о его ноги.

Чай был с лимоном и конфетами. Скатав из фантиков шарик, он кинул его Грэю. Тот, схватив его на лету, ушёл с добычей в коридор.

– Я по твоей просьбе подобрал несколько историй – начал Руслан. Проще, наверное, тебе было по почте скинуть или в ВКонтакте?

Андрей отхлебнул из кружки.

– Спасибо! Не проще, увы, я не сказал тебе, что ноутбук у меня навернулся – сдал в ремонт. Поэтому и попросил тебя. Ты рассказывай, а я запишу, какая понравится…

– Ясно. Тогда вот, первая…

***

О, а вот эта интересная, пожалуй, запишу. Андрей сидел, записывал историю, попутно уже изменяя её, вставляя свои детали. Руслан писал кому-то сообщение. Раздался звонок в дверь, он пошёл открывать. Андрей услышал стук каблуков и повернул голову в сторону входившей в комнату гостьи.

– Знакомьтесь, ребята, – сказал Руслан. Камилла, это Андрей. Андрей, это Камилла.

Блондинка с синими глазами… Кажется, он нашел героиню для своего романа. А о чем он будет нужно подумать. Сейчас. Эээ… Извините, ребят, у меня тут дело… оделся и вышел на улицу. Он шел и думал, решив, что придет домой и запишет в тетрадь все, что надумает. Но новая тетрадь так и осталась нетронутой. Ему казалось, что героиня слишком хороша для его банальных идей.

Размышления его прервал телефонный звонок.

– И как это понимать? Я его с девчонкой знакомлю, а он сваливает!

– Извини, Руслан! Я… мне нужно было…

– Ясно. Не ёкнуло значит.

– Нет, наоборот! Просто я…

– Так, ладно, слушай, знаешь, какая у нее мечта?

***

– Ты же хотела щенка? – Андрей держал в руках белое четвероногое чудо, которое увязалось за ним, когда он выходил из метро.

– Я хотела овчарку, лабрадора, а ты мне подсовываешь какую-то блохастую дворнягу?

Её лицо стало неприятно острым, глаза холодными… Голос резким и до визга высоким.

– Хорошо. Я отнесу его назад.

Он вышел на лестничную клетку. Ну что мне с тобой делать, дружище? Глаза у щенка были теплые, карие… И тут он понял, что его уже не оставит. И ещё он понял, что не вернётся.

Март 2017

Некто в сером

Нельзя надевать чужие очки, от них будут болеть глаза. Также нельзя примерить на себя чужое виденье мира. Так размышлял он.

Почему они, его родственники, друзья, знакомые, поступают именно так? Почему он для них тряпка, существо, не способное сделать что-либо стоящее? А я докажу, что могу!

Заметки в трёх последних выпусках газеты. Некто в сером спас котёнка. Вчера, десятого октября, некто неизвестный в сером пальто, в капюшоне, вечером достал с дерева маленького котенка пожилой женщины. Малыш испугался проходившего мимо на поводке бультерьера, и забрался на стоящую рядом липу.

Некто в сером защитил девушку. Вчера, пятнадцатого октября, уже известный нам герой некто в сером вступился за девушку, к которой пристали в вагоне метро три пьяных дебошира. Вследствие чего нарушители порядка переключились на него. Он раскидал нападавших, проводил девушку до дверей, вышел за ней сам. Пассажиры вызвали полицию.

Некто в сером снял капюшон. Вчера, двадцатого октября, некто в сером наконец решил показать нам свое лицо. Героем оказался парень восемнадцати лет Александр Иванов. Саша учится в МГУ на философском факультете. Больше ничего рассказывать он нам не стал. Сославшись на сильную занятость, исчез за дверью подъезда, на входе в который мы его застали.

Он, с удовольствием прочитав заметки, уже взял ножницы, но раздался звонок в дверь. На пороге стоял корреспондент газеты и его одноклассник по совместительству. – А, это ты, – кивнул ему он и пригласил войти. – Да я ненадолго… Видишь ли, девушку хочу сводить… В ресторан. Мы договаривались на завтра, но … – Я понял. Впечатления от заметок были подпорчены. Сейчас.

Он стоял на остановке, ждал автобуса. Иномарка. Не справился с управлением. Девочка с книжкой – на руки недалеко стоявшего мужчины. Удар. Утро следующего дня. Заметка в газете.

Вчера, двадцать пятого октября, некто в сером (Александр Иванов) погиб, спасая девочку из-под колёс автомобиля. Водитель иномарки, влетевший в автобусную остановку, не справился с управлением. Александр первым заметил автомобиль, и отбросил стоящую на пути его девочку на руки недалеко стоявшего мужчины. Сам же принял на себя весь удар. Больше никто не пострадал. Родители девочки все расходы взяли на себя. Александра похоронят 28 октября на Востряковском кладбище.

Апрель 2017

Живая память

Костёр догорал, оставляя после себя россыпь тлеющих углей. Где-то вдалеке от меня ещё звучала Лёшкина гитара. Глаза у меня слипались, а голова лежала у Димки на плече. Я думаю, что вам не стоит утруждать себя и тратить время на беспочвенные фантазии. Димка – мой брат.

Заметив, что я засыпаю, он забрал у меня кружку недопитого чая, накрыл меня пледом и сел так, чтобы мне было максимально удобно…

…Он был невысокого роста, худощавый с наивным, ещё детским лицом. Он подошёл ко мне. «Не там ищешь», – шёпотом сказал он и поманил меня за собой. Мы дошли до дубовой рощи. Деревья были молодые, от силы лет семьдесят (если учесть, что продолжительность жизни у дуба достигает тысячи лет).

Он подошёл к одному из дубков и начал чертить прямоугольник метр на два.

«Прямо как могила», – меня передёрнуло.

«Копай здесь», – закончив, сказал он. Пока я копала, он расчерчивал такие же прямоугольники у других деревьев. Тем временем моя лопатка наткнулась на какую-то преграду. Спустя некоторое время я выкопала… человеческий череп! Я в ужасе смотрела на него, а точнее – на словно вбитую в него пулю. Я даже не заметила, как он подошёл ко мне.

«Да-да, прямо в висок», – с сожалением тихо сказал он – «Но ты копай дальше».

Чуть позже я выкопала какие-то фрагменты ткани, по которым можно было догадаться, что когда-то это была форма советского солдата, но самое главное – полевой портфель. Я осторожно открыла его. В нём лежали письма.

«Я смотрю, ты добралась», – улыбнулся опять неожиданно подошедший герой моего сна – «Это мои письма. Отнеси их, пожалуйста, сестре. Я обещал…»

Я вздрогнула и… проснулась!

– Ты чего? – спросил Димка.

– Дим, мы ведь когда сюда ехали, проезжали дубовую рощу?

– Да… а что?

– Я бы хотела сходить туда завтра. Давай скажем ребятам и пойдём завтра, а? Только возьмём с собой снаряжение.

– Зачем?

Я рассказала брату свой сон.

На следующий день археологическая экспедиция в составе семи человек, включая меня, обнаружила 30 могил неизвестного солдата с письмами, фотографиями и весьма интересными для истории документами.

Родственники погибших были удивлены и несказанно рады появлению в своих квартирах, домах семи студентов истфака МГУ.

Заметка: Дерево выбрано не случайно, оно показывает силу советской армии и то, что подвиг советских солдат в Великой Отечественной Войне будут помнить очень долго. Также каждый дуб олицетворяет собой воина, павшего на месте этой рощи в одном из боёв за родину.

3.09. 2013

Голос

«Какой кошмар! И приснится же такое! Это надо же так, лишится голоса…» – она открыла глаза.

«Мам!» – позвала она, но не услышала себя. Кошмар оказался явью… Ещё три дня назад, если бы ей сказали, что она не сможет говорить, она бы только усмехнулась. Её не устраивал собственный голос, а без него теперь ей ещё хуже, чем с таким им… Когда же он покинул её? События этой недели она помнила плохо. Когда заходили в храм – помнила, она тогда говорила что-то маме. А вот когда выходили помнила не очень чётко… Но зато до сих пор перед глазами картина, как молотком вбивали гвозди в крышку гроба. Она больше не выйдет оттуда… никогда. Никогда! Хотелось закричать, но вместо крика она глотнула воздух и… заплакала. Потом она помнила поздний вечер этого дня и семью, с озабоченными лицами собравшуюся вокруг неё. Сколько тогда она уже молчала?

«Да что ты, милая! У тебя не противный, а необычный голосок! Высокий, звонкий. Ты со временем научишься им управлять, а может, он и поменяется…» Вот, бабушка, ты единственная верила в него, но ты ушла, и ушел он… Неужели также навсегда?

Через неделю начался семестр, и она вернулась в институт, а он – не вернулся.

Она сидела на задней парте, поставив на второй стул рюкзак. Так она всегда показывала, что ни с кем не хочет разговаривать. Однокурсники привыкли.

В аудиторию вошёл новенький. Огляделся, и направился к ней.

– Можно?

Она промолчала. Он присел к ней за парту.

«Я не разговариваю» – напечатала в ворде на планшете.

Он прочел, знаком попросил разрешения и напечатал: «Как, совсем?»

«Совсем»

– Знаешь, а я нашел выход, как нам общаться без планшета – однажды сказал он.

Она вопросительно посмотрела на него.

– Повторяй за мной. Вот смотри: он показал большой палец. Вот это – «а». – Дальше он провел по брови, это – «б». Коснулся волос – «в». Она улыбалась его немому языку, но повторяла, потому что ей нравилась идея, ей нравилось, что он так о ней заботится, ей нравился он всё больше и больше с каждым днем, и ей не хотелось его обидеть отказом от такой совершенно детской игры. Глаз был «г». Чтобы «сказать» «д», нужно было прижать большой, безымянный и мизинец правой руки к ладони, а указательным и средним пальцами провести по обеим сторонам носа, рисуя верхнюю часть буквы, а черточку под носом подвести указательным, или ими двумя. «Е» – это сжатые в замок указательные пальцы обеих рук. С «ё» было сложнее, потому что это «е», только точки над ней нужно было «наплевать». Ну, смотри «тьфу – точка, тьфу – точка» – показывал он, а она, наверное, смеялась бы, если бы могла, а так просто улыбалась и отказывалась категорически это делать. Тогда договорились, что точки над «ё» будет означать согнутый средний палец правой руки над указательным пальцем левой. «Ж» он точно не помнил, поэтому «ж» было указательный палец левой руки, положенный по середине на указательный, средний и безымянный правой. «З» – зубы. «И» – указательный и средний пальцы, образующие знак «победы». С «й» было также как с «ё», поэтому пальцы просто чуть – чуть загибали. «К» – кулак. «Л» – «и», только наоборот. «М» – две «л». «Н» – два указательных пальца по обе стороны закрытого рта. «О» – знак «ок» или «о» ртом. «П» – почти как «н», только пальцы ниже. «Р» – «о» ртом, только с указательным пальцем, приставленным к правому углу рта. «С» делалась из ладони правой руки. «Т» – указательный палец правой руки подо ртом, по центру подбородка. «У» – ухо. «Ф» – как «о» ртом, только с прикрывающим его указательным пальцем правой руки. «Х» – два указательных пальца крест на крест. «Ц» – указательный и средний пальцы правой руки, с приложенным к указательному пальцу указательный левой. «Ч» – нужно было почесать руку или голову. «Ш» – указательный, средний и безымянный пальцы правой руки. «Щ» – как «ш», только с приложенным к указательному указательный левой. «Ъ», «Ь» – удар кулаком правой руки по ладони левой, «Ы» – потом кулак разжимается, и ладонью правой как бы рисуется палочка. «Э» – как «С», только с рисующим палочку указательным пальцем. «Ю» – «о» и палочка как у «н», только с одной стороны. «Я» – просто нужно было показать на себя.

– Ну, давай, – сказал он и пожал ей руку. Он развернулся, и пошёл вдоль стены стоящего по его правую руку дома, по ходу распутывая наушники. С крыши коммунальщики сбрасывали снег, он ударялся об асфальт, разлетаясь в стороны. Прохожие шли в метре-двух от заградительных ленточек, а он шёл прямо к ним. Ближе, ближе… С крыши полетела очередная порция снега….

– Лево!!! – закричала она.

Голос… он вырвался из глубины…. Он был не менее противным, но он был… Он был своим, родным. Им можно было выразить свои мысли… С ним можно было жить.

14—17.11.2017

Первые шаги к крупной прозе. Школьная любовь. 2008г

Мой первый опыт написания повести…2008гредакция 2025г

Глава первая

Главные действующие лица:

Алёна и Стас

1

– Алёна, ты что, не слышишь? Будильник звонит уже пять минут! – последнюю неделю Алла Григорьевна вынуждена была заходить в комнату к дочери и каждое утро говорить одну и ту же фразу.

– Ну, встаю я, мамочка – уже пятое утро подряд приходилось ей слышать в ответ. – Давай, поднимайся, а я пойду чай поставлю – с этими словами Алла Григорьевна уже пятое утро выходит из комнаты.

А тем временем из-под одеяла появляется девичья рука и выключает сигнал будильника. Она же откидывает одеяло, и её обладательница садится на кровати. Ну почему этот «несчастный кукарекалка» (а именно так она назвала будильник на этот раз, потому что за те четыре утра он уже побывал и «пискуном» и «крикуном» и «несчастным громкоговорителем», а вчерашним утром ему досталось больше всего: он был назван «порядочной сволочью» и, пролетев через всю комнату, шандарахнулся об противоположенную стенку, и всё равно «зараза» работал. Да… вчера Алёнка была явно не в духе, но сегодня она держала себя в руках) уже в пятый раз не даёт досмотреть такой замечательный сон! Алёна протёрла глаза, погрозила будильнику кулаком, но утешив себя тем, что завтра суббота, и она обязательно досмотрит этот сон до конца, девочка накинула халат и, умывшись, пошла на кухню.

– Что-то ты быстро сегодня. Не стала долбать будильник молотком? – поинтересовалась мама. – Не-а. Сегодня пятница. Завтра точно досмотрю этот сон – отвечала дочь. – Опять ОН снился? – Угу – девочка отхлебнула из кружки – пятый раз один и тот же сон, представляешь? Алла Григорьевна покачала головой, но промолчала. «Сейчас дети акселераты какие-то! – думала она – двенадцатилетние девчонки уже противоположенным полом интересуются! Не удивительно, что в шестнадцать уже… Не допущу! – подумав о том, что дочери пятнадцать лет, встряхнулась женщина. А Алёна тем временем уже одевалась. – Ма-ам! – послышался из её комнаты голос. Алла Григорьевна с кружкой прошла в комнату дочери. – Как ты думаешь, – продолжала девочка – что сегодня надеть? Юбку с жилеткой, жакетом или с пиджаком? – А что ты вчера надевала? – отхлебнула из кружки Алла Григорьевна. – Брюки с пиджаком. – А брюки с жилеткой ещё не пробовала? – Нет, но сегодня у нас Москвоведение… – задумалась дочь. – Ну, тогда надевай что хочешь – вздохнув, сказала Алла Григорьевна и вышла из комнаты.

2

«Москвоведение… Москвоведение… Слава богу, что всего два раза в неделю… Хотя этот кошмар длится уже пятый день.» – бубнила она, ополаскивая кружки.

А всё началось с того, что в прошлый понедельник Алёна прибежала домой, и только переступив порог, возбуждённо затараторила: – Ой, мама ты не представляешь… Помнишь, от нас ушёл учитель по Москвоведению? Так вот, у нас теперь новый! «Такой милашка!» – говорила она, захлёбываясь от волнения. – Он представился, рассказал, как будут проходить уроки… Мы правда ничего нового не успели пройти… Он спрашивал, что мы проходили. Вызвал несколько человек и… меня. Я ответила, он поставил пять, а когда отдавал дневник, даже улыбнулся. По-моему, я ему понравилась… – Вполне возможно, – сказала Алла Григорьевна, забирая у дочери куртку, – давай, мой руки, переодевайся и проходи на кухню. Обед почти готов. Всё время обеда Алла Григорьевна слушала, какой хороший этот Станислав Михайлович, и что ему «всего» двадцать два года, и у него такая обаятельная улыбка, такие красивые глаза, и сам он, в общем, ничего… И тогда Алла Григорьевна пришла к выводу, что если не факт, что Алёна понравилась новому учителю, то он ей, судя по её разговору, точно понравился. «Мамуль, я пошла» – услышала она голос дочери. Алла Григорьевна вышла в коридор, и в последнюю минуту надела Алёне на голову шапку. – И не смей снимать!» – сказала она. Только начало марта.

3

Был последний учебный день, и последним уроком было Москвоведение. После звонка Станислав Михайлович пожелал всем хорошо отдохнуть и сказал, что дежурные могут не убираться. Алёна выходила последней. – Алён, останься, пожалуйста – попросил Стас (так она его про себя называла). – Как закончила учебный год? – Нормально. Без троек. – Здорово! Алён, я давно хотел тебе сказать… ты наверно знаешь, что я ещё студент, поэтому мне доверили только четыре класса: два седьмых и восьмые, а с девятого вы уже пойдёте к другому учителю, поэтому я хотел предложить… вернее спросить… ты не хотела бы иметь такого друга как я? – Друга? Алёна не верила своим ушам. – А что? Тебя наверно смущает разница в возрасте? – Да нет, просто Вы… – Алён, мне кажется, будет логичней, если мы перейдём на «ты» … – На «ты»? – Да. – Ну что ж. Давайте. То есть давай – поправилась девочка. – Стас встал и подошёл ближе. – Алён, я хотел сказать тебе ещё кое-что… Обычно на этих словах сон прерывал звонок будильника. Но в этот раз сон продолжился. В дверь постучали. На лице Стаса отобразилось явное недовольство. – Войдите – сказал он. В кабинет вошла девушка. – Кристина? Что ты здесь делаешь? – Да вот пришла тебя проведать. – Зря пришла. Я же сказал тебе не приходить сюда. Ты меня предала. Между нами всё кончено. – Я жду ребёнка – сказала девушка. – Поздравляю. И кто же счастливый отец? Алёна слушала, затаив дыхание. У неё появилось нехорошее предчувствие. – Ты – услышала она голос девушки. Внутри как будто всё оборвалось. В глазах потемнело, но Алёне удалось сохранить безучастное выражение лица. – Этого не может быть. Ты врёшь – отвечал Стас. – Уже третий месяц. Так что как порядочный человек ты просто обязан на мне жениться. Я, кстати, в Санкт – Петербург уезжаю. Буду там жить. Вернее, мы будем там жить. Ладно, я пошла. Я тебе завтра позвоню. Алёна проснулась в холодном поту. Время было девять часов. «Куда ночь, туда и сон прочь» – прошептала она.

4

И вот, наконец, настал этот долгожданный последний учебный день. Алёна немного волновалась. Она помнила сон, который видела два месяца назад в мельчайших подробностях, но утешала себя тем, что это был всего лишь сон. Последним уроком было Москвоведение. После звонка Станислав Михайлович пожелал всем хорошо отдохнуть и сказал, что дежурные сегодня могут не убираться. Как и во сне, Алёна выходила последней. – Алён, останься, пожалуйста – услышала она голос учителя. Ей стало не по себе. Сон повторялся, только уже в реальной жизни. Когда Кристина ушла, настала давящая минута молчания. – Вот, значит, как… женишься – первой нарушила молчание Алёна. – Если бы ты знала, как я этого не хочу – вздохнул Стас. – А как же твой ребёнок? – Это ещё надо доказать, что он мой. Как только родиться, попрошу взять у него кровь и сдам свою на анализ ДНК. Эти слова Алёну мало утешали. – Ну ладно, я пошла – сказала она. – Подожди. Я… разберусь, я …вернусь и тогда мы с тобой обязательно… – Не утруждай себя обещаниями, которые вряд ли сможешь сдержать. – Алёна развернулась, и, стараясь не оглядываться, вышла из кабинета. Когда Алёна вышла из школы, она увидела Игоря. Он был её одноклассником. Ребята говорили, что она ему нравится, а в него была влюблена Танька, с которой у Алёны были напряжённые отношения. – Что от тебя москвовед хотел? – спросил Игорь. – Да так, ничего. – Тогда давай я тебя провожу. Алёна пожала плечами. Игорь взял у неё сумку, и они пошли по направлению к Алёниному дому.

Глава вторая

Главные действующие лица:

Стас

1

Стук колёс звучал убаюкивающе, но Стасу не спалось. На соседней полке мирно спала Кристина. Стас смотрел на неё и абсолютно ничего не чувствовал. Он думал об Алёне. Эта девочка чем-то напоминала ему его маму. Жданову Ирину Валерьевну. Может быть, поэтому он к ней так проникся? А тем временем вошла проводница. – Мы уже подъезжаем к Санкт-Петербургу – сказала она – разбудите вашу попутчицу. – Разбудите её, пожалуйста, сами – попросил Стас. Проводница дотронулась до Кристининого плеча. – Девушка, просыпайтесь. Мы уже подъезжаем – сказала она и вышла из купе. Всю дорогу до нового дома Стас молчал. Он вёз два чемодана. Причём Кристинин был в два раза больше и тяжелее его. На следующий день после приезда они подали заявление в ЗАГС.

2

Прошёл месяц. Свадьба была небогатой. В ЗАГСе присутствовали родители невесты, родители жениха, свидетельница со стороны невесты и свидетель со стороны жениха. – Согласны ли Вы, Кристина Андреевна, взять в законные мужья Станислава Михайловича? – Да. Я согласна. – Согласны ли Вы, Станислав Михайлович, взять в законные жёны Кристину Андреевну? Как же Стасу хотелось сказать «нет» и сразу уехать в Москву к Алёне! – Да. Я согласен – выдавил он из себя. Праздновали дома. Стасу ужасно хотелось напиться, но больше трёх рюмок он себе не позволил.

3

Прошло ещё пять месяцев. Стас сдержал своё слово. Как только малыш родился, он в роддоме, втайне от Кристины, сдал кровь на ДНК. Результат был отрицательный. – Зачем ты обманула меня? – спросил Стас, когда они приехали домой. – Я не понимаю о чём ты – отвечала она. – Ребёнок не мой. Я сдавал кровь на ДНК. Результат отрицательный. Я подаю на развод. – Да. Ребёнок не твой – спокойно сказала Кристина – это сын моего однокурсника Вадима Бестужева. Он бросил меня, когда узнал, что я беременна. А я так хотела, чтобы у ребёнка был отец! – она заплакала. – Ладно. Перестань – сказал Стас – слезами горю не поможешь. Ты ещё найдёшь отца своему ребёнку. А я ухожу. Прощай.

Он взял заранее собранный чемодан и ушёл в заранее снятую квартиру. Развод длился три месяца. На следующий день после оглашения решения суда позвонила мама. Пришла повестка из военкомата.

Глава третья

Главные действующие лица:

Алёна, Максим и Кира

1

В кабинете математики было тихо. Мария Владимировна закончила писать уравнение на доске и оглядела класс. Кого бы вызвать? Вот Соболев Юра на первой парте, но она его вчера вызывала. Вот Денисова Аня, но у неё с четвертной оценкой всё понятно. Вот Моисеенко Артём – двоечник, не справится. Для Сорокиной Вики – отличницы – это уравнение слишком простое… А вот кто это там на третьей парте в среднем ряду? Ага! Гордеев Максим! Голову правой рукой подпёр, задумался о чём-то. Вот его, пожалуй, и стоит вызвать. – Итак, к доске у нас пойдёт… Гордеев Максим. – А? Что? – услышав свою фамилию, очнулся мальчик. – К доске, говорю, иди решать уравнение. Максим посмотрел на доску. Уравнение было по новой теме, которую он, как на зло, не выучил. К счастью, в это время прозвенел звонок. – Ладно, спрошу тебя на следующем уроке – сказала Мария Владимировна. – Все свободны.

Максим вздохнул с облегчением. Последние две недели он часто мечтал на уроках. Предметом его мечтаний была его одноклассница – Кира Андреева. Он знал её с первого класса, но две недели назад увидел её как-то по-новому. И эта новая Кира очень ему понравилась. Впервые в жизни Максим влюбился. Кира не была красавицей. Овальное лицо, русые волосы, чуть не достающие до плеч… Она была невысокого роста обычного телосложения. Но Максиму очень нравились её глаза большие, серые, обычно весёлые, а на уроках серьёзные и внимательные. Так как алгебра была последним уроком, Максим решил поговорить с Кирой. Намекнуть ей о своих чувствах. Он догнал её на выходе из школы. – Хочешь, я тебя провожу? – спросил он. – А что, я не против – ответила она. Макс взял у неё сумку, и они пошли. У подъезда Кира забрала у Максима сумку. – Ну что, пока? – спросила она. – А, может, сходим сегодня в кино? – неожиданно для самого себя предложил Максим. – Я слышал там какой-то новый фантастический фильм идёт. – Хорошая идея – сказала Кира – я тебе позвоню, когда сделаю уроки. – Хорошо. Я тогда буду ждать твоего звонка. На том и порешили. Подождав, пока за Кирой закроется подъездная дверь, Максим пошёл домой.

2

«Наконец-то это случилось!» – думала Кира, пока ехала в лифте. Она ждала этого с начала года. Вообще-то ей Макс и раньше нравился, но тогда вплоть до 8-ого класса она считала его ещё маленьким, чтобы делать подобные предложения. – Кира, да ты вся сияешь! Пятёрку что ли по алгебре получила? – спросила во время обеда мама Киры Елена Александровна у дочери. – Лучше – отвечала Кира – Максим меня в кино пригласил. – Максим? Наконец-то! И когда идёте? – Сегодня. Я сказала, что позвоню, когда сделаю уроки. – А на какой фильм идёте? – На какой-то новый фантастический. – Ладно, я пойду в гости к тёте Оле. Удачно вам сходить. – Спасибо, мам! Тётя Оля была лучшей подругой Елены Александровны и крёстной Киры по совместительству. Она жила в соседнем доме, и Елена Александровна могла быть у неё часами. Когда мама ушла, Кира убрала со стола, помыла посуду и села делать уроки. Задали немного. Через два часа она уже звонила Максу.